Обратная сторона рая
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №3(493), 2018
Обратная сторона рая
Ирина Елисеева
журналист
Санкт-Петербург
1740
Обратная сторона рая
Сигирию называют «восьмым чудом света»

Многочисленные рекламные туристические объявления приглашают посетить возведенное правителем Касапой «восьмое чудо света», «место, похожее на земной рай». При этом потенциальным клиентам, не жалея превосходных степеней, поясняют, что «форт Сигирия — величественный царский город, построенный на вершине песчаникового монолита, возвышающегося над густым тропическом лесом в самом сердце Шри-Ланки». Все так. Вызывает вопрос другое — как эту красоту мог построить жестокий тиран-отцеубийца, который ради узурпирования власти, не задумываясь, совершил тяжкие преступления, никоим образом не сопоставимые с понятием «земной рай»? Неужели в одном человеческом мозгу действительно могут мирно сосуществовать «гений и злодейство»? Или древние летописцы по какой-то причине исказили реальные события? Разобраться в этом не просто. И все-таки, не претендуя на то, чтобы сделать историческое открытие, попробуем, как теперь говорят, реконструировать ситуацию…

Чтобы не заплутать в путанице происходивших во времена возведения Сигирии событий, прежде всего следует учесть: строительные работы Касапы, да и сама его судьба известны нам по написанной в XVIII веке «Большой хронике Махавамса». Речь идет об исторической поэме, авторство которой приписывается монаху Маханаме из Анурадхапуры, адепту Тхеравады («учение старших») — ортодоксального направления буддизма, иногда именуемого Хинаяной.

Поэма посвящена главным образом истории буддизма и отношениям правящих монархов с буддийской сангхой — общиной, принадлежащей к Тхераваде. Касапа же родился за семь столетий до написания хроники, к тому же являлся покровителем другого направления буддизма — Махаяна («великая колесница»). Так не могло ли случиться, что людям, описывавшим жизнь «тирана-отцеубийцы», было удобно (а возможно, и выгодно) исказить некоторые факты и выставить строителя Сигирии в ложном свете? Представить его кровожадным безумцем, вместо того чтобы рассказать всему миру о приверженности царя к враждебному религиозному направлению?..

Если это в самом деле так, древних летописцев можно упрекнуть в вопиющей недобросовестности. Впрочем, подобное отношение к истории встречалось во все времена. А поскольку никаких иных сообщений о жизни Касапы мы на сегодняшний день не имеем, остается лишь внимательно прочесть хроники Махавамса...

Дела семейные

Как значится в этих хрониках, будущий король-узурпатор Касапа I родился в сингальской столице Анурадхапуре — городе, где произрастает дерево Бо, выросшее из отростка подлинного дерева, под которым, согласно преданию, обрел нирвану Будда.

Отцом Касапы был, как считается, обладавший неисчислимыми богатствами, мудрый и искренне приверженный вере предков царь Датусена I, славный тем, что построил огромное водохранилище Калавева, которое служит людям и поныне. Матерью — юная красавица-наложница, имя которой затерялось в истории. И хотя первенец простолюдинки являлся старшим из сыновей Датусены, а следовательно, считал себя вправе претендовать на отцовский престол, царь решил иначе. Оттого ли это произошло, что младший брат Касапы, Могаллана, имел счастье стать сыном порфирородной супруги правителя? Или Датусена лишил Касапу власти за вероотступничество (а как еще можно было определить его приверженность к Махаяне?) — мы теперь уже не узнаем. Однако судьбоносное решение было принято, и оно, как выяснилось позже, оказалось для царя роковым.

Узнав, как обошелся с ним родитель, оттесненный Касапа вознегодовал и, будучи по природе человеком неглупым и сильным, решил не смиряться с несправедливостью, а добиваться правды любыми путями. В царских семействах эти пути бывали одинаковы во все времена. А потому интриги и венчавший их дворцовый переворот, к которым прибегнул несостоявшийся престолонаследник, нельзя считать чем-то из ряда вон выходящим.

Кто помогал Касапе? Логика подсказывает самый правдоподобный ответ: ближайшие друзья и сподвижники — адепты направления Махаяна, не убоявшиеся ради своей веры поднять руку на законного правителя.

Силой или хитростью захватив царя, заговорщики заключили его в темницу, а вернее, в фамильный склеп и потребовали переписать завещание. Датусена упрямился, а тем временем народ, взбудораженный просочившимися за дворцовые ворота смутными слухами о происходящем, начал волноваться. Дело могло закончиться для Касапы скверно, и потому, посоветовавшись со своими ближайшими помощниками, он принял страшное, но единственно правильное, по общему мнению, решение…

Узнав, что Датусена, сначала подвешенный собственным сыном за ноги, а затем заживо замурованный в стене водохранилища Калавева, закончил свои дни в муках, Могаллана не стал дожидаться следующих шагов старшего брата и, тайно покинув Анурадхапуру, отправился в Индию. После чего Касапе оставалось сделать лишь одно — объявить подданным, что их царь скоропостижно почил в бозе, а назначенный им наследник бесследно и при невыясненных обстоятельствах исчез. Причем бегство Могалланы оказалось Касапе, надо полагать, как нельзя более на руку — на того, кто скрылся в неизвестном направлении вместо того, чтобы воссесть на престол, не сложно было взвалить что угодно, вплоть до отцеубийства, о котором в народе упорно, хотя и с опаской, перешептывались.

Итак, все складывалось для Касапы удачно. Объявленный за неимением другого наследника царем, он получил все, чего добивался. И случилось это в 477 году…

Воплощение мечты

Если у Касапы и имелись опасения, что младший брат когда-нибудь объявится и потребует справедливости, как об этом рассказывается в хрониках Махавамса, виду он не подавал. Более того, не откладывая дела в долгий ящик, принялся внедрять в жизнь собственные идеи и замыслы, первым из которых стало строительство новой столицы сингальского государства.

Чем царя Касапу I не устраивала Анурадхапура? Ответ очевиден. Как бы ни была прекрасна и богата столица, знаменитая на всю Ойкумену медным, со всех сторон окруженным колоннами дворцом и монастырским комплексом Джeтaвaнa. Это место почитаемо всеми буддистами, но «своим» его считали лишь приверженцы Тхеравады. Махаяниста Касапу такое положение вещей не устраивало. Он грезил о другой столице, прекрасной, как мир, надежно защищенной от любых посягательств, рассчитанной на то, чтобы стоять до скончания веков. И располагаться этот город мог, как считал новый властитель, лишь в одном месте — на вершине скалы Сигирия.

Собранные Касапой со всего Востока лучшие инженеры и архитекторы принялись за дело. Расчистили на 180-метровой высоте обширную площадку, построили на ней величественную цитадель, окруженную садами с фонтанами и бассейнами, и основали вокруг нее поселение.

Каждый желавший попасть в новый город, мог сделать это лишь одним способом — поднявшись по удивительной лестнице, ступени которой были выдолблены в камне и находились между лапами, горлом и челюстями неимоверных размеров льва.

Лев, согласно представлениям сингальцев, считался священным животным, символом устрашения, отчего и был избран эмблемой государства. А часть скалы, что находилась выше головы зверя, была расписана образами Касапы и его отца Датусены, что должно было наглядно продемонстрировать всему миру, во-первых, насколько равновеликими, поистине подобными богам людьми являются представители царствующего ныне рода, а во-вторых, показать как он, Касапа, скорбит по безвременно ушедшему родителю…

Царство красоты

Строительство новой столицы продолжалось семь лет, и, когда оно было в 484 году завершено, мир ахнул, потому что ничего более прекрасного никто из живущих не мог бы даже вообразить.

Скала Сигирия, похожая издали на сказочных размеров золотой самородок, оправленный в сплетение густо-зеленых лесов, горделиво поднимается над окрестными холмами. У ее подножия по приказу Касапы были разбиты роскошные сады, построены невысокие стены и выкопаны неглубокие рвы, украшенные бассейнами и диковинными фонтанами.

Выше располагался Сад камней. На западном склоне раскинулся Сад воды, а в старательно отделанной каменотесами пещере был устроен зал для торжественных приемов, в котором возвышался пятиметровый трон. Здесь же, в пещере, строители отвели место для небольшого театра, где давались до того невиданные жителями сингальского государства музыкальные и поэтические представления.

Чтобы обезопасить цитадель от вторжения неприятеля, были заготовлены камни, которые даже не слишком сильный человек легко мог столкнуть вниз, на головы нападающих. А чтобы постоянно следить за округой, по краям скалы строители воздвигли кирпичные стены с платформами для часовых. К слову, заснуть и не заметить опасности охрана не могла — площадки были сделаны максимально узкими и любой, кого сморил бы сон, рисковал упасть с чудовищной высоты…

Сияние отражавших лучи солнца стен возведенного дворца распространялось на многие километры вокруг. Как рабочие, не имевшие мощной техники, поднимали на такую высоту стройматериалы — не меньшая загадка, чем тайна строительства египетских пирамид. Однако рукотворное чудо было создано, и в новую столицу потянулись люди.

Много невероятных, посвященных красоте идей было воплощено во дворце. В вытесанной из скальной породы и отполированной стене Кат Битха, словно в гигантском серебряном зеркале, отражались в мельчайших деталях лица и детали одежды посетителей, направлявшихся ко дворцу царя Касапы. Фрески, выполненные особого состава нестареющими красками, изображали пары несказанно прекрасных девушек — апсар, ублажающих богов пением, танцами и любовью. Будто паря в воздухе, красавицы утопали ниже бедер в молоке и властно бередили мужское воображение.

Кем были женщины, с которых писали портреты нанятые Касапой художники, также неизвестно. Не исключено, что каждый из живописцев рисовал представлявшийся ему идеал красоты и прелести. А возможно, то были портреты пятисот живущих во дворце наложниц царя.

Прекрасен был дворец, и не оставлял он равнодушным ни одного пришедшего сюда. По всему, что окружало Касапу в дни его пребывания в Сигирии, видно: этот человек слишком любил жизнь и слишком ценил красоту, чтобы оставаться по натуре мрачным тираном, каким его выставили составители хроник Махавамса…

Последняя битва

Восемнадцать замечательных лет провел Касапа в своем Сигирийском дворце, и каждый его день был наполнен удовольствиями. Но царь не забывал и о том, ради чего была построена новая столица. Его заботы и помыслы были направлены на то, чтобы прославить и укрепить школу, которой он был привержен.

К слову, многие сегодняшние исследователи считают, что Сигирия вообще не предназначалась для того, чтобы стать резиденцией монарха, это был монастырский комплекс, где приверженцы Махаяны могли без помех совершать свои обряды. Хотя… Предполагать можно что угодно, но факты говорят, что в 495 году случилось непоправимое. Либо боги помутили разум царя, заставив отказаться от похожей на сказку жизни, либо резко изменилась политическая ситуация, но, как сообщают хроники Махавамса, Касапа послал своему скрывавшемуся в Индии младшему брату вызов на бой.

Могаллана немедленно откликнулся, но, решив не ограничиваться поединком, собрал в Индии неисчислимое войско и направился на родину.

О том, на какие деньги содержалась эта армия, в хрониках не говорится ни слова. Может быть, Могаллана не так уж спешно бежал из Анурадхапуры и вывез в Индию немалую часть отцовских богатств? Во всяком случае, некоторые историки считают, что Датусена не раскрыл взбунтовавшемуся старшему сыну важнейшую тайну — место, где были спрятаны его сокровища.

В этом, конечно, также можно усомниться, потому что для строительства Сигирии необходимы были серьезные финансовые средства… Но, чтобы окончательно не завязнуть в хитросплетении «если» и «может быть», вернемся к хроникам.

Итак, дата битвы была назначена. Войскам враждующих братьев предстояло помериться силой на берегу озера Хабарана. Касапа сам возглавил своих воинов. Сидя на боевом слоне, он приближался к поджидавшей его армии брата и уже предвкушал победу. Но фортуна отвернула от него свое лицо… Не напоенный слон, почуяв неподалеку от себя воду, перестал слушаться царя и резко развернулся к озеру. Воины, решив, что их повелитель передумал сражаться и дает сигнал к отступлению, в растерянности разбежались.

Оставшись в одиночестве и понимая, что на милость брата рассчитывать не приходится, Касапа сошел со слона, приблизился к самому краю сигирийской скалы, точным движением перерезал себе кинжалом горло и рухнул с высоты к подножию…

Так закончилась жизнь человека, вошедшего в историю под определением «узурпатор-отцеубийца». Кем он был на самом деле, каждый волен решить сам. От себя добавим лишь, что Могаллана после смерти брата разрушил цитадель, уничтожив все следы бывшего хозяина, и, взяв власть в свои руки, восстановил столицу в Анурадхапуре, а в Сигирии поселил буддийских монахов…

Легенда о Ланке

Разбираясь в тайнах Сигирии, ученые начали сомневаться: а был ли Касапа на самом деле первостроителем цитадели на скале? Не случилось ли так, что он лишь слегка отреставрировал хорошо сохранившееся древнее поселение? Ведь известно, что письмена и рисунки, найденные в одной из сигирийских пещер, датируются не позднее чем II веком до н. э., а вплоть до воцарения в сингальском государстве Касапы на неприступной скале жили буддийские монахи.

Развивая эту мысль, некоторые исследователи пошли еще дальше и задались вопросом: не является ли Сигирия той самой затерянной Ланкой, под стенами которой развернулись основные события величайшего древнеиндийского эпоса «Рамаяна»?..

Как гласят легенды, Ланка появилась по велению божественного зодчего и творца Вселенной Вишвакармана, и возвели город из чистого золота, почему он и был подарен одноглазому богу богатства Кубере.

Если верить «Рамаяне», Ланка являлась столицей древней могучей империи демонов — якхов и располагалась на неприступной скале в окружении прекрасных девственных лесов.

Посланный Рамой в Ланку сын бога ветра Хануман увидел чудный город, горделиво стоящий на вершине утеса и словно парящий в воздухе. Был тот город опоясан золотой стеной, отражавшей лучи солнца. В окружавшем цитадель широком, заполненном водой рве плавали лотосы и ужасные крокодилы, преграждавшие путь любому, кто вознамерился бы тайно сюда проникнуть. Лишь с помощью оборотничества Хануман пробрался-таки в заповедные владения Раваны, где и обнаружил в Саду воды похищенную ракшасом жену Рамы — Ситу.

Обитатели Ланки, хранители сокровищ бога Куберы, были не совсем людьми, а скорее являлись духами. Причем существами они, в отличие от ракшасов, были, надо полагать, совсем не злыми, ибо не только верой и правдой служили своему покорителю принцу Виджае, который, между прочим, еще в юности восстановил против себя соотечественников своими буйными и жестокими поступками. Не исключено, что с годами принц таки остепенился и смирил свой нрав. Но, так или иначе, духи — хранители сокровищ были настолько миролюбивы, что даже помогали королю Пандукабхайе возводить первую столицу сингальского государства Анурадхапуру.

Как значится в «Большой хронике Махавамса» («Рамаяна» младше по времени написания), принц Виджая женился на якхине Кувени и именно с ее помощью завоевал остров Шри-Ланка…

Во всем этом были абсолютно уверены древние. До сей поры живет память о некоей базировавшейся именно в этих местах могущественной цивилизации якхов, истоки которой уходят в самую глубокую древность… Словом, во всем, что касается Сигирии, вопросов куда больше чем ответов, и желание отождествить построенную Касапой столицу с древней Ланкой имеет столько же прав на существование, как и стремление это категорически отрицать. Остается лишь надеяться, что далеко еще не досконально изученная скала когда-нибудь раскроет ученым все свои тайны…


16 января 2018


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
116255
Сергей Леонов
95604
Владислав Фирсов
88508
Виктор Фишман
77632
Борис Ходоровский
68756
Богдан Виноградов
55194
Дмитрий Митюрин
44650
Татьяна Алексеева
40482
Сергей Леонов
39432
Роман Данилко
37480
Светлана Белоусова
35611
Александр Егоров
34906
Борис Кронер
34476
Наталья Дементьева
33207
Наталья Матвеева
33034
Борис Ходоровский
31958