Восставший против Цезаря
ЖЗЛ
«Секретные материалы 20 века» №10(370), 2013
Восставший против Цезаря
Галина Бергер
журналист
Москва
150
Восставший против Цезаря
Верцингеторикс и Цезарь

Кого мы вспоминаем в первую очередь, когда речь заходит о великих полководцах древности? Конечно, Александра Македонского, Ганнибала и Цезаря. Особо продвинутые упомянут, быть может, Сципиона Африканского или Суллу. Но было в мировой истории множество других полководцев, которые не так знамениты, но не менее интересны. Как, например, вождь кельтского племени арвернов Верцингеторикс (или Верцингеториг, как его еще называют), сражавшийся в свое время против великого Цезаря. Он проиграл, но крови римской армии попортил немало...

Прежде чем рассуждать о заслугах Верцингеторикса на военном поприще, надо сказать несколько слов о том, кто такие кельты вообще и арверны в частности. Кельты, к слову, это не один какой-то народ, а близкие друг другу в языковом и культурном отношении довольно многочисленные племена индоевропейского происхождения, некогда населявшие территорию Западной и Центральной Европы.

Первые упоминания о кельтах датируются 500 годом до н.э. и принадлежат древнегреческому историку и географу Гекатею Милетскому. Гекатей описывал в одном из своих трудов, сохранившемся только в цитатах у других авторов, греческую колонию Массалия, располагавшуюся на земле лигуров рядом с владениями кельтов.

Томас Роллестон в своей работе «Мифы, легенды и предания кельтов» пишет: «Геродот, примерно полустолетием позже, говорит, что кельты живут «за Геркулесовыми столпами», то есть в Испании, и что Дунай течет через их земли. Аристотель знает, что они живут «за Испанией», что они захватили Рим и что благодаря своей воинственности они накопили огромные богатства. Уже у ранних авторов встречаются известия не только географического характера. Гелланик с Лесбоса, историк V века до н. э., сообщает, что кельты справедливы и добродетельны. У Эфора — около 350 года до н. э. — есть три стихотворные строки о кельтах, где говорится, что у них «те же обычаи, что у греков», что бы это ни значило, и они дружат с эллинами и приглашают их в гости. Однако Платон в своих «Законах» причисляет кельтов к народам много пьющим и воинственным, а поскольку они вторглись в Грецию и в 273 году до н. э. разорили Дельфы, их вообще считают племенем крайне варварским. Случившееся веком ранее разорение кельтами Рима стало одной из значимых вех античной истории».

Что касается самого названия «кельты», то, по мнению Теренса Пауэлла, высказанному им в книге «Кельты. Воины и маги. История древней Евразии», «…название Сеltici сохранилось в Юго-Западной Испании до римских времен — это единственный пример того, что имя многочисленного кельтского народа было увековечено географией… греки записали его на слух как кеltoi, и, за исключением его использования в узкоплеменном контексте в Испании… оно широко употреблялось для обозначения совокупности племен с разными названиями... Применительно к населению Британии и Ирландии античные авторы, насколько это известно, никогда не употребляли термин «кельты», и не сохранилось никаких свидетельств того, что сами обитатели островов так себя называли (однако это вовсе не означает, что островитяне не были кельтами). В современном популяризированном значении слова «кельт» и «кельтский» ввела в обиход эпоха расцвета романтизма в середине XVIII века, затем они вышли за рамки лингвистического контекста, в котором их использовали Бьюкенен и Ллуйд, и стали необоснованно применяться в самых разнообразных областях: в физической антропологии, по отношению к островному христианскому искусству и фольклорной жизни во всех ее проявлениях».

Римляне называли кельтов галлами. Правда, не всех, а только тех, что обитали на территории современных Франции, Швейцарии, Северной Италии и части Бельгии.

Что известно о них лучше всего, так это то, что были кельты очень воинственными. Греческий историк Диодор Сицилийский писал, что, убивая врагов, кельты «отрезают их головы и вешают на шеи своих коней, а принеся их домой, прибивают ко входам своих жилищ. Они сохраняли отрезанные головы побежденных врагов в кедровом масле. Некоторые хвалились, что не отдали бы эти головы даже за такое же по весу количество золота». Не то чтобы кельтам нужны были головы врагов в качестве аксессуаров, просто они верили, что именно в голове находится душа, а потому, убив врага, нужно обязательно отделить голову от тела, чтобы душа не могла вернуться, а человек — ожить.

Золотой эпохой кельтской истории можно считать IV–III века до н.э. Именно на тот период приходятся завоевания, принесшие славу кельтским племенам. Так, в 390 году до н.э. кельты вторглись в Рим и разграбили его, а в 279–77 годах до н.э. они наводили ужас на Грецию и Малую Азию (территория современной Турции). Этих кельтов греки называли галатами. Правда, из Греции их очень быстро выгнали, а вот в Малой Азии они бесчинствовали 46 лет. Там, в Малой Азии, кельты основали государство Галатия, просуществовавшее до 230 года до н.э.

Кельтские племена, как уже было сказано, объединяли большое количество отдельных племен. Наиболее многочисленными из них считаются гельветы, населявшие северо-западную часть современной Швейцарии (римляне называли эту территорию Гельвецией); белги, жившие на территории между Сеной, Северным морем и Рейном, а также на западном побережье Британии и арверны, которые в данном случае нам наиболее интересны. Среди других важных племен выделялись бойи, жившие у подножья Аппенин; сеноны, населявшие римскую провинцию Лугдунская Галлия; битуриги, проживавшие в Аквитании (юго-запад современной Франции); вольки — союз кельских племен на территории Южной Франции.

Что касается арвернов, то с ними все не так просто, поскольку их кельтское происхождение до сих пор является предметом дискуссий. Однако большинство исследователей придерживается мнения, что это все-таки кельты. Вернее, галлы — так их называли римляне. Кстати, римское название части Европы — Галлия — произошло от римского названия кельтских племен, а совсем не наоборот, как могло бы показаться. Само название «галлы» произошло от латинского слова gallus, что значит «петух». Римляне называли так кельтов за их привычку украшать свои боевые шлемы петушиными перьями.

Греческий историк и географ Страбон называл арвернов самым могущественным кельтским племенем в Галлии. Столицей государства арвернов был город Августонемет. Ныне это Клермон-Ферран — город на юге Франции, столица региона Овернь и префектура департамента Пью-де-Дом.

Арверны вели борьбу с римлянами с момента появления последних в Галлии, причем в большинстве случаев неудачно. Так, в 121 году до н.э. полководцы Домиций Агенобарб и Квинт Фабий Максим командовали римской армией в войне с арвернами и разбили их. Это поражение серьезно сказалось на позициях арвернов в Галлии — доминирующее положение перешло от них к племенам эдуев и секванов. Такая ситуация только усилила ненависть арвернов к римлянам, которую, кстати, разделяло подавляющее большинство других кельтских племен. Однако ненависть была, а вот полководца, который смог бы объединить все галльские племена и повести их на римлян, — не было. До тех пор, пока не появился Верцингеторикс.

Верцингеторикс родился предположительно в районе 82–80 годов до н.э. Впрочем, точная дата его рождения неизвестна, и большинство исследователей опираются на сочинение Юлия Цезаря «Записки о галльской войне». Логика проста: Цезарь в 52 году до н.э. называл Верцингеторикса молодым человеком, то есть человеком, которому еще не исполнилось 30 лет (именно этот возраст в Риме считался моментом вступления во взрослую жизнь), а значит, родился он никак не раньше 82 года до н.э. Его имя означало «повелитель воинов». Впрочем, могло ли быть иначе, ведь Верцингеторикс был сыном вождя арвернов Кельтилла — великого военачальника. Титул вождя перешел к Верцингеториксу от его отца в 52 году, после того как Кельтилл был казнен, поскольку его заподозрили в желании править всей Галлией.

Насчет места рождения Верцингеторикса тоже нет единого мнения. Одни полагают, что он родился в Августонемете (Августо-Неметуме). В наши дни его конная статуя работы великого французского скульптора Федерика Огюста Бартольди украшает центральную площадь Клермон-Феррана — так ныне называется этот город. Другие же, вслед за Страбоном, считают местом рождения Верцингеторикса Герговию (современный Клермон) — поселение-крепость, находившееся в шести километрах от Августонемета и занимавшее площадь в 75 гектар. До Августонемета именно Герговия была столицей — но ровно до тех пор, пока в Галлии не разгулялись римляне. Георгий Степанович Кнабе в работе «Римское общество в эпоху Ранней империи» пишет: «Немедленно после оккупации римляне или уничтожали старые племенные центры, или переводили их на равнину, где они оказывались беззащитными. Города умирали мучительно и долго — в Герговии, центре могучего племенного союза арвернов, замененном сразу после освоения Галлии галло-римским городом Августонеметом, следы местного ремесленного производства обнаруживаются еще в конце правления Тиберия».

Но не только место рождения будущего вождя вызывает споры. Ничего не известно и об его детстве. Высказываются предположения, что Верцингеторикс обучался у друидов, а затем служил в римской армии. Римский историк греческого происхождения Дион Кассий в своей «Римской истории» называет Верцингеторикса другом юности Цезаря (это особенно интересно в свете того, как «друзья» пытались впоследствии друг друга уничтожить). В пользу версии о службе Верцингеторикса в римской армии говорят, в частности, его глубокие познания о ее устройстве и римских способах ведения войны. Хотя и о том и о другом он мог узнать от своего отца или других учителей, поскольку история противостояния арвернов и Рима была настолько бурной, что противники прекрасно друг друга изучили.

Слава пришла к Верцингеториксу в 52 году до н.э. Именно тогда он возглавил масштабное антиримское восстание. Вот что пишет об этом в «Записках о галльской войне» ее непосредственный и самый главный участник — Юлий Цезарь: «Этот очень влиятельный молодой человек, отец которого стоял некогда во главе всей Галлии и за свое стремление к царской власти был убит своими согражданами, собрал всех своих клиентов и без труда поджег их к восстанию. Узнав о его замыслах, арверны схватились за оружие. Его дядя Гобаннитион и остальные князья, не находившие возможным теперь же пытать счастья, воспротивились ему, и он был изгнан из города Герговии. Однако он не отказался от своего намерения и стал набирать по деревням бедноту и всякий сброд. С этой шайкой он обходит общину и повсюду привлекает к себе сторонников, призывая к оружию для борьбы за общую свободу. Собрав таким образом большие силы, он изгоняет из страны своих противников, которые недавно изгнали его самого. Его приверженцы провозглашают его царем. Он повсюду рассылает посольства, заклинает галлов соблюдать верность своей присяге. Скоро в союз с ним вступают сеноны, парисии, пиктоны, кадурки, туроны, аулерки, лемовики, анды и все прочие племена на берегу Океана. По единогласному постановлению они вручили ему главное командование. Облеченный этой властью, он требует от всех этих общин заложников; приказывает в кратчайший срок поставить определенное число солдат; определяет, сколько оружия и к какому сроку должна изготовить у себя каждая община».

В словах Цезаря сквозит презрение. Обратимся к кому-нибудь менее предвзятому в данном деле. Сергей Львович Утченко в биографической книге «Юлий Цезарь» пишет: «Огромный резонанс по всей стране вызвало присоединение к восставшим арвернов. Эта община, считавшаяся самой богатой и могущественной в южной Галлии, сохраняла до сих пор нерушимую верность Риму. Но теперь она не только приняла участие в движении: более того, ей выпало на долю послужить тем ядром, вокруг которого объединились другие галльские племена. Недаром еще Моммзен говорил, что как эллины в борьбе с персами, так трансальпийские галлы в борьбе с Римом впервые, кажется, осознали могущество своего «национального» единства. Особая роль арвернов объяснялась еще и тем, что у них появился вождь, поднявшийся до уровня задач общегалльского масштаба. Это был молодой человек знатного происхождения, по имени Верцингеторикс. Он опирался в основном на сельское население, враждебно настроенное по отношению как к своей аристократии, так и к римлянам. Вскоре его провозглашают царем. Он действует чрезвычайно энергично, и ему удается объединить вокруг себя более двенадцати соседних общин. В этом союзе ему единогласным решением вручают главное командование».

Верцингеториксу удалось собрать достаточно большое войско — порядка 300 тысяч человек. Цезарь не ожидал такой прыти от этого «влиятельного молодого человека», у него самого в Галлии на тот момент было лишь порядка 60 тысяч человек, что равняется десяти римским легионам. Мало того, что римское войско уступало в численности, оно еще и было рассредоточено по галльским территориям, что делало его практически небоеспособным в сложившейся ситуации.

Верцингеторикс решил еще более осложнить жизнь Цезарю и выслать часть своего войска к границам Нарбонской Галлии, чтобы отрезать великому римлянину путь к его легионам к Трансальпийской Галлии. Однако Цезарь — это все-таки Цезарь, он стремительно собрал подкрепление и выдвинулся в Нарбонскую Галлию, где часть его войска осталась обороняться, а часть под его командованием переправилась через Севенские горы и вторглась на земли арвернов. Верцингеторикс не был готов к такому повороту событий, поскольку Севенский хребет зимой считался непроходимым. Но мы-то все с вами, благодаря Александру Васильевичу Суворову, знаем, что не все то непроходимо, что кажется таковым на первый взгляд. Марш-бросок Цезаря — лишнее тому подтверждение. Цезарь понимал, что Верцингеториксу придется бросить войска на защиту своих территорий, поэтому он предпринял обманный маневр — оставил на землях арвернов только небольшой отряд, в задачи которого входило поднимать как можно больше шума и совершать вылазки на максимально возможное расстояние, а сам отправился на соединение со своими легионами. Маневр удался Цезарю, Верцингеторикс не сразу понял, какую ошибку он совершил, но когда понял, то спешно бросился вдогонку. Эта ошибка стоила галлам нескольких значимых городов. Тогда Верцингеторикс решил изменить способ ведения войны и перейти к тактике выжженной земли, то есть разорению собственных территорий, чтобы противник не имел возможности добывать провиант. От прямых столкновений также было решено отказаться в пользу партизанских вылазок. Вот что пишет об этом Сергей Львович Утченко: «Верцингеторикс разрабатывает совершенно новый план войны. Для его обсуждения он созывает специальное собрание. В основных своих чертах этот план сводился к следующему: галлы должны отказаться от мысли решить исход войны крупными фронтальными сражениями. В таких сражениях римляне всегда будут иметь преимущество, их легионы несокрушимы. Но галлы имеют безусловный перевес в коннице. Ее следует использовать для того, чтобы затруднять римлянам фуражировки и подвоз провианта. Добывая его, римляне неизбежно должны разбиваться на отдельные, как правило мелкие, отряды, их-то и следует настигать и истреблять. Кроме того, надо понять и приучить себя к тому, чтобы частные интересы приносились в жертву общему благу, и не останавливаться перед уничтожением своих собственных поселений и даже городов, если они недостаточно укреплены».

В данном случае Верцингеторикс проявил себя как полководец-новатор, поскольку это был один из первых зафиксированных случаев применения тактики выжженной земли. И удачного, надо сказать, применения. Запасы римского войска стремительно истощались, а значит, падал боевой дух. Дело поправил только захват Аварикума, позволивший слегка пополнить продовольственные запасы. Но Цезарь прекрасно понимал, что, если дело пойдет так и дальше, войну он проиграет, поскольку тактика Верцингеторикса, действительно, очень хороша.

Именно поэтому он решается на стремительный бросок к Герговии. Взять Герговию означало выиграть войну. Вот только взять ее с ходу не получилось, потому что поселение было прекрасно укреплено. У римлян оставался только один выход — осада. Но осада требует хорошего материального обеспечения, в противном случае, пока ты пытаешься уморить противника, ты можешь от голода и сам протянуть ноги. А с обеспечением у римлян все было очень плохо. Плюс к этому римлянам изменило ранее поддерживающее их кельтское племя эдуев — оно перешло на сторону Верцингеторикса. Продолжались и партизанские вылазки, изматывающие римскую армию. Положение Цезаря становилось все хуже, поэтому ему пришлось вновь предпринимать попытку штурма. И вновь эта попытка провалилась, римлянам пришлось отступить.

Верцингеторикс ликовал. Его тактика принесла удачу, а значит, его положение укрепилось — в частности, его единогласно признали верховным военным вождем на общегалльском съезде в столице эдуев Бибракте. На сторону Верцингеторикса встали и те племена, которые ранее не решались или не хотели связываться с римским войском — это существенно увеличило галльскую армию.

Но Цезарь вовсе не собирался сдаваться. Как раз наоборот, он намеревался победить. Для этого он обратился за помощью к германским наемникам, усилив свое войско германской конницей. Затем он решил отвести войска к Нарбонской Галлии, чтобы пополнить запасы и получить подкрепление. И тут Верцингеторикс совершил ошибку — одну из тех, что принято называть роковыми. Он решил, что настало время для открытого боя, а вступать с римлянами в открытый бой было никак нельзя, поскольку при всем своем численном перевесе в части военной подготовки галльская армия была гораздо слабее римской. Галльская конница, разделенная на три отряда, атаковала колонну римлян. Однако Цезарь также разбил свою конницу на три отряда и бросил ее навстречу галлам. Завязалась ожесточенная схватка, в ходе которой римляне смяли галлов и вынудили их к отступлению. Римские подразделения преследовали галльские войска вплоть до Алезии.

Верцингеториксу с войском пришлось укрыться в Алезии, а Цезарь осадил город. Теперь вождь галлов испытал на себе все прелести недостатка продовольствия и нехватки воинов. Он решил связаться с галльскими племенами, чтобы попросить подкрепление, поэтому выслал из Алезии конницу, которая должна была доставить печальную весть племенам. Пока конница доставляла известия, а галлы собирали подкрепление, Цезарь вовсе не проводил время в философских размышлениях. Римляне активно строили укрепления и осадные сооружения. За шесть недель были вырыты огромные рвы, построена плотина и вал. Римляне так хорошо укрепились, что, когда галлы двинулись на помощь своему вождю, помочь ему они не смогли. Дважды галлы атаковали римлян и дважды терпели поражение. Битва была жестокой и кровавой, обе стороны бились самоотверженно, но если римляне уступали в численности, то галлы проигрывали в умении, и в данном случае недостаток умения и более выгодная позиция римлян решили исход как сражения, так и войны. Войско галлов было разбито, а римляне провозгласили завоевание Трансальпийской Галлии. Антиримское восстание захлебнулось.

Верцингеторикс понимал, что война проиграна, поэтому на собрании остатков своего войска он заявил, что готов принять любое решение собрания — быть убитым или выданным римлянам. Сам Цезарь в своих «Записках о галльской войне» писал: «На следующий день Верцингеторикс созвал общее собрание и заявил на нем, что эту войну он начал не ради своих личных выгод, но ради общей свободы; так как необходимо покориться судьбе, то он отдает себя в распоряжение собрания: пусть оно благоволит сделать выбор: или его смертью удовлетворить римлян, или выдать его живым. По этому поводу отправили к Цезарю послов. Он приказывает им выдать оружие и привести князей. Сам он сел в укреплениях перед лагерем. Туда приводят вождей; Верцингеторикса выдают, оружие положено. Эдуев и арвернов Цезарь приберег, в расчете снова приобрести через них влияние на их общины; остальных пленных он распределил во всем своем войске по человеку на солдата в качестве военной добычи».

А вот что писал об этом древнегреческий философ и историк Плутарх в своем труде «Александр и Цезарь», представляющем сравнительное жизнеописание двух величайших полководцев — Александра Македонского и Юлия Цезаря: «Наконец сдались и защитники Алезии — после того, как причинили немало хлопот и Цезарю и самим себе. Верцингеторикс, руководитель всей войны, надев самое красивое вооружение и богато украсив коня, выехал из ворот. Объехав вокруг возвышения, на котором сидел Цезарь, он соскочил с коня, сорвал с себя все доспехи и, сев у ног Цезаря, оставался там, пока его не заключили под стражу, чтобы сохранить для триумфа».

Цезарь привез арвернского вождя в Рим в качестве военного трофея. Верцингеторикса провели по Риму в триумфальной процессии римского полководца как живое свидетельство величия Цезаря, Рима и римской армии. Пять лет провел Верцингеторикс в заключении. Что он делал в это время, о чем думал — неизвестно, поскольку о его жизни в неволе нет достоверных сведений. Известно лишь, что после пяти лет заключения Верцингеторикс был убит по приказу Цезаря. Насчет способа его казни также нет единого мнения: одни источники утверждают, что вождь арвернов был задушен, а другие — что обезглавлен.

Был ли Верцингеторикс великим полководцем? В общепринятом понимании, скорее всего, не был, поскольку участвовал лишь в одной войне, да и ту проиграл. Он совершил несколько ошибок, которые стали роковыми в противостоянии с римлянами. История, как известно, не терпит сослагательного наклонения, поэтому нет смысла рассуждать, был ли у Верцингеторикса шанс победить римлян. Одно лишь известно совершенно точно и, в конце концов, именно это и важно: Верцингеторикс был истинным патриотом своего народа и желал ему свободы. За эту свободу он сражался, за нее он погиб.

Именно поэтому он стал героем, именно поэтому ему воздвигнут памятник на центральной площади бывшей галльской столицы. Стоит памятник великого вождя арвернов и на месте решающей битвы, в Алезии (ныне Ализ-Сент-Рен).


20 апреля 2013


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
88433
Виктор Фишман
70661
Борис Ходоровский
62855
Сергей Леонов
55903
Богдан Виноградов
50019
Дмитрий Митюрин
37341
Сергей Леонов
33822
Роман Данилко
31670
Борис Кронер
20527
Светлана Белоусова
19577
Светлана Белоусова
18299
Дмитрий Митюрин
17889
Наталья Матвеева
17698
Татьяна Алексеева
17187
Наталья Матвеева
16473
Татьяна Алексеева
16237