Большая любовь начальника Аляски
ИСТОРИЯ ЛЮБВИ
«Секретные материалы 20 века» №10(422), 2015
Большая любовь начальника Аляски
Наталья Дементьева
журналист
Санкт-Петербург
299
Большая любовь начальника Аляски
Битва русских с колошами и Николай Резанов

Однажды я увидела афишу очередной постановки спектакля «Юнона» и «Авось». Большую часть гигантского плаката занимала репродукция со старинной фотографии, на которой был изображен офицер в форме русской армии начала XX века. Видимо, так создатели спектакля представляют себе главного героя рок-оперы Николая Петровича Резанова. Им невдомек, что Резанов родился в 1764 году и не дожил до изобретения фотографии. Вроде бы надо привыкнуть к дремучему историческому невежеству на театральных подмостках и телеэкранах, но мне за Резанова обидно. Обидно, что Николай Петрович известен только своим сватовством к юной испанке Кончите. Замечу, что я намеренно не пишу «известен любовью к юной испанке Кончите». В их отношениях все было не так идеально, как показано в опере. Для тех, кто хоть немного знаком с биографией Резанова, неоспорим один факт: знакомство с Кончитой не было главным событием его жизни.

ЖЕНИТЬБА ПО ЛЮБВИ И РАСЧЕТУ

Николай Петрович Резанов родился 28 марта 1764 года в небогатой дворянской семье. Несмотря на хорошее образование и прекрасные способности к иностранным языкам, к двадцати пяти годам дослужился только до скромной должности в Псковской палате гражданского суда. Возможно, он так и просидел бы всю жизнь за письменным столом, но в дело вмешалась судьба.

Отец Резанова дружил с прославленным поэтом и государственным деятелем Державиным. Когда Гаврила Романович получил должность статс-секретаря для докладов императрице Екатерине II, он вызвал Николая Резанова в Петербург и назначил правителем дворцовой канцелярии. Державин не умел лгать и приспосабливаться, изводил императрицу своей принципиальностью, и в конце концов государыня избавилась от любителя резать правду-матку. Резанов стал докладывать императрице вместо ушедшего покровителя. Екатерина II любила красивых молодых людей высокого роста и слушала доклады Резанова с особым вниманием. Последний фаворит императрицы Платон Зубов заметил опасность и решил послать соперника подальше от Петербурга и от императрицы. Резанов был командирован в Иркутск для проверки деятельности компании Григория Ивановича Шелихова.

Державин, хорошо знавший Шелихова, называл его российским Колумбом. Конечно, в этом есть некоторое поэтическое преувеличение. Российские путешественники, купцы и охотники давно проложили дорогу в Америку, но только Шелихов сумел основать на Аляске русское поселение и присоединить эти земли к империи. Григорий Иванович мечтал создать огромную русскую колонию в Северной Америке и застолбил территорию, простиравшуюся до самой Калифорнии. Для новой губернии он даже придумал название — Славороссия. Шелихов вел дела с необыкновенным размахом. Он убедил купцов, которые занимались промыслом на Аляске, создать первое в стране открытое акционерное общество — Российско-Американскую компанию.

Для Резанова проверка деятельности компании закончилась свадьбой. 24 января 1795 года в Иркутске он обвенчался с пятнадцатилетней девицей Анной, старшей дочерью Шелихова. Большую часть приданого невесты составляли акции Российско-Американской компании. Таким образом, предприимчивый купец накрепко привязал зятя к делу освоения Русской Америки.

К несчастью, через полгода после свадьбы супруги Резановы получили печальное известие: Григорий Иванович скоропостижно скончался. Резанов стал «Командиром всей Америки», от него зависело не только благополучие семейного дела, но жизни сотен русских людей, обосновавшихся на Аляске.

ДЕЛОВОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Император Александр I тяготился выпавшей на его долю ролью правителя России. В юности он мечтал уехать с женой в Америку и жить в уединении на берегу океана. Александр никогда не уточнял, на каком именно берегу Американского континента он хотел бы построить домик своей мечты. Наверное, из патриотических соображений он предпочел бы суровую Аляску теплой Калифорнии. Но на смену юношеским мечтам пришел политический прагматизм.

Англичане, французы, голландцы, испанцы — все смотрели на Америку как на огромный пирог. Каждый отхватывал кусок побольше и пытался побыстрее его проглотить, объявить земли своей собственностью. В этой ситуации Александр I был убежден, что Россия должна развивать и укреплять свои владения в Америке. Император предоставил Российско-Американской компании исключительное право на промысел и торговлю мехами на Аляске и Курильских островах. Компания могла основывать города, содержать флот, объявлять войну, если границы русских владений в Америке будут нарушены. Александр I приобрел акции Российско-Американской компании, и вельможи бросились скупать ценные бумаги. Количество акционеров выросло с 17 до 400.

К Резанову император проявлял поистине дружеские чувства. 6 октября 1802 года, через 12 дней после рождения дочери Ольги, умерла его супруга. Александр I и высшие должностные лица Российской империи присутствовали на похоронах Анны Григорьевны, что являлось знаком особой императорской милости. Однако Резанов был безутешен, и Александр I посоветовал ему отправиться в путешествие, чтобы развеять грусть-тоску. Правда, император предложил не развлекательное турне по европейским курортам, а участие в первом в истории России кругосветном плавании. Перед Резановым были поставлены грандиозные задачи: разведать новые торговые пути, наладить жизнь русских поселенцев на Аляске, а заодно, поскольку корабль будет проходить мимо Японии, установить с этой страной дипломатические связи.

Путешествие Резанова вокруг света на шлюпе «Надежда» началось в Петербурге 26 июля 1803 года. За два года плавания произошло множество невероятных событий. Были шторма, посещения неизведанных мест и даже встреча с племенем каннибалов. Шесть месяцев «Надежда» простояла у берегов Японии, ожидая, когда японский император примет Резанова. Николай Петрович изучил японский язык и составил русско-японский словарь из пяти тысяч слов, однако общего языка с японскими чиновниками так и не нашел. После полугодового ожидания Резанов получил ответ: «Основные законы Японии запрещают нам заводить знакомства с чужими». Николай Петрович посчитал такой ответ оскорбительным для России.

Весной 1805 года «Надежда» вернулась из Японии в Петропавловск-Камчатский. Резанов решил отомстить японцам и прогнать их с Сахалина и Курильских островов. Он писал императору: «Накажите меня, как преступника, что, не дождавшись повеления, приступаю к делу». На собственные средства Резанов снарядил корабли «Юнона» и «Авось» для военных экспедиций на острова Кунашир, Итуруп, Уруп и Шикотан. Знакомые названия, не правда ли? Да, это те самые острова, на которые до сих пор претендует Япония, а Резанов первым выступил за право Российской империи владеть Курильскими островами.

В Петропавловске пути кругосветной экспедиции и Резанова разошлись. Шлюп «Надежда» под командованием капитана Крузенштерна отправился в дальнейшие странствия по морям и океанам, а Резанову предстояло открыть свою Америку...

ПО ЛЕЗВИЮ НОЖА

Свою миссию Резанов охарактеризовал высокопарным слогом: «Государь доставил мне счастье первому из россиян бродить для общего блага по ножевому лезвию». Говоря языком прозаическим, трудностей и вправду было предостаточно. Прежде всего, труден и опасен был путь в Русскую Америку. Моряки признавались, что «не было ни одного судна, спущенного Российско-Американской компанией, которое при первой или второй поездке не выбросило бы на берег. Судно «Зосима и Савватий» так сильно сбилось с курса, что поплыло на юг вместо севера. Через две недели наконец поняли, что плывут по неправильному курсу. Матросы вынесли икону Божьей Матери и сказали: «Богородица, куда направишь ветер, туда мы и поплывем». Двадцать дней почти без воды и пищи они плыли по ветру, и наконец их выбросило на берег Аляски».

Резанов отправился на Аляску на борту «кривобоко построенного» брига «Святая Мария». Корабль перевозил россиян, пожелавших поселиться в Русской Америке. Публика собралась разношерстная: отпетые мошенники, беспробудные пьяницы, разорившиеся торговцы, неудачливые золотоискатели и авантюристы всех мастей. Большинство русских американцев были больны цингой и венерическими заболеваниями. Порядочных мужиков в Новый Свет было палкой не загнать, поэтому приходилось довольствоваться искателями приключений, которые подписывали с Российско-Американской компанией контракт на три года.

За три месяца плавания Резанов убедился, что земля эта полна сокровищ: «Множество каланов невероятное. Берега покрыты ими, промысел легкий. Не имея свежей пищи, мы в полчаса убили для себя до восьмидесяти, и сказывали мне, что они вдесятеро против прежнего уменьшились. В этом году истребили каланов более миллиона. Я велел прекратить промысел, чтобы совсем не истребились, и обратил людей на добычу моржовой кости, ибо есть остров, покрытый моржами. Проливы здешние обилием морских бобров обещают России великую пользу, но ныне, посещая наши воды, ими пользуются Американские Штаты. Край сей — неисчерпаемый источник богатства».

«Святая Мария» вставала на якорь в бухтах небольших островов, и Резанов отправлялся знакомиться с окрестностями, заносил в дневник восторженные впечатления от природы Аляски: «Леса здесь повсюду строевые, мачтовые и столь густы, что, думаю, до прихода россиян солнце от Сотворения мира на них никогда не заглядывало. Страшно видеть их дикость. Несколько шагов в лес, и всюду разные диковинки: кучи пней, один на другом лежащих, на них выросли мачтовые деревья, а под ними пустоты, наполненные водою, в которых легко можно утонуть. Словом, по местам здесь не ходить, а лазать должно».

Во время одной из стоянок Резанов узнал, что охотники убили за один день тридцать тысяч каланов, а склад уже доверху забит плохо выделанными шкурами, еще тысячи шкур гнили на открытом воздухе. Николай Петрович приказал отправить горе-охотников на малозаселенный остров. Виновные валялись в ногах, просили прощения, но Резанов не сжалился.

26 августа 1805 года «Святая Мария» встала на рейде Ново-Архангельска, главного города Русской Америки. На берегу Резанова встретил невысокий мужичок лет шестидесяти. На голове у него был напялен черный парик, по-бабьи повязанный платком. От мужичка попахивало водкой, однако он заговорил с Резановым как ни в чем не бывало. Такие выходки прощались только управляющему заморскими владениями компании Александру Андреевичу Баранову.

Вся Русская Америка держалась на плечах этого необычного человека. Он отвечал за строительство поселений, заботился о ежедневных нуждах поселенцев, возглавлял военные экспедиции против индейцев. Правда, были у Баранова и небольшие слабости. Поселенцы говорили, что «он страх как лют до девок и портит их десятками, а ведро водки ему, что другому стакан. Пьет безмерно и никогда не пьянеет».

Баранов пригласил высокого гостя к себе домой. Резанов был поражен, увидев жилище губернатора Ново-Архангельска. Баранов жил в домике, наспех сколоченном из досок. Внутри была такая сырость, что плесень, как ковер, покрывала стены. Капли дождя свободно проникали сквозь дырявую крышу. «Баранов есть весьма оригинальное и притом счастливое произведение природы, — писал Резанов. — Живем мы все очень тесно, но хуже всех живет Баранов, покоритель этих мест. Однажды я нашел его плавающим в кровати по комнате. Александр Андреевич спокойно сказал, что вода натекла с улицы, и продолжал делать распоряжения».

Жилищный вопрос, конечно, стоял очень остро, но самой сложной проблемой оказалось отсутствие продовольствия. «Хлеба нет, — доносил Резанов в Петербург, — кормов заготовлять некому, люди с голоду умирают, потому что индейцы вооружены прекрасными ружьями. Беспрестанная война, рыбу надо ловить под выстрелами».

АМЕРИКА С РУССКИМ АКЦЕНТОМ

В 1537 году Папа Римский Павел III специальной буллой признал, что у индейцев есть душа. До этого времени колонизаторы считали индейцев разновидностью животных и обращались с ними соответственно. К несчастью, папский указ не улучшил положение коренных жителей Нового Света. До пришествия европейцев в Северной Америке проживало около 15 миллионов индейцев, к началу XX века осталось не более двухсот тысяч. Колонизация неминуемо сопровождалась вытеснением коренных жителей с их земель, насильственным насаждением христианства и массовым истреблением индейцев. Было бы неправдой утверждать, что за время освоения Америки русскими ни один индеец не пострадал. Однако Резанов призывал соотечественников «видеть дела россиян в настоящем их виде» и понимать, что отношения русских и американцев не могли сложиться просто. Миролюбивые алеуты селились рядом с русскими поселениями. Мужчины-алеуты были основной рабочей силой, а туземные женщины решали одну из острейших проблем колонии: на Аляске на тридцать мужиков приходилась одна женщина.

Вскоре после приезда с Резановым произошел забавный случай.

— Николай Петрович, индейка пришла, — доложил однажды слуга Иван.

— Кто? — с удивлением спросил Резанов.

— Индейка. Девка индейская. Господин Баранов прислал для бабьей услуги.

— На что годится? — спросил Резанов.

— Девка в полной пропорции, только краснорожая, — объяснил слуга.

— Прикажи, чтоб ушла, если готовить не умеет! — распорядился Резанов.

«Индеек» из дружественных племен крестили, и русские мужики с удовольствием брали их в жены. Александр Андреевич Баранов прижил в сожительстве с дочерью вождя индейского племени двоих детей. В России у Баранова остались жена и сын, и он не мог жениться на любимой «индейке». Чтобы узаконить детей, рожденных вне брака, Резанов обратился к императору Александру I с такой просьбой: «Я осмеливаюсь просить ввиду бездетности Баранова усыновить двух его воспитанников: Антипатра и Ирину, которых он приобрел здесь по свойственной людям слабости».

Резанов посмотрел на свойственные мужчинам слабости с государственной точки зрения и положил конец скоропалительным бракам: «Женясь на американках, их вывозят в Охотск с детьми и, пропив все свое достояние, бросают их скитаться по миру. По непривычке к климату и пище, недостатку одежды и от оспы все они умирают. Отечество умножения народного не имеет.

Я запретил венчать повес, которые не хотят остаться в Америке навсегда, а жен и детей выпустить впредь до повеления».

«Вникая в нравственность диких, я нахожу, что они добросердечны, — писал Резанов, — но в обидах мстительны, в желаниях умеренны и к просвещению способны». Николай Петрович решил всерьез заняться просвещением дикой Америки. Из Петербурга был привезен очень ценный груз: сотни томов книг, комплекты разнообразных журналов, картины и даже электрическая машина. Еще при Григории Шелихове на острове Кадьяк было организовано ремесленное училище для местных ребятишек. Резанов распорядился принимать для обучения «всех детей мужского пола без всякого различия по происхождению», а десять лучших учеников отправлять в Москву или Петербург на пять лет «для обучения наукам, мастерствам и ремеслам». Он лично контролировал набор воспитанников: «Я хвалил детей, давал отцам безделушки. Вождь Таион Акилкак представил мне своего сына. Я приласкал его, поцеловал и прижал к груди. Его волосы зацепились за мои пуговицы так, что я долго отцепить не мог. Таион закричал, что судьба свыше определила отдать сына в училище. Я наградил вождя от имени Государя медалью, и в тот же вечер стали американцы привозить в училище своих детей, за которых, смотря по человеку, я дарил табаком, сукном и непромокаемой одеждой».

Утолять духовную жажду русских поселенцев и индейцев должны были монахи из специальной миссии. Однако Резанов обнаружил, что миссионеры не слишком себя утруждают: они крестят индейцев, толпой загоняя их в воду, надевают на шеи кресты, и на этом духовное обновление заканчивается. Николай Петрович был до глубины души возмущен, что «монахи не знают американского языка по сие время», и обязал их «собирать словарь, чтобы не только все молитвы, но и проповеди на американском языке сочиняемы были». Чтобы подать монахам пример, он приступил «к сочинению словаря, который довольных мне трудов стоил».

«Всякое новое дело медведем кажется», — любил говорить Резанов. Николай Петрович никаких «медведей» не боялся. Он смело решал любые проблемы, умел смотреть далеко вперед. Одним из таких новшеств стало учреждение выборного суда. В состав суда избирались два человека от русских поселенцев, два — от индейских племен, один судья назначался Российско-Американской компанией. В России суд присяжных появился только через несколько десятилетий.

ВОИНСТВЕННЫЕ КОЛОШИ

Николай Петрович не боялся, что его новации могут показаться слишком смелыми или даже смешными. Добровольно в дикие края никто ехать не желал, поэтому Резанов предложил ссылать в Америку преступников с семьями, чтобы они обосновались и начали новую жизнь. Другое его предложение выглядит очень забавно: «Прислать сюда пьяниц здоровых, мастеровых и в работу годных. Я думаю, что многие, имея в своих домах пьяниц, будут крайне довольны, если Российско-Американская компания будет за каждого из них платить от 25 до 50 рублей в год. Одна Москва снабдит сей край людьми и половины тунеядцев не лишится!» Жаль, что этот план не осуществился: многие бы протрезвели, лицом к лицу столкнувшись с колошами...

«Злее самых хищных зверей, кровожаждущие варвары» — так отзывались поселенцы об индейцах племени тлинкитов. Русскому человеку сложно произносить слово «тлинкиты», и недружелюбных соседей прозвали колошами. Название это произошло от слова «колоть»: тлинкиты прокалывали нижнюю губу и вставляли в нее кусок дерева диаметром до 12 сантиметров. Это украшение мешало есть и говорить, зато производило неизгладимое впечатление на врагов. Да и как не испугаться, если тебя окружат индейцы с оттянутыми губами, с лицами, разрисованными красной и черной краской, а в их нечесаных с рождения волосах торчат перья белоголового орла. Воинственные колоши презирали боль и были невероятно выносливы к холоду. Зимой и летом они разгуливали почти нагишом, а если хотели согреться, то опускались по шею в ледяную воду.

Стычки с колошами переросли в продолжительную войну. В выгоде от противостояния оказались только американские купцы, которые хотели вытеснить русских с занятых ими земель и потому снабжали туземцев прекрасными ружьями и даже пушками. «У колошей ружья английские, а у нас — из Охотска, никуда не годные», — сетовал Резанов.

Николай Петрович был убежден, что снабжение негодным оружием, строительство кривобоких кораблей — результат беззастенчивого плутовства. Снабжение Русской Америки продовольствием тоже было абсолютно не продумано, путь выбрали самый длинный — через всю Сибирь до Охотска, а оттуда на судах через Тихий океан.

Николай Петрович пробыл на Аляске пять месяцев. Он приложил максимум усилий, чтобы наладить жизнь поселенцев, но все было тщетно — Русская Америка погибала от голода. Резанов купил американское судно «Юнона» с грузом товаров и припасами продовольствия. Однако этих запасов не хватало, чтобы перезимовать. «Должен я идти в Калифорнию и просить у испанского правительства покупки жизненных припасов, — докладывал Резанов императору Александру I. — Итак, при первом благополучном ветре снимаюсь с якоря».

Отправимся вслед за Николаем Петровичем в Калифорнию, где у нас будет повод поговорить о странностях любви...


Читать далее   >


9 Мая 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
86015
Виктор Фишман
69284
Борис Ходоровский
61614
Богдан Виноградов
48844
Сергей Леонов
35968
Дмитрий Митюрин
35152
Сергей Леонов
32596
Роман Данилко
30503
Светлана Белоусова
17025
Борис Кронер
16680
Дмитрий Митюрин
16612
Татьяна Алексеева
15305
Наталья Матвеева
14989
Александр Путятин
14199
Светлана Белоусова
13686
Наталья Матвеева
13563
Алла Ткалич
12606