ЖЗЛ
Камчатский ссыльный, король Мадагаскара
Богдан Виноградов
журналист
Санкт-Петербург
4291
Камчатский ссыльный, король Мадагаскара
В Европе Беневского представляли как романтического героя

Он побывал солдатом, ссыльным, мореплавателем, торговцем и политиком. Путь Морица Беневского от лишенного наследства бродяги до короля экзотического острова фееричен даже для авантюристичного XVIII века.

Мауриций Август Беневский родился в 1746 году в австро-венгерской дворянской семье словацкого происхождения – не слишком знатной, хотя он и представлялся бароном. После перенесенного в детстве перелома прихрамывал – может быть, из-за этого всю жизнь доказывал свое превосходство. Но в остальном Бог его не обделил: Беневский был красив, силен, обладая изысканными манерами, всегда оставался любимцем женщин.

По примеру отца-полковника в 16 лет Мориц стал гусаром. Говорил потом, что на Семилетней войне дослужился до генерала, но на самом деле лишь до капитана, а в боях почти не бывал. Зато встревал в кутежи, дуэли и прочие безобразия. В конце концов случилась какая-то темная история, и он досрочно ушел в отставку.

Возможно, именно поэтому отец завещал свое поместье не ему, а мужьям его сестер. Вернувшись с войны, Мориц прогнал их из отчего дома, однако те нажаловались императрице Марии-Терезии. 17-летний отставной гусар, обвиненный в самоуправстве и, почему-то, в ереси, бежит в Польшу. А там шляхетская Барская конфедерация в 1768 году восстает против короля Станислава Понятовского, за которым стоит Российская империя. Беневский служит ротмистром в войсках знаменитого магната Кароля Радзивила. Тот в 1768 году присоединился к конфедерации, и, разумеется, Мориц пошел за своим сюзереном на войну.

Он становится полковником конфедератов, в боях проявляет недюжинную храбрость, но попадает в плен – дважды. Сначала русские его отпускают под обещание сложить оружие. Но Мориц всегда плохо держал слово, и после второго пленения его отправляют в ссылку в Казань.

Оттуда он, выкрав нужные документы, бежит – вместе с еще одним ссыльным конфедератом, шведом майором Виндбландом. Они добираются до Санкт-Петербурга, рассчитывая сесть там на корабль и уплыть в Европу. В имперской столице Мориц обратился к капитану голландского судна, но тот выдал беглеца властям, и вскоре Мориц был схвачен – в кабаке.

Генерал-прокурор Сената князь Вяземский, который вел сыск по делу Беневского, позже отозвался о нем, как о человеке, «которому жить или умереть – все едино». В 1769 году неугомонного гусара именным указом Екатерины ІІ сослали на Камчатку, «чтобы снискивал там пропитание трудом своим».

Однако у Беневского явно другие планы. Он начал осуществлять их еще в Якутске, куда прибыл в партии других ссыльных в сентябре 1770 года. В заговор на предмет побега вошли напарник Беневского майор Виндбланд, а также поручик Иоасаф Батурин, ротмистр Ипполит Степанов, сенатский секретарь Иван Сольманов и поручик Василий Панов, удачно владевший японским языком. Мориц стал вожаком группы.

На запряженных лосями санях беглецы отправились в Охотск. По пути Мориц узнал, что казак из конвоя везет письмо охотскому губернатору от якутского, в котором сообщается об их заговоре. Дело в том, что один из его участников – фельдшер Гофман – рассказал обо всем в предсмертной исповеди, и это дошло до губернатора. Мориц очень быстро подружился с тем казаком и как-то, подпоив того водкой, изъял письмо. Пока собутыльник спал, Беневский написал новое письмо, в котором от имени якутского начальника охарактеризовал себя и подельников самым лестным образом, и подменил бумаги.

В Охотске компанию ссыльных посадили на галиот «Святой Петр». За время плавания Мориц успел склонить к мятежу еще и пару матросов. Конспираторы уже готовились осуществить захват – у них имелось и оружие – но тут налетел шторм, сорвавший их планы. Потому потерявший мачту галиот благополучно прибыл на Камчатку, в Большерецкий острог.

Там общительный Мориц сразу устанавливает хорошие отношения с товарищами по несчастью, среди которых оказалось и несколько моряков. Мориц демонстрирует соратникам подложное письмо наследника престола Павла Петровича, якобы благословившего мятеж. Талант манипулятора не подвел: к апрелю 1771 года созрел новый заговор, к которому примкнули и некоторые из местных камчадалов. Беневский уверял их, что готовит «освобождение туземцев Камчатки от русского владычества». Одним из основных деятелей группы был поручик Петр Хрущов, у которого Беневский жил.

Ход бунта напоминает убийство того же Павла, произошедшее через 30 лет. Мятежники врываются к коменданту острога – вечно пьяному капитану Нилову. Тот чуть не задушил Морица его собственным шарфом, но был застрелен. Больше жертв не было. Мятежники провозгласили Беневского «командором Камчатки», а свои приказы он подписывал еще более пышно: «Пресветлейшей Республики Польской резидент и ее Императорского Величества Римского камергер, военный советник и регементарь».

При этом никаких особых злодейств заговорщики не чинили. Объявили, что комендант Нилов скончался от пьянства, и похоронили его достойно. Изымали по дворам и лавкам оружие и провиант, но платили за него честно – деньгами из казны острога.

Оставаться на полуострове они, конечно, не собираются. На «Святой Петр» грузят пушнину и прочие товары, и в начале мая 70 беглецов отправляются в удивительное плавание. А до Петербурга известие о мятеже дошло лишь тогда, когда все уже давно совершилось.

Приключения беглецов начались у необитаемого островка Курильской гряды, где несколько матросов попытались поднять бунт. После его подавления Беневский хотел казнить смутьянов, но передумал и лишь высадил их на остров.

Потом корабль авантюристов добрался до закрытой тогда для иностранцев Япония, где Беневский своеобразно проявил свои дипломатические способности. Он послал сегуну предупреждение о коварных планах российского правительства, якобы намеренного захватить остров Хоккайдо. Не привыкшие к европейской наглости японцы поверили и снабдили путешественников провиантом. Этот случай до сих пор памятен в Японии как «предостережение Беневского».

Почти месяц беглецы отдыхали на архипелаге Рюкю, где Мориц пользовался немалой популярностью среди местных жителей, а потом отправились дальше. Их ждали штормы, мятеж команды, стычка с туземцами Формозы (Тайваня), в которой погибли три человека, смерти от болезней и другие невзгоды, обычные для мореплавателей той поры.

Наконец корабль бросает якорь в расположенном на территории Китая португальском Макао. Губернатору Мориц представился главой польской научной экспедиции и ему снова верят – уж очень обаятелен «ученый». Пока команда отдыхает, ее хитроумный предводитель размышляет над следующим ходом. В частности, обладая авантюрно-утопическим складом мышления, он подумывает о создании некоего «Государства Солнца».

Неожиданно он продает корабль со всем грузом, и пораженная команда немедленно восстает против своего предводителя. Но с помощью солдат губернатора и красноречия Беневского мятеж был подавлен. Зачинщиков, в том числе и старого друга Виндбланда, посадили для вразумления в тюрьму, а остальные согласились следовать за своим капитаном. На зафрахтованных кораблях они добираются до французского острова Маврикий, а в июне 1772 года – до самой Франции.

Выясняется, что в аристократических салонах Парижа о Беневском уже наслышаны. Рассказывают, например, что он соблазнил дочь камчатского губернатора, которую покинул в Китае. Странным образом эта фантастическая история напоминает реальную, произошедшую 34-я годами позже – Николая Резанова и Кончиты Аргуэльо…

Мориц был виртуозным лгуном и не чурался мелкого предательства, но имелось в нем и великодушие. Недаром позже писатели, поэты и сценаристы сделали из него чуть ли не благородного рыцаря. Основания для этого есть: например, через русского резидента в Париже он получает гарантии для своих спутников, желавших вернуться на родину. И в России членов команды «Святой Петр» за мятеж не наказывают. Возможно, Екатерина II, читая донесения об этой эпопее, чисто по-женски невольно прониклась жалостью и восхищением.

Поступив на службу к королю Франции, Беневский выступает с достаточно безумным проектом покорения Алеутских или Курильских островов. Ну, на худой конец, Формозы. Однако министр иностранных дел герцог дʼЭгийон и морской министр де Буайн были людьми здравомыслящими и собирались использовать этого авантюриста, уже доказавшего свою эффективность, более рационально. Они предложили ему освоить Мадагаскар – предприятие трудное, но, в принципе, возможное. И гораздо более соответствующее геополитическим интересам Франции, чем Курилы. А Беневскому, судя по всему, было все равно, какие острова покорять.

Король Людовик XV подтвердил его полномочия и в феврале 1774 году экспедиция из 300 человек, 11 из которых были русскими со «Святого Петра», достигла таинственного острова. Тут история вновь пересеклась с легендой – о существовавшем на острове в XVII веке государстве пиратов Либерталии. Выдумал ее другой гениальный авантюрист – английский писатель, памфлетист и шпион Даниэль Дефо. Позже Либерталия часто накладывалась на историю колонии Беневского. Но реальность была не менее яркой.

Долгое время туземцы острова противились европейскому проникновению, а вот Мориц им почему-то понравился. Он пригласил в новенький форт племенных вождей – и заворожил их своими речами, также как раньше дурил камчадальских охотников, туземцев Рюкю, японских самураев и французских аристократов. Он договорился практически обо всем, что ему требовалось: вожди уступали колонистам земли, обязались снабжать их продовольствием и в случае нужды выступать на их защиту от других племен.

В октябре 1776 года 62 вождя провозгласили Беневского «новым Ампансакабе» – вождем вождей, королем Мадагаскара. Легитимности ради объявили, что он сын дочери последнего правителя мальгашского царства Имерина, похищенной белыми и родившей ребенка в неволе. Возможно, идею им подал сам Мориц – фантазия у него была буйной…

Два года колония развивалась ускоренными темпами, что вызвало бешеную зависть французских колониальных властей островов Маврикий и Реюньон, засыпавших Париж доносами на конкурента. Вдобавок вскоре умирает благоволивший Беневскому Людовик XV. Прекращается помощь из метрополии, колонию терзают голод и болезни. Приходится возвращаться.

Во Франции Беневский становится генералом, кавалером орденом Святого Людовика, но остается не у дел. Он возвращает родовое поместье и пытается жить спокойно, однако на месте не сидится, и в 1779 году следует возвращение во Францию. Идет война за независимость североамериканских колоний от Англии. В Париже Беневский вновь проявляет коммуникабельность, близко сойдясь с американским посланником, одним из отцов-основателей США Бенджамином Франклином. Вскоре он уже плывет на войну за океан с отрядом французских добровольцев. Однако до Америки добирается лишь Мориц, остальных задерживают англичане. Без денег и связей ему приходится вернуться в Европу.

И вновь его манит Мадагаскар – пик жизненного пути. В Англии он увлекает известного ученого Жана-Гиацинта де Магеллана, потомка великого мореплавателя. Вместе с американскими негоциантами они создают частный консорциум по колонизации острова. В октябре 1785 года, после тяжелого плавания, «законный король» острова начинает строительство своей «столицы».

Но Франция теперь его враг, и с Маврикия против колонии отправляется карательный отряд. 23 мая 1786 года Мориц гибнет в бою – почти как исторический д’Артаньян за столетие до того: в самом начале схватки получает пулю в голову. Хоронят его рядом с двумя русскими из его первой команды.

Оставшаяся после него легенда традиционна для таких героев: мол, Беневский спасся и пиратствовал потом в океане. До сих пор энтузиасты ищут якобы спрятанные им сокровища.

О нем написаны десятки романов, поэм и научных трудов, снимаются фильмы. В мадагаскарской столице Антананариву есть улица его имени и стоит памятник ему. Но самый удивительный мемориал он воздвиг себе в истории сам – собственной головокружительной жизнью, заняв достойное место в ряду великих авантюристов того времени, таких, как Джузеппе Бальзамо, шевалье д’Эон, княжна Тараканова, граф Сен-Жермен…


Дата публикации: 29 февраля 2024

Постоянный адрес публикации: https://xfile.ru/~QxE5I


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
9245735
Александр Егоров
1017250
Татьяна Алексеева
842861
Татьяна Минасян
415074
Яна Титова
267323
Светлана Белоусова
221604
Сергей Леонов
218625
Татьяна Алексеева
210242
Борис Ходоровский
189649
Наталья Матвеева
187832
Валерий Колодяжный
183537
Павел Ганипровский
166415
Наталья Дементьева
119227
Павел Виноградов
117276
Сергей Леонов
113088
Виктор Фишман
96825
Редакция
93089
Сергей Петров
87749
Борис Ходоровский
84501