Жизнь сэра Гетмана
ЖЗЛ
«СМ-Украина»
Жизнь сэра Гетмана
Олег Покровский
журналист
Санкт-Петербург
461
Жизнь сэра Гетмана
Джеймс Фрэнсис Эдуард Кит, также известный в России как Яков Вилимович Кейт

Весной 1739 года указом императрицы Анны Иоанновны генерал Джеймс Кейт был назначен командующим всеми регулярными и казачьими войсками на Украине. Чуть позже в его ведении оказались и все вопросы гражданского управления, решение которых ранее являлось прерогативой гетмана. Фактически это означало еще большую утрату Малороссией своей автономии. Впрочем, у местного населения  о кратком правлении Кейта остались самые приятные воспоминания. Хотя был он не украинским казаком, а шотландским масоном. 

СКИТАНИЯ ЭМИГРАНТА

Джеймс Кейт родился 11 июня 1696 года в замке Инверк и был младшим сыном девятого граф-маршала Шотландии. В юности он изучал право в Эдинбургском университете, но в 1715 году вместе со старшим братом Джорджем, примкнул к неудачливому претенденту на британский престол из свергнутой династии Стюартов.

Мятежники были разгромлены, и Джеймсу пришлось эмигрировать во Францию. В Париже ему довелось познакомиться с Петром I, как раз совершавшим очередное заграничное путешествие. Воспользовавшись случаем, Кейт даже попытался поступить на русскую службу, но царь видимо не захотел портить отношения с английским правительством. Зато у испанцев отношения с Англией уже были испорчены, так что они приняли молодого шотландца на свою службу.

Кейт получил звание капитана, и в 1719 году отличился при обороне Сеуты от марокканцев.

В течение последующих девяти лет он дослужился до полковника, причем, судя по всему, стал бы и генералом, если бы не его отказ перейти в католичество. Поняв, что «потолок» в карьере уже достигнут, Кейт явно манкировал своими обязанностями и проводил большую часть времени в Париже, где оказался в числе основателей масонского движения.

Стремление распространить взгляды «вольных каменщиков» на востоке Европы, возможно и побудило его снова проситься на русскую службу. Испанцы дали ему хорошие рекомендации, и в 1728 году шотландский аристократ появился в Москве, где предложил свои услуги новому императору – Петру II. Любопытно, что примерно в это же время старший брат Джеймса и наследственный десятый граф-маршал Шотландии Джордж Кейт поступил на службу к турецкому султану…

«НА ЛОВЛЕ СЧАСТЬЯ И ЧИНОВ»

В 1730 году на престол вступила Анна Иоанновна, правление которой обычно ассоциируется с засильем иноземцев во всех сферах государственного управления. Насколько такой взгляд обоснован – вопрос отдельный, однако бесспорно, что в делах армии главную роль играли такие фигуры как Бурхардт Миних, Людвиг Гессен-Гомбургский, Карл Бирон (немцы), Петр Ласси (ирландец).

Достаточно удачно складывалась и карьера генерал-майора Кейта. Под его командованием находились войска расположенные в обширном регионе, простиравшимся  от Волги и Дона до границ с Польшей. В качестве инспектора он познакомился с состоянием тамошних гарнизонных полков, придя к неутешительным выводам: «Оказалось, что большое количество муки в магазинах сгнило; также и платье, несколько лет лежавшие в куче, а оружие заржавело: до того небрежен был присмотр за всем назначенным к ним приставов».

Кейт сумел навести относительный порядок, и, по крайней мере, привел части в боеспособное состояние. Сделано это было весьма кстати, поскольку летом 1733 года началась т. н. «война за польское наследство». После кончины короля Речи Посполитой и курфюрста Саксонии Августа II, французы выдвинули на освободившийся польский престол его давнего соперника и бывшего союзника Карла XII – Станислава Лещинского. Австрийцы и русские противопоставили ему сына покойного – Августа III.

Кейт возглавлял группировку, очищавшую Западную Украину от сторонников Лещинского. Однако, многие видели в нем тайного французского агента, тем более, что его войска не слишком-то прытко гонялись за повстанцами. В конце концов, Кейт перешел под командование принца Гессен-Гомбургского вместе с которым взял знаменитый Збаражский замок. Твердыня, некогда остановившая войска Хмельницкого, пала после двенадцатидневной осады. С польской стороны погибли два человека, с русской оказалось трое раненных.

Вообще, кампания 1734 года не отличалась ожесточением, а потому и не принесла Кейту особых лавров. В следующем году, он принимал участие в походе корпуса Ласси на берега Рейна во время которого русские войска впервые дошли до границ Франции. Правда, поучаствовать в боевых действиях им не пришлось, но сам факт появления в центре Европы столь грозной военной силы способствовал более быстрому заключению австро-французского мирного договора. К слову, именно тогда обнаружилась и паталогическая неприязнь Кейта ко всему австрийскому. Бравый шотландец словно предчувствовал, что погибнет именно от австрийской пули…

Череда боевых кампаний продолжилась начавшейся войной с Турцией. Главнокомандующий Миних приказал Кейту двигаться к Киеву, чтобы прикрыть город от татарских набегов. Личная встреча двух полководцев произошла уже летом 1737 года на реке Омельник, откуда они двинулись к крепости Очаков.  Оба генерала не отличались уступчивостью, и вечно конфликтовали друг с другом. Тем не менее, в самый критический момент штурма Очакова, когда от бессильной ярости Миних сломал свою шпагу, именно дивизия Кейта смогла склонить счастье на сторону русских…

Именно тогда шотландец получил опасную рану в ногу, которую медики поначалу сочли смертельной. Но, вопреки прогнозам, он все-таки выжил, хотя с тех пор и ходил, опираясь на палку.

Миних, следует отдать ему должное, в своем рапорте императрице  назвал своего подчиненного генералом «поступки и поведение коего одушевлены верностию к престолу, храбростью и благородством».

Правда, Анна Иоанновна, от греха подальше, решила все-таки развести двух военачальников, присвоив Кейту звание генерал-аншефа и назначив его командующим расположенной на Украине резервной армией.

КРОТКОЕ УПРАВЛЕНИЕ

Так, сэр Джеймс начал погружаться в украинскую специфику. С 1734 года, после смерти Данилы Апостола, в крае не было гетмана, а все административные вопросы решались назначаемым из Петербурга особым Правлением во главе с т. н. Первоприсутствующим. Царские резиденты постепенно ликвидировали казачьи и городские вольности, ведя себя, как провинциальные диктаторы. К тому же в гражданское управление вмешивались разного рода воинские начальники, а должность командующего Украинской армией и вовсе считалась в крае второй по значимости.

Кейт, судя по всему, не слишком хотел впутываться в местные интриги. Ссылаясь на ранение, он попросил годичный отпуск, который, вместе со старшим братом, провел сначала на французском курорте Монпелье, а затем в Англии, где наконец-то добился своей официальной реабилитации. Сэр Джеймс даже попытался поступить на английскую службу, однако находившейся во время аудиенции «под градусом» король Георг II ответил ему что-то невразумительное.

Задетый Кейт вернулся на Украину и с марта 1740 года фактически выполнял обязанности не только командующего, но и Первоприсутствующего. Объем его полномочий даже превышал гетманские, поскольку пятеро других членов Правления попросту не решались спорить со столь грозным и авторитетным военачальником.

Помимо регулярных частей сэру Джеймсу подчинялись казаки, что в сумме составляло примерно 150-тысячную армию. Скорее всего, в этом назначении сыграли роль рекомендации Эрнста Бирона – фаворита императрицы, считавшего Кейта «своим человеком». Другой любимец государыни Миних, напротив сам рвался управлять Украиной, хотя после того, как он приказал уничтожить киевские Золотые ворота, местные жители воспринимали подобную перспективу с содроганием.

В любом случае новый Первоприсутствующий вполне успешно справлялся со своими обязанностями, оставив по себе в крае хорошую память.

Кейт тщательно разбирал жалобы на чиновников, сурово наказывая воров и мздоимцев. Способствовал заселению малоосвоенных территорий беженцами с Балкан и Кавказа. Добился существенного снижения налогов и внутренних пошлин.

Немаловажным оказалось и то, что Кейт поддерживал в крае спокойствие в смутные осенние дни 1740 года, когда после смерти Анны Иоанновны в Петербурге начался дележ власти.

Трехнедельное правление Бирона закончилось дворцовым переворотом и провозглашением регентшей Анны Леопольдовны (племянницы покойной государыни). Кейт сумел доказать, что никогда не дружил с опальным экс-фаворитом и даже приказал Украинской армии не приносить ему присягу. В результате его позиции при дворе не только не ослабли, но даже усилились.

В апреле 1741 года сэра Джеймса вызвали в столицу для нового назначения. Как писал в своих мемуарах Mанштейн «…он покончил больше дел, нежели предшественники его в течение десяти лет. Украйна отдохнула при его кротком управлении и при введенном им во всех частях порядке. Он начал было вводить между казаками некоторого рода дисциплину, до этого им чуждую, но не успел привести это дело к концу… При выезде его из Глухова, весь народ жалел его, говоря, что не следовало бы двору назначать им этого губернатора, при котором они увидели разницу между ним и его предшественниками, а уж если раз дали его, то надобно было его, то надобно было его и оставить. Теперь преемники его будут для них тем более нестерпимы, потому что, украинцы, уже вкусили сладость кроткого управления».

«СРЕДЬ ФИНСКИХ ХЛАДНЫХ СКАЛ»

По-видимому еще во время пребывания в Англии Кейт получил от своего брата Джорджа, гроссмейстера английского масонства, титул великого мастера России. Данная версия не подкреплена документально, но, известно, что в 1740-х годах русские «вольные каменщики» распевали посвященные ему гимны:

Кейт к россиянам прибег
И усердием воспаленный
Храм премудрости поставил,
Огонь священный здесь воздвиг,
Мысли и сердца исправил
И нас в братство утвердил.
Кейт был образ той десницы
Светлый коея восход
Светлозарные царицы
Возвещает в мир приход

По иронии судьбы, из всех европейских государств наибольшим влиянием масоны пользовались в Швеции. И именно шведы оказались новыми противниками Кейта.

Поскольку фельдмаршал Миних в это время пребывал в опале, командование действующей армией было поручено Петру Ласси. Кейт стал его заместителем.

Первое же крупное сражение, произошедшее при Вильманстранде (Лапперанте), продемонстрировало превосходство русской армии. Исход битвы снова решили полки Кейта, «сбившие» расположенную на холме неприятельскую батарею. К сожалению, триумф был омрачен последующими событиями. Запершиеся в городе шведы застрелили парламентера, после чего русские устроили настоящий погром Вильманстранда. С большими усилиями Кейт и Ласси навели порядок, сохранив жизнь почти тысяче пленных.

После этого русские войска отошли к Выборгу, а Ласси выехал в столицу, «разбираться в текущей политической конъюнктуре». Следующие восемь месяцев Кейт посвятил борьбе с мелкими вражескими отрядами.

Новый этап начался только весной 1742 года, когда на престол вступила Елизавета Петровна. Поскольку ее приход к власти спонсировали не только французы, но и шведы в Стокгольме рассчитывали на уступчивость новой государыни. Однако, предъявляемые к России требования (уступка Прибалтики, Восточной Карелии, Петербурга) выглядели столь чрезмерными, что, как заметил прусский посол «ни одна другая держава не рискнули бы предъявить их, даже если бы Россия терпела поражение».

Между тем поражение терпели шведы, а общение Елизаветы с их посланцами вызывало в армии толки об измене. Дело дошло до открытого бунта, но Кейт, схватив одного из зачинщиков, лично намял ему бока, после чего обратился к войскам с пламенной речью. Его ораторское мастерство оказалось столь впечатляющим, что солдаты немедленно выразили раскаяние, и готовность идти куда пошлет «матушка-государыня».

«Матушка» послала на Гельсингфорс (Хельсинки). Победоносный марш вдоль южного побережья Финляндии закончился окружением и капитуляцией 17-тысячной армии генерала Ливенгаупта. После этого Кейт был назначен генерал-губернатором оккупированной Финляндии и обосновался в тогдашней столице края городе Або (Турку).

«ГЕРЦОГ ФИНЛЯНДИИ»

Здесь он оставил по себе память столь же хорошую, как и на Украине. Даже казаки, спалившие в ходе предыдущей кампании до пятисот мирных селений, уже не осмеливались безнаказанно заниматься грабежами. Финны сохранили все существовавшие у них органы самоуправления. Крестьяне по-прежнему сеяли хлеб, купцы – торговали, пасторы – славили Бога, а студенты – учились в университете. Бремя налогов даже ослабло, поскольку основная их тяжесть оказалась переложена на более состоятельные слои населения.

Сами финны приписывали относительную мягкость Кейта благотворному влиянию его пассии – Эвы Мертен, дочери покойного бургомистра Або. За глаза ее даже называли «герцогиней» сам же Кейт естественно воспринимался как герцог Финляндии (обычно этот титул носили сыновья либо братья короля Швеции). Для сэра Джеймса красавица из Суоми действительно стала женщиной всей его жизни. Вот только узами брака их союз так и не был скреплен…

Швеция между тем продолжала сопротивление. В апреле 1743 года, сдав свою должность генералу Кампенгаузену, Кейт принял командование расположенной у Гангеудда галерной эскадрой. Поставленная перед ним задача заключалась в том, чтобы прорваться через шведскую галерную эскадру адмирала Фалькенгрена, установить контроль над Аландскими островами, соединиться с галерами под командованием Ласси и высадить несколько десантов на побережье Швеции.

Встреча с Фалькенгреном произошла 20 мая в узком проливе у острова Корпо. Фактически битва свелась к артиллерийской дуэли между двумя русскими и одним шведским прамами (плавучими батареями). Столпившиеся за ними прочие суда вынуждены были вести перекидной огонь из пушек.

После четырехчасовой перестрелки шведский прам «Геркулес» вышел из боя. Русские прамы «Олифант» и «Дикий бык» отделались незначительными повреждениями.

25 мая эскадра Фалькенгрена внезапно ретировалась. Как писал Манштейн «Отступление шведов удивило русских тем более, что они знали, что на другой день после сражения шведы получили в подкрепление фрегат и несколько галер, так что их флот не только равнялся русскому флоту, но еще и превосходил его. Немного времени спустя узнали, что на шведов навели страх маленькие лодки русских маркитантов, которые, пользуясь попутным ветром, подняли паруса и следовали за русским флотом. Неприятели, видя, что все море покрыто парусами, вообразили, что фельдмаршал Ласси прибыл уже со своим флотом и что они поэтому были слишком слабы, чтобы отважится на новое сражение. Кейт, осмотрев местность с того пункта, где он остановился со своими галерами, нашел позицию эту весьма выгодной: это побудило его укрепиться тут и ожидать, чтобы фельдмаршал Ласси присоединился к нему».

Соединение двух эскадр произошло 12 июня, однако высадка десантов в Швеции так и не осуществилась. Подписанный в Або мирный договор прекратил боевые действия и подтвердил присоединение к России Кюменигородской и Саволакской губерний. Более того, бывшие противники стали союзниками и, чтобы спасти Швецию от возможного датского вторжения, 11-тысячный корпус Кейта расположился в Стокгольме. Попутно сэр Джеймс выполнял обязанности полномочного посланника, имея своим партнером одного из руководителей шведского масонства барона Нолькена.

Возможно, в их планы входило осуществление в стране переворота и ликвидация конституционного строя, однако Елизавета Петровна предпочла воздержаться от подобных попыток. В августе 1744 года корпус Кейта отплыл в Ревель (Таллинн), а шведское правительство возобновило традиционный союз с Францией.

ПРОЩАНИЕ СО СЛЕЗАМИ

Последующие три года Кейт находился в самом эпицентре интриг, касающихся внешнеполитической стратегии России. Будучи сторонником сближения с Францией, он нажил себе очень влиятельного врага в лице канцлера А.П. Бестужева-Рюмина, который, в свою очередь придерживался проанглийской ориентации. Вдобавок сэр Джеймс рассорился с самым на тот момент влиятельным человеком в военном ведомстве – генералом С.Ф. Апраксиным.

Когда в 1747 году, получив из Лондона денежную субсидию, императрица решила послать против Франции 30-тысячный корпус, Кейт очень хотел стать командующим, возможно, рассчитывая, что ему удастся не довести дело до открытого столкновения. Однако, из-за вмешательства Бестужева-Рюмина должность командующего досталась В. А. Репнину. Более того, канцлер запретил въезд в Россию Джорджу Кейту, указывая, что масонское движение враждебно самодержавию. Для сэра Джеймса это стало последней каплей…

Ссылаясь на неотложные домашние дела, требующие его личного присутствия в Шотландии, он попросил отставку и в августе 1747 года покинул Россию.

По свидетельству Нащокина Кейт «…в войске крайне много был любим, и приходили к нему штаб- и обер-офицеры прощаться. Зело было удивительно, что иностранец такую заслужил честь, что с ним со слезами прощались; напротив того, и он от слез удержаться не мог».

На самом деле вместо Шотландии Кейт отправился в Пруссию. Самый именитый полководец того времени – Фридрих II Великий встретил его с распростертыми объятиями, присвоил звание генерал-фельдмаршала и назначил генерал-губернатором Берлина. По сути, он вошел в круг «интимных друзей короля», куда также входили его старший брат Джордж Кейт, маркиз д’Аржанс, Дарге, граф Ротенбург, Винтерфельд, полковник Форкад и фельдмаршал Шверин.

Вновь вынуть свою шпагу из ножен сэру Джеймсу пришлось в 1756 году, когда Пруссия начала казавшуюся безнадежной борьбу сразу против трех великих держав – Франции, Австрии и России. Тот факт, что он оказался в лагере противников России сильно травмировал Кейта. С удивительным постоянством он убеждал Фридриха помириться с Петербургом, однако сделать это было уже невозможно.

К счастью Кейту не довелось скрестить оружие со своими бывшими сослуживцами и подчиненными.  Его части сражались против австрийцев, причем резкое ухудшение здоровья отнюдь не мешало опытному вояке одерживать новые победы.

Осенью 1758 года корпус Кейта соединился с войсками короля Фридриха. Им противостояла австрийская армия фельдмаршала Дауна, занявшая очень удачную позицию у местечка Гохкирха. Фридрих, тем не менее, решил атаковать, назначив операцию на утро 15 октября. Королю не хватило всего суток…

С рассветом 14 октября австрийцы скрытно покинули свой лагерь, и внезапно обрушились на пруссаков. Благодаря внезапности им удалось захватить пушки, стоявшие на переднем крае. Как вспоминал король Фридрих «Надлежало выгнать неприятеля из занятой им позиции. Фельдмаршал Кейт с шестью батальонами успел отнять у австрийцев батарею и потеснил их назад. Но его окружили, солдаты проложили себе обратный путь штыками, а вождь их пал, пораженный пулей в грудь».

Так завершилась жизнь полководца, чье имя было известно во всей Европе. Успев послужить трем монархам (испанскому, русскому и прусскому) он некогда не воспринимался современниками в качестве наемника-кондотьера. Его отличали отвага, честность и умение строить отношения с людьми самых разных национальностей. И в этом смысле он был подлинным гражданином мира. Хотя и носившим военную форму.


25 Декабря 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85196
Виктор Фишман
68635
Борис Ходоровский
61017
Богдан Виноградов
48070
Дмитрий Митюрин
34226
Сергей Леонов
32101
Сергей Леонов
31996
Роман Данилко
29980
Светлана Белоусова
16352
Дмитрий Митюрин
16147
Борис Кронер
15443
Татьяна Алексеева
14558
Наталья Матвеева
14236
Александр Путятин
13945
Наталья Матвеева
12471
Светлана Белоусова
12009
Алла Ткалич
11742