Железные олигархи — безбашенные и мохнорылые
РОССIЯ
«Секретные материалы 20 века» №17(507), 2018
Железные олигархи — безбашенные и мохнорылые
Наталья Дементьева
журналист
Санкт-Петербург
3819
Железные олигархи — безбашенные и мохнорылые
Невьянская наклонная башня Демидовых

5 апреля 1656 года в деревне Павшиной, что около Тулы, в семье крестьянина Демида Антуфьева родился сын, нареченный Никитой. Родителям, перебивавшимся с хлеба на квас, было невдомек, что их отпрыск войдет в российскую историю как богатейший промышленник Никита Демидов.

Тульский правша

О детстве Никиты известно немногое: он рано потерял отца, перебрался из деревни в Тулу, чтобы обучаться кузнечному ремеслу в оружейной слободе. Свой первый заработок, пять алтын, Никитка послал в деревню горячо любимой матушке за то, что «поила и кормила его».

Никита Демидов оставил сыновьям в наследство несколько горнодобывающих заводов, обширные земли в Сибири и в Пермском крае, серебряные рудники и медные копи на Алтае. Как же простой кузнец превратился в олигарха?

Начался феерический взлет Никиты с легендарной встречи с Петром I. Царь не мог найти в Москве мастера, способного починить пистолет работы знаменитого немецкого оружейника Кухенрейтера. Кто-то посоветовал царю обратиться к тульскому кузнецу Никите Антуфьеву, который славился как искусный оружейник. В 1696 году Петр I направился в Воронеж и проездом оказался в Туле. Петр приказал позвать оружейника. Внимательно осмотрев царский пистолет, Никита сказал, что починить, конечно, можно, но потребуется время. Через два месяца царь вновь прибыл в Тулу и потребовал свой пистолет. Никита с низким поклоном передал государю готовый заказ.

— Хвалю за работу, — сказал Петр, опробовав оружие. — А пистолет-то как хорош! Доживу ли я до того времени, когда у меня на Руси будут так работать?
— И мы, царь, против немца постоим! — гордо заявил Никита.

Петр ненавидел бахвальство, но по любому поводу слышал от бояр обещание закидать всех шапками. Вмиг царь из довольного заказчика превратился в грозного повелителя. Он развернулся и со всей силы треснул Никиту по башке.

— Сперва сделай, мошенник, потом хвались! — закричал Петр.
— А ты, царь, сперва узнай, потом дерись! — спокойно ответил Никита, потирая ушибленную щеку.

Никита вынул из кармана пистолет и протянул царю:
— Пистолет, который у твоей милости, — моей работы, а вот твой — заморского мастера.
Сравнив пистолеты, обрадованный Петр подошел к Никите и обнял его:
— Виноват я перед тобой. Вижу, ты — малый дельный. Женат?
— Женат.
— Ступай домой и вели своей хозяйке приготовить мне закуски. Часика через два я приду к тебе, и мы потолкуем.

Согласитесь, очень похоже на сказ о Левше, подковавшем блоху, только вместо «англицкой» блохи — немецкий пистолет да Никита был правшой. Однако действительность превзошла сказочные вымыслы. Царь и кузнец потолковали под рюмочку анисовки и договорились, что Никита получит несколько десятин земли для добычи железной руды и пять тысяч рублей из казны на строительство завода. Тульский завод, построенный с фантастической скоростью, стал изготавливать триста ружей в год по европейским образцам. Никита Антуфьев с грехом пополам умел читать и писать, документы за него подписывали приказчики, но считать он умел великолепно. Тульские ружья были такого же качества, как заморские, но в шесть раз дешевле.

Петр ценил расторопность «Демидыча», так он по-приятельски называл Никиту. В 1696 году царь передал ему для испытания образцы магнитной руды с реки Тагил и железной руды с речки Нейвы. Уральские руды оказались высочайшего качества. Через два года на Урале по приказу Петра были построены два завода, однако они не приносили прибыли. Царь понимал, что без должного руководства дело вскоре совсем зачахнет. У Никиты насчет уральских заводов были своими размышления. Он задумал захватить лакомый кусок.

Зимой 1702 году Никита Антуфьев с сыном Акинфием приехали в Москву. По рассказам очевидцев, царь обедал с придворными, когда ему доложили о приходе незваных гостей. Петр велел пригласить «Демидыча» и Акинфия, и на пороге появились два кузнеца в потрепанных кожанах. Петр и глазом не моргнул, словно так и надо одеваться к царскому столу. Он усадил оборванцев рядом с разодетыми в пух и прах вельможами. Никита без лишних предисловий изложил свою просьбу. Пусть царь отдаст ему уральские заводы, а он обязуется дешево и своевременно поставлять казне оружие и железо. Петр, недолго думая, согласился. Звучит как небылица, а на самом деле тонкий психологический расчет. Никита явился в том момент, когда был особенно нужен Петру. Неказистая одежка тоже сыграла свою роль. Нарядившись как бедный проситель, как простой работник, Никита словно говорил, что он не возгордился, не стал белоручкой, что жаждет трудиться на благо Отечества, конечно и себя не забывая.

4 марта 1702 года два уральских завода, богатейшие месторождения руды и сотни тысяч десятин земли со знаменитой горой Магнитной были переданы скромному просителю. Кроме колоссальных богатств, Никита приобрел и новую фамилию. В грамоте он назван Никитой Демидовым, а не по отцовской фамилии Антуфьевым.

Никита Демидов был занят на тульских заводах и выполнять петровские наказы доверил старшему сыну Акинфию. Молодому человеку исполнилось двадцать четыре года. И возраст несолидный, и управленческого опыта маловато. Но Акинфий умножил семейное состояние в четыре раза, построил на Урале два десятка заводов, среди них Нижнетагильский, получивший европейскую известность.

Демидовы никогда не забывали благодеяний Петра. 29 октября 1715 года у царя родился долгожданный наследник Петенька. Демидовы прислали в подарок «на зубок» новорожденному царевичу драгоценностей и мехов на 100 тысяч рублей. Это был поистине царский подарок. Общий доход всех демидовских предприятий в год составлял 200 тысяч рублей. Однако несметные богатства Демидовых породили слухи, что тут дело не чисто.

Почему падают башни?

По образцу Пизанской, есть на Урале в городе Невьянске своя падающая башня. Правда, завалилась она не так сильно, и местные жители скромно именуют ее наклонной. Наверное, эта излишняя скромность и отсутствие деловой демидовской хватки мешает сделать невьянское чудо популярным и доступным для туристов со всего света. А жаль, Невьянская наклонная башня может, как магнит, притягивать любителей тайн и загадок.

Строительство девятиэтажной башни по заказу Акинфия Демидова началось в 1721 году, а дальше придется много раз повторять слово «неизвестно». Кто спроектировал башню — неизвестно. Наклонилась башня по задумке заказчика или это была ошибка при строительстве — неизвестно. Удалось установить, что на втором этаже был кабинет Демидова. Башенные стены третьего этажа испачканы сажей, в которой нашли примеси золота и серебра. Есть в башне помещение с арочным, чуть приплюснутым потолком. Если встать в одном углу комнаты, то можно разобрать даже шепот человека, говорящего у противоположной стены, при этом в центре комнаты ничего не слышно. Кстати, удивительная акустическая система существовала и в доме Демидова. Сидя в кабинете, хозяин мог слышать, о чем судачат родственники в своих комнатах.

Невьянская башня выше Пизанской на полтора метра, ее «рост» 57,5 метра. Башню венчает металлический шпиль с флюгером. В 1720 году Никита Демидов получил потомственное дворянство, и флюгер украшен фамильным гербом. Однако диво состоит не в том, что простолюдин стал дворянином, неразгаданное чудо представляет собой сам шпиль. К нему подведено заземление. Громоотвод на Невьянской башне считается одним из первых в мире. Он был установлен за четверть века до того, как Бенджамин Франклин изобрел устройство для защиты от ударов молний. Как Демидовым удалось опередить время? Кто спроектировал невьянский громоотвод? Опять приходится сказать, что это неизвестно.

Никита Демидов умер в 1725 году. Старший сын Акинфий был отцовским любимчиком. По наследству ему досталась львиная доля демидовских богатств. Два младших брата Григорий и Никита получили очень скромные капиталы. Никита не угодил отцу строптивым характером, а Григория в Туле боялись и называли «безбашенным». Слово «безбашенный» не означало, что Григорий Демидов не имеет отношения к Невьянской башне, так и тогда называли людей неразумных, безмозглых.

Получив наследство, Акинфий развернулся в полную силу. В груди Акинфия билось «железное» сердце: жизнь и страдания подвластных ему людей были для него пустым звуком. Невьянский властелин боялся только одного человека на всем белом свете. Он робел перед супругой Евфимией Ивановной, никогда ей слова поперек не говорил и, как все подкаблучники, срывал злость на других. С рабочими Акинфий Демидов не церемонился. Наказ Петра не допускать «слез и обидного воздыхания» был забыт. Подземелье Невьянской башни служило тюрьмой, где недовольных и бунтовщиков пытали и держали закованными в колодки. Для многих оно стало могилой.

Акинфий Демидов устроил в подземелье башни собственный монетный двор. Все необходимые условия для печатания фальшивых монет у него были. Прежде всего неутолимая жажда наживы. В Колыванских рудниках на Алтае добывалось золото и серебро. Имелась и бесплатная рабочая сила. В подземелье Невьянской башни каторжники, прикованные к стенам цепями, чеканили золотые и серебреные монеты. «Во время наезда ревизоров в подземельях башни запирали ссыльных и каторжных, которых никак нельзя было выдать за купленных крестьян, так как у них были клейма и вырезаны ноздри. Если нужно, спускали из шлюзов Невьянского пруда воду, чтобы схоронить концы и не отвечать перед властями». В народе говорили, что Невьянская башня наклонилась от стыда за злодеяния, творившиеся в ее недрах.

По всей видимости, изготовление фальшивых денег началось в царствование императрицы Анны Иоанновны. Демидовы умели ладить с царственными особами. Однажды, будучи в Петербурге, Акинфий Демидов был приглашен на карточную игру к императрице Анне Иоанновне. Коронованная дама безбожно жульничала, а Акинфий делал вид, что не замечает. Он проиграл императрице гору серебряных новеньких монет.

— Ты какими деньгами рассчитываешься? Государственными или своей работы? — с язвительной улыбкой спросила императрица.
— Мы все твои, матушка-государыня, — ответил Демидов, — и я твой, и все мое — твое!
Государыня и придворные рассмеялись, и вопрос о фальшивых монетах более не поднимался.

«Безбашенные» потомки

Акинфий затмил своих братьев Никиту и Григория успешной предпринимательской деятельностью и не менее успешными темными делами. Рядом с преуспевающим Акинфием младшие братья выглядели неудачниками. Ссор и скандалов из-за отцовского наследства, поделенного на неравные части, между ними не было, но обида тлела и разъедала сознание. На Григория Демидова частенько накатывали приливы ярости. Однажды «безбашенная» злость чуть не довела до убийства. 6 декабря 1726 года Григорий Демидов пригласил к себе уважаемых горожан во главе с тульским бургомистром. Гости вошли в дом и уселись в ожидании угощения. Григорий «незнаема для чего стал говорить со злобою», а потом схватил бургомистра за грудки, начал избивать, сломал правую руку и повредил ноги. Гости спаслись бегством, а бургомистра Григорий взял в заложники. Дом Григория Демидова пытались взять штурмом, но он отстреливался из ружья и поранил несколько человек кинжалом. Разбушевавшегося хулигана уняли с большим трудом. Бургомистра вынесли из дома полумертвого, но дело замяли. Видимо, Григорий смог откупиться.

Григорий Демидов был женат дважды. От первого брака у него был сын Иван, а от второго — любимая доченька Анна. Иван характером пошел в отца. Он наводил ужас на горожан, поскольку отличался «предерзостью». Забытое слова, но прекрасно характеризует нравы молодых олигархов, как во времена Демидовых, так и сегодня. «Предерзость» Ивана не раз перехлестывала через край. В ноябре 1727 года девятнадцатилетний Иван Демидов приехал на засеку, где копали руду работники его дяди Никиты Никитича. Без всяких причин он избил одного из рудокопов «дубьем смертно, безвинно: руки и ноги ему, Михайле, перебил и голову до мозгу испроломал». Убийство сошло Ивану с рук, ведь покойный Михайло был всего-навсего простым работягой. Не прошло и года, как Тулу потрясло новое убийство.

14 мая 1728 году в три часа ночи в Гончарной слободе был убит Григорий Демидов. В этот же день Акинфий и Никита Демидовы обратились с челобитной в тульскую провинциальную канцелярию. Они сообщили, что их брат Григорий возвращался домой с завода и «незнаемо-де кто, умысля воровски, застрелил его до смерти». Тело убитого осмотрели при свидетелях. В протоколе записано: «По осмотру явился он застрелен в затылок ружейною пулею, и та пуля вылетела насквозь в лоб, и череп разбит до мозгу».

Кроме этих очевидных обстоятельств, следствие ничего не обнаружило, но братья Демидовы оказались хорошими сыщиками. Они разыскали двух свидетелей, видевших и опознавших убийцу. Оказалось, что Григория Демидова убил его сын Иван. Отцеубийца не запирался и честно признался, что все дело в деньгах: «Застрелил за то, что-де помянутой отец хотел лишить его, Ивана, наследства движимого и недвижимого, а хотел учинить наследницею дочь свою Анну».

Иван Григорьевич Демидов за убийства отца был казнен.

Мохнорылый оригинал

Старший сын Акинфия Демидова вошел в историю как величайший оригинал. Порфирий Акинфиевич гордился своим происхождением от кузнеца и называл себя мохнорылым, то есть простым мужиком с нечесаной бородой. Однако от простоты не осталось и следа.

Мохнорылый олигарх предпринимал поистине титанические усилия, чтобы потратить демидовские миллионы, но нисколько в этом не преуспел. Деньги лились нескончаемыми потоками. Любимым местом пребывания Порфирий Акинфиевич избрал дворец в Москве в Басманной слободе. Наружные стены он приказал обить железом, чтобы предохранить дом от пожаров. Стены были украшены сусальным золотом разных оттенков и обиты бархатом. Под потолками висели золотые клетки с заморскими птицами, в бассейнах плескались золотые рыбки. В раззолоченных залах среди редких и дорогих вещей резвились ручные обезьяны, кролики и собаки всевозможных пород. Хозяйским любимцам было позволено делать все, что им вздумается: ронять драгоценные вазы, грызть мебель и справлять нужду на бесценные персидские ковры. На месте разбитого, разгрызенного и испачканного на другой день появлялись новые драгоценные предметы.

Порфирий Демидов любил проводить эксперименты на живых людях. Особая комната во дворце была отведена для желающих целый год пролежать на спине. За добровольцем круглосуточно ухаживали слуги, которые его кормили, поили и помогали справлять нужду, не вставая с постели. Если страдалец выдерживал годовую лежку, то получал десять тысяч рублей, в противном случае его «угощали» розгами.

Порфирий Акинфиевич обожал играть в гляделки. Слуги разыскивали человека, который соглашался не мигать один час. Демидов садился напротив немигающего субъекта и махал руками у него перед глазами. Не моргал целый час — получай большое вознаграждение, а если проморгал удачу, то лился поток брани.

— Каналья! Не умеешь не мигать, не берись не за свое дело! — кричал Демидов. — Какое от тебя может быть удовольствие для богатого человека!

Для Порфирия Акинфиевича огромным удовольствием было доводить любое дело до абсурда. В Германии он приобрел большую партию очков и приказал всем родственникам и слугам постоянно их носить. Вскоре даже лошади и собаки щеголяли в очках. Представляете, как оригинально смотрелась карета Демидова, запряженная шестеркой очкастых лошадей с кучером и лакеями-очкариками...

Порфирий Акинфиевич щедро одалживал деньги, но при этом ставил такие условия, что никакой помощи не захочешь. Один из приказчиков Демидова попросил у хозяина взаймы.

— Нужда такая, что хоть в петлю лезь, — умолял проситель.
— Помогу, — согласился Порфирий Акинфиевич, — но ты потешь меня сначала. Хочу увидеть, как человек вешается, а деньги я твоим наследникам отдам. Сколько хочешь! Хоть сто тысяч...

Приказчик в петлю не полез, и через несколько дней Порфирий Акинфиевич дал ему денег, но отругал за трусость.

Обанкротившийся купец Мердер получил от Демидова десять тысяч рублей, но пришлось бедняге попотеть. Порфирий Акинфиевич приказал купцу встать на четвереньки, забрался ему на спину и долго катался на импровизированной лошади.

В Порфирии Демидове удивительным образом уживались отвратительное самодурство и благородная благотворительность. Он основал Демидовское коммерческое училище в Москве, вкладывал миллионы в строительство Московского университета и воспитательного дома на Солянке для «приносных», то есть незаконнорожденных, детей. Как же при таком человеколюбии Порфирий Демидов вогнал в гроб жену и лишил наследства сыновей, которые ему не угодили?..

Династия Демидовых явила миру весь спектр характеров олигархов: от собирателей добра до прожигателей нажитого. Дальние потомки тульского кузнеца Никиты Демидова купили себе княжеский титул «Сан-Донато» и виллу в Италии, проживая по большей части за границей. Есть ли отличия между нынешними олигархами и богачами прошлого? На этот вопросы вы можете ответить сами...


20 Июля 2018


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85110
Виктор Фишман
68483
Борис Ходоровский
60859
Богдан Виноградов
47786
Дмитрий Митюрин
33851
Сергей Леонов
31960
Сергей Леонов
30046
Роман Данилко
29826
Светлана Белоусова
16258
Дмитрий Митюрин
15907
Борис Кронер
15096
Татьяна Алексеева
14318
Наталья Матвеева
14044
Александр Путятин
13911
Наталья Матвеева
12197
Светлана Белоусова
11491
Алла Ткалич
11487