Все врут. Даже ученые
НАУКА
«Секретные материалы 20 века» №7(523), 2019
Все врут. Даже ученые
Эдуард Ажаров
журналист
Санкт-Петербург
758
Все врут. Даже ученые
Кадр из фильма «Стэнфордский тюремный эксперимент»

В течение 47 лет весь научный мир был уверен, что каждый человек может забыть о порядочности, сострадании и прочих добрых чувствах и превратиться в жестокого садиста, если будет знать, что не получит за это никакого наказания. Тех, кто пытался в этом усомниться, объявляли «мракобесами, отрицающими науку», отказываясь обсуждать с ними дальше любые серьезные темы. 

Впрочем, сомневающихся в том, что человеческая природа именно такова, было немного – ведь это подтверждалось масштабным научным экспериментом! Причем проведенным не где-нибудь, а в одном из самых престижных вузов Америки – в Стэндфордском университете. Именно там психолог Филипп Зимбардо «доказал», что если одна группа людей будет изображать заключенных в тюрьме, а вторая – надзирателей, то вторые очень быстро начнут издеваться над первыми и доведут их до нервного срыва. 

И лишь недавно, спустя почти полвека после этого эксперимента, оказалось, что правы были как раз «мракобесы», не доверявшие его результатам. Один из его участников рассказал в интервью, что выводы экспериментатора были подтасованы, и несколько специалистов, проверив его слова, подтвердили его правоту. И теперь в США, где все это происходило, наблюдается большое брожение умов. Потому что на выводах, сделанных по итогам этого опыта, была основана практически вся современная психология, и ученые не знают, что с этим делать. То ли почти полностью переписывать учебники, то ли пытаться доказать, что выводы все-таки заслуживают доверия… 

В российских учебниках по психологии тоже был описан этот эксперимент, так что, вероятно, поднявшийся на Западе шум скоро докатится и до нашей страны. Многим людям, и не только психологам, придется очень сильно пересмотреть свои взгляды. И можно даже сказать, что, скорее всего, кое в чем наш мир теперь изменится. К лучшему. 

Спектакль в тюремном антураже 

По официальной версии, в которой до недавнего времени никто не сомневался, стэнфордский тюремный эксперимент выглядел следующим образом. Психолог Филипп Зимбардо предложил студентам университета провести две недели, изображая заключенных тюрьмы и охранников, чтобы проверить, изменится ли их поведение в этих крайне неприятных условиях. На его призыв откликнулись 24 человека, и он разделил их на две группы: половина из них стали «преступниками», которых он запер в специально оборудованных в подвале факультета психологии «тюремные камеры» с решетками, а вторая половина начала выполнять обязанности надзирателей. И «тюрьма», и ее обитатели выглядели очень реалистично. «Заключенных» одели в длинные белые футболки с номерами, а на головы им натянули шапочки, сделанные из капроновых колготок, чтобы они казались побритыми налысо. «Охранникам» тоже выдали форму, а кроме того, дубинки и зеркальные солнцезащитные очки, чтобы сидящие в камерах люди не могли смотреть им в глаза. 

В первый день эксперимента ничего особенного не произошло. Участники-охранники бродили мимо камер, присматривая за своими подопечными и интересуясь, не нужно ли им чего-нибудь, а участники-заключенные не выказывали никакого страха перед ними, просили их поделиться сигаретами и спрашивали, что нового случилось на воле. Но затем ситуация быстро начала ухудшаться. «Надзиратели» стали оскорблять «преступников», проходя мимо камер, а тем, кто огрызался на них, устраивали разные наказания: не пускали в душ, не давали еду, заставляли подолгу отжиматься или выполнять другие физические упражнения. Некоторые «заключенные» попытались протестовать против плохого обращения, но ответом им были новые, еще более жестокие наказания, а когда они попытались поднять бунт, их «успокоили», облив пеной из огнетушителей. 

Один из студентов, изображающих заключенного, объявил голодовку и три дня ничего не ел, несмотря на то что «охрана» заперла его в одиночной «камере» и заставила держать в руках сосиски. Еще несколько «преступников» пожаловались на плохое самочувствие, но их не стали слушать, объявив притворщиками. Кроме того, «надзиратели» стали стравливать своих подопечных друг с другом: они убрали из части «камер» матрасы и посадили туда тех, кто пытался бунтовать, а в остальных комнатах, где матрасы остались, теперь жили их «любимчики», которые вели себя тихо. Правда, на четвертый-пятый день «охранники» уже издевались над всеми «преступниками» без исключения, и треть из них, как потом отметили психологи, вели себя, как настоящие садисты, явно получая удовольствие от унижения других людей. 

У «заключенных» организаторы эксперимента тоже отметили изменения в психике. Если поначалу они пытались постоять за себя, то потом большинство из них стали бояться «охраны» и заискивать перед ней. Некоторым из них «надсмотрщики» по распоряжению Филиппа Зимбардо предложили выйти из эксперимента раньше срока при условии, что они откажутся от денег, которые руководитель обещал всем участникам. Все, кому это было предложено, согласились, но их оставили в «камерах», а Зимбардо потом писал в своих работах, что жестокое обращение с ними полностью лишило их воли. 

У объявившего голодовку студента «охранники» отобрали и матрас, и одеяло, после чего предложили всем остальным «преступникам» выбор: либо они отказываются от одеял, и тогда ему возвращают нормальную постель, либо он спит на голом полу без одеяла до конца эксперимента. Поддержать голодающего отказались все его товарищи по несчастью – ни один не пожелал спать без одеяла. «Охранники» же подпитывали эту разобщенность между «заключенными», давая им понять, что среди них есть доносчики, которые информируют их обо всех ведущихся в «камерах» разговорах. 

Один из участников-«заключенных» по имени Дуглас Корпи вышел из эксперимента уже на второй день. С ним случилась истерика, которую записали на видеокамеру, – он рыдал и требовал, чтобы его выпустили, через слово повторяя, что больше не может выносить происходящее. А на шестой день уже почти все «заключенные» требовали прекратить эксперимент, и Зимбардо сделал это, признав, что ситуация полностью вышла из-под контроля. 

После этого руководитель эксперимента и другие психологи много писали о случившемся, и их выводы звучали неутешительно: любой человек, утверждали они, получив неограниченную власть над другими людьми и зная, что его никто не накажет, быстро начнет злоупотреблять этой властью, а скорее всего, и вовсе потеряет человеческий облик и превратится в садиста. По сути, такие выводы означали, что психология полностью отрицает свободу воли у людей. Отрицает, что человек может считать неприемлемым издеваться над другими и отказаться делать это, даже когда этим занимаются все остальные и когда это считается правильным. 

Предшественник Зимбардо 

Стэнфордский тюремный эксперимент был не единственным и не первым психологическим опытом, из которого ученые сделали вывод об изначальной жестокости людей и об отсутствии у них свободы воли. В 1963 году коллега Филиппа Зимбардо Стэнли Милгрэм из Йельского университета объявил о том, что любой человек способен причинить людям любой, самый сильный вред и любую боль, если от него этого потребует тот, кого он считает авторитетом. 

К таким «жизнеутверждающим» выводам Милгрэм пришел после эксперимента, в котором нескольким десяткам его студентов предложили бить током подставного актера, если он давал неправильные ответы на вопросы. Участникам опыта было сказано, что так проходит исследование боли на память и внимание и что каждый следующий удар током будет сильнее предыдущего. Все они соглашались на участие и принимались зачитывать актеру вопросы, на которые он часто отвечал неправильно, после чего они нажимали на кнопку, а он делал вид, что его бьет током – сначала несильно, но с каждым разом все более болезненно. Когда подставная «жертва» принималась кричать и дергаться особенно сильно, некоторые участники начинали колебаться и спрашивать Милгрэма, не пора ли все это прекратить, но он требовательным тоном отвечал им, что опыт надо продолжить ради науки, и они с новыми силами жали на кнопку, уверенные, что актер получает еще более опасный разряд. 

Завершив эксперимент, Стэнли Милгрэм объявил, что сопротивляться тому, кого ты считаешь авторитетом, невозможно, а значит, люди, издевающиеся над другими по приказу своего начальства, абсолютно не виноваты в этом. Имитация тюремной жизни, проведенная спустя восемь лет Филиппом Зимбардо, подтвердила его выводы, и с тех пор психологи и юристы всегда ссылались на эти эксперименты, когда заходила речь об издевательствах над людьми в тюрьмах, в армии или в закрытых учебных заведениях. Считалось – и считается до сих пор, – что прекратить такие злоупотребления властью невозможно из-за человеческой природы, и в результате даже те надзиратели или военные, которым предъявляли обвинения в откровенном садизме, отделывались достаточно мягкими наказаниями. Описание эксперимента Филиппа Зимбардо попало даже в американские школьные учебники: на уроках детям объясняли, что, если кого-то из них травят одноклассники или более старшие ученики, с этим тоже ничего нельзя сделать. 

А еще после обоих этих экспериментов у людей изменилось отношение к нацистским преступникам и охранникам немецких концлагерей. Если раньше для любого нормального человека было очевидно, что оправдать то, что там происходило, нельзя ни при каких обстоятельствах, то теперь о нацистах стали говорить как о тех, кто «конечно, был очень жесток, но они всего лишь выполняли приказ, и любой из нас повел бы себя на их месте точно так же». 

Все не то, чем казалось 

И вот спустя полвека эта картина мира, в которой успели вырасти три поколения людей, оказалась полностью лживой. Причем в этом сознались сами экспериментаторы, так что сомневаться в открывшейся правде не приходится. 

Началось все с того, что французский режиссер Тибо Ле Тескье решил снять документальный фильм о стэнфордском тюремном эксперименте и стал изучать относящиеся к нему документы. Покопавшись как следует в архивах Стэнфордского университета, режиссер обнаружил отчеты, из которых следовало, что участники опыта, изображающие охранников, вовсе не сами додумались до садистских издевательств над «заключенными». Все, что они творили, исполняя свои роли, придумал один из его студентов и лаборантов Дэвид Джаффе, изображавший главного надзирателя. Он предлагал свои идеи Филиппу Зимбардо, тот утверждал их, и после этого их передавали остальным «охранникам» в виде приказов. 

Таким же образом, как оказалось, дело обстояло и с участниками-заключенными – попытки бунта, разговоры о побеге и отказ поддержать голодающего ради одеял не были их собственными решениями. Во всех этих случаях они просто выполняли указания экспериментаторов. Не зависела от них только истерика Дугласа Корпи, однако она тоже оказалась фальшивой – это была его собственная «импровизация». После того как Ле Тескье изучил документы, касающиеся эксперимента, он встретился с Корпи, и тот рассказал, что притворился невменяемым, чтобы покинуть «камеру» раньше времени. Изначально этот студент согласился «посидеть в тюрьме», чтобы спокойно подготовиться к экзаменам, но уже после того, как его заперли в подвале, оказалось, что «заключенным» не положены учебники. Корпи попытался добиться, чтобы ему все-таки позволили заниматься, но ему отказали, и тогда он принялся рыдать и кататься по полу, поскольку выйти из эксперимента, по его условиям, можно было только в случае медицинских или психических проблем. Дугласа поспешили выпустить на свободу, и он, тут же успокоившись, засел за учебники. 

Собрав всю эту информацию, Тибо Ле Тескье не стал снимать фильм – вместо этого он написал книгу «История лжи», в которой подробно рассказал о том, что на самом деле происходило в 1971 году в «застенках» Стэнфордского факультета психологии. После выхода этой книги в свет в СМИ появилось еще несколько свидетельств участников эксперимента, которые подтвердили слова режиссера, а потом и сам Зимбардо был вынужден признать, что его опыт был инсценировкой. 

А когда страсти из-за стэнфордского тюремного эксперимента разгорелись особенно сильно, появилась и информация о том, что опыты Стэнли Милгрэма тоже были постановочными. Некоторые их участники рассказали, что им самого начала было известно, что перед ними подставное лицо и что в действительности они не бьют его током. Правда, сам Милгрэм эту ситуацию прокомментировать не смог – он умер в 1984 году. 

Зачем?! 

Для чего вообще именитые психологи, уже имеющими авторитет за вполне реальные исследования, решили пойти на такой масштабный обман? Стэнли Милгрэма об этом уже не спросишь, а Филипп Зимбардо свою ложь пока не объясняет. Остается только предполагать, что могло толкнуть их на подлог, и все предположения выглядят довольно устрашающе. 

В 60–70-е годы прошлого века еще были живы многие нацистские преступники. Часть из них отсидела за свои преступления в тюрьме и вышла на свободу, часть скрывалась от правосудия. И разумеется, и те и другие не отказались бы изменить отношение общества к себе, сделать так, чтобы их хотя бы частично оправдали. Была ли у кого-то из них возможность повлиять на американских ученых, подкупить их или привлечь их еще чем-нибудь на свою сторону? С одной стороны, представить такое сложно, но с другой – именно нацисты и им сочувствующие выиграли от экспериментов Зимбардо и Милгрэма больше всего. Те, кому не надо было скрываться, дожили свой век в комфортных условиях – их больше не ненавидели окружающие. 

Можно также попробовать представить себе, что какая-нибудь другая страна не отказалась бы повторить попытку нацистской Германии захватить весь мир. В этом случае действия ее солдат и охранников лагерей, которые она могла бы устроить на захваченных территориях, оправдали бы сами жители этих территорий. Так что если у Америки существовали подобные планы, она вполне могла попробовать подготовить к этому общественное мнение – приучить остальные страны к тому, что для захватчиков нормально быть жестокими и что против этого невозможно бороться. Больше того – нечто подобное уже произошло в Ираке, где американцы пытали заключенных в городе Абу-Грейб. Когда об этом стало широко известно, психологи во главе с самим Филиппом Зимбардо дружно оправдали охранников-садистов, заявив, что они просто не могли не пытать заключенных, потому что так устроена человеческая психика. 

Впрочем, возможно, для того, чтобы объяснить, почему Зимбардо и Милгрэм пошли на обман, не обязательно ударяться в конспирологию. Возможно, все было проще: сами эти ученые верили, что у человека нет свободы воли и что он будет проявлять жестокость, как только ему это разрешат, и спорили об этом со своими коллегами, относившимися к людям лучше. Доказать свою правоту научными методами они не смогли – вот и решили устроить фальшивые эксперименты. В конце концов, среди ученых, как и среди всех остальных, есть люди, считающие, что для победы над идеологическим противником все средства хороши. 

А может быть, эти экспериментаторы сами были садистами в душе – и пошли на обман, чтобы все остальные люди считали их нормальными. 

Глаза придется открыть 

К слову сказать, в 2000 году в Великобритании стэнфордский эксперимент повторили. Психологи Стивен Райхер и Александр Хазлам воссоздали все условия, которые, если верить официальной версии, были в подвале Стэнфордского университета, запустили туда участников и стали ждать, когда те начнут издеваться друг над другом. Но к ких крайнему удивлению, ничего плохого в их «тюрьме» не случилось. Сначала «надзиратели» просто выполняли свою работу, проверяя, как ведут себя «преступники», а те, в свою очередь, послушно сидели в своих «камерах». В середине эксперимента несколько «заключенных» посчитали, что отбывают наказания в слишком плохих условиях, и обратились к «охране» с требованием сделать их «камеры» более комфортными. «Охранники» сперва ответили им отказом, но их подопечные настаивали на своем – твердо, но вежливо, стараясь не ссориться с «надзирателями», а убедить их в своей правоте. И в конце концов «охрана» удовлетворила их требования, после чего «тюрьма» снова зажила спокойной жизнью, которая продолжалась до завершения эксперимента. 

Но после того, как Райхер и Хазлам объявили о результатах своего опыта, их… никто не стал слушать. Другие ученые просто проигнорировали их статьи, они не стали ни соглашаться с ними, ни опровергать их выводы. По всей видимости, заявление английских психологов о том, что тюремные надзиратели все-таки могут вести себя адекватно и относиться к заключенным по-человечески, показались их коллегам настолько невероятными, что их психика просто отказалась воспринимать их. Сами же психологи называют это механизмом отрицания – когда человек как будто бы «не видит» того, что полностью противоречит его представлениям о мире, «забывает» об этом сразу после того, как ему стало это известно. Правда, если продолжать показывать такому ушедшему в отрицание человеку то, чего он не хочет знать, снова и снова, он в конце концов перестает игнорировать неприятную тему. 

Именно это происходит в мире психологии теперь, когда ложь стэнфордского эксперимента и опыта Милгрэма обсуждается во многих СМИ и в Интернете. Закрывать на нее глаза и отмалчиваться больше не получится – придется менять картину мира и привыкать к тому, что на самом деле люди гораздо лучше, добрее и человечнее, чем было принято думать.


18 Марта 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84099
Виктор Фишман
67358
Борис Ходоровский
59744
Богдан Виноградов
46843
Дмитрий Митюрин
32293
Сергей Леонов
31346
Роман Данилко
28888
Сергей Леонов
23632
Светлана Белоусова
15024
Дмитрий Митюрин
14776
Александр Путятин
13348
Татьяна Алексеева
13105
Наталья Матвеева
12867
Борис Кронер
12242
Наталья Матвеева
10880
Наталья Матвеева
10678
Алла Ткалич
10275
Светлана Белоусова
9870