Зубры футбольного репортажа
СПОРТ
«Секретные материалы 20 века» №13(503), 2018
Зубры футбольного репортажа
Борис Ходоровский
журналист
Санкт-Петербург
442
Зубры футбольного репортажа
У микрофона Николай Озеров

В советскую эпоху телекомментаторов, которым доверялось вести репортажи о главных футбольных турнирах, было немного и они казались небожителями. Ведь раньше поездка в Париж была сродни полету на Марс. Со многими из классиков футбольного репортажа мне довелось общаться в неформальной обстановке.

«Мастера кожаного мяча»

Эта фраза, которая многими воспринимается как журналистский штамп, была введена в обиход Николаем Озеровым. В моей библиотеке на почетном месте стоит его автобиографическая книга «Всю жизнь за синей птицей…» с теплой дарственной надписью.

Название этой книги неслучайно. Одну из лучших своих ролей во МХАТе будущий народный артист СССР сыграл в спектакле по пьесе Мориса Метерлинка «Синяя птица». Параллельно с актерской развивалась спортивная карьера. В середине прошлого века Озеров стал рекордсменом по количеству золотых медалей, завоеванных на чемпионатах СССР по теннису. В одиночном, парном и смешанном разрядах он становился чемпионом страны 24 раза.

Выросший в семье оперного певца Большого театра Озеров был разносторонним спортсменом. Он еще и в футбол успевал играть в чемпионате Москвы за «Спартак». Неудивительно, что именно актер МХАТа стал одним из первых в СССР спортивных комментаторов, подхватив эстафету у Вадима Синявского. Свой первый самостоятельный радиорепортаж с футбольного матча «Динамо» — ЦДКА Озеров провел в августе 1950 года.

Вскоре последовали и первые загранкомандировки. В ноябре 1952-го московский «Спартак» проводил товарищеский матч в болгарском городе Сталин, давно уже вернувшем историческое название Варна. Причем комментаторскую кабину болгарские товарищи не оборудовали, и, чтобы следить за происходящим на футбольном поле, Озерову пришлось залезть на дерево. Переход с радио на телевидение для актера мхатовской школы прошел безболезненно. Куда сложнее было следовать всем инструкциям, исходившим от руководства Гостелерадио СССР, а то и куда более высокопоставленных инстанций.

Высшим пилотажем спортивного репортажа коллеги считали работу Озерова на хоккейных матчах СССР — ЧССР в конце 60-х годов. Дабы не нагнетать напряженность в международных отношениях, категорически запрещалось употреблять любые термины, похожие на военные. И советский телекомментатор ухитрялся рассказать о хоккейных баталиях, не употребляя даже слова «атака».

Как отмечал многолетний руководитель Гостелерадио СССР Александр Иваницкий (кстати, уволивший Озерова в разгар перестройки и гласности), выросший в элитной семье прекрасный актер и теннисист внес в спортивный репортаж театральную культуру речи, обладая пониманием сути происходящего. На его репортажах нужно было учиться, как на произведениях Пушкина и Достоевского.

В эпоху, которую принято называть застойной, Озеров был вынужден сдерживать себя в прямом эфире. Но в дружеской компании мог расслабиться. Вспоминая визит в Бразилию в 1959 году, он рассказывал: «В репортаже упомянул, что бразильский мальчишка на пляже Копакабана с легкостью повторил упражнения с мячом в исполнении одного из самых техничных спартаковцев Сергея Сальникова. Упомянуть о том, что Сальников не сумел повторить некоторые упражнения в исполнении бразильского мальчишки, и помыслить не мог».

Уйдя с телевидения, Озеров всю свою энергию отдавал «Спартаку». Во многом благодаря его авторитету сегодня «красно-белые» по-прежнему на слуху. А болельщики со стажем неизменно вспоминают о «технических неполадках, произошедших за территорией Советского Союза». Эту фразу Озеров неизменно произносил, когда телевизионная картинка пропадала. Показывать драки хоккеистов или сбежавшего из социалистической Венгрии во франкистскую Испанию футболиста Ференца Пушкаша было нельзя, а заполнять паузу в эфире нужно. И навсегда в историю не только советского спорта, но и всей страны войдет крылатая озеровская фраза: «Такой хоккей нам не нужен!»

«Пока мячик летит, быстренько о составах»

Театральные традиции в спортивном репортаже достойно продолжил Котэ Махарадзе. В Тбилиси он постигал актерское мастерство в группе, которую набирал тогда еще молодой, а впоследствии знаменитый режиссер Георгий Товстоногов. После окончания института был принят в труппу Театра имени Шота Руставели. Его бархатный голос с неповторимым акцентом знали все любители футбола на одной шестой части суши. Если Озеров пришел в репортерскую кабину с театральных подмостков, то Махарадзе — с баскетбольной площадки. В юности он отдал дань «лучшей в мире игре с мячом», играл за тбилисское «Динамо» вместе со знаменитым центровым сборной СССР Отаром Коркией.

В 1957 году в столицу Грузии приехали американские баскетболистки. Молодому актеру, не понаслышке знакомому с этой игрой, предложили провести репортаж о матче. Дебют удался, и в июле Махарадзе уже рассказывал болельщикам о перипетиях футбольного матча между тбилисским «Динамо» и ленинградским «Зенитом». Параллельно с работой на телевидении продолжал служить в театре. Сыграл сотни ролей на сцене. Театральное начальство с пониманием относилось к совместительству, ведь в Тбилиси все болели за «Динамо». График спектаклей с участием Махарадзе составлялся с учетом футбольного календаря.

Удивительно, но Махарадзе доверяли комментировать и важнейшие матчи с участием «Арарата» и киевского «Динамо». За один репортаж, в котором он слишком часто называл ереванцев не советскими, а армянскими футболистами, даже получил нагоняй от начальства. Тем не менее даже в ЦК компартии Армении просили, чтобы игры «Арарата» в еврокубках комментировал «фартовый» Махарадзе. Для киевского «Динамо» тбилисец и вовсе был родным человеком.

В 1986 году Валерий Лобановский, совмещавший должности главного тренера в киевском «Динамо» и сборной СССР, специально ходил в ЦК КПСС и настоял на том, чтобы в Мексику на чемпионат мира направили Махарадзе. «Дело не только в том, что киевляне считали меня «фартовым», — вспоминал в беседе с автором этих заметок сам батоно Котэ. — Прежде всего Лобановский ценил, что у комментатора Махарадзе никогда не возникало желания взять на себя функции тренера. Даже критикуя игроков за не слишком выразительную игру, старался употребить обороты: «Сегодня не все получается…» или «Это далеко не все, на что способен футболист».

Едва ли не в каждом репортаже Махарадзе звучала фраза, становившаяся затем крылатой. Футболисты, чьи фамилии звучали, даже не думали обижаться, услышав: «Пенсионным бегом Кобелев направился подавать угловой» или «Леоненко разминается уже 45 минут. Не перегрелся бы!». На проводах из большого футбола Олега Блохина даже включили запись одного из репортажей: «С мячом Олег Блохин… Удар, гол! К сожалению, мяч попал в штангу, было вне игры, да и вообще помощники подсказывают, что это был не Блохин». Естественно, все это происходило уже во время «третьего тайма».

«Фишкой» в репортажах Махарадзе была фраза: «Пока мячик летит, быстренько о составах». Частенько он действительно успевал перечислить фамилии футболистов, находившихся на поле, пока мячик летел. Фраза же стала настолько популярной, что даже в компьютерной игре «ФИФА-10» ее произносит мэтр современного спортивного репортажа Василий Уткин.

К титулам и регалиям Махарадзе относился спокойно и более всего гордился званием мужа народной артистки СССР Софико Чиаурели. Однажды в своем репортаже Котэ к месту и не к месту называл число 13. Поклонники футбола удивлялись, а он, оказывается, назначал на это время свидание будущей супруге. Они даже открыли в собственном доме в Тбилиси Театр двух актеров. Благо особняк, доставшийся Софико по наследству от ее отца, известного грузинского актера Михаила Чиаурели, позволял играть домашние спектакли в присутствии двух-трех сотен зрителей. Удивляться не приходится, ведь Чиаурели был любимым актером Сталина, воплощал его образы на киноэкране и получил в подарок громадный особняк в центре Тбилиси.

«Я веду свой репортаж со дна Женевского озера»

Сын советского генерала Георгий Саркисьянц в журналистику попал по большому счету по стечению обстоятельств. Ему прочили карьеру профессионального певца и после окончания средней школы в 1952 году готовы были принять в музыкальное училище при консерватории. Нужно было пройти маленькую формальность в виде прослушивания, но карьера Козловского или Лемешева выпускника столичной школы не прельщала. Сославшись на то, что часто болеет ангиной, Георгий на прослушивание так и не пришел.

Стать дипломатом ему также было не суждено. После объединения МГИМО и Института Востоковедения в кузнице кадров МИД было проведено сокращение студентов. Оставшимся не у дел предложили выбирать для продолжения учебы любое место, кроме факультета журналистики МГУ, где тоже был избыток студентов. «Вот я и выбрал факультет журналистики ЛГУ», — то ли в шутку, то ли всерьез вспоминал сам Саркисьянц в компании питерских коллег.

В Гостелерадио СССР Саркисьянц пришел в 1959 году. Интересная работа, хорошие заработки, зарубежные поездки. Хотя случались и форс-мажорные ситуации. В спортивную редакцию мог позвонить лично Леонид Ильич Брежнев и поинтересоваться, нельзя ли организовать сегодня хоккейный репортаж. Мол, собирался сам съездить на хоккей, а здоровье не позволяет. За несколько часов организовывали прямой эфир, хотя перегнать технику было большой проблемой. Да и готовиться к репортажу времени не было.

Во время московской Олимпиады, как вспоминал Саркисьянц, глава государства поинтересовался, почему так мало бокса на экранах. И что бы вы думали? Трансляции из «Олимпийского», где проходил турнир боксеров, стали занимать до трех часов. Бокс был одним из тех видов спорта, которые Саркисьянц знал и любил. В бытность студентом он сам боксировал, хорошо знал спортсменов, тренеров, специалистов и прекрасно разбирался в нюансах всего, что происходило на ринге. Во время перестройки Саркисьянц, приехавший комментировать боксерский турнир на призы Ленинградского телевидения, наотрез отказался следовать модным тогда веяниям. Не захотел все критиковать и низвергать. Когда же ему привели в пример Бориса Ельцина, комментатор спокойно возразил: «Зачем же нам следовать таким примерам?»

Еще одной любовью Саркисьянца было фигурное катание. Хотя удержать за собой право комментировать этот престижный вид спорта он не сумел. В телевизионных кругах историю, приключившуюся с советским комментатором на чемпионате мира в Швейцарии, рассказывают по-разному. Кто-то утверждает, что советская телевизионная бригада не смогла устоять перед искушением посетить устроенный организаторами банкет перед началом прямого эфира, кто-то рассказывает о том, что приболевший телекомментатор, предупредив начальство, принял таблетку, оказавшую на него крайне негативное воздействие. Так или иначе, но репортаж из Швейцарии очень не понравился начальству, да и рядовым телезрителям. Начинался он словами: «Я веду свой репортаж со дна Женевского озера…»

Естественно, главной страстью телевизионного комментатора был футбол. Вместе с Николаем Озеровым и Владимиром Перетуриным он стоял у истоков популярнейшей у советских болельщиков программы «Футбольное обозрение». Практически до последних дней своей жизни Саркисьянц продолжал комментировать соревнования на «Евроспорте». Он стал первым спортивным комментатором, которому было присвоено звание заслуженного работника культуры РФ.

«Не все, что падает в штрафной, пенальти»

Неповторимый стиль Владимира Маслаченко объясняется просто: он пришел в комментаторскую кабину непосредственно с футбольного поля. Заслуженный мастер спорта, обладатель Кубка Европы 1960 года, пусть и в качестве запасного вратаря, чемпион СССР и трехкратный обладатель Кубка СССР в составе московского «Спартака». В 1961 году журнал «Огонек» признал Маслаченко лучшим вратарем страны. Завершив карьеру, сразу же стал комментировать футбольные матчи. Правда, на два года уходил из профессии, пробуя себя в роли тренера сборной Чада, но быстро понял, что у него получается лучше всего.

Маслаченко словно проживал матч вместе с футболистами. Комментируя финал Олимпиады-1988, в котором сборная СССР в дополнительное время выиграла у бразильцев, он закричал: «Юра, дорогой, забивай! Я тебя умоляю!» — и Юрий Савичев, вряд ли слышавший возглас комментатора, не подвел. Именно блестящее футбольное прошлое позволяло Маслаченко произносить в эфире то, что другим комментаторам не дозволялось: «Это прыжок для газеты «Пионерская правда». Такие номера я называю полотерскими» или «Не все, что падает в штрафной, пенальти».

Кто из болельщиков со стажем не помнит о «маленьких футбольных хитростях», секреты которых раскрывал бывший вратарь! Красивая комбинация или эффектный сейв вратаря неизменно сопровождались возгласом: «И будьте любезны!» Осенью 1983-го Маслаченко вел прямой репортаж из Бирмингема, где местная «Астон Вилла» принимала «Спартак». Первый матч в Москве в розыгрыше Кубка УЕФА завершился вничью — 2:2. В ответной игре счет был 1:1, что устраивало англичан. Как было принято в те времена, Маслаченко подвел итоги матча, посочувствовал спартаковским болельщикам и высказал надежду, что у команды Константина Бескова еще будут большие победы. И тут в последней атаке Федор Черенков забил гол, который вывел «Спартак» в следующую стадию, и Маслаченко воскликнул: «Я беру все свои слова обратно!» И столь же мастерски снова подвел итоги матча.

Не потерялся мэтр спортивного репортажа и в новейшей истории. В 2000 году стал лауреатом престижной телевизионной премии ТЭФИ. Годом позже выразил поддержку журналистскому коллективу НТВ, несогласному с изменением курса телекомпании, и отказался комментировать матчи Лиги чемпионов. Свои репортажи в ту пору Маслаченко заканчивал фразой: «Ликyйте и pадyйтесь жизни в это бездаpное вpемя!» Впрочем, изгнать популярного комментатора с телевидения навсегда не решились. Он продолжал работать на играх еврокубков, а прощальным стал для него репортаж с матча «Милан» — «Интер» в серии A.

«Нам бы парочку отцов из Суринама!»

С футбольного поля пришел в комментаторскую кабину и Владимир Перетурин. Правда, наград в его послужном списке не так уж много. Точнее, всего одна: в 1959 году он стал победителем Спартакиады народов РСФСР. Воспитанник московского «Динамо» не сумел пробиться в основной состав «бело-голубых» и всю свою карьеру провел в низших дивизионах. Выступал за кировское и ленинградское «Динамо», а бутсы на гвоздь повесил в рыбинском «Сатурне». Зато без отрыва от профессиональной карьеры окончил исторический факультет Ленинградского пединститута имени А. И. Герцена. Вот только преподавать историю и обществоведение старшеклассникам не стал, сумел устроиться на телевидение.

Выдвинуться в когорту лучших комментаторов страны помог случай. Во время репортажа из Белграда с футбольного матча между сборными Югославии и СССР пропал звук. Естественно, из-за неполадок, произошедших «за территорией нашей страны». Мэтра Николая Озерова подстраховал дежуривший в московской студии молодой и никому не известный комментатор Перетурин. Да так удачно, что вскоре сам получил возможность работать на футбольных матчах.

Всесоюзную славу принесла Перетурину передача «Футбольное обозрение», впервые вышедшая в эфир в ноябре 1980 года. Она выходила на главном телеканале страны, сменившем множество названий, в течение 19 лет. Более 900 выпусков! Впервые на советском телевидении болельщики могли увидеть все (или почти все) голы, забитые в очередном туре чемпионата страны.

Свои репортажи Перетурин неизменно заканчивал фразой: «И будьте здоровы!» Широкую известность получил и его экспромт, произнесенный во время матча с участием сборной Нидерландов на Евро-1988. В рядах «оранжевых» блистали Рууд Гуллит, Франк Райкаард и другие футболисты с суринамскими корнями. Время было перестроечное, и уже можно было позволить себе некоторые вольности. Вот Перетурин и выдал: «Нам бы парочку таких отцов из Суринама!»

Мгновенно на эту фразу откликнулась четверостишием популярная тогда питерская газета «Смена»:

Пусть отцы из Суринама
Едут прямо на «Динамо»!
Перетурин без затей
Будет делать там детей.

В новых реалиях советский мэтр чувствовал себя крайне неуютно. Жаловался на то, что с экранов исчезла культура, которую заменили низкопробные сериалы. Жестко критиковал руководство РФС, договорные игры (правда, не приводя веских доказательств) и молодых комментаторов. После того как Перетурин слег с инсультом, руководство Первого канала тихо прикрыло его «Футбольное обозрение».

Четыре года назад его бывший ведущий стал единственным спортивным журналистом в России, призвавшим отказаться от проведения чемпионата мира 2018 года и направить выделенные на него средства на социальные проекты. Он по-прежнему подвергал критике работу современных комментаторов, упрекая их в непонимании футбола и обилии штампов, кочующих из трансляции в трансляцию. В прошлом году после тяжелой болезни Перетурин ушел из жизни. Увы, его пожелание, которое произносилось в конце каждого репортажа, не сбылось.

Новое поколение, привыкшее к иным голосам, иногда воспринимало комментарии Озерова и его коллег по Гостелерадио СССР как рудименты старой эпохи. И только сейчас понимаешь, что вместе с классиками спортивного репортажа ушла целая эпоха. Эпоха, в которой были большие победы и комментарии, позволявшие эти победы оценить.


27 Мая 2018


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84099
Виктор Фишман
67358
Борис Ходоровский
59744
Богдан Виноградов
46843
Дмитрий Митюрин
32293
Сергей Леонов
31346
Роман Данилко
28888
Сергей Леонов
23632
Светлана Белоусова
15024
Дмитрий Митюрин
14776
Александр Путятин
13348
Татьяна Алексеева
13105
Наталья Матвеева
12867
Борис Кронер
12242
Наталья Матвеева
10880
Наталья Матвеева
10678
Алла Ткалич
10275
Светлана Белоусова
9870