Пропавшее золото «Черного принца»
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«Секретные материалы 20 века» №22(434), 2015
Пропавшее золото «Черного принца»
Дмитрий Митюрин
историк
Санкт-Петербург
720
Пропавшее золото «Черного принца»
Работы ЭПРОН курировал лично Феликс Дзержинский

Дзержинский был не просто руководителем советских спецслужб, но и человеком с весьма широким кругом должностных полномочий. Помимо руководства ВЧК — ОГПУ, он, например, успел в 1923–1926 годах побывать наркомом путей сообщений и Председателем Высшего совета народного хозяйства. Занимался «железный Феликс» и совсем вроде бы экстравагантными проектами, реализация которых позволяла пополнить казну чекистского ведомства.
В любимой несколькими поколениями читателей повести Анатолия Рыбакова «Кортик» рассказывается о смелых ребятах, которые находят архив с уникальными сведениями о затонувших судах с сокровищами. Изучая эти документы, один из чекистов бросает многозначительную фразу: «Работы для ЭПРОНАа хватит».

Речь идет об Экспедиции подводных работ специального назначения, как раз и занимавшейся поиском кладов на океанских глубинах. Особый интерес у сотрудников этой структуры вызывала судьба «Черного принца».

Этот корабль затонул 14 ноября 1854 года во время бури на рейде Балаклавы вместе с еще 34 судами — английскими, французскими, итальянскими и турецкими.

Крымская война была тогда в полном разгаре, союзная армия осаждала Севастополь, и если бы вражеские суда погибли в результате нападения русского флота, то такая победа считалась бы самой блистательной в нашей военно-морской истории. Но в роли победителя выступила стихия…

Впоследствии водолазы и ныряльщики-любители обнаружили останки почти всех затонувших кораблей. Многие из них даже были подняты на поверхность. И только судьба «Черного принца» оставалась неизвестной.

«ПРИНЦ, НО НЕ «ЧЕРНЫЙ»

Вообще-то, изначально новейший трехмачтовый пароход назывался просто «Принцем». Сначала к его «титулу» действительно собирались добавить эпитет «черный», имея в виду вполне конкретную историческую личность. «Черный принц» Эдуард — сын короля Эдуарда III — прославился тем, что в 1356 году в битве при Пуатье разгромил превосходящие силы французов.

Однако в середине XIX века подобные исторические ассоциации выглядели по меньшей мере не политкорректно. Французы и англичане вместе боролись против русской угрозы, а потому в британском Адмиралтействе решили: пусть будет просто «Принц». Какой именно, каждый додумает по-своему.

В свой первый и последний рейс красавец-пароход отправился с трюмами, набитыми продовольствием, боеприпасами и теплой одеждой. И еще на корабле находилось золото, сумму которого историки варьируют в пределах от 200 тысяч фунтов стерлингов до 1 миллиона. Деньги эти предназначались солдатам королевы Виктории в качестве жалованья и «премиальных» на случай взятия Севастополя.

Можно представить, с каким нетерпением ждали войска этот корабль! Однако Балаклавская гавань была до отказа забита судами, и начальник порта капитан Декр приказал «Принцу» стоять на внешнем рейде до тех пор, пока не освободится свободное местечко.

Командовавший пароходом капитан Христи поднял крик — мол, груз особой важности, вдобавок на «Принце» утонули оба якоря. Декр пытался уговаривать, пообещал выделить один якорь, но потом тоже перешел на крик и даже пригрозил Христи арестом. В общем, нашла коса на камень…

«Принц» болтался на рейде пять дней, причем можно предположить, что Декр умышленно заставлял его ждать, чтобы показать, кто в доме хозяин. Войти в гавань ему разрешили только 14-го, но именно в этот день стрелка барометра буквально рухнула вниз, хлынул сильнейший дождь, ударила молния…

По свидетельству очевидца катастрофы, «ураганов такой силы в Англии никогда не видели». Как писал командир одного из уцелевших судов: «Моряки, подвергавшиеся опасностям во всех морях, не помнят, чтобы им приходилось быть свидетелями подобной бури. Представьте себе страшный ветер, угрожающий опрокинуть горы, потоки дождя, наводняющие атмосферу, частый град, с ожесточением ударяющий во все, что встречается на пути, и, наконец, взволнованное море, валы которого равняются горам, — и вы будете иметь еще не полное представление об ужасном урагане, свирепствовавшем 14 ноября... Несомненно, распорядительность адмиралов, искусство командиров, энергия офицеров и неустрашимость матросов позволили избежать полной катастрофы».

В любом случае потери оказались ужасающими. Во время бури, стоявшие на рейде корабли, один за другим срывались с якорей и летели на скалы. Ударившись о камни, «Принц» буквально раскололся на части, которые затонули на глубине примерно пятидесяти метров. Из полутораста человек экипажа уцелели трое матросов, выпрыгнувших в воду еще до столкновения с берегом. Используя в качестве спасательных поясов ленты с сигнальными ракетами, они смогли удержаться на бушующей водной поверхности.

СКУДНЫЙ УЛОВ

Вот какое зрелище открылось утром состоятельному туристу Джорджу Тейлору: «Линия скал была выровнена останками кораблей, выброшенных на берег в день урагана; и в местах, где останки лежали большими кучами — от обломков мачт до кусков дерева не больше спичечного коробка, — на маленьком расстоянии оказывалось, что это не что иное, как груды щепок. В самой бухте все корабли были в разной степени повреждены, так как ветер бил их друг о друга. Нeкоторые из них лишились мачт и были затем отбуксированы; некоторые потеряли рули, некоторые — носовые фигуры и фальшборты, а одно судно затонуло в бухте, и его мачты возвышались над водой. Вест-индский пароход Avon в бурю сорвался с якоря и двигался, постоянно сталкиваясь со многими другими судами, и отскакивал от одного к другому кораблю подобно мячу. Безусловно, он получил и причинил сам множество повреждений. На протяжении нескольких дней после урагана многочисленные тела плавали в бухте, почти все голые. На некоторых были спасательные жилеты, многие были сильно изорваны, и часто части тел плавали у кораблей. Они были по возможности похоронены моряками...»

Гибель столь значительного количества кораблей обсуждалась в британской прессе, но о судьбе золота с «Черного принца» официально ничего не сообщалось.

Шумиха началась только в 1875 году, когда после нескольких сенсационных расследований во Франции появилось акционерное общество, собравшееся достать эти сокровища. Общество быстро распалось, хотя можно предположить, что его основатели нагрели на нем руки. Тогда же стараниями газетчиков в названии корабля снова начал фигурировать эпитет «черный» — звучало красивей и загадочней.

В последующие четверть века в Балаклаве побывали английские, французские, американские, немецкие и норвежские кладоискатели.

Часто живший в Крыму знаменитый писатель Александр Куприн, не ссылаясь ни на какие источники, называл умопомрачительную стоимость затонувших сокровищ — «шестьдесят миллионов рублей звонким английским золотом».

Кроме того, в своей повести «Листригоны» он утверждал, что лично наблюдал за тем, как со дна поднимали фрагмент корпуса легендарного парохода с позеленевшей надписью: «...ck Р...» (Вlасk Рrinсе).

Но вот незадача: официально «Принц» не был «черным», и, следовательно, слово Вlасk там отсутствовало.

В любом случае никто из кладоискателей не располагал техникой, необходимой для организации масштабных поисков.

И только появившийся в 1901 году итальянец Джузеппе Рестуччи взялся за дело по-серьезному. В его распоряжении имелся специальный глубоководный скафандр, представлявший собой толстостенный медный ящик с отверстиями для рук и тремя иллюминаторами. Закрепив его на стальном тросе, итальянцы несколько раз опускались на дно, достав оттуда в качестве трофеев подзорную трубу, винтовку, ящик с пулями и несколько неопознанных металлических деталей. Но самое главное — они обнаружили железный корпус парохода. Поскольку считалось, что все прочие утонувшие во время балаклавской бури суда имели корпуса из дерева, сомнений ни у кого не было — это останки «Принца». Но не было и золота…

ЧЕКИСТЫ В ВОДОЛАЗНЫХ КОСТЮМАХ

Наступил 1922 год. Со времен сеньора Рестуччи Крым пережил три революции и две войны — мировую и Гражданскую. История «Черного принца» начала забываться, как вдруг прошел слух, что один из местных ныряльщиков нашел в Балаклавской бухте несколько золотых соверенов.

Снова началась эпидемия кладоискательства, приведшая на сей раз к весьма серьезным последствиям.

С предложением найти и поднять «Черного принца» к председателю ОГПУ Дзержинскому обратился инженер Владимир Языков. До этого он уже побывал у заместителя председателя Реввоенсовета Эфраима Склянского и командующего ВМФ Вячеслава Зофа, но и тот и другой ему отказали. А вот «железный Феликс» встретил с распростертыми объятиями.

Правительство остро нуждалось в золоте и для восстановления разрушенного хозяйства, и для разжигания мировой революции.

К тому же Дзержинский рассчитывал пополнить бюджет своего собственного ведомства, а поскольку он возглавлял еще и ВСНХ РСФСР, в его власти было поддержать столь экзотический проект всеми необходимыми ресурсами.

В марте 1923 года под крылышком ОГПУ была создана Экспедиция подводных работ специального назначения.

Языкову выделили баржу с лебедкой, катер для их буксировки, двух водолазов и нескольких такелажников. Но главные надежды на успех связывались с десятитонным глубоководным аппаратом конструкции Евгения Даниленко. Рассчитан он был на трех человек и снабжен телефоном, прожектором и манипулятором для захвата различных грузов.

Подходы к Балаклавской бухте разбили на квадраты и приступили к поискам. Дно оказалось буквально завалено деревянными кораблями. Среди них обнаружили останки железного парохода — возможно, того самого, с которым имел дело Рестуччи, возможно — другого. Неподалеку от него — старую ручную гранату, рукомойник, больничные туфли, фарфоровую ступку, свинцовые пули, несколько неразорвавшихся снарядов… И вновь никакого золота.

ПИАР ПО-ЭПРОНОВСКИ

Чтобы хоть как-то оправдаться в расходовании казенных средств, пришлось поднимать наиболее хорошо сохранившиеся суда или отдельные их детали, которые заново использовались в строительных работах.

С еще большим масштабом подобное проделывалось и в Севастопольской бухте, где оказалось предостаточно затонувших кораблей более современных конструкций.

Рекламируя деятельность ЭПРОНа, ОГПУ развернуло настоящую пиар-кампанию, одним из продуктов которой и стала знаменитая повесть Анатолия Рыбакова «Кортик». Затем к делу подключили брата директора Эрмитажа, известного ученого Рубена Орбели, и он с помощью коллег-историков начал разрабатывать новое научное направление — подводную археологию.

В общем, ЭПРОНу удалось сделать хорошую мину при плохой игре, затушевав тот факт, что сокровища, ради которых все затевалось, так и остались необнаруженными.

Потерпев неудачу, чекисты предложили попытать счастья японцам. Только за разрешение провести поиски водолазная фирма «Синкай когиоссио лимитед» выплатило ОГПУ 110 тысяч рублей, что полностью перекрывало понесенные затраты.

Отрыв с помощью новейшей техники корпус парохода, японцы с удивлением обнаружили, что вся средняя часть (в которой вроде бы и должен был находиться груз) будто провалилась сквозь землю. Трудолюбивые азиаты начали поднимать со дна песок и просеивать его сквозь сито. Калоша, ржавый замок, ложка, две вилки… и — «Эврика!» — золотой английский соверен 1821 года.

Казалось, экспедиция приближалась к счастливому финалу, но за последующие два месяца было найдено всего лишь четыре такие же монеты. Легко догадаться, с каким чувством разочарования покидали японцы берега Крыма.

ВЫВОДЫ СЛЕДОВАТЕЛЯ ЗОЩЕНКО

Как это часто бывает с большими кладами, судьба золота «Принца» осталась неясной. Последним, кто тщательно занимался этим вопросом, был знаменитый сатирик Михаил Зощенко. Вспомнив свою работу в угрозыске, он провел самое настоящее расследование. И вот что получилось…

«Принц» был вовсе не единственным, а по крайней мере одним из четырех железных пароходов, затонувших во время балаклавского шторма. В общем, не факт, что итальянцы, ЭПРОН и японцы возились именно с тем кораблем, с которым следовало. Но самое главное, Зощенко задался вопросом: «А было ли вообще на судне золото?»

Официальные данные английского Адмиралтейства свидетельствовали: да, было. Деньги действительно предназначались для выплаты жалованья, но только это было обычное месячное жалованье, без всяких премиальных. А следовательно, даже минимальная цифра из тех, которые назывались (200 тысяч фунтов), выглядела преувеличенной. Ориентировочно речь могла идти о вдвое, а то и вчетверо меньшей сумме.

Но главное, в документах британского парламента Зощенко обнаружил показания интенданта Джона Уильяма Смита, из которых следовало, что деньги, предназначенные для выплат войскам, в количестве 60 тысяч фунтов он выгрузил в Стамбуле, решив переправить их в Крым со следующей оказией.

Какая муха укусила почтенного господина Смита, из этого отчета неясно, зато понятными становятся дальнейшие действия (а вернее, бездействие) его соотечественников. Трудно, в самом деле, предположить, что умеющие считать каждый пенни англичане допустили, чтобы корабль с золотом на борту целых пять дней болтался на рейде с одним якорем. Трудно также понять, почему позже, когда пароход затонул, Адмиралтейство не предприняло никаких усилий по его поискам.

Между тем для беспрепятственной организации подобных работ времени было достаточно. Причем дважды — в 1854–1856 годах во время Крымской войны и в 1920 году — во время Гражданской войны в России. Однако никаких сведений о том, что поиски велись, не сохранилось. Если предположить, что искать было нечего, все становится просто и ясно.

Из-за гибели «Принца» с осени 1854-го до весны 1855-го английская армия действительно испытывала нехватку продовольствия и боеприпасов. Но с жалованьем проблем не было. Не потому ли, что его выплатили почти в срок благодаря предусмотрительности мистера Смита?

«ЛОВУШКА ДЛЯ ДУРАКОВ»

Конечно, можно задаться вопросом, почему англичане спокойно наблюдали, как братья по разуму ищут несуществующие сокровища. Но почему, в сущности, англичан это должно было беспокоить?

Заметим, что в 1923 году советская сторона запросила у британцев всю информацию по гибели парохода, но представители «коварного Альбиона» хранили ледяное молчание. Упрощать жизнь большевикам они вовсе не собирались.

В общем, сокровища «Принца» оказались этакой «ловушкой для дураков». Хотя есть и другая версия, согласно которой «дураками» оказались вовсе не чекисты. Представим себе, что на «Принце» действительно были сокровища и в 1923 году они были найдены ЭПРОНом. Советской стороне было вовсе не обязательно предавать этот факт огласке. Более того, учитывая, какая ожесточенная борьба шла тогда в большевистской верхушке, можно предположить, что товарищ Дзержинский решил эти деньги «скрысятничать».

Не обязательно для себя лично, а, например, на проведение каких-нибудь спецопераций. В общем, золото было поднято и перепрятано. А тут как раз подвернулись японцы, которым дали возможность повозиться в уже разрытой яме. Почти как в «Острове сокровищ». Помните, когда положительные герои перепрятали клад в другом месте и отдали ненужную карту компании Сильвера? В результате пираты нашли только два соверена. Японцам досталось четыре, хотя понесенные ими финансовые убытки оказались на порядок больше.

Впрочем, любители романтики наверняка предпочтут третью версию. Нетронутые сокровища по-прежнему лежат на дне под многометровым слоем песка. Но будет еще одна буря, море все перемешает, и золото «Принца» внезапно предстанет перед каким-нибудь любителем дайвинга. И будет ему счастье.


17 октября 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
106328
Сергей Леонов
94487
Виктор Фишман
76303
Владислав Фирсов
71577
Борис Ходоровский
67715
Богдан Виноградов
54352
Дмитрий Митюрин
43533
Сергей Леонов
38451
Татьяна Алексеева
37440
Роман Данилко
36614
Александр Егоров
33665
Светлана Белоусова
32850
Борис Кронер
32636
Наталья Матвеева
30656
Наталья Дементьева
30297
Феликс Зинько
29720