Карьера малороссийского хлопца. Часть 1
ЖЗЛ
Карьера малороссийского хлопца. Часть 1
Дмитрий Митюрин
историк, журналист
Санкт-Петербург
1138
Карьера малороссийского хлопца. Часть 1
Портрет Паскевича и мемориальная доска в честь Паскевича в Полтаве

Почти треть века фельдмаршал И. Ф. Паскевич был полководцем № 1 Российской империи. Войска под его командованием выиграли четыре войны (с Персией, Турцией, Польшей и Венгрией), а сам он на правах самодержца управлял огромными регионами (Кавказ и царство Польское). И вот уже после его смерти историки с некоторой долей удивления обнаружили, что человек, чье имя на протяжении более четверти века служило символом воинской славы и мощи России, был по отцу украинцем, а по матери – белорусом. Невольно возникает вопрос, как именно человеку подобного происхождения удалось войти в высший и достаточно закрытый слой имперской элиты?

ПОТОМОК ПАСЬКО ЧАЛОГО

В условиях тогдашней России пробить путь в высшее общество можно было при наличии трех составляющих – знатности, богатства и связей. Но было ли все это у Паскевича? Здесь следует обратиться не только к официальным биографиям полководца, но и к свидетельствам современников, а также архивным документам. А они говорят следующее…

Семья Паскевичей вела родословную от некоего Федора Чалого – православного шляхтича с Волыни, который в середине XVII века со своим «домишком и животом» переехал в Полтаву.

Вступив в украинское казачье войско, он получил звание полкового товарища, из числа таких людей подбирались знаменосцы, а также составлялись посольства и особые отряды при гетмане. По сути, Федор Чалый вошел в низший слой «старшины». Вероятно, этот уроженец Волыни имел значительное состояние, а также пользовался покровительством кого-то из «знатных» (прозвище Чалый наводит на мысль о родстве с влиятельным казачьим семейством Чаленко). Новый житель Полтавы сразу же приобрел землю в самом городе и хутор в его окрестностях.

В период русско-польского противостояния Федор Чалый не отметился бранными подвигами, но, сойдя в могилу в 1698 году, исполнил свое основное жизненное предназначение, оставив сына и наследника – Якова Чалого. Второе, или «молитвенное» (даваемое ребенку до крещения), имя Якова было Пасько (уменьшительное от «Панас»). Отчество от «Пасько» – Паскевич стало фамильным прозвищем наследников Якова Чалого.

В апреле – июне 1709 года вместе с солдатами полтавского гарнизона, казаками и мещанами, Яков Чалый и его сын Иван участвовали в героической обороне города от войск шведского короля Карла XII. 27 июня 1709 года подошедшая на помощь Полтаве армия Петра Великого одержала победу над шведами.

Государь вступил в город, осыпал милостями его защитников и отслужил торжественный молебен в главной церкви Полтавы – Спасском соборе. Рядом с собором, на улице, получившей впоследствии название Александровской, внук Ивана Яковлевича Пасько – Григорий построил свой дом (в 1770-х годах). Именно в этом здании и появился на свет будущий князь Варшавский.

«В КНЯЗЬЯ НЕ ПРЫГАЛ ИЗ ХОХЛОВ…»

Подобно родоначальнику семейства, редкий из потомков Федора Чалого не дотягивал до 70 лет, и уж вовсе ни одного не было, кто бы умер насильственной смертью. Все они входили в число «знатных», но на страницах украинских хроник имена их встречаются очень редко и лишь мимоходом. От раздиравшей казачью «старшину» борьбы между пророссийской, пропольской и протурецкой партиями они держались на расстоянии; предпочитая заниматься хозяйством и постепенно увеличивать фамильное достояние. Благо с начала XVIII века для этого были все условия

После измены Мазепы Петр Великий взял курс на постепенное свертывание украинской автономии. Местная администрация начинала дублироваться и подменяться чиновниками, присланными из России.

В 1764 году последний гетман Кирилл Разумовский отправился в почетную отставку, а управление краем перешло к Малороссийской коллегии во главе с Петром Румянцевым. Крестьяне, ранее имевшие личную свободу, были прикреплены к земле (по указу 1783 года), а украинские помещики постепенно де-юре оказались уравнены в правах с российским дворянством. Новоиспеченные дворяне, при условии отказа от «самостийных» замашек, получили возможность влиться в имперскую элиту. Известный украинский историк Николай Костомаров писал по этому поводу: «Дворян-малороссиян нет, за исключением немногих… и прежде не было у нас дворян: они были чужие, хотя и происходившие из нашей крови: прежде они становились поляками, теперь – великороссиянами».

Дворяне-малороссияне (которых как бы и не было) со временем составили значительную прослойку и в государственной бюрократии, и в армии, действительно став совершенными «великороссиянами».

Правда, для того, чтобы новая социальная верхушка обрела в украинском обществе столь же четкую структуру, как и в российском, требовалось время. Вплоть до второй половины XIX века для российской аристократии слово «хохол» являлось почти синонимом слова «мужик».

Недаром в стихотворении «Моя родословная» (1830 год), сравнивая свою собственную генеалогию с генеалогией многих видных сановников, Пушкин писал:

Не торговал мой дед блинами,
Не ваксил царских сапогов,
Не пел с придворными дьячками,
В князья не прыгал из хохлов…

В последнем случае автор намекал на канцлера Безбородко, но спустя год после написания стихотворения Иван Паскевич также «прыгнул из хохлов» в князья, так что в данном случае Александр Сергеевич невольно лягнул и «покорителя Варшавы», к которому, вообще-то, относился весьма уважительно…

ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ДЕД

Дед Ивана Федоровича вряд ли мог представить своего внука светлейшим князем, однако без его энергии и умения приспособиться к меняющимся обстоятельствам Паскевичи, возможно, так и остались бы провинциальными помещиками средней руки.

Григорий Иванович Паскевич родился в 1739 году, служил в Войске Запорожском и, подобно родоначальнику фамилии, получил звание бунчукового товарища, но занимался в основном ведением собственного хозяйства. В делах проявлял завидную хватку и добился весьма значительных финансовых успехов. Жена – Татьяна Дмитриевна (урожденная Гайдук) в 1757 году родила ему сына Федора (отец полководца). Происходящие вокруг перемены заставляют Григория Ивановича несколько изменить образ жизни.

Упразднение гетманства, присоединение к России Правобережной Украины и Белоруссии (после первого раздела Речи Посполитой в 1772 году), Новороссии (после победы над Турцией в 1774 году) и Крыма (окончательно присоединен в 1783 году) свидетельствовали о росте имперской мощи. В 1775 году генерал-поручик Текелли без боя занял Запорожскую Сечь и упразднил казачье войско.

Григорий Иванович лишился звания бунчукового товарища и оказался не более чем «мещанином полтавским». Раньше Паскевичи были частью местной украинской знати, теперь им предстояло либо поступить на государственную службу и добиться дворянского звания, либо так и остаться мещанами. Поначалу Григорий Иванович предпочел промежуточный вариант. Оставив себе заботы о семейном благосостоянии, он определил сына Федора на службу в Малороссийскую коллегию.

В июле 1780 года Федор Григорьевич женится на Анне Осиповне Карабановской – дочери могилевского помещика, принесшей ему в приданое деревеньку Щеглицы. В 1782 году у супругов рождается первенец – Иван, будущий прославленный полководец. Согласно преданию, крестил ребенка могилевский архиепископ Георгий Конисский (1718–1795) – известный ревнитель православия и борец с униатством. Впоследствии у супругов родились еще четыре сына (Степан, Иосиф, Константин, Федор) и две дочери (Ирина и Анна).

С 1781 года Федор Паскевич служит в Екатеринославской палате уголовного суда, где ему часто приходится общаться с самим малороссийским наместником Петром Александровичем Румянцевым (1725–1796).

Унифицируя украинское свободолюбие под общероссийский стандарт, Петр Александрович учитывал национальную специфику вверенного ему края и никогда не перегибал палку. Оставаясь одним из столпов имперского истеблишмента и проводя большую часть времени в столице, граф Задунайский оказывал покровительство многим малороссийским уроженцам. Как писал исследователь Георгий Меерович: «Незаметно для себя Румянцев настолько проникся любовью к украинской речи, музыке и всему тому, что составляло местную культуру, что впоследствии в Петербурге не оставлял без внимания ни одного украинца. Заслышав певучий говор на берегах Невы, он буквально преображался и спешил прижать «земляка» к груди. Румянцев был готов оказать тому любую помощь». Именно благодаря фельдмаршалу сделали карьеру при дворе его бывшие подчиненные по Малороссийской коллегии – Безбородко и Завадовский. Со временем протекцией Румянцева планировал воспользоваться и Федор Григорьевич Паскевич. Впрочем, эта протекция была ему нужна не столько для себя лично, сколько для своих сыновей.

РОЖДЕННЫЙ В ПОЛТАВЕ

Планы отца и деда, да и вся окружающая обстановка, способствовали тому, что с детства Ваня Паскевич настраивался верно служить великой Российской империи. Служить не только ради собственных благ и удовлетворенного честолюбия, но и ради самой идеи.

Грохот имперской мощи долетал даже до провинциальной Полтавы. В июне 1787 года во время своего путешествия по югу России город посетила Екатерина II. Государыню приветствовала делегация местных жителей (в том числе Григорий Иванович и Федор Григорьевич). Затем последовала череда торжеств, апофеозом которых стали военные маневры, воссоздававшие ход знаменитой битвы. Пятилетний малыш мог не все понимать в происходящем, но общий настрой и блеск празднеств должен был надолго (если не навсегда) отложиться в его памяти.

В маршруте Екатерины II посещение Полтавы было не самым важным пунктом. Гораздо больше ее интересовали недавно отвоеванные у турок земли Северного Причерноморья (получившие название Новороссия) и Крыма (Тавриды). Хозяйственным освоением края, а также его укреплением в военном отношении занимался самый известный из фаворитов императрицы и самый крупный среди них политик – Григорий Александрович Потемкин, получивший за свои усилия титул светлейшего князя Таврического.

Жаждавших реванша за предыдущие поражения турок его рвение, напротив, возмущало, и в том же 1787 году, заручившись активным содействием Швеции, а также молчаливым сочувствием вечно недружелюбных друг к другу Англии и Франции, Блистательная Порта объявила войну России.

Первое боевое столкновение произошло под Кинбурном, где тогда еще генерал-майор Александр Васильевич Суворов свирепой атакой сбросил в море численно превосходящий десант противника. Потом была нудная и кровопролитная осада Очакова армией Потемкина, закончившаяся в конце концов взятием крепости и награждением светлейшего высшим военным орденом Св. Георгия 1-го класса.

На море контр-адмирал Федор Ушаков нанес поражение турецкому флоту у мыса Фидониси. Кампания 1789 года отмечена блестящими победами Суворова при Фокшанах и Рымнике и Ушакова – при острове Тендра и в Керченском проливе. В 1790 году Суворов с численно меньшими силами «берет на штык» сильнейшую крепость Измаил. И наконец, завершающий год войны, 1791-й – победы Николая Васильевича Репнина при Мачине и Ушакова при мысе Калиакрия.

Все эти виктории вошли в летописи, а на командующих и их сподвижников водопадом сыпались ордена и денежные пожалования, не всегда, впрочем, соответствующие реальным заслугам. Больше всего лавровых венков досталось Потемкину, хотя главным героем войны, безусловно, был Суворов.

Как и обычно, на заднем плане остались печальные явления, породившие пословицу «кому война, кому мать родна».

Хотя боевые действия разыгрывались главным образом на территории нынешней Украины или в омывающих ее берега водах, Полтава оказалась глубоко тыловым городом, через который проходили тыловые коммуникации. И это обстоятельство помогало полтавчанам зарабатывать на военных поставках…


Читать далее   >


14 марта 2022


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
253835
Сергей Леонов
160343
Сергей Леонов
100404
Татьяна Минасян
100152
Александр Егоров
88299
Виктор Фишман
82278
Светлана Белоусова
80090
Борис Ходоровский
72784
Борис Ходоровский
67794
Павел Ганипровский
65609
Татьяна Алексеева
65387
Богдан Виноградов
58983
Татьяна Алексеева
52164
Павел Виноградов
52053
Дмитрий Митюрин
49777
Наталья Дементьева
48462
Наталья Матвеева
43762