Ленинградская блокада. История без пятен
ВОЙНА
«Секретные материалы 20 века» №26(438), 2015
Ленинградская блокада. История без пятен
Дмитрий Митюрин
журналист, историк
Санкт-Петербург
698
Ленинградская блокада. История без пятен
Жители Ленинграда приветствуют своих защитников-победителей

В период 900-дневной блокадной эпопеи (8 сентября 1941-го — 27 января 1944-го) ценой невероятных жертв и усилий Петербург, носивший в то время название Ленинград, сумел отстоять почетный статус едва ли не единственного в мире крупного города, на территорию которого ни разу ни ступала нога вражеского солдата. Этой величественной и трагической эпопее посвящен новый номер журнала «Досье Коллекция» из серии «Города-герои».

ИЗ РАТНОЙ ЛЕТОПИСИ СЕВЕРНОЙ СТОЛИЦЫ

Трудно навскидку сказать, сколько раз противники брали Париж, Рим, Берлин, Варшаву или Киев. Москву захватывали татары, поляки и французы. Даже столица Соединенных Штатов Вашингтон, хотя по возрасту почти на сто лет младше города на Неве и находится в стране не слишком, мягко говоря, истерзанной вражескими нашествиями, была в 1814 году захвачена англичанами и превращена в головешки.

Петербург — Петроград — Ленинград никогда никому не сдавался, и, берусь утверждать, этот феномен до определенной степени связан с менталитетом его жителей. Тем более что попыток овладеть городом предпринималось предостаточно. Ведь даже строился Петербург изначально не как столица, а как своего рода форпост, призванный охранять северо-западные земли России.

Во времена Петра I шведы пытались захватить его трижды (в 1704, 1705 и 1708 годах) и еще два раза (в 1789-м и 1790-м) покушались при Екатерине Великой. В 1812 году двигавшиеся на столицу Российской империи наполеоновские войска были отражены на дальних подступах у Полоцка и Риги, причем заметную роль в тех боях сыграли части петербургского ополчения. В Крымскую войну англо-французская эскадра пыталась подобраться к Петербургу с моря, но оказалась остановлена русским флотом и береговыми крепостями. Нечто подобное повторилось и в 1917–1918 годах, когда наступательного порыва немцев все же не хватило на то, чтобы подобраться к Петрограду. Город, считающийся колыбелью большевистской революции, не был взят в 1919 году белыми, хотя иной исход Гражданской войны, возможно, стал бы для страны благом.

Впрочем, здесь мы вступаем в область предположений. А вот тезис о том, что сдача Ленинграда в сентябре 1941 года позволила бы сохранить сотни тысяч жизней, следует отвергнуть категорически, поскольку никакого будущего у города в случае победы фашизма попросту не было. По мысли Гитлера, на его месте следовало появиться болоту.

О блокаде написано неисчислимое количество статей, научных исследований, художественных произведений. Есть среди них глубокие и поверхностные, тенденциозные и достаточно объективные, основанные на глубоком, вдумчивом изучении документов и рассчитанные на дешевую сенсационность. И все равно в этой теме остается много неясностей, ждущих своих историков, есть вопросы для споров и поводы для сомнений.

Поскольку журнал «Досье Коллекция» уже не раз обращался к событиям, связанным с обороной Ленинграда, в новом номере мы постарались рассказать о тех эпизодах героической битвы, которые если и не проскакивали мимо внимания историков, то, во всяком случае, не нашли должного отражения в сознании массового читателя. Один из них связан с ролью Ленинграда в противостоянии Советского Союза и Финляндии.

ФИНСКОЕ «ПОЛУКОЛЬЦО»

Обретение в 1918 году независимости Суоми сильно изменило геополитическую ситуацию в Балтийском регионе. Петроград, утративший в 1918 году статус столицы, превратился еще и в приграничный, фактически прифронтовой город. Победившие в финской гражданской войне белые мечтали о расширении своей страны на восток — на земли, населенные «соплеменниками» — карелами, ижорами и ингерманландцами. Присутствие (к тому же преобладающее) на этих землях еще и русских трактовалось ими как историческое недоразумение.

Хотя мирный договор в Тарту (1920) и зафиксировал в качестве государственной дореволюционную административную границу между Петербургской губернией и Великим княжеством Финляндским, наличие маленького, но беспокойного соседа сильно нервировало советское руководство. Попыткой разрешить эту проблему и стала Зимняя война 1939–1940 годов, в результате которой граница оказалась отодвинута на запад в среднем с 50 до 150 километров. Настроение финских политиков не стало более дружелюбным. Жажда реванша толкнула их на союз с Гитлером, так что вместе с германской армией летом 1941 года в наступление на Северную столицу двинулись и финские войска во главе с бывшим кавалергардом и генерал-лейтенантом русской армии Карлом Густавом Маннергеймом.

Тезис о том, что правительство Суоми только хотело вернуть утраченное, опровергается простыми и очевидными фактами. На севере финские части были остановлены на рубеже Свири, то есть далеко в глубине советской территории. Странной выглядит и легенда, согласно которой от обстрелов Ленинграда Маннергейма удерживали ностальгические воспоминания о городе юности, а не тривиальное отсутствие тяжелой артиллерии. Свою половину блокадного кольца финны держали крепко, но, в отличие от немцев, вовремя сумели спрыгнуть с тонущего корабля, признав поражение и силой выставив бывших союзников со своей территории. В 2007 году в Петербурге даже установили бюст «Кавалергард Маннергейм», что, конечно, выглядит странновато, учитывая вклад, внесенный фельдмаршалом Маннергеймом в трагедию ленинградской блокады.

ГЕРОИ ИЗ ГОРОДА-ГЕРОЯ

Эта трагедия имеет три аспекта — политический, военный и человеческий. Тот факт, что огромная вражеская группировка оказалась почти на три года скована осадой гигантского мегаполиса, в значительной мере определил ход всего советско-германского противостояния. Даже не самые известные сражения этой эпопеи по своим масштабам сопоставимы с крупнейшими битвами, которые в это же время вели наши англо-американские союзники. Отельных повествований достойны события, разворачивавшиеся на Невском пятачке, Пулковских высотах, у Мясного Бора. Свои эпопеи, ставшие частью блокады, пережили города, входящие сегодня в состав Петербурга и удостоенные почетного звания «Город воинской славы». Главная база Балтийского флота Кронштадт прочным щитом прикрывала морские подступы к Ленинграду. Расположенное на линии фронта Колпино в самые критические дни было спасено даже не войсками, а сформировавшими ополчение рабочими Ижорских заводов. Ораниенбаум — Ломоносов пережил даже двойную блокаду, поскольку оказался отрезан не только от Большой земли, но и от Ленинграда. Стоит вспомнить и четыре областных города, удостоенных этого высокого звания. Под Лугой враг был задержан собранными с бору по сосенке войсками, включая неоперившихся курсантов и ополченцев из профессуры и студентов, которые ценой собственной жизни позволили выиграть несколько дней, необходимых для организации обороны. О накале боев под Гатчиной свидетельствует один только эпизод, когда экипаж КВ-1 под командованием Зиновия Колобанова подбил 22 вражеских танка. Под Тихвином в начале декабря 1941 года враг потерпел одно из первых в Великой Отечественной войне крупных поражений. Отвоеванный у финнов в марте 1940 года Выборг вторично был отвоеван у них же в июне 1944-го в ходе «шестого сталинского удара».

Своеобразным эпилогом блокадной эпопеи стало «ленинградское дело» 1949–1950 годов, по ходу которого были расстреляны многие из тех, кто руководил обороной города. Их обвинили едва ли не в сепаратизме и стремлении превратить город на Неве в столицу РСФСР. Но корни этой последней из сталинских чисток лежали глубже. Генералиссимусу не нравились те, кто в тяжелые военные годы научился и привык принимать решения самостоятельно, без оглядки на Кремль. Тогда же был ликвидирован и Музей блокады Ленинграда, который перед этим безуспешно пытались перестроить так, чтобы поярче и повыпуклей отразить роль товарища Сталина. Музей восстановили только в 1989 году, на заре перестройки.

Но это все политика. А для людей самым важным является аспект человеческий. Блокада коренным образом изменила демографию города, но среди тех, кто является петербуржцем во втором-третьем поколении, трудно найти семью, по которой война не проехалась бы тяжелым катком и для которой слово «блокада» не было бы связано с семейными преданиями.

Дневники, фотографии, письма на фронт и с фронта, похоронки, наградные документы и разного рода справки хранятся в семейных архивах, передаваясь из поколения в поколение как семейные ценности. А ведь есть еще архивы государственные, хранящие данные не только о победах, но и о потерях, репрессиях, преступлениях и других вещах, проходящих по категории белых и черных пятен. И надо стараться, чтобы таких пятен становилось все меньше.


23 декабря 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
105673
Сергей Леонов
94354
Виктор Фишман
76252
Владислав Фирсов
71340
Борис Ходоровский
67612
Богдан Виноградов
54239
Дмитрий Митюрин
43443
Сергей Леонов
38338
Татьяна Алексеева
37290
Роман Данилко
36559
Александр Егоров
33537
Светлана Белоусова
32765
Борис Кронер
32502
Наталья Матвеева
30512
Наталья Дементьева
30252
Феликс Зинько
29661