ГЭС «из портфеля»
СССР
ГЭС «из портфеля»
Алексей Спрудэ
журналист
Санкт-Петербург
816
ГЭС «из портфеля»
На сегодня самой мощной по установленной мощности ГЭС России является Саяно-Шушенская

После Гражданской войны гидроэнергетика стала локомотивом советской экономики, выведя СССР в ведущие промышленные державы. Однако на сегодня степень освоения гидроресурсов России составляет чуть более 20%. Многие проекты ГЭС по разным причинам так и остались «в портфеле», хотя, возможно, многие из них еще ждут своего часа.

Первые масштабные проекты гидроэлектростанций связаны с так называемым Озерным районом (до революции включавшим регионы современного Северо-Западного федерального округа) и были связаны с идеей обеспечения электроэнергией столицы Российской империи.

Еще в 1892 году инженер Николай Бенардос предлагал построить на Неве (на Ивановских порогах) мощную гидроэлектростанцию, покрывающую нужды едва ли не всей петербургской промышленности. В обосновании он писал: «взять у реки десяток тысяч сил для добычи электрического тока и отправить его в Санкт-Петербург». Однако для зависимой от поставок импортного оборудования страны столь масштабный проект был в то время совершенно неподъемным.

Больше шансов на реализацию имелось у проекта Генриха Графтио, предусматривавшего электроснабжение Петербурга от гидростанции на Сайменском озере в Великом княжестве Финляндском. Исходя из напора в 60 метров предусматривалось получить зарегулированную мощность 300 000 л. с. Проект освещался на одной из комиссий Финляндского сейма в Гельсингфорсе (Хельсинки) и был провален. В кулуарах заседаний один из официальных представителей германского государственного банка при свидетелях цинично сказал Графтио: «Неужели вы допускаете возможность создания таких мощностей для петербургской промышленности вне нашего контроля?»

В связи со столыпинской аграрной реформой, предусматривавшей программу масштабного переселения малоземельных крестьян в Сибирь, начались масштабные исследования по изучению водных ресурсов восточных регионов империи.

В 1910 году в Министерстве путей сообщения прошло совещание по рассмотрению проекта канала, соединяющего Каму с Иртышем. Участвовавшие в нем инженер Владимир Родевич и знаменитый ученый-электротехник Михаил Шателен рекомендовали обратить особое внимание на гидроресурсы сибирских рек и, в частности, реки Чусовой, которая имела особое значение при строительстве этой транспортной артерии.

Соответствующий проект был разработан экспедицией под руководством Александра Фидмана. В нем предусматривалось создание глубоководного пути от Перми до Тобольска протяженностью свыше 1,5 тысячи километров, а также строительство 97 плотин, 117 шлюзов и двух водохранилищ.

Данный проект можно считать составной частью реализуемой правительством Петра Столыпина программы, направленной на ускоренное развитие Сибири и Дальнего Востока и интеграции этих регионов с Европейской Россией. Вообще, в столыпинской программе модернизации экономики России перспективам гидроэнергетики уделялось большое внимание, и некоторые исследователи говорят даже о своего рода нереализованной ГОЭЛРО, что, впрочем, является большим преувеличением. В любом случае после убийства премьера в 1911 году подобные проекты свертывались и клались под сукно. Так что когда пришло время советской ГОЭЛРО реализовывать, ее начали на другой ресурсной базе, исходя из потребностей Центрального и Северо-Западного промышленного районов.

В 1917–1918 годах на основе изысканий, полученных партией по исследованию водных сил Севера России (предшественник проектно-изыскательского института «Ленгидропроект») была утверждена схема гидроэнергетического использования Свири в составе трех ступеней – на 17, 96 и 143-м километрах по течению. Однако имеющиеся ресурсы решили бросить на возведение «первенца ГОЭЛРО» – Волховской ГЭС, которая после своего пуска в 1926 году и обеспечила первоочередные нужды ленинградской промышленности.

Обеспечить энергоснабженние «колыбели революции» уже с учетом перспективы удалось после введения в эксплуатацию Нижней-Свирской ГЭС (1933), а также благодаря модернизированным и подключенным к энергоснабжению города «трофейным» финским ГЭС Энсо и Роухиала (Светогорская и Лесогорская). После Великой Отечественной войны Нижне-Свирскую станцию пришлось восстанавливать заново, а проект Свирского каскада скорректировали, построив уже не две ГЭС, а одну – Верхне-Свирскую.

Масштабное освоение гидроресурсов Сибири и Дальнего Востока стартовало с началом строительства в 1954 году Братской ГЭС, а в 1956-м была озвучена идея строительства Салехардской ГЭС, призванной обеспечить энергоснабжение севера Тюменской области. Проект впечатлял своим масштабом – строительство плотины в устье Оби привело бы к появлению водохранилища площадью 115–120 тысяч квадратных километров.

Идея была одобрена Хрущевым, причем в одном из документов ЦК говорилась, что такая ГЭС «нужна даже больше, чем Братская». Исходя из соображений экологического и социального характера, против проекта выступили самые разные силы, рупором которых стала «Литературная газета» и персонально писатель Сергей Залыгин. Однако решающую роль, видимо, сыграло открытие богатейших нефтегазовых месторождений, идея освоения которых плохо сочеталась с перспективой создания рукотворного моря, которое покрыло бы десятую часть Тюменской области.

Хрущевым в 1961 году была также озвучена идея строительства Туруханской ГЭС на Нижней Тунгуске. Сегодня проект по-прежнему находится в стадии обсуждения, причем в случае его реализации станция, фигурирующая под названием Эвенкийская, станет не только крупнейшей ГЭС России, но и войдет в число самых крупных ГЭС мира.

В 1961 году на Алтае приступили к возведению Акташской (Чуйской) ГЭС, предназначенной для энергоснабжения Акташского ртутного рудника и высокогорного Кош-Агачского района. Проектную мощность объекта установили в 17–18 МВт.

Первые проблемы оказались связаны с неудачным проектированием водохранилища, для которого выбрали площади с моренным основанием.

К 1972 году построили деривационный канал, водосливную плотину, напорные водоводы, бассейн, здание ГЭС и водоотводящий канал. Однако до перекрытия русла земляной плотиной и монтажа силового оборудования дело не дошло из-за выявленных государственной комиссией ошибок и нарушений. Объект признали непригодным к эксплуатации.

ГЭС, которая должны была стать самой высокогорной в Сибири, закрыли, а оборудование сдали в металлолом. Задачу электроснабжения решили, проложив ЛЭП из равнинных районов.

В этом же регионе еще в 1960-х годах начали проводить изыскания по строительству каскада из шести ГЭС на реке Катуни. Однако союзное правительство отдало приоритет строительству станций на Ангаре и Енисее, имевших лучшие экономические показатели.

Каскад алтайских ГЭС из шести ужали до двух, одну из которых назвали Еландинской, а вторую (которая должна была выступать в роли контррегулятора) – Чемальской. Соответствующие подготовительные работы включили в план XII пятилетки. Однако активизировавшиеся на фоне перестройки экологические движения торпедировали проект Чемальской ГЭС. Работы по Еландинской ГЭС (которую на фоне всех этих дискуссий успели переименовать в Катунскую) в 1990-е были остановлены из-за финансовых сложностей.

Однако проблема энергодефицита в Республике Алтай никуда не делась, и уже в 2000-х годах к идее строительства снова вернулись. Сегодня, с учетом экологической составляющей, рассматриваются несколько вариантов продолжения работ – по проекту Катунской ГЭС, по проекту уменьшенной мощности так называемой Алтайской ГЭС и даже с перспективой возведения каскада, включающего не только Катунскую ГЭС, но и Чемальскую.

Вообще, процесс строительства новых ГЭС на сибирских и дальневосточных просторах развивался в 1960-х – 1970-х годах очень успешно. Мощные гидроузлы становились базой для новых транспортно-промышленных комплексов общегосударственного значения. Сначала Красноярская, а затем Саяно-Шушенская ГЭС возглавляли рейтинг крупнейших ГЭС мира.

Однако к концу 1980-х годов ежегодные показатели ввода новых мощностей снизились примерно в три раза, а в 1990-х годах в отрасли начался спад, когда многие уже начатые проекты пришлось закрывать из-за недостатка финансирования.

Разумеется, это самым печальным образом отразилось на судьбе многих уже запущенных проектов.

Так, после завершения строительства Саяно-Шушенской ГЭС началась разработка проекта станции, получившей название Среднеенисейской. Возводить ее предполагалось ниже устья Ангары у города Лесосибирска, причем проектная мощность определялась в 7440 МВт, то есть речь шла о самой мощной станции Советского Союза. Площадь водохранилища составила бы 18 тысяч квадратных километров, что, с одной стороны, означало затопление 88 населенных пунктов, а с другой – существенно облегчило бы навигацию на Енисее.

Естественно, такой гигантский проект не мог не вызвать критику со стороны экологов. Затем подоспел еще один контраргумент – в предполагаемой зоне затопления открыли Горевское свинцово-цинковое месторождение.

Технико-экономическое обоснование переработали, а в 1985 году приступили к рабочему проекту, который так и не завершили по причине резких перемен и проблем в экономике.

Аналогичная судьба постигла и проекты еще двух ГЭС Енисейского каскада – Осиновской и Игарской.

Показательным примером можно считать Крапивинскую ГЭС в Кемеровской области. Технический проект начали готовить еще в 1970 году в золотой век советской гидроэнергетики. К строительству основных сооружений приступили в 1979-м, а в 1990-м предполагалось завершить гидроузел. Однако вмешались новые «перестроечные реалии», к числу которых относились и набиравшие силу экологические движения. Строительство приостановили, когда готовность основных сооружений составляла около 50%. Запланированную консервацию выполнили примерно на пятую часть, так что строительный котлован оказался затоплен, земляные сооружения заросли лесом.

Когда страсти остыли и в начале третьего тысячелетия общий подъем экономики позитивно отразился на состоянии отрасли, к вопросу завершения Крапивинской ГЭС возвращались неоднократно. Тем более что экономическая целесообразность выглядит достаточно очевидной, а экологические страхи оказались во многом надуманными.

Сегодня в портфеле гидроэнергетиков имеется достаточное количество перспективных проектов, реализация которых позволит в буквальном смысле изменить лицо регионов: каскад ГЭС на реке Жупанова (Камчатка), Амгуэмская ГЭС (Чукотский автономный округ), Мокская и Ивановская ГЭС на реке Витим, Тельмамская ГЭС на реке Мамакан (Бурятия, северные районы Читинской и Иркутской областей), Нижне-Курейская ГЭС (север Красноярского края), каскад ГЭС на реке Андийской Койсу (Дагестан), каскад ГЭС на реке Чирко-Кемь (Карелия), Иоканьгская ГЭС на реке Рында (Кольский полуостров).

В 2013 году обширные районы Дальнего Востока подверглись катастрофическим наводнениям в ходе которых пострадали не менее 135 тысяч человек, а 32 тысячи были эвакуированы. Во избежание повторения подобных катастроф были выполнены технико-экономические обоснования для Нижне-Зейского, Селемджинского, Гилюйского и Нижне-Ниманского гидроузлов комплексного назначения. Строительство этих гидроузлов в Амурской области и Хабаровском крае позволит получить 1,5–1,7 млн кВт установленной мощности и 5,5–6,0 млрд кВт · ч выработки электроэнергии на бестопливных источниках энергии и одновременно защитить от наводнений около 80 тысяч гектаров территорий в бассейне реки Амур с численностью населения свыше 300 тысяч человек.

Решение комплексных экономических и даже социальных задач через освоение возобновляемых ресурсов вообще является главным конкурентным преимуществом гидроэнергетики. И если какие-то проекты остались нереализованными, возможно, они просто ждут своего часа.


27 марта 2022


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
253835
Сергей Леонов
160343
Сергей Леонов
100404
Татьяна Минасян
100152
Александр Егоров
88299
Виктор Фишман
82278
Светлана Белоусова
80090
Борис Ходоровский
72784
Борис Ходоровский
67794
Павел Ганипровский
65609
Татьяна Алексеева
65387
Богдан Виноградов
58983
Татьяна Алексеева
52164
Павел Виноградов
52053
Дмитрий Митюрин
49777
Наталья Дементьева
48462
Наталья Матвеева
43762