КРИМИНАЛ
«Секретные материалы 20 века» №4(442), 2016
«Киевская стервоза»
Наталья Дементьева
журналист
Санкт-Петербург
252
«Киевская стервоза»
Мария Тарновская. L`ILLUSTRATION. 26 марта 1910

Весной 1910 года в Венеции проходил сенсационный судебный процесс. Дворец правосудия, словно магнит, манил к себе репортеров мировых газет и публику, жадную до всякого рода зрелищ. Следствие по делу об убийстве в Венеции русского графа Павла Комаровского длилось два с половиной года. Четверо обвиняемых сидели в одиночных камерах венецианской тюрьмы. Однако все это время репортеры не дремали. В газетах печатались личные письма обвиняемых и даже некоторые материалы следствия. Адвокаты, следователи, подсудимые и их родственники давали интервью. Это строжайше запрещалось законом, но хорошо подогревало лихорадочный интерес к «Коза Руссо», то есть к «Делу русских».

Наконец 4 марта 1910 года было назначено первое заседание суда. К Дворцу правосудия одна за другой стали прибывать темные гондолы с занавешенными окнами. Люди стонали от нетерпения, чуть не падали в воду, желая хоть одним глазком увидеть подсудимых. Городские власти даже выставили особый барьер с пожарными насосами, чтобы холодной водой из Большого канала остудить страсти пылкой итальянской публики. И вот появилась главная героиня криминальной трагедии. Высокая женщина в черном пальто и элегантной черной шляпе шла в сопровождении карабинера и монахини. Лицо подсудимой закрывала длинная черная вуаль. Толпа встретила ее свистом и улюлюканьем.

– Убийца! Мерзавка! Беспутная тварь! — кричали почтенные матроны.

Итальянцы не могли выговорить фамилию подсудимой, Марии Тарновской, и дружно скандировали:

– Та-Мария!

Процесс еще не начался, но никто не сомневался в виновности графини Тарновской, роковой женщины, разрушительницы семейных очагов, порочной Афродиты, возникшей «из волн фантастического океана — океана морфия, крови и шампанского».

«КРОВЬ — ВЕЛИКОЕ ДЕЛО»

Преступление графини Марии Николаевны Тарновской при сегодняшнем криминальном разгуле сочли бы обыденным, и удивить могло бы только количество любовников, замешанных в деле. Графиня Тарновская вместе с любовником адвокатом Прилуковым организовала убийство своего любовника графа Комаровского, чтобы после его смерти получить страховые выплаты. В качестве киллера был использован еще один любовник графини — чиновник по особым поручениям при орловском губернаторе Наумов. «Однако если о деле Марии Тарновской рассказать языком Достоевского, то мы получили бы одну из психопатологических трагедий вроде «Идиота» или «Братьев Карамазовых», — писал корреспондент газеты «Утро России». — Мы, русские, хотим понять подсудимого, взвесить все обстоятельства его жизни, поставить себя мысленно на место обвиняемого и проверить, как бы мы поступили в тех же условиях».

Мария Николаевна Тарновская, в девичестве О’Рурк, родилась в мае 1877 года в Киеве. Вполне возможно, что страстный и странный характер Марии стал следствием удивительного смешения кровей. По отцовской линии она принадлежала к представителям древнего ирландского рода О’Рурков, которые перебрались в Россию еще при императрице Елизавете. От ирландских предков Мария О’Рурк унаследовала упорство в достижении цели, родство с королевой Марией Стюарт и великолепные рыжие волосы. Мать Марии была дочерью богатого украинского помещика Селецкого. Украинцы не уступают ирландцам в упрямстве и целеустремленности, а малороссийские красавицы отличаются томной мягкостью и чудным взглядом прекрасных очей. Со старинной фотографии Мария Тарновская смотрит пристально, словно русалка, которая плещется в днепровских водах и выманивает души у мужчин...

«Моя мать боготворила меня; отец мой, сестра, все домашние любили меня, все, кто были вокруг, любили меня», — вспоминала Мария свое счастливое детство. Однако беззаботные юные годы омрачило нежданное несчастье. В восемь лет Мария упала и сильно ударилась головой. Начались серьезные проблемы со зрением, и до 12 лет Мария была вынуждена ходить в синих очках, иначе глаза болели от света. Успешная операция вернула ей зрение и дала возможность учиться в Полтавском институте благородных девиц. Одна из бывших подруг вспоминала, что «уже в институте Мария была извергом порочности и жестокости. Она устраивала оргии, на которых спаивала своих поклонников возбуждающими ядами, предавалась с ними дикой пляске, подкупала прислугу, чтобы стать свидетельницей тайных объятий». Но стоит ли верить этим признаниям, ведь интервью газете «Утро России» «подруга» дала, когда шел судебный процесс над Тарновской и только ленивый не бросал в нее грязью.

В 16 лет в жизни Марии О’Рурк произошло очень важное событие. Матушка расплела дочери косы, и парикмахер сделал первую в ее жизни взрослую прическу. Это означало, что благородная девица превратилась в невесту. Трое молодых людей предложили красавице руку и сердце, но конкурс на звание жениха продолжался недолго. Мария выбрала Василия Тарновского, к которому с детства прилипло прозвище Васюк.

Васюк был всего на пять лет старше Марии, но уже снискал в Киеве славу кутилы и бабника. В романе Булгакова «Мастер и Маргарита» сказано: «Кровь — великое дело». Кровь Васюка была сильно перемешана со спиртом. Его дед Василий Васильевич Тарновский «все свое имущество прогулял на водку. За свою жизнь он так замечательно проспиртовался, что лежал в церковном склепе совсем нетленный. Можно его хоть сейчас причислять к лику святых и выставлять напоказ как новоявленные мощи». У любителя горилки был сын, которого тоже звали Василием Васильевичем, прибавляя при этом «младший». Василий Васильевич Тарновский-младший увлекался обустройством парка в родовом имении Качановка, собирательством предметов украинской старины и женщинами. По словам историка Яворницкого: «Была ли это хорошенькая и податливая пани или простая босоножка, на двадцать верст вокруг Качановки не было такой красивой девки, которая не побывала бы в руках пана Тарновского».

От проспиртованного дедушки Васюк унаследовал пристрастие к алкоголю, которое помогло «откосить» от воинской службы. Врачебная комиссия признала Васюка неврастеником на почве алкоголизма. От отца Васюку передалась неукротимая тяга к женскому полу. Однако были два достоинства, которые перетягивали любые недостатки. Во-первых, у Васюка был приятный баритон. Во-вторых, он был наследником имения Качановка, которое без лишней скромности называли малороссийским Версалем. Тарновские всеми силами старались утереть нос французским королям: возвели величественный дворец с роскошными интерьерами и окружили его сказочным парком.

Мария уверяла, что богатство Тарновских было ей безразлично, она просто влюбилась в Васюка: «Голос его волновал меня, как звуки виолончели. Все мне говорили, что Василий легкомыслен, непостоянен, буен, но я не верила и пала под тяжестью его красоты и обаяния».

ПУТЬ РОКОВОЙ ЖЕНЩИНЫ: ТРУП ПЕРВЫЙ

Родители Марии были категорически против брака дочери с богатым бездельником. Отец запретил Васюку даже думать о женитьбе на девушке без солидного приданого. Однако молодые решили по-своему и, никого не спрашивая, 15 апреля 1894 года тайно обвенчались в сельской церквушке.

– Я не верила собственному счастью! — радовалась Мария.

Однако, не дожидаясь окончания медового месяца, молодой муж вернулся к холостяцким привычкам. Васюк не скрывал, что до свадьбы у него было 400 любовниц и он не собирается останавливаться на достигнутом. На упреки жены отвечал одной и той же фразой:

– Ты мне надоела. Ты холодная как лед.

Так прошел год семейной жизни. Мария поняла, что если не завоюет внимание мужа, то навсегда останется на второстепенных ролях. План пленения Васюка был предельно прост. Мария надела декольтированное платье из красного тюля, чулки и туфли огненного цвета, украсила прическу бриллиантами и рубинами, приколола вуаль, похожую на языки пламени, и в таком вызывающем виде поехала в ресторан. В веселой дамской компании Васюк гулял в отдельном кабинете.

– Ты с ума сошла! — возмутился он, увидев жену, а потом с восхищением добавил: — Да ты поджигательница...

Любовная война была выиграна, но с разрушительными последствиями для молодой женщины. Один из основоположников сексологии немецкий профессор Крафт-Эбинг считал, что психологические отклонения у женщины могут возникнуть «вследствие чрезмерной половой опытности мужа в извращениях». Васюк и Мария о таких сложных материях не задумывались. Они стали вместе прожигать жизнь.

Супруги Тарновские ничем не отличались от современных «бриллиантовых деток», отпрысков нынешних олигархов: они так же купались в роскоши, сорили деньгами, путешествовали по миру в поисках новых возбуждающих развлечений. Мария одевалась как принцесса. Флакон ее любимых французских духов d’Origont стоил 12 рублей. Рабочий за месяц получал 16 рублей. На зависть всему Киеву семья Тарновских выглядела очень благополучной. В 1897 году у супругов родился мальчик, названный по семейной традиции Василием, а в 1899 на свет появилась дочка Танечка.

Однако сладкая жизнь уже отравила Тарновских. Смешно говорить о любви и супружеской верности, не было даже обычного человеческого сострадания. В 1898 году во время путешествия по Италии Тарновская тяжело заболела тифом. Врач-итальянец был несказанно удивлен, что «муж во время ее болезни ни разу не провел дома ни одной ночи и всегда был в нетрезвом состоянии». В этом же 1898 году произошла страшная семейная трагедия: повесился Петр, младший брат Васюка. Достоверных сведений о причинах самоубийства нет. Существуют только предположения и слухи. Возможно, Петр безответно влюбился в жену брата, а может быть, Мария совратила молодого человека на зло мужу. В любом случае считается, что Петр пал первой жертвой роковой женщины.

ТРИ ВЫСТРЕЛА — ДВА ТРУПА

В 1899 году после смерти отца Васюк унаследовал 500 000 рублей. Без надоедливого родительского присмотра Тарновские принялись транжирить полумиллионное наследство. Это было непросто! Обед в фешенебельных киевских ресторанах «Жорж» или «Франсуа» обходился в два-три рубля. Бутылка шампанского «Вдова Клико» предлагалась за пять рублей. Представляете, какие реки шампанского следовало пролить, чтобы за пару лет прожить треть полумиллионного состояния. Однако супруги Тарновские справились с этой задачей. Труднее было изображать семейное благополучие. Васюк вовлек жену в свои половые забавы и пожинал богатый урожай плодов развращения. Однако измены жены Васюк предпочитал не замечать. К чему грустные переживания, когда жизнь так прекрасна!

Все изменилось, когда в 1903 году Мария Николаевна познакомилась с польским дворянином Стефаном Боржевским. Для читателей нашей газеты мы разыскали фотографию Боржевского. Вот он — идеал мужской красоты начала XX века: прилизанные бриолином волосы, усики с загнутыми кончиками и губки бантиком. А как красиво он ухаживал! Боржевский дарил не просто букет цветов, а редкостные аметистовые орхидеи. Его смелость поражала женское воображение. Однажды Тарновская и Боржевский развлекались стрельбой в тире. Боржевский зарядил маленький карабин и отдал Марии. Она прицелилась. Боржевский закрыл своей рукой ствол карабина и сказал:

– Прежде чем выстрелить, скажите: «Я люблю вас».

Тарновская нажала на курок — раздался выстрел. Простреленная рука кровоточила, а здоровой рукой Боржевский обнял Марию:

– Вот что тебе нужно! Убийца! Дикий зверь! Тебе нужно крови!

«Варварская жестокость, примитивный инстинкт ненависти и любви сплели нас в конвульсирующий дикий клубок исступления. С того времени я принадлежала ему, укрощенная, надломленная и уничтоженная. Он был чистой, единственной, высшей любовью моей опустошенной юности. С ним я пережила экстаз короткой весны моего блаженства». Как только Васюк отправлялся в очередной загул, Боржевский занимал его место в супружеской кровати. В светском обществе Боржевский бравировал близостью с Тарновской. 21 ноября 1903 года на балу Боржевский вальсировал с Марией. В беспечном кружении было столько любовной страсти, что Васюк не выдержал, схватил жену за руку и закричал:

– Поехали домой! Танцы кончились!

Боржевский предложил Васюку стреляться немедленно на десяти шагах. Хозяин дома, барон Шталь, с трудом успокоил гостей. Боржевский отправил письменный вызов на дуэль, но Васюк, трус по натуре, ответил, что нет причин стреляться из-за небольшого недоразумения. В некоторых публикациях можно прочесть, что Тарновская специально натравливала Боржевского на мужа, чтобы после смерти Васюка получить наследство. В отличие от этих авторов Тарновская знала законы Российской империи: «Жена после мужа получает из недвижимого имения седьмую часть; а из движимого — четвертую». Такую скромную долю получала жена верная, а изменница Тарновская получила бы, как говорят украинцы, дулю с маком. Мария Николаевна попыталась замять скандал и устроила примирительную вечеринку. Гуляли в ресторане «Гранд-Отеля», много пили, слушали пение цыган, веселились в общем зале на глазах публики, чтобы утром весь Киев знал, что супруги Тарновские по-прежнему вместе. После ужина Боржевский проводил Тарновскую до кареты. Он наклонился, чтобы поцеловать ее руки. Раздался выстрел. Васюк подло выстрелил в спину безоружному человеку. Пуля прошла сквозь шею и вышла ниже подбородка. Ранение было очень тяжелым, но, по мнению врачей, не смертельным. Васюк сдался полиции и дожидался суда на свободе.

Тарновская оказалась в ситуации, давно известной из литературы: пока супруги изменяют тайно — общество закрывает глаза на их шалости, но стоит разразиться скандалу, как все становятся моралистами. Киевский бомонд единодушно отвернулся от Тарновской, но Мария не бросилась под поезд, как Анна Каренина. В купе первого класса в сопровождении старого знакомого барона Владимира Шталя она уехала в Ялту. В начале января 1904 года в Ялту приехал Боржевский. Ни лечение, ни операция не помогли. Края раны на шее покрылись зловещей синевой. Барон Шталь, кокаинист со стажем, знал верное лекарство от всех неприятностей. «После укола тоска моя улеглась. Боржевский пальцами и ногтями сорвал повязку с шеи. Он кричал, плакал, а я смотрела со своего кресла на него и улыбалась». 10 января 1904 года Стефан Боржевский умер.

Барон Шталь отбыл на фронт начавшейся Русско-японской войны, но воевал недолго, был ранен и вернулся в Киев. 4 января 1905 барон Шталь пустил себе пулю в рот, предварительно застраховав свою жизнь на 50 тысяч рублей в пользу Тарновской. В предсмертной записке Шталь написал, что он действовал «во имя той чистой любви, которая овладела всей моей жизнью».

Васюка судили. Дорогостоящие адвокаты убедили присяжных, что развратник, алкоголик и убийца всего лишь несчастная жертва. Василий Тарновский был полностью оправдан.

СМЕРТЬ КОМАРУЛИ

В 1906 году графиня обратилась к московскому адвокату Донату Прилукову с просьбой начать бракоразводный процесс. Она вела привычный образ жизни, но деньги, полученные от Шталя, быстро таяли. Прилуков оказался именно тем мужчиной, в котором нуждалась Тарновская. На все ее просьбы он отвечал:

– Я об этом позабочусь

Прилуков влюбился в графиню безумно. Уже во время судебного процесса он «просил допрашивать его в другом зале, так как, чувствуя духи Тарновской, он не в состоянии произнести ни слова». Прилуков бросил семью, троих детей и украл деньги своих клиентов. Жизнь Тарновской и Прилукова походила на безумное и бессмысленное кружение. «У меня в голове вертится всегда какая-то карусель, — писала Тарновская. — Я не могу ее остановить. Она все вертится и вертится, и я вместе с ней. Это всегда было так. Поэтому я всегда должна была путешествовать, переезжать с места на место, уезжать, едва приехав». Фешенебельные отели, дорогие рестораны, наряды от парижских модисток требовали не менее 4 тысяч рублей в месяц. Прилуков украл у клиентов 80 тысяч рублей. Легко подсчитать, что ворованного едва хватило на два года сладкой жизни. Источником доходов преступной парочки мог стать только новый любовник графини, и он отыскался без труда.

Граф Павел Евграфович Комаровский и его супруга Эмилия Марковна были давними приятелем Тарновской. Графиня Эмилия Комаровская славилась своими музыкальными талантами и дивной, тихой красотой. Родные называли ее Мадонночкой. Во время Русско-японской войны графиня Комаровская вслед за мужем пошла на фронт. Она работала сестрой милосердия: «За последнее время работы в Харбине я очень утомлена и похудела. Много приходится вкладывать, так как хочется, чтобы было получше. У меня инфлюэнция. Я пролежала два дня, не вставая, но встала, находя невозможным бездействовать, когда к нам везут 23 тысячи раненых с последнего боя». Граф Комаровский был ранен в голову. Жена искала лучших врачей, выхаживала супруга. Однако самоотверженность жены не помешала графу Комаровскому приударить за Тарновской и признаться ей в любви, но тогда все кончилось легким флиртом.

Прошло два с половиной года, и Тарновская вновь встретилась с супругами Комаровскими. Эмилия Марковна тяжело болела и умерла в марте 1907 года. Мадонночка лежала в гробу, словно Спящая красавица. На панихиду Тарновская пришла в голубом платье и, подойдя к гробу, сказала:

– Такая красота, но что же делать?

Тарновская взяла под руку графа Комаровского, и они ушли вместе. Тело жены еще не было предано земле, а Комаруля, так граф подписывал свои любовные письма, сделал предложение Тарновской. Однако свадьба не входила в ее планы. Прилуков и Тарновская задумали убить Комаровского. Мария Николаевна убедила Комаровского застраховать свою жизнь в ее пользу на 500 тысяч франков. В страховой полис был включен пункт о выплате денег в случае насильственной смерти. Теперь надо было подыскать орудие убийства.

В мае 1907 года Комаруля привез невесту в Орел, чтобы представить ее родным. Он познакомил Марию Николаевну со своим приятелем Николаем Наумовым. Юноша с золотыми глазами очень понравился Тарновской. Однажды между Комаровским и Наумовым зашел разговор о мазохизме. Тарновская призналась, что даже слова этого не слышала, тогда Наумов попросил ее потушить сигарету об его руку. Она сделала это без колебаний. Комаровский ехал в Венецию, чтобы приобрести дворец для своей возлюбленной, а Тарновская и Наумов предались мазохистским играм. «Мне нравилось забавлять его и заставлять страдать тысячью противоестественных и болезненных способов. Кинжалом я выцарапала у него на руке мои инициалы. Я делала разрезы и заливала их одеколоном. Я принимала развратные позы, которыми любовницы всех времен соблазняют мужчин». Наумов стал верным рабом госпожи Тарновской. Ей ничего не стоило убедить молодого человека с нездоровой психикой, что граф Комаровский издевается над ней и даже избивает.

Утром 7 сентября 1907 года во всех газетах России появились срочные сообщения из Венеции: «Некто Наумов прибыл на гондоле к графу Комаровскому. Обманув бдительность прислуги, он проник в его спальню и произвел в графа пять выстрелов».

– Милый мой, зачем ты это сделал? — спросил удивленный граф.

– Теперь ты не женишься на Тарновской, — ответил Наумов и заплакал, обняв истекающего кровью графа.

Комаровскому была сделана удачная операция, но через четыре дня после хирургического вмешательства некий доктор Кавацани назначил промывание желудка, после которого граф тихо скончался. Тарновская, Прилуков, Наумов и верная камеристка графини Эльза Перрье были задержаны. Во время судебного процесса, по меткому выражению одного из русских корреспондентов, они «доколачивали» другу друга, стремясь уменьшить собственную вину. Тарновская была приговорена к восьми годам каторжных работ на соляных рудниках. Прилуков получил десять лет. Наумов — три года и четыре месяца. Перрье оправдали.

Итальянская писательница Анна Виванти посещала Тарновскую в тюрьме. Под впечатлением этих встреч Виванти написала роман, в котором не стала валить вину только на роковую женщину. Роман в 1912 году был переведен на русский язык и стал невероятно популярен. Алексей Максимович Горький отозвался о новинке отрицательно: «Злоблюсь на Анну Виванти, реабилитирующую киевскую стервозу Тарновскую».

Конечно, оправдать Тарновскую невозможно, но разве в ее падении не было вины мужчин? Развратники, алкоголики, извращенцы превратили женщину в чудовище, которое безжалостно их уничтожило...


1 Февраля 2016


Последние публикации


1 000 руб.
200 руб.



Выбор читателей

Сергей Леонов
83544
Виктор Фишман
67082
Борис Ходоровский
59071
Богдан Виноградов
46316
Дмитрий Митюрин
31379
Сергей Леонов
30891
Роман Данилко
28393
Сергей Леонов
15889
Дмитрий Митюрин
14154
Светлана Белоусова
14059
Александр Путятин
13028
Татьяна Алексеева
12791
Наталья Матвеева
12320