Ластоногие «хищники» Черноморского флота
РОССIЯ
«Секретные материалы 20 века» №8(420), 2015
Ластоногие «хищники» Черноморского флота
Владимир Чернов
журналист
Мурманск
179
Ластоногие «хищники» Черноморского флота
Русские подлодки в Бизерте. 1920 год

В канун седьмой годовщины Октябрьской революции на трех русских подводных лодках, уткнувшихся острыми форштевнями в песчаный берег тунисской бухты Сиди-Абдалла, прозвучала команда: «Флаг и гюйс спустить!» — и под взглядами замерших в прощальном строю экипажей Андреевские стяги медленно поползли по флагштокам вниз. Так была закрыта последняя страница истории подводного флота Российской империи и его самой результативной субмарины Первой мировой войны.

К ВОЙНЕ СНОВА НЕ ГОТОВЫ

12 июля 1907 года указом Николая II была утверждена «малая кораблестроительная программа для Черноморского флота», предусматривающая, кроме постройки надводных судов, изготовление трех подводных лодок.

В 1908–1909 годах проводился конкурс на строительство серии субмарин, по итогам которого лучшими были признаны проекты инженера Балтийского завода Бубнова. Разработанные им лодки «Морж» и «Барс» предполагалось строить на отечественных верфях. Конструкция этих подводных судов была практически идентична и отличалась лишь незначительным удлинением корпуса «Барсов».

Корабли имели неплохие для их класса тактико-технические данные: длина корпуса 68 метров, ширина 4,3 метра, надводное водоизмещение 630 тонн, проектная максимальная скорость 16 узлов в надводном положении и 11 узлов под водой. Вооружение состояло из восьми внешних «решетчатых» торпедных аппаратов Джевецкого с установленными на них четырьмя трубчатыми 457-миллиметровыми аппаратами завода Лесснера и одного 37-миллиметрового бакового орудия. Максимальная глубина погружения 91 метр, рабочая глубина 46 метров. Экипажи: 4 офицера, 4 кондуктора (подпрапорщика) и 31 нижний чин. На все лодки данной серии планировалась установка двух двигателей Дизеля по 1140 лошадиных сил, заказанных в Германии фирме «Фридрих Крупп». Строить субмарины решили на верфях в Николаеве, где для этой цели создали филиал столичного Балтийского завода. Там же разместились верфи Невского завода, на которых планировалось изготовление субмарин класса «Нарвал» по американской лицензии.

Строительство лодок типа «Морж» началось 25 июня 1911 года, а уже 11 октября строящиеся корабли были официально зачислены в состав российского флота, получив названия «Нерпа», «Морж» и «Тюлень». 15 августа 1913 года в присутствии морского министра адмирала Григоровича николаевские корабелы торжественно спустили на воду свою первую подводную лодку «Нерпа».

Из-за преступной близорукости, а скорее из-за личной материальной заинтересованности отдельных руководителей оборонного ведомства, разместивших военные заказы на иностранных фирмах, у российских корабелов возникли серьезные проблемы с получением необходимого оборудования. Заказанные в январе 1912 года фирме Круппа дизельные двигатели в срок изготовлены не были, мало того, немцы, получив в качестве аванса 143 600 рублей золотом, на требование вернуть деньги или предоставить моторы отвечали отказом, выдумывая различные отговорки и бесконечно перенося сроки исполнения работ. Тогда адмирал Григорович распорядился установить на лодках вместо штатных два двигателя в 250 лошадиных сил коломенского завода, предназначавшихся для канонерских лодок «Шквал».

Проектная скорость вместо планируемых 16 узлов снизилась до 10. Также не были получены входившие в комплект с дизелями новейшие германские аккумуляторы марки «Тюдор». Установленные вместо них импортные батареи рижского завода системы «Мэто» имели меньшую емкость и требовали гораздо большего времени для подзарядки.

Но нет худа без добра: благодаря уменьшению веса двигателей и аккумуляторных батарей удалось усилить артиллерийское вооружение «Моржей», установив на лодках по два орудия калибром 57–76 миллиметров.

Правда, к августу 1914 года все изготовляемые для Черноморского флота современные субмарины достроены так и не были по причине отсутствия импортных комплектующих. Так что Россия оказалась единственной в мире страной, вошедшей в мировую войну без действенного подводного флота.

Боевые действия на Черном море начались вероломным нападением германо-турецкого флота на русские базы. В ночь с 28 на 29 октября 1914 года два турецких эсминца «Тайрет» и «Муавенет» открыто вошли в гавань Одессы, в упор расстреляли канонерскую лодку «Донец» и повредили несколько транспортов. Подверглась нападению и главная база Черноморского флота Севастополь. Ранним утром 29 октября германский линейный крейсер «Гебен», вошедший в состав турецкого флота под названием «Явуз Султан Селим», при поддержке двух эскадренных миноносцев обстрелял гавань и порт, после чего безнаказанно ушел в море, по дороге потопив минный заградитель «Прут» и серьезно повредив миноносец «Лейтенант Пущин». Прокравшийся к русской базе вслед за «Гебеном» турецкий минный заградитель «Нилуфер» забросал выход из севастопольской гавани минами, на которых подорвался и затонул транспорт «Великий князь Александр».

В этот же день неприятельские крейсеры, турецкий «Берк» и германский «Бреслау» (в османском флоте получивший наименование «Мидилли»), обстреляли Новороссийск, превратив город в огромное пожарище. Бомбардировке подверглась также Феодосия, по которой крейсер «Гамидие» выпустил 150 разнокалиберных снарядов.

2 ноября 1914 года Россия официально объявила войну Османской империи.

СУБМАРИНЫ ПОКАЗЫВАЮТ ЗУБЫ

Новейшие русские подводные лодки на Черном море приступили к выполнению боевых задач лишь в феврале 1915 года. Из субмарин класса «Морж» был сформирован 1-й дивизион подводных лодок, в который входили «Морж», «Тюлень», «Нерпа» и подводный минный заградитель «Краб». По приказу тогдашнего командующего Черноморским флотом вице-адмирала Эбергарда подлодкам предписывалось нарушить морские коммуникации в районе пролива Босфор с целью недопущения снабжения морским путем столицы Турции Стамбула, являющейся по совместительству и главной базой германо-турецкого флота. Особое внимание уделялось перехвату угольных транспортов, ходивших между Босфором и шахтами в Эрегли и Зонгулдаке. Имея значительные залежи качественного каменного угля на востоке страны, турецкое правительство не затруднило себя постройкой железной дороги между угольными копями и основными потребителями, сделав полностью зависимой от морских перевозок систему снабжения топливом стратегически важных объектов на западе страны.

8 апреля 1915 года на позиции возле пролива Босфор вышли «Нерпа» и «Тюлень». Через два дня «Нерпа» атаковала из надводного положения парусную шхуну с военным грузом. Русские дали время туркам покинуть обреченный парусник, а затем артиллерийским выстрелом уничтожили вражеский корабль. Это была первая победа подводников-черноморцев в мировой войне.

Морское командование Черноморского флота России одним из первых в мире применило комбинированные атаки надводных кораблей и подводных лодок на вражеские конвои.

23 августа 1915 года миноносцы «Пронзительный» и «Быстрый» при активном содействии подводной лодки «Нерпа» под командованием старшего лейтенанта Вилькена разгромили большой угольный караван турок, находившийся под охраной крейсера «Гамиде» и миноносцев «Нумуне» и «Муавенет». Бой завязали русские миноносцы, сразу добившись нескольких попаданий по турецкому флагману. Когда под сосредоточенным огнем трех неприятельских кораблей «Пронзительный» и «Быстрый» были вынуждены отойти, в бой устремилась «Нерпа». Выход в атаку оказался неудачным, но при виде перископа подводной лодки на мостиках вражеских судов началась паника. Крейсер и миноносцы, бросив тяжелогруженые транспорты, бросились наутек, а турецкие угольщики в поисках укрытия направились к берегу, где их настигли и расстреляли вернувшиеся на поле боя русские миноносцы.

Всего было потоплено четыре транспорта общим водоизмещением 7101 тонна, а также буксируемая одним из пароходов несамоходная баржа с углем. Турки и немцы были вынуждены направлять на сопровождение угольных конвоев свои самые мощные надводные суда, включая главную ударную силу турецкой эскадры тяжелый крейсер «Гебен». Однако русские моряки не дремали: на минах, выставленных подводным заградителем «Краб», 18 июля 1915 года подорвался крейсер «Бреслау», а осенью этого же года едва не погиб от торпед, выпушенных подводной лодкой «Морж», неприятельский флагман «Гебен».

Обеспокоенный активностью русских субмарин и не имея эффективных противолодочных средств, командующий турецко-германским флотом контр-адмирал Вильгельм Сушон приказал немедленно прекратить использование крупных кораблей в конвойных операциях. Таким образом, турецкие транспорты оказались один на один с постоянной невидимой угрозой.

Вот тут русским и пригодилось установленное на «Моржах» мощное артиллерийское вооружение. Из-за общей технической отсталости основу османского торгового флота на Черном море составляли парусные корабли, представлявшие легкую добычу. Командиры русских субмарин, приберегая безумно дорогие английские торпеды для более серьезных мишеней, обычно старались уничтожать обнаруженные неприятельские суда артиллерией. Бывали случаи, что цель оказывалась настолько незначительной, что для ее уничтожения даже расход снаряда казался подводникам верхом расточительства.

В таком случае русские моряки либо подрывали захваченный корабль пиропатронами, либо поджигали бутылками с керосином, а иногда без затей пускали ко дну, проломив деревянный борт парусника таранным ударом форштевня. Если позволяла обстановка или груз был особо ценным, на судно направлялась призовая команда и трофей препровождался в русские порты.

ПОДВИГИ «СУПЕРТЮЛЕНЯ»

Осенью и зимой 1915 года русские подводные лодки и миноносцы активно занимались истреблением вражеского торгового флота. К февралю 1916 года на Черном море в распоряжении османского военного министра Энвера-паши остались всего пять исправных пароходов, а все судоходство центральных держав и их союзников в районе Босфора было парализовано.

Русские газеты до небес превозносили успехи Кавказской армии генерала Юденича и удачные действия моряков Черноморского флота, в том числе и подводников. Наибольшую известность получила подводная лодка «Тюлень» и ее командир капитан Михаил Александрович Китицын. Его субмарина в 1915 году захватила и потопила пять парусников, а в 1916-м от ее действий пострадали 21 парусник и три парохода неприятеля.

Наиболее удачным для Китицына был день 13 марта 1916 года, когда «Тюлень» артиллерийским огнем уничтожил сразу 11 вражеских шхун-«магонов». 19 марта субмарина атаковала и повредила торпедой австро-турецкий транспорт «Дубровник», впоследствии добитый лодкой «Морж» под командованием старшего лейтенанта Погорецкого.

Особняком в истории подводного флота стоит бой «Тюленя» с вражеским вооруженным транспортом «Родосто» водоизмещением в 6 тысяч тонн. 11 октября 1916 года неподалеку от острова Кефкен Китицын обнаружил большой пароход, следующий полным ходом на восток. Находящаяся в надводном положении лодка бросилась на перехват. В 22 часа 45 минут прозвучали первые выстрелы орудий «Тюленя». Обычно в таких случаях турки бросали свои суда и уходили на шлюпках к берегу. Но на этом транспорте половину команды составляли немецкие моряки с находившегося в ремонте крейсера «Бреслау», поэтому в сторону русской субмарины полетели снаряды вражеских орудий. В сгущавшейся темноте германо-турецкие комендоры не могли правильно оценить расстояние, вдобавок по интенсивности стрельбы и мощности орудий они ошибочно посчитали, что ведут бой не с низко сидящей в воде субмариной, а с миноносцем, и поэтому неверно выставили прицелы своих пушек. Китицын, воспользовавшись ошибкой противника, зашел со стороны берега и принялся безнаказанно расстреливать «Родосто», целясь в надстройки. В течение 50 минут с лодки было выпущено 46 снарядов, из которых 30 попали в цель, неприятель же не добился ни одного попадания.

На пароходе вспыхнул пожар, турецкая часть команды принялась спускать шлюпки, но оставшиеся на борту немцы продолжали вести огонь. Боезапас на лодке подходил к концу, поэтому Китицын подошел ближе к противнику и с расстояния в 300 метров вогнал в борт неприятеля еще семь снарядов, метя в район машинного отделения. Пароход остановился, а его команда, схватив подручные спасательные средства, стала прыгать за борт. Позже из воды русские подняли двух турок и шестерых германских моряков.

Призовая команда «Тюленя» в составе троих офицеров и восемнадцати матросов перешла на «Родосто» и начала тушить пожары, поднимать пары и налаживать рулевое управление. К утру, устранив неполадки, моряки повели еще дымящийся пароход к родным берегам, благополучно прибыв в Севастополь.

Никогда более в истории Военно-морского флота России подводная лодка, вступившая в артиллерийскую дуэль с превосходящим по мощи и калибру пушек кораблем, не выходила из него победителем.

Как гласит легенда, отмечая эту победу Китицына, моряки 1-го дивизиона подводных лодок устроили грандиозную пирушку с обильным употреблением крепких напитков. Вечером подгулявшим офицерам потребовалась «культурная программа», и развеселая компания в полном составе направилась в театр. Во время антракта командующий флотом вице-адмирал Колчак через дежурного офицера потребовал старшего лейтенанта Китицына к себе в ложу. Не совсем уверенно державшийся на ногах командир «Тюленя», сопровождаемый друзьями-подводниками, отправился к начальству. С показной строгостью Колчак вручил ему запечатанный пакет и приказал незамедлительно вскрыть его в укрытом от посторонних глаз месте. Стараясь держаться ровно, Китицын, отдав честь и повернувшись через левое плечо, с пакетом в руках отправился в мужскую комнату, откуда через несколько минут вернулся к ожидавшим его товарищам, растерянно улыбаясь и с новенькими погонами капитана 2-го ранга на плечах…

В ноябре 1916 года «Тюлень» уничтожил огнем из орудий турецкий каботажный пароход «Тутсак», потопил два трехмачтовых парусника с зерном, а шхуну «Сфатос» с грузом великолепного табака стоимостью в 200 тысяч рублей золотом теперь уже кавторанг Китицын захватил и отконвоировал в Севастополь.

В июле 1917 года «Тюленем» были атакованы и пущены ко дну пароход «Интизам» и четыре шхуны противника. 6 октября Китицын снова крупно отличился. На позициях севернее Игнеады лодка обнаружила шедший без опознавательных знаков большой пароход. В отличие от Балтики, на Черном море нейтральных судов быть не могло в принципе, поэтому Китицын сразу приказал открыть огонь на поражение. Получивший несколько попаданий неприятельский транспорт «Махи» остановился. Русские высадили на него призовую команду и вызвали по радио помощь. Вечером 7 октября из Севастополя прибыли эсминцы «Счастливый» и «Зоркий» и препроводили захваченное судно к себе на базу.

За время своей службы на «Тюлене» капитан 2-го ранга Китицын одержал 41 победу, захватил и потопил суда общей валовой вместимостью 8973 брутто-регистровые тонны. За отличную службу он был досрочно повышен в звании до капитана 1-го ранга, награжден орденами и золотым Георгиевским оружием. По общему тоннажу потопленных и захваченных судов Китицына превзошел лишь балтиец Мессер, но по числу одержанных побед и по известности среди современников Китицын по праву считался подводником № 1 Российской империи.

Последним успехом «Тюленя» в мировой войне стал захват парохода «Козлу» и шхуны с углем 23 октября 1917 года, за два дня до Октябрьской революции. 16 декабря 1917 года на лодке был поднят красный флаг. Однако служба у большевиков скоро закончилась: 5 мая 1918 года в Севастополь вошли немцы и захватили покинутую командой субмарину.

После капитуляции Германии и Турции 24 ноября 1918 года лодка перешла под контроль англо-французского командования, которое передало ее на ответственное хранение бывшему командиру «Моржа» капитану 2-го ранга Погорецкому.

В январе 1919 года «Тюлень» отправился в первый боевой поход под флагом правительства Юга России. Командование Добровольческой армии использовало субмарину в качестве корабля артиллерийской поддержки и посыльно-транспортного судна. 6 ноября 1920 года в составе эскадры кораблей под флагом контр-адмирала Беренса лодка навсегда покинула Россию и отправилась в Константинополь. В декабре 1920 года с остатками русской Черноморской эскадры «Тюлень» перебазировался в тунисский порт Бизерту вместе с подводными лодками «Буревестник», «Утка» и АГ-22. Советское правительство долго вело переговоры с Францией о возвращении кораблей, но успеха так и не добилось. В 1930-е годы героический «Тюлень» был продан на металлолом.

СЛОВО О «МОРЖЕ» И «НЕРПЕ»

Следующим по результативности из «ластоногого дивизиона» была подводная лодка «Морж» старшего лейтенанта Погорецкого. Летом 1915 года субмарина потопила пароход «Игнеада» водоизмещением 1708 тонн с грузом угля. Его уничтожение вызвало широкий резонанс, поскольку до ноября 1914 года этот транспорт входил в состав торгового флота Российской империи под наименованием «Ида» и был захвачен турецкой эскадрой в самом начале войны. За этот подвиг старший лейтенант Погорецкий был награжден Георгиевским оружием.

1 ноября 1915 года «Морж» из подводного положения осуществил атаку линейного крейсера «Явуз Султан Селим». На лодке явно слышали взрыв торпеды, а в перископ наблюдали большое облако дыма в районе атаки и медленно входящий в пролив крейсер. Ни германское, ни турецкое командование не подтвердили попадание торпеды в их флагман, однако именно после нападения «Моржа» адмирал Сушон категорически запретил использовать крейсер для эскортирования конвоев.

В начале марта 1916 года подводная лодка, барражируя вдоль Анатолийского побережья Турции, уничтожила пароход «Дурыджа» и несколько парусников. 10 марта «Моржа» атаковал германский гидросамолет, сбросивший семь бомб, одна из которых угодила точно в корпус, повредив торпедный аппарат, но по счастливой случайности не взорвалась. Это было первое относительно успешное боевое применение противником противолодочных аэропланов на Черноморском театре военных действий.

Беззащитность субмарины перед воздушным противником подействовала на экипаж деморализующе. Вернувшись на базу, Подгорецкий подал рапорт, в котором рекомендовал перекрасить лодки в менее заметные цвета и потребовал установить на борт противоаэропланное вооружение. Черноморский флот не зря считался лучшим флотом империи, и уже через несколько месяцев неприятельских летчиков, пытавшихся бомбить русские субмарины, встречали не выстрелы из винтовок и пистолетов подводников, а плотный огонь из 37-миллиметровых противоаэропланных пушек и зенитных пулеметов.

Следующей жертвой «Моржа» стал поврежденный накануне «Тюленем» транспорт «Дубровник», который во избежание гибели выбросился на мель возле мыса Кара-Бурну. Позиция для атаки была выбрана Подгорецким с ювелирной точностью. Единственной торпедой он не только окончательно добил аварийный пароход, но и уничтожил стоявший у его борта большой парусный бриг, на который турецкие моряки пытались перегрузить драгоценный для них уголь. Всего командой «Моржа» было потоплено и захвачено 33 разнотоннажных судна.

28 апреля 1917 года «Морж» под командованием старшего лейтенанта Гадона вышел в очередной поход, из которого не вернулся. По данным противника, лодка была повреждена огнем турецких береговых батарей мыса Ачаккоджа 3 мая; на ней возник пожар, и субмарина, сильно дымя, ушла в море. Истинные же обстоятельства гибели лодки, унесшие жизни 42 членов экипажа, остаются неизвестными до сих пор. «Морж» был единственной субмариной, потерянной Черноморским флотом во время боевых действий 1914–1917 годов.

Подводная лодка «Нерпа» в 1915–1917 годах потопила или захватила в плен три парохода, восемь парусников и моторную шхуну. С лета 1917 года субмарина находилась на ремонте в Николаеве, где примерила на себя почти все флаги участвовавших в Гражданской войне сторон, доставшись в конце концов красным.

В 1923 году, после ремонта, она вошла в состав РККФ и несла боевую службу до 1930 года. Позже использовалась для тренировки водолазов.


26 Апреля 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85802
Виктор Фишман
69134
Борис Ходоровский
61448
Богдан Виноградов
48748
Дмитрий Митюрин
34869
Сергей Леонов
34492
Сергей Леонов
32473
Роман Данилко
30362
Светлана Белоусова
16789
Дмитрий Митюрин
16457
Борис Кронер
16398
Татьяна Алексеева
15166
Наталья Матвеева
14803
Александр Путятин
14140
Светлана Белоусова
13382
Наталья Матвеева
13257
Алла Ткалич
12465