Неудачи, без которых нет побед
НАУКА
«Секретные материалы 20 века» №23(539), 2019
Неудачи, без которых нет побед
Татьяна Алексеева
журналист
Санкт-Петербург
7190
Неудачи, без которых нет побед
Китобойное судно «Южный крест», 1899 г.

«СМ» продолжает свой проект к столетию открытия русскими путешественниками Михаилом Лазаревым и Фаддеем Беллинсгаузеном Антарктиды. После этого события, произошедшего в январе 1820 года, у них появилось множество последователей, мечтавших тоже попасть на этот материк и узнать о нем как можно больше. Некоторых сейчас помнят только историки – хотя и эти полярники тоже внесли весомый вклад в изучение Белого континента. 

Очень сильно не повезло в этом плане норвежско-британскому исследователю Карстену Эгебергу Борхгревинку, который первым провел в Антарктиде успешную зимовку. Все его достижения оказались в тени славы Руала Амундсена и Роберта Скотта, а между ним и Фритьофом Нансеном возникло недоразумение, сделавшее их врагами и так и не разрешившееся. Хотя на самом деле этот человек сделал очень много для дальнейших исследований Антарктиды: его опытом зимовки пользовались и Амундсен, и Скотт, и многие другие полярники. 

Карстен Борхгревинк родился в 1864 году. Его отец был норвежцем, а мать – англичанкой, и они жили в усадьбе под столицей Норвегии Христианией по соседству с другой семьей, в которой было четверо сыновей. Карстен особенно близко дружил с самым младшим из этих четырех братьев: несмотря на то что тот был моложе его на восемь лет, им было интересно играть вместе. Старшие братья посмеивались над ним из-за его мечты стать полярным путешественником и непременно преодолеть какие-нибудь серьезные лишения на пути к открытиям. А вот Карстена такие мечты тоже привлекали – младший товарищ сумел «заразить» его ими. Что и не удивительно, если учесть, что звали этого товарища Руал Амундсен. 

После школы Карстен Борхгревинк выучился на геодезиста и уехал работать в Австралию – сказались детские мечты о дальних странствиях. Оттуда было не так уж далеко до Антарктиды, которая с каждым днем интересовала его все больше и больше, и в конце концов он отправился к берегам Белого континента с норвежской китобойной экспедицией. Корабль, на котором он плыл, сделал остановку на мысе Адэр, расположенном на Земле Виктории, и Карстен собрал там образцы горных пород и мхов, что было серьезным биологическим открытием: раньше считалось, что в Антарктиде не может выжить ни одно растение. Но как следует изучить Адэр Борхгревинку не удалось, поэтому после возвращения в цивилизованный мир начал искать спонсоров для организации исследовательского похода на этот мыс. 

Это оказалось не так-то просто. Карстен побывал в США и многих странах Европы, выступая с лекциями о своей первой экспедиции в Антарктиду и пытаясь «раскрутить» какого-нибудь финансиста на новый поход, но предприниматели не спешили тратить деньги на это рискованное дело. За это время путешественник женился на англичанке Констанции Стэнден, с которой у них потом родилось два сына и две дочери. 

Наконец спонсор нашелся. Им стал английский издатель Джордж Ньюс, который согласился оплатить все расходы на экспедицию при условии, что ее руководитель напишет потом о ней книгу и отдаст ему права на нее, а также что поход будет проходить под британским флагом. Борхгревинк, который сам был наполовину англичанином, согласился на это, хотя большинство членов экспедиции были норвежцами, из-за чего у него случился конфликт с Фритьофом Нансеном. Знаменитый полярник посчитал, что он не должен был так поступать с Норвегией, и до конца жизни перестал с ним разговаривать. 

Если начальник слишком мягкий 

В феврале 1899 года корабль «Южный крест» с Карстеном Борхгревинком и его спутниками на борту причалил к мысу Адэр. Путешественники высадились на берег, разбили лагерь и стали готовиться к зимовке, одновременно исследуя окружающую местность. Поначалу все шло успешно, но когда над Антарктидой сгустилась полярная ночь, оказалось, что почти безвылазно сидеть в маленьком доме, который с трудом обогревала печка, не так-то просто. Десять участников экспедиции начали ссориться, срывать друг на друге раздражение и устраивать от скуки разные глупости вроде игр с огнем, от которых их деревянный дом едва не сгорел. Карстен же оказался не слишком хорошим руководителем. Еще на корабле он устроил для подчиненных довольно мягкие порядки, стараясь быть для них не суровым командиром, а «своим парнем», и они быстро привыкли к этому. В результате во время зимовки полярники нередко позволяли себе лениться, сваливать друг на друга свои обязанности и игнорировать требования начальника, когда тот пытался установить в команде хоть какую-то дисциплину. 

Несмотря на царящее на зимовке раздолбайство, Борхгревинку и его товарищам все же удавалось следить за погодой, атмосферным давлением и температурой воздуха, и они собрали достаточно данных о климате в этой части Антарктиды. Однако жизнь в деревянном доме с каждым днем становилась все тяжелее. Оказалось, что он построен в крайне неподходящем для зимовки месте, которое сильно продувает ветер, и однажды с него чуть не сорвало крышу, так что ее пришлось привязывать к стенам при помощи тросов. Кроме того, ветер, дувший из глубины материка, был очень холодным, и дом с трудом удавалось обогреть – печка не давала достаточно тепла, и команда несколько раз едва не угорела. 

Весной, когда полярная ночь окончилась, полярники стали исследовать мыс Адэр, но не смогли переправиться через горы, отделяющие его от материка. В результате им пришлось ограничиться только ближайшими окрестностями. А потом случилось несчастье: от кишечной инфекции умер один из зоологов, Николай Хансен. Это была первая известная в истории смерть на Белом континенте. 

У полярников было еще достаточно запасов, чтобы провести в Антарктиде лето и вторую зиму, но все они тяжело переживали смерть товарища, так что руководитель экспедиции опасался, что еще одна зимовка доведет всех до депрессии, и принял решение вернуться в цивилизованный мир. В Европе в это время всех больше интересовала начавшаяся экспедиция Роберта Скотта, поэтому возвращение Борхгревинка прошло практически незамеченным. Но он все-таки написал книгу об этом путешествии, и благодаря ему полярные исследователи убедились, что зимовка в Антарктиде – дело вполне реальное, хотя и очень непростое. 

Карстену хотелось вернуться на Белый континент еще раз, и он предлагал спонсорам проекты новой экспедиции, в которой были бы учтены все его ошибки. Но после открытия Южного полюса желающих вложить деньги в полярные исследования сильно поубавилось, и все попытки Борхгревинка найти таковых не увенчались успехом. Незадолго до смерти он получил от британского Королевского географического общества золотую медаль за зимовку на мысе Адэр – хоть и с опозданием, но его заслуги все-таки были признаны. 

Тюлени под запретом 

Другим исследователем Антарктиды, без которого, несмотря на его неудачи, не были бы впоследствии сделаны важные географические открытия, был бельгиец Адриен Виктор Жозеф де Жерлаш, или, как его называли в скандинавских странах, де Герлах. Инженер по образованию, он сначала служил на рыболовных судах, а потом окончил военное училище и поступил на исследовательский корабль «Бельгика» и в 1895 году принял участие в экспедиции в Гренландию. 

Полярные путешествия так увлекли молодого человека, что он стал подумывать об экспедиции в Антарктиду и в конце концов представил план такого похода королю Бельгии. Его план заинтересовал монарха, и в 1897 году «Бельгика» отправилась к Белому континенту. На борту у нее, кроме начальника экспедиции де Жерлаша, было еще 18 человек, в том числе молодой и никому не известный штурман-норвежец по имени Руал Амундсен. 

«Бельгика» прибыла к побережью Антарктиды слишком поздно – в феврале 1898 года, когда полярное лето уже закончилось. В результате судно застряло во льдах, и вскоре его команда оказалась в совершенно отчаянном положении. Ледяной ветер продувал корабль насквозь, и, чтобы защититься от холода, путешественники сшили дополнительные балахоны из розовых шерстяных одеял. Они пытались обогревать каюты керосином и сожгли много деревянных вещей, но потом запасы топлива подошли к концу, и людям пришлось жить почти в полной темноте. 

Но это было еще не самое страшное. Вскоре стало ясно, что в запасах их еды недостаточно витаминов, и у большинства полярников началась цинга. В полярных условиях ее можно вылечить, если питаться свежим мясом и кровью тюленей, которые жили в океане и нередко выбирались на льдины неподалеку от корабля. Однако де Жерлаш считал такое мясо несъедобным и запрещал своей команде охотиться на тюленей, а повару готовить их. 

Двое путешественников не подчинились его приказу – Амундсен и американец Фредерик Кук, исполнявший обязанности врача и фотографа. Когда Адриен и большинство членов команды слишком ослабели от голода и цинги, чтобы помешать им, они начали охотиться на тюленей и есть их мясо в замороженном виде, после чего сразу стали лучше себя чувствовать. Но уговорить де Жерлаша, чтобы он разрешил накормить мясом всех остальных, им долгое время не удавалось. 

«Переворот» на зимовке 

К счастью для всей команды, в какой-то момент ее предводителю стало совсем плохо, и он, решив, что скоро умрет, сказал Амундсену, что должен передать свои полномочия кому-то другому. Молодой штурман, не дав ему продолжить, объявил, что согласен взять на себя командование и оправдает его ожидания, после чего бросился на камбуз и сообщил повару, что теперь он – главный на корабле и что его первый приказ заключается в том, чтобы накормить всех тюленьим мясом. Что и было тут же сделано. 

Благодаря новой «диете», команда Жерлаша пошла на поправку, и сам он в конце концов тоже согласился есть тюленье мясо. И хотя на этом трудности не закончились, полярники смогли прожить на судне еще несколько месяцев, а потом, когда лед стал тоньше, прорубить в нем канал, чтобы оно смогло выйти в открытый океан. 

Об исследованиях Антарктиды после этого уже не могло быть и речи – у полярников закончились и керосин, и лекарства, и вся еда, кроме тюленей. Они вернулись в Бельгию, где де Жерлаш написал книгу «Пятнадцать месяцев в Антарктике», в которой подробно рассказал об экспедиции и обо всех допущенных им ошибках. Позже он отправился на «Бельгике» в Персидский залив, где добывал жемчуг, а в 1902 году собрался принять участие во французской антарктической экспедиции Жана-Батиста Шарко, но разругался с ним по дороге на Белый континент и был вынужден сойти с его судна в Бразилии. 

Опыт Адриена де Жерлаша был учтен другими исследователями, в том числе и Руалом Амундсеном. За время зимовки во льдах норвежский путешественник твердо решил, что в следующий раз он будет участвовать в полярных экспедициях, только будучи их единоличным главой, который никому не подчиняется. 

И он следовал этому правилу всю оставшуюся жизнь: был и капитаном судна, и главным исследователем во время всех своих походов. В том числе и того, во время которого был открыт Южный полюс.


18 октября 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
88985
Виктор Фишман
71201
Сергей Леонов
64355
Борис Ходоровский
63308
Богдан Виноградов
50277
Дмитрий Митюрин
37996
Сергей Леонов
34196
Роман Данилко
31964
Борис Кронер
21754
Светлана Белоусова
20305
Наталья Матвеева
19604
Светлана Белоусова
19436
Дмитрий Митюрин
18231
Татьяна Алексеева
18094
Татьяна Алексеева
17477
Наталья Матвеева
16785