Энергия жизни блокадного Ленинграда
ВОЙНА
Энергия жизни блокадного Ленинграда
Ольга Патренкина
журналист
Санкт-Петербург
354
Энергия жизни блокадного Ленинграда
Рабочие и инженеры, участвовавшие в восстановлении трамвайного движения. Фото из архива АО «Ленгидропроект»

Трагедия ленинградской блокады ассоциируется прежде всего со страшным голодом. Однако была и еще одна блокада — энергетическая, и прорвали ее не в январе 1943-го, а почти на четыре месяца раньше.

23 сентября 1942 года по проложенному через Ладожское озеро Кабелю жизни в осажденный Ленинград начали подавать электроэнергию. Этой памятной дате посвящена открывшаяся в Государственном мемориальном музее обороны и блокады Ленинграда (Соляной переулок, д. 9) выставка «Энергия жизни».

Запущенная в декабре 1926 года Волховская ГЭС стала «первенцем ГОЭЛРО» и обеспечила необходимой электроэнергией промышленность Ленинграда. К 1941 году в энергосистему «колыбели революции» пошел ток еще двух гидроэлектростанций — Нижне-Свирской и ранее принадлежавшей Финляндии Роухиалы. Другими источниками энергообеспечения Ленинграда были ТЭЦ, генераторный газ, нефть и мазут, коксовый газ, а также традиционные торф, дрова, уголь.

С началом Великой Отечественной войны внешние источники энергоснабжения перерубались один за другим. Финны отбили Роухалу. Нижне-Свирская ГЭС оказалась прямо на проходящей по Свири линии фронта. До Волховской ГЭС немцы не дошли, но ее оборудование было демонтировано.

Когда вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады, в городской энергосистеме осталось лишь 34% довоенной мощности. Приходилось рассчитывать только на стремительно таявшие «внутренние резервы». В самые страшные блокадные месяцы зимы 1941–1942 годов дрова были на вес золота. Свои промерзшие квартиры жители отапливали мебелью, паркетом, книгами.

Большинство специалистов-энергетиков были либо эвакуированы, либо ушли на фронт, где обычно попадали в артиллерийские и инженерные войска. Профессиональные знания мирного времени во многих случаях оказывались очень востребованы в боевых условиях. Например, многие инженеры, работавшие в проектировавшем все основные ГЭС Советского Союза институте Ленгидэп (сегодня — АО «Ленгидропроект»), служили в железнодорожной артиллерийской батарее Балтийского флота и разработали систему контрбатарейной стрельбы, позволившую минимизировать ущерб от вражеских артиллерийских обстрелов.

СИМФОНИЯ ТРАМВАЙНОГО ЗВОНКА

Ситуация с энергоснабжением стала меняться весной 1942 года. 5 марта на линию вышли первые трамваи, использовавшиеся в основном для восстановления разбитых немецкой артиллерией рельсов, электросети и вывоза снега.

Отозванный с фронта и назначенный начальником службы городского электротранспорта инженер-ленгидэповец И. Е. Пох получил задание к 15 апреля обеспечить пуск первого пассажирского трамвая. «Придя в энергетическую службу, я застал ужасную картину: все сотрудники были в дистрофическом состоянии. Причем в коллективе преобладали женщины. Кадров не хватало, ушли на фронт сотни, вернулись единицы.

Наиболее сложной была работа на подстанциях. Они были погашены внезапно, поэтому вода в кожухах, предназначенная для их охлаждения, превратилась в лед, все выпрямители вышли из строя.

А наиболее опасной оказалась работа на улицах с контактной сетью. Немцы ежедневно сбрасывали на город тысячи снарядов, а работа велась с вышек. Поэтому, чтобы укрыться от обстрела, сначала было необходимо спуститься с 6-метровой высоты, а потом искать убежище. Из-за этого погиб на посту монтажник-контактник В. Торопов, буквально у меня на руках умер от осколка бесстрашный монтажник-контактник А. Жарков.

Специальность контактника стала дефицитной. Поэтому мы, инженеры, стали их помощниками и выполняли полностью обязанности рабочих…

15 апреля 1942 года движение возобновилось. Трамвайный звонок для ленинградцев прозвучал как симфония».

НЕВИДИМЫЙ ПОДВИГ

Через десять дней было подписано постановление Государственного комитета обороны о строительстве бензопровода в блокадный Ленинград. Протяженность трассы составляла 30 километров, из них 8,5 км на суше и 91,5 км — по дну Ладоги, на глубине от 1 до 12,5 м.

Главным инженером проекта назначили Д. Шинберга, а создание технической документации для объектов на западном берегу Ладожского озера было поручено Ленинградской проектной конторе треста «Центроспецстрой». Контроль за выполнением постановления ГКО осуществлял будущий глава правительства СССР А. Н. Косыгина.

Трубы для сооружения нашли в Колпино, на Ижорском заводе. Грузить их пришлось ночью, под обстрелом. Важную роль в работах играла Экспедиция подводных работ особого назначения Балтийского флота (ЭПРОН). Водолазы и моряки-краснофлотцы должны были составить продольный профиль дна и определить схему трассы, а также участвовать в работах, связанных с погружением трубопровода на дно озера. Параллельно с проектно-изыскательскими работами на обоих берегах сроились временные подъезды, причалы, складские сооружения, убежища на случай бомбежки и артобстрелов.

Монтировали трубы по 17 часов в сутки, фонарей не зажигали, чтобы не привлекать внимание. Укладка началась с аварии. 26 мая Ладога была неспокойной. Участники работ быстро собрали и сварили тысячеметровую плеть. Но во время попытки ее установить волнение на озере усилилось, крепление плети оборвалось, и она исчезла в волнах. Из случившегося сделали выводы: во-первых, необходимо иметь наготове страхующий буксир, во-вторых — не работать во время шторма. В дальнейшем эксцессов не возникало. Подгонка и сварка плетей, имеющих среднюю длину 1,4 километра, продолжались с 31 мая по 14 июня. Пятнадцать таких плетей подводники уложили на дно Ладоги — так была построена озерная часть объекта.

Утром 19 июня правительственная комиссия подписала акт приемки продуктопровода, оценив работу участников стройки на «отлично». Артерия жизни действовала 90 месяцев, в течение которых Ленинград получил более 40 тысяч тонн горючего. Хорошо, что командование вермахта так и не узнало об этой стройке. Хуже, что в воспоминаниях она тоже упоминается крайне редко.

КАБЕЛЬ С ДЕНЕЖКОЙ — КАБЕЛЬ ЖИЗНИ

И наконец, о дате, с которой связывают прорыв энергетической блокады.

После разгрома фашистских войск под Тихвином (декабрь 1941 года) угроза захвата Волховской ГЭС противником была ликвидирована. Началось постепенное восстановление станции, причем и вывоз оборудования осенью 1941-го, и реэвакуция, а также монтаж велись под руководством инженеров из некогда проектировавшего станцию Ленгидэпа.

Одновременно началась подготовка к прокладке кабеля, который должен был пройти до восточного берега Ладоги и далее по дну озера.

Сам кабель марки СКС сечением 3Ч120 мм, выдерживающий напряжение в 10 Кв, изготовили в Ленинграде на заводе «Севкабель». Из-за отсутствия изоляционной бумаги пришлось взять бумагу с водяными знаками, использовавшуюся для печатания денежных купюр. Так этот кабель и прозвали — «кабель с денежкой».

Его наружный диаметр составлял 64 мм, вес погонного метра — 16 кг. Для соединения использовались герметичные муфты массой по 187 кг каждая. Монтаж производился в бухте Морья на Ладожском озере. По дну кабель укладывался пятью линиями по 22,5 км с плавучей платформы грузоподъемностью 300 тонн.

Работы выполнялись 27-м отрядом подводно-технических работ Балтийского флота только в ночное время (из-за угрозы авианалетов). За один проход баржи и вспомогательного судна по озеру со скоростью 2–2,5 км в час кабель укладывался в самом узком месте Ладожского озера (23,5 км) на глубину до 18–20 м. Уложить первую и последнюю пятую нитку удалось только с двух проходов.

23 сентября 1942 года электроэнергия Волховской ГЭС стала поступать в квартиры ленинградцев. Семья из трех человек могла на два часа в день включать лампочку мощностью 40 Вт, что воспринималось как роскошь.

Выставка «Энергия жизни» расскажет об этих и других эпизодах из истории энергетики военного Ленинграда. Значительную часть материалов предоставили петербургские поисковики, представители организаций, которые в свое время участвовали в прорыве энергетической блокады («Ленгидропроекта», «Метростроя», завода «Севкабель»), а также Центрального Государственного архива научно-технической документации Санкт-Петербурга.

Экскурсию для гостей провел куратор выставки Виталий Бондарь.

В ходе церемонии открытия директор Музея обороны и блокады Ленинграда Елена Лезик и директор Центрального Государственного архива научно-технической документации Санкт-Петербурга Светлана Аганина подписали договор о сотрудничестве.

Подробнее см. https://vk.com/wall-99818413_1649


24 сентября 2020


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
88433
Виктор Фишман
70661
Борис Ходоровский
62855
Сергей Леонов
55903
Богдан Виноградов
50019
Дмитрий Митюрин
37341
Сергей Леонов
33822
Роман Данилко
31670
Борис Кронер
20527
Светлана Белоусова
19577
Светлана Белоусова
18299
Дмитрий Митюрин
17889
Наталья Матвеева
17698
Татьяна Алексеева
17187
Наталья Матвеева
16473
Татьяна Алексеева
16237