Когда чувств бывает больше, чем денег
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №1(309), 2011
Когда чувств бывает больше, чем денег
Евгения Назарова
журналист
Москва
609
Когда чувств бывает больше, чем денег
Рождественская открытка конца ХIХ века

В канун Рождества 1975 года Роуз Тимм, жительница города Уинона, что в штате Минессота, была занята праздничными хлопотами и ожидала поздравлений от кого угодно, только не от давно умершей подруги Полин Хизер. Однако судьба и почтовые службы распорядились иначе — в тот день Роуз получила открытку, на штемпеле которой значилась дата 11 декабря 1925 года. Поздравление, затерявшееся в недрах почтового склада, нашло своего адресата спустя 50 лет. Таким образом, поздравительная открытка доказала всему миру — радость от ее получения не тускнеет с годами.

ОТКРЫТКА ПО ЛЮБВИ

Сейчас уже трудно поверить в то, что когда-то люди обходились без этих цветных карточек, и слова поздравления не разлетались накануне праздника по всему миру.

По иронии судьбы, такой естественный атрибут праздника, как открытка, не имеет точной даты рождения. Говорят, предки поздравительных открыток встречались в Китае еще тысячу лет назад — правда, совсем не в том виде, к которому мы привыкли. В Поднебесной было принято в преддверии праздника оставлять карточки со своими инициалами в домах тех, кого хотелось поздравить. Хозяева, получавшие эти полуоткрытки-полувизитки, могли быть уверены в том, что поздравляющий помнит о них и желает всех благ в связи с наступающим праздником. Такие открытки были не столько способом порадовать — живописного в них было мало — сколько средством связи. Именно в такой роли открытка появилась и в Европе. Самая ранняя европейская поздравительная карточка, которую хранит Британский музей в Лондоне, датирована XV веком. Ее появление связано с началом книгопечатания в Европе, а сама она посвящена празднику святого Валентина.

Ее создание приписывают герцогу Орлеанскому, который придумывал любовные послания жене, сидя в тюрьме. Однако тюремная любовь не стала двигателем прогресса, и в XV веке печатание открыток широкого распространения не получило. Процесс приостановился на несколько столетий…

ШИЛЛИНГ ЗА ШТУКУ

Второй родиной открытки стала романтичная Франция. Одно из первых упоминаний о поздравительных открытках относится к 1777 году, когда «Парижский почтовый альманах» поместил сообщение о том, что «по почте пересылаются как приветствия и поздравления на самые различные случаи гравированные карточки часто с текстом; они пересылаются открытыми для всякого». Так появилось название — «открытка» — прямо объяснявшее смысл изобретения новой разновидности почтовой связи. Автором-создателем таких карточек называют гравера Демезона.

Поначалу открытые карточки не содержали иллюстраций. Их пространство было разделено на поле для адреса и поле для сообщения. Однако иллюстрированная открытка косвенно обязана своим появлением все той же Франции — именно там в начале XIX века появилась разрисованная почтовая бумага. Современная почтовая открытка стала своего рода симбиозом между открытым письмом и иллюстрированной бумагой. Но, несмотря на то, что и то, и другое было изобретено во Франции, соединить эти два новшества решили англичане.

До появления первых поздравительных открыток англичане поступали так же, как в древности китайцы — писали свои краткие поздравления на визитных карточках. В 1795 году была выпущена серия рождественских открыток, созданная по рисункам английского художника Добсона. Вскоре их стали продавать в магазинах вместе с почтовой бумагой.

Появление открыток в Европе было связано со множеством курьезных ситуаций. По просьбе Генри Кодла, директора британского музея Виктории и Альберта, английский художник Джон Хосли создал целую партию открыток количеством в тысячу штук. Генри Кодл, будучи человеком занятым, каждый год страдал от нехватки времени и обид со стороны многочисленных друзей и коллег, которых не успевал поздравить с Рождеством.

На открытках, с помощью которых Генри Кодл решил выйти из затруднительного положения, были изображены три символа: золото, обозначавшее богатство, горящие свечи, символизировавшие свет разума, и медовые пряники, сулившие достаток в доме. Предприимчивый директор музея, таким образом, убил сразу двух зайцев: мало того, что нашел способ уважить всех близких, так еще и распродал оставшиеся открытки на улице по цене один шиллинг за штуку. Открытка, имевшая небывалый успех, начала стремительно завоевывать все новых почитателей. К концу века любители делать подарки могли рассылать открытки при каждом удобном случае — разноцветные карточки выпускали в честь большинства праздников. Открытки не только пересылались по почте, но и путешествовали в пределах одной улицы или даже дома. Однако не все пользовались ассортиментом готовой продукции. К примеру, для подарка даме сердца обычная открытка не годилась — здесь требовалась изысканная вещь, которую нельзя встретить в ближайшей лавке. При изготовлении индивидуальных открыток в ход шли самые разнообразные материалы — перья, кожа, шелк… Широкое применение шелка при создании поздравительных открыток объяснялось не только красотой и мягкостью ткани, но и кризисом в текстильной промышленности конца XIX века, когда дельцы стали искать новые сферы применения шелка. Так промышленные трудности сделали возможным появление потрясающих по красоте исполнения шелковых открыток.

Такие рукодельные открытки, конечно, дарили лично. Это, однако, не значит, что «почтовая эра» в истории открыток близилась к концу. Напротив, многие европейские державы переняли опыт французов и начали обмениваться информацией при помощи «открытых писем».

В ноябре 1865 года на германской почтовой конференции Генрих фон Стефан предложил выпускать открытый «почтовый листок», где на одной стороне предполагалось размещать адрес, а на другой — текст. Попытка внедрения «почтового листка» была продиктована сугубо практическими соображениями: карточки должны были оплачиваться по более низкому почтовому тарифу, нежели письма. Но предложение фон Стефана было отвергнуто, так же как и два более поздних проекта — терять деньги почтовые работники не хотели.

В Австро-Венгрии же «корреспондентскую карточку» признали вещью полезной и нужной, и в 1869 году увидела свет первая почтовая открытка этой страны. Австро-венгерская почтовая карточка не содержала никакого ограничения по количеству допустимых строк — можно было писать столько, сколько получится уместить на отведенном для этого пространстве. Этим она выгодно отличалась от немецких проектов, предполагавших, что на карточке можно будет поместить не больше двадцати строк.

Одна из версий появления иллюстрированных почтовых карточек, очень близких к современному варианту, связана с событиями франко-прусской войны. Зимой 1870 года французская армия, сосредоточенная в маленьком городке Конли в Бретани, испытывала острый недостаток конвертов и бумаги для писем. Тогда продавец книг Леон Бенардо решил использовать для дела имевшийся на складе картон, нарезав его и пустив в продажу. И тут предприимчивому торговцу попались на глаза солдатские рисунки и карикатуры... Так на открытках начали появляться патриотические сюжеты, необычайно популярные в военное время.

Как бы то ни было, именно в 70-е годы XIX века открытки начали беспрепятственно распространяться по Европе. В 1871 году почтовые карточки стали продавать в Англии, Швейцарии, Люксембурге, Бельгии, Дании, Нидерландах. Годом позже открытки появились в почтовых отделениях Швеции, Норвегии и Цейлона, в 1873 — во Франции, Испании, Румынии, Сербии, Чили. Последней преимущества почтовых карточек оценила Италия в 1874 году.

ОТ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ — К РЕКЛАМЕ

В 1872 году открытки появились и в России. Поначалу они не были украшены рисунками, а различались лишь по цвету: черные можно было посылать куда угодно — в зависимости от наклеенной марки, коричневые курсировали внутри города, а зеленые предназначались для отправки в другие города. Такая бедность декоративного оформления объяснялась просто: до 1894 года монополией на право выпуска «открытых писем» владело почтовое ведомство, не особенно интересовавшееся дизайном. А уже в 1895 году в России начали появляться первые открытки с иллюстрациями.

Нельзя сказать, однако, что до этого времени в России никто понятия не имел о том, что такое поздравительная карточка. Открытки привозили в Россию из Европы, преимущественно — из Англии, и дарителю оставалось только добавить к поздравительной карточке русский текст. В дореволюционной России открытка стоила немало, и позволить себе поздравлять близких таким способом мог далеко не каждый — за те же деньги можно было приобрести десять буханок хлеба. Издательская группа «Общины святой Евгении» сыграла немалую роль в формировании отечественного рынка поздравительных почтовых открыток, начав массовый выпуск иллюстрированных карточек в 1898 году. С общиной сотрудничали многие известные художники, а доходы от продаж шли на дела благотворительности и милосердия. Поскольку другие благотворительные фонды тоже занимались выпуском открыток, на карточках всегда указывалось, в пользу какого общества поступят средства покупателя.

Издатели «Общины святой Евге-нии» быстро поняли, что открытке суждено стать объектом коллекционирования. Так появился журнал «Открытое письмо», ставший настоящей хроникой иллюстрированных открыток. Его безусловная ценность заключалась не столько в подробном хронологическом описании выпущенных карточек, сколько в том, каким образом издатели привлекали внимание к журналу. Подписчики получали в виде приложения очень редкие открытки, не поступавшие в продажу. Этот коммерческий ход сделал издание престижным и популярным в среде заядлых коллекционеров. Открытки Общины превозносил каждый, кто хоть раз держал их в руках. Один из рецензентов начала XX века отмечал, что у этих карточек только один недостаток — их жалко посылать на почту. К 1930 году число открыток, изданных Общиной, достигло семи тысяч, причем, тиражи каждой из них составляли в среднем десять тысяч экземпляров.

В сюжетах ранних отечественных открыток господствовал русский стиль с заснеженными деревенскими домиками, лихими тройками и празднично одетыми крестьянами. Иногда в виде открыток воспроизводились наиболее популярные сюжеты лубочных картинок. Это объясняется непреходящим интересом к жанру лубка у простого народа. С момента своего появления в России в первой половине XVII века лубок играл роль и украшения в крестьянской избе, и примитивной азбуки — по небольшим текстам, приведенным рядом с изображениям, дети могли учиться читать. Лубочные картинки поучали крестьян и высмеивали пороки, на них изображали и религиозные сюжеты, и сценки из жизни. Неудивительно, что столь популярный жанр, как лубок, на рубеже XIX и XX веков перекочевал из крестьянской избы на более прогрессивные носители — плакаты и открытки.

Открытку — этот новый способ распространения информации — не могли не оценить и коммерсанты. Яркие, качественно выполненные карточки вкладывало в коробки со своей продукцией «Товарищество А. А. Абрикосова и сыновей», выпускавшее сладости; не отставало и «Товарищество паровой фабрики Эйнем». Использовав продукт по назначению, покупатель долго хранил красочные карточки — следовательно, помнил о производителе, а зачастую и покупал новые изделия в надежде на то, что в коробке снова окажется сувенир.

УПРАЗДНИМ ЗА КОМПАНИЮ

К началу XX века открытки приобрели такую значимость, что получили даже своеобразное народное название — «поздравишки». До революции праздничные открытки — «поздравишки» выпускали к Рождеству Христову и Святой Пасхе, поздравляли с Днем ангела, в начале ХХ века стали посылать поздравления с Новым годом. Существует две версии появления новогодней открытки в России. Согласно одной из них, первым создал русскую новогоднюю открытку художник Николай Каразин в 1901 году. По другой версии, это случилось лишь в 1912 году благодаря Федору Беренштаму, библиотекарю Петербургской академии художеств.

Однако триумф новогодней открытки в нашей стране оказался недолгим. Революция 1917 года положила конец празднованию Рождества и Нового года, признав их буржуазными и недостойными нового советского челове-ка. Рождество на страницах газет того времени выступало исключительно в роли «сказки, состряпанной лапами мракобесов», а Новый год упразднили за компанию — в конечном счете, это все равно был «праздник пьяниц и обжор». Из домов исчезли новогодние елки, но «буржуазные праздники» продолжали отмечать — правда, очень тихо, и речи о поздравительных открытках с позолотой, изображением еловых ветвей и ангелов, конечно, быть не могло. Открытку целиком и полностью захватила революционная и трудовая тематика — издавались, в основном, карточки с изображением строек, заводов, плотин.

Лишь в 30-е годы табу, наложенное на празднование Нового года, было снято — но не потому, что Страна Советов разрешила своим гражданам отмечать буржуазную дату, а потому, что 1 января решено было использовать в политических целях. Символом советского Нового года стала кремлевская звезда, а немногочисленные открытки прославляли достижения нового государства в борьбе с мировым злом.

Традиция новогодних поздравлений возродилась только во время Великой отечественной войны. Чтобы поддержать боевой дух солдат Красной армии, были выпущены открытки с патриотическими сюжетами, которые родственники военнослужащих могли отправлять на фронт. В связи с тотальным дефицитом и нехваткой рабочей силы такие открытки часто были одно- или двухцветными, зато к концу войны в СССР хлынул поток качественных и ярких открыток — армия будущих победителей, оказавшись в Европе, начала отправлять домой местные карточки.

Пропагандисты СССР в связи с этим безобразием ощутили острое желание что-то противопоставить западному искусству, да так, чтобы с пользой для великого дела — построения коммунизма. Расцвет истинно советской новогодней открытки пришелся на 60-е годы. Задачей оформителей было создать достойную альтернативу западным карточкам (советское — значит отличное!), а по возможности еще вплести достижения Страны Советов на Земле и в космосе в традиционный сюжет новогодней открытки. В результате Дед Мороз оставил пешие прогулки и турне на оленях и начал летать к советским детям на самолете. Или на ракете — в зависимости от того, достижения в какой области признавались наиболее выдающимися.

Кроме того, Дед Мороз и Снегурочка строили БАМ и трудились в сталепрокатных цехах — таким образом советскому гражданину, ждущему чуда на Новый год, давали понять: праздник праздником, а пятилетка за четыре года все-таки важнее. Заснеженный Кремль величественно глядел с других открыток — вот, мол, где трудятся те, кто позаботился о том, чтоб у советского человека на новогоднем столе было блюдо оливье и колбасная нарезка. Не забывали и о других важных для государства сферах деятельности. «Пусть Новый год успехи в спорте принесет!» — вещали празднично-спортивные открытки.

По понятным причинам на поздравительных открытках отсутствовала религиозная и мистическая символика. Но люди продолжали верить в Бога и увлекаться астрологией — и тайно приобретали самиздатовские открытки с изображением храмов, святынь и знаков зодиака. Такие открытки, как правило, были выполнены топорно — что совершенно не умаляло их достоинств в глазах дарителя и получателя. Поздравительные карточки с теми иллюстрациями, которые действительно нравились, было так тяжело достать, что на качество исполнения обращали мало внимания.

Но при всех очевидных недостатках советской открытки — повторяемости сюжетов, отсутствии развития, попытках осуществлять политическую пропаганду сквозь изобразительное искусство — было в советских открытках и что-то наивное, по-детски трогательное, что до сих пор заставляет сердце биться чаще при взгляде на поздравительные карточки того времени. Дело даже не в улыбчивых белочках, не в круглых красных елочных шарах, не в торжественно выставленных на передний план бокалах шампанского — вот, мол, как шикарно мы живем… Дело в том, что советский человек изо всех сил пытался жить хотя бы нормально — и чувств у него в душе всегда было больше, чем средств в кармане.

И новогодняя открытка была ценна не картинкой, а теплом запечатленных на ней строк.

К 90-м годам в искусстве оформления открытки наметился очевидный кризис. Трафаретные образы Деда Мороза, Снегурочки и заснеженные деревья, ежегодно утверждаемые Главлитом, порядком надоели советской аудитории — вместе с самолетами, ракетами и успехами в спорте. И как бы трогательны не были советские открытки, какие бы теплые воспоминания они не вызывали у тех, кто их десятилетиями отправлял и получал — этой эпохе пришлось уйти в прошлое. Как и всему на свете.

Современные поздравительные открытки — двусторонние, объемные, музыкальные, выполненные с использованием различных материалов — могут удовлетворить самый взыскательный вкус. Но почему-то не тянет скупать их десятками, да и почтовый ящик не ломится от открыток друзей из других городов, как это было много лет назад — ведь легче позвонить или отправить электронное письмо.

А иногда так хочется, чтобы в последних числах декабря из ящика вместе с газетами и рекламными листовками вдруг выпала долгожданная открытка…


7 января 2011


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
91940
Сергей Леонов
86815
Виктор Фишман
74020
Борис Ходоровский
65639
Богдан Виноградов
52486
Дмитрий Митюрин
41126
Сергей Леонов
36516
Роман Данилко
34558
Александр Егоров
28210
Борис Кронер
27929
Татьяна Алексеева
27509
Светлана Белоусова
27217
Наталья Матвеева
25936
Наталья Дементьева
24567
Светлана Белоусова
24338