Белее «белых». Часть 2
КРАСНЫЕ И БЕЛЫЕ
«Секретные материалы 20 века» №2(414), 2015
Белее «белых». Часть 2
Сергей Косяченко
журналист
Хабаровск
1255
Белее «белых». Часть 2
Петр Врангель и генерал фон Лампе

В наши дни огромное значение придаётся осознанию обществом всей глубины трагедии Гражданской войны. Большая ответственность здесь ложится на историков, писателей, журналистов, художников, кинематографистов и многих других, чьим человеческим и профессиональным долгом является донесение до читателя или зрителя всей правды об этой общероссийской драме, какой бы неприглядной она не была. История белогвардейцев отнюдь не покрыта сусальным золотом и глазурью, есть и там немало темных, а если честнее, просто грязных пятен.


Часть 1   >

…Вернемся к «самочинной» дроздовской контрразведке. Что касается Бологовского и его «соратников», то они не собирались ограничиваться одними «намерениями». Это подтверждает их участие в убийстве 13 июня 1919 года председателя Кубанской Краевой Рады Рябовола. И хотя проведенное официальное расследование не установило виновных, в своих воспоминаниях Бологовский безапелляционно утверждает причастность к этому убийству именно его группы.

Рябовол отличался демократическими взглядами и твердо отстаивал в Раде позицию «федеративной республики», что, конечно, не могло не вызвать к нему антипатии со стороны «непримиримых правых». Еще раньше, в ночь на 2 февраля 1919 года в Новочеркасске был ранен один из влиятельных членов Донского Войскового Круга Агеев (социал-демократ — «плехановец»). В июле 1918-го (точную дату установить не удалось) без суда и следствия был убит известный «герой» февральской революции прапорщик Кирпичников. Будучи унтер-офицером Волынского полка, он убил выстрелом в спину 27 февраля 1917 года капитана Лашкевича, что и считается началом Февральской революции. Изрядно обслюнявленный генералом Корниловым сей герой получил из рук вождя за совершенный «подвиг» Георгиевский крест.

Уместно отметить и попытку убийства приезжавшего в Ростов Савинкова в феврале 1918 года. Ни в одном из перечисленных актов их исполнители не были установлены. Может быть потому, что и исполнителями и людьми их усердно искавшими, были одни и те же лица?

Финансирование «команды» Бологовского частично шло из средств, поступавших бывшему начальнику Харьковского центра Добровольческой армии полковнику Штейфону. Организационное «прикрытие» ротмистру обеспечивал командир 2-го конного полка, бывший адъютант генерала Алексеева и зять генерала Корнилова полковник Шапрон-дю-Ларре. Ни ротмистр, ни его «команда» до весны 1920 года так и не появились на фронте, хотя числились по спискам данного полка. С лета 1919-го Бологовский фактически перешел в подчинение «Анонимному монархическому центру» — еще одной «самочинной» спецслужбе на белом Юге.

В этих монархических организациях и их тайных службах, право слово, можно запутаться – нельзя точно сказать кто и откуда, часто человек состоял сразу в нескольких когортах борьбы за восстановление престола Российского. Многие сообщества принципиально не замечали друг-друга, а другие вовсю сотрудничали, разрешая попользоваться деньгами, явками, оружием и боевыми группами. Бологовский отмечал, что в руководстве «центра» числились (правда, нелегально) полковник Штейфон, генерал-майор Витковский (член монархического союза еще с Румынского фронта, а в 1919 г. — начальник 3-й (Дроздовской) дивизии) и генерал-лейтенант Кутепов (также считавшийся убежденным монархистом, занимавший летом 1919 г. должность командира 1-го армейского корпуса). Штейфон и Витковский были в непосредственном подчинении у Кутепова.

После убийства Рябовола, Бологовский, по поручению «центра», должен был убить Керенского, приезжавшего в Тифлис осенью 1919 года. Получив на выполнение задания 300 000 рублей, ротмистр выехал на Кавказ, однако, в Грузию проникнуть не смог, несмотря на всю опереточность грузинской погранстражи. Ротмистр принимал участие в проходивших в Кисловодске и Пятигорске собраниях монархических групп («Союза русских национальных общин» и «Народно-государственной партии»).  Предложу вашему вниманию циничные признания Бологовского, приписывавшего себе выражение настроений едва ли не всего белого офицерства: «как это ни странно, но террор, прежде всего, был необходим не против красных, а против отдельных лиц, считавших себя тоже белыми, но фактически, как это было ясно из всей их деятельности, работавших, вольно или невольно, исключительно для развала борющихся с красными белых армий».

Примечательно, что в это же время, в ноябре 1919 года, на Северный Кавказ выехал и принимал участие в тех же собраниях переводчик Константинопольского отдела ОСВАГ поручик Мстислав Алексеевич Харузин, также состоявший в некоей «тайной террористической монархической организации». Запомните это имя!

Как бы то ни было, после оглушающего разгрома ВСЮР, после брошенных на произвол судьбы донских казаков в Новороссийске, а кубанских на границе с Грузией, 22 марта 1920 года,  Главнокомандующим был назначен генерал Петр Врангель. Виновники гибели лучших сил армии генералы Романовский и Деникин выехали из Феодосии  в Константинополь на английском линейном корабле «Emperor of India». Иван Павлович был убит 23 марта (5 апреля) 1920 года в здании русского посольства в Константинополе.

Около 5 часов дня 23 марта, через несколько минут после приезда, генерал Романовский вышел во двор перед зданием посольства, желая, по-видимому, отдать распоряжение по поводу оставленной им на катере папки с важными бумагами и имея в виду сделать это через шофёра. В тот момент, когда он, возвращаясь в квартиру посла, вышел из вестибюля в бильярдную комнату, неизвестный, одетый в офицерское пальто образца мирного времени, с золотыми погонами, быстро подошел сзади и произвел из револьвера системы «кольт» три выстрела почти в упор. Генерал Романовский упал и через две минуты, не приходя в сознание, скончался.

Следствие по этому убийству проводилось силами британской военной миссии, но так и не было доведено до конца. Официально убийца не был найден.

Незадолго до приезда в Константинополь Деникина там состоялось совещание тройки — поручиков Харузина, Ересова и Некрасова. Вопрос о виновности или невиновности генерала Романовского не ставился. Обсуждались только детали предстоящего теракта. Исполнителем смертного приговора вызвался быть Харузин. Сроки прибытия и адрес были известны заранее. По своим политическим взглядам, утверждает исследователь Кучевалов, Харузин «был ярко выраженным правым монархистом и работал активно в разнообразных монархических организациях и союзах. Среди турок в Константинополе он имел довольно обширные знакомства в кемалистских кругах и был большим англофобом». Позднее на основании документов было доказано, что убийцей являлся сотрудник константинопольского информационного отделения Отдела пропаганды Особого Совещания при Главкоме ВСЮР поручик Харузин, который, хотя и не состоял непосредственно в монархической организации Дроздовского, но связи с ней поддерживал.

О Харузине первопоходник Роман Гуль писал: «Его жизнь, проходила в тыловой атмосфере конспирации, подпольщины, заговоров и интриг». Многое убеждает в достоверности информации, полученной Гулем от неизвестного нам лица. Во-первых, Харузин оставался в заблуждении, что его видела лишь беженка, открывшая ему дверь в зал, а денщика графа Шувалова он не заметил. Во-вторых, Гуль, никогда не бывавший в здании русского посольства в Константинополе, дал довольно точное, за исключением отдельных деталей, описание места события. В-третьих, текст документа не вызывает сомнений в его подлинности.

Далее Гуль сообщил об известных ему фактах биографии поручика Харузина и его судьбе. «Лица, прекрасно знавшие тогдашнюю константинопольскую обстановку, говорят, что установить личность убийцы не представляло, конечно, никакого труда. Но английское следствие, не пролив света на убийство, оборвалось потому, что англичан детальное расследование этого дела не интересовало: не их территория, не их жертва, не их убийца. Русское же следствие тоже оборвалось, но, вероятно, по другим причинам. И «где-то наверху было решено дело потушить, а убийцу скрыть, отправив его из Константинополя. Такая отправка Харузина была тем более легка, что он был очень близок к русскому константинопольскому консульству. Консульство быстро помогло Харузину получить «командировку» к Кемаль-паше в Анкару для «установления связи с начинающимся кемалистским движением». Но и с этой командировкой Харузин не торопился. Он выехал только через месяц после убийства генерала Романовского.

Путешествие в Анкару представляло большой риск. Возможно, что лица, посылавшие Харузина, учитывали это, полагая, что из поездки «на тот свет» Харузин не вернется. Так и вышло. От какой пули погиб убийца Романовского – от греческой ли, турецкой, или просто бандитской – неизвестно.

Вещи Харузина оставались на квартире. Прошел месяц, два, три, полгода. Сначала о Харузине в офицерских кругах появлялись легенды, что он действует у Кемаль-паши под именем Кару-Зен. Но легенды таяли… И, наконец, выяснилось, что Харузина нет в живых.

Тогда лежавший в его вещах конверт, запечатанный сургучной печатью, был вскрыт. В конверте был лист бумаги, на котором рукой Харузина было написано следующее:

«Сообщение
Сообщаю, что 5 апреля 1920 г. в 5 ч. 15 м. дня в бильярдной комнате русского посольства в Константинополе из револьвера системы «парабеллум» мною убит двумя выстрелами ген. Романовский. Подтвердить могут лица, видевшие факт и узнавшие о нем немедленно.
Мстислав Харузин».

И пусть читателя не смущают слова «револьвер» и «парабеллум». Дело в том, что примерно до 30-х готов XX века слова «пистолет» и «револьвер» были полноправными синонимами.

Вопросов остается очень много. Членом каких именно нелегальных монархических организаций состоял поручик Харузин? Какие лица стояли во главе этих организаций и были ли они как-то связаны с Врангелем или его окружением? В чем конкретно состояло «моральное давление» этих организаций на Харузина? Знал ли Врангель или кто-то из его подчиненных истинные обстоятельства теракта и имя террориста? В какой степени командировка Харузина в Анкару была попыткой спрятать концы в воду? Действительно ли Харузин погиб осенью 1920-го и не была ли его смерть мистификацией?

Возможно, этим вопросам суждено навеки остаться без ответов. Доказательства причастности высшего руководства ВСЮР к убийству Романовского только косвенные. Но, согласитесь, почерк уж очень похож на акции дроздовской контрразведки.

20 февраля 1928 года, уже после смерти генерала Врангеля, его друг и соратник генерал фон Лампе записал в дневнике: «Живущая в Брюсселе кучка: вдова Романовского, Маркова и др. по-прежнему будирует и винит ПН (Петра Николаевича Врангеля) в причастности к убийству Романовского… Горе не рассуждает, но не глупо ли это. Кому нужна была ликвидация отставного Романовского, кроме мальчишек, «мстивших» ему и сами не зная, за что именно».

Тогда же он написал одному из своих друзей: «Не забывайте, что «Деникинские круги», близкие Деникину, и по сей день в Брюсселе упорно распространяют старую преступную легенду о том, что Романовский был убит по распоряжению ПНВ… и пренебрегать этой ежедневно повторяемой клеветой не так просто».

В этих монархических организациях и их тайных службах, право слово, можно запутаться – нельзя точно сказать кто и откуда, часто человек состоял сразу в нескольких когортах борьбы за восстановление престола Российского. Многие сообщества принципиально не замечали друг-друга, а другие вовсю сотрудничали, разрешая попользоваться деньгами, явками, оружием и боевыми группами.

…после оглушающего разгрома ВСЮР, после брошенных на произвол судьбы донских казаков в Новороссийске, а кубанских на границе с Грузией, 22 марта 1920 года,  Главнокомандующим был назначен генерал Петр Врангель. Виновники гибели лучших сил армии генералы Романовский и Деникин выехали из Феодосии  в Константинополь на английском линейном корабле «Emperor of India». Иван Павлович был убит 23 марта (5 апреля) 1920 года в здании русского посольства в Константинополе.

По своим политическим взглядам, утверждает исследователь Кучевалов, Харузин «был ярко выраженным правым монархистом и работал активно в разнообразных монархических организациях и союзах. Среди турок в Константинополе он имел довольно обширные знакомства в кемалистских кругах и был большим англофобом». Позднее на основании документов было доказано, что убийцей являлся сотрудник константинопольского информационного отделения Отдела пропаганды Особого Совещания при Главкоме ВСЮР поручик Харузин, который, хотя и не состоял непосредственно в монархической организации Дроздовского, но связи с ней поддерживал.

Вопросов остается очень много. Членом каких именно нелегальных монархических организаций состоял поручик Харузин? Какие лица стояли во главе этих организаций и были ли они как-то связаны с Врангелем или его окружением? В чем конкретно состояло «моральное давление» этих организаций на Харузина? Знал ли Врангель или кто-то из его подчиненных истинные обстоятельства теракта и имя террориста? В какой степени командировка Харузина в Анкару была попыткой спрятать концы в воду? Действительно ли Харузин погиб осенью 1920-го и не была ли его смерть мистификацией?

Возможно, этим вопросам суждено навеки остаться без ответов.

Подробнее о событиях, приведших к Октябрьской революции см. книгу «1917 год. Очерки. Фотографии. Документы»


22 января 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
107203
Сергей Леонов
94629
Виктор Фишман
76370
Владислав Фирсов
71730
Борис Ходоровский
67833
Богдан Виноградов
54480
Дмитрий Митюрин
43683
Сергей Леонов
38590
Татьяна Алексеева
37611
Роман Данилко
36681
Александр Егоров
33816
Светлана Белоусова
32925
Борис Кронер
32838
Наталья Матвеева
30819
Наталья Дементьева
30360
Феликс Зинько
29811