Расцвет и крах банка Бэрингов
ЖЗЛ
«Секретные материалы 20 века» №8(394), 2014
Расцвет и крах банка Бэрингов
Дмитрий Зенченко
журналист
Санкт-Петербург
992
Расцвет и крах банка Бэрингов
Фрэнсис Баринг (слева), его брат Джон и зять Чарльз Уолл. Художник Т. Лоуренс

История банковского дела всегда шла в ногу с развитием человечества. Однако в отличие от многих других видов бизнеса финансовый зачастую имел ярко выраженную семейную специфику. Успех тут в значительной степени обусловлен личными связями, а кроме того, банки преимущественно работают с однородным товаром – платежными средствами.

Одними из первых европейских банкиров стали итальянские купцы, которые вели торговлю с Англией и давали деньги британским монархам. Кредиторами Эдуарда I (1272–1307) были Риккарди и Фрескобальди, Эдуарда III (1327–1377) – Барди и Перуцци. В ХVI столетии ведущими банкирами Европы становятся Фуггеры, финансировавшие многочисленные войны Карла V и фактически заложившие основы для создания международной торгово-финансовой компании.

Однако в те далекие времена банковская деятельность была сопряжена с немалыми трудностями. Являясь кредиторами всесильных правителей, богатые купцы постоянно находились в зависимости от своих должников, рискуя обанкротиться и даже лишиться жизни в случае возникновения малейших проблем с влиятельными клиентами.

Только с началом XVIII века в условиях бурного промышленного роста в передовых европейских государствах – Англии и Нидерландах – становится возможным формирование династий финансистов новой формации. Пионерами этого бизнеса, закладывавшими его основы, была семья Бэрингов.

Их банкирский дом занимался коммерческими операциями и предоставлял ссуды торговым компаниям. Бэринги быстро создали состояние, обрели широкую известность и на протяжении нескольких поколений пользовались авторитетом в политических и деловых кругах Европы, оказывая влияние на международную экономическую политику.

Впервые они заявили о себе в качестве протестантских священников в Бремене. Спустя некоторое время благодаря серии браков и получению наследства Бэринги становятся совладельцами одной из крупнейших суконных фабрик региона. В 1717 году двадцатилетний Иоганн Бэринг решил попытать счастья в Англии, поступив на службу в крупный торговый дом, находившийся в графстве Эксетер на западе страны. Ему была поручена торговля бременскими тканями в Британии и английскими шерстяными – в Германии. Дела у Иоганна быстро пошли на лад, и вскоре он становится зятем владельца торгового дома, считавшегося одним из богатейших купцов Эксетера. После смерти тестя Бэрингу достается значительная сумма денег – примерно пять миллионов современных долларов.

Став новым главой семьи, Иоганн, сменивший имя на Джон, сумел правильно распорядиться полученными средствами, вложив их в развитие семейного бизнеса. После его смерти в 1748 году вдова Бэринга, четверо сыновей и дочь становятся обладателями особняка, экипажа и сорока тысяч фунтов стерлингов (десять миллионов нынешних долларов). Старшему сыну досталось пятнадцать тысяч фунтов, другие дети получили по две тысячи. Пока дети были маленькими, вдова Джона осуществляла управление семейным бизнесом, сумев увеличить состояние до семидесяти тысяч фунтов. Она внимательно следила за развитием и образованием своих детей, стремясь обеспечить преемственность в развитии семейного бизнеса.

В 1762 году сыновья Иоганна основывают «Компанию Джона и Фрэнсиса Бэрингов». Однако старший из братьев не планировал участвовать в развитии бизнеса. Он лишь формально числился партнером фирмы, мечтая о карьере политика. В результате основная деятельность по управлению компанией легла на плечи Фрэнсиса. Вскоре к нему присоединился младший брат Чарльз. Фирма была поделена на два филиала. Чарльз остался в Эксетере, а Фрэнсис переехал в Лондон.

Наиболее успешной оказалась деятельность лондонского филиала. Фрэнсис Бэринг быстро понял огромные перспективы, которые открывала международная торговля. Начав с продажи шерсти, он вскоре перешел на торговлю красителями, кошенилью, медью, алмазами и другими ликвидными в то время товарами.

Но деятельность компании в родном Эксетере оказалась убыточной. Чарльз плохо разбирался в людях, из-за чего часто становился жертвой мошенников и прожектеров, а также отличался крайней непоследовательностью, хватаясь за новые проекты в ущерб старым. По этой причине отношения между братьями довольно скоро испортились, и постепенно совместному ведению бизнеса был положен конец.

В 1790 году Фрэнсис основал в Лондоне банкирский дом, занимавшийся совместно с амстердамским банком «Хоуп и К0» кредитованием международных торговых операций. Сколотив солидное состояние на банковских операциях, Фрэнсис решил заработать еще больше на сделках с недвижимостью. Надо подчеркнуть, что в погоне за прибылью он не утратил чувства справедливости. В 1796 году купил на аукционе за двадцать тысяч фунтов поместье и загородный дом знатного семейства, чья родословная восходила к донорманнскому периоду. После смерти миссис Энджерстейн, обладавшей правом пожизненного проживания в поместье, Бэринг обнаружил, что приобрел недвижимость по заниженной цене. Он настоял на доплате семи тысяч фунтов прежнему владельцу, являвшемуся его другом. В 1801 году Фрэнсис Бэринг истратил колоссальную по тем временам сумму в сто пятьдесят тысяч фунтов на приобретение еще одного поместья. Наняв известного архитектора и перестроив дом за двадцать пять тысяч, он потратил еще сорок тысяч на разбивку парка, скупая близлежащие земельные участки. Ярким свидетельством признания заслуг и авторитета банкира стало присвоение ему титула лорда.

Лорд Бэринг наряду с приобретением дорогостоящей недвижимости стал вкладывать средства в животноводство, содержал большую отару элитных овец, а кроме того, занимался коллекционированием полотен голландских и фламандских живописцев – Рембрандта, Рубенса, Ван Дейка, Кейпа. Он не имел ничего против титула пэра, но предпочитал косвенное продвижение по общественной лестнице, устраивая браки своих детей с представителями ведущих аристократических семейств страны. Однако для большинства британских аристократов главным стимулом сближения с Бэрингами было их огромное состояние. Например, Александра, второго сына Фрэнсиса, приняли в клуб вигов с условием, что он будет одалживать пятьдесят фунтов любому члену клуба.

В 1800 году компания была переименована во «Фрэнсис Бэринг и К0». Новыми партнерами Фрэнсиса становятся его старший сын Томас и зять Чарльз Уолл. В 1802 году Бэринги вместе с «Хоуп и К0» были выбраны для финансовой поддержки самой масштабной сделки с недвижимостью в мировой истории – Луизианской покупки – продажи французских владений в Северной Америке США общей площадью 2 100 000 квадратных километров. Сделка была проведена, несмотря на то что в тот период Британская империя воевала с Францией, а деньги от продажи Луизианы напрямую шли на финансирование военной кампании Наполеона. С юридической точки зрения США купили Луизиану не у Наполеона, а у Бэрингов и Хоупов. Общая сумма сделки, включая проценты по кредиту, составила 23 213 568 долларов. После выплаты трех миллионов золотом остаток суммы был представлен облигациями США, которые Наполеон со скидкой в 12,5 процента продал банку Бэрингов. Александр Бэринг, работавший на голландских партнеров, совершил сделку в Париже с главой французского казначейства, затем отправился в США, где забрал облигации и потом доставил их обратно во Францию.

Великая Французская революция и последовавшие за ней Наполеоновские войны способствовали еще большему обогащению Бэрингов. Они финансировали военные действия британского правительства и предоставляли ссуды их континентальным союзникам. После смерти Фрэнсиса в 1810 году все управление банком переходит к его сыновьям Томасу, Александру и Генри, а семейное предприятие переименовывается в «Братья Бэринг и К0».

После поражения Наполеоном во Франции была восстановлена монархия, и новым властям государства пришлось осуществить репарационные выплаты странам-победительницам. Из-за отсутствия денег в казне французское правительство обратилось к Бэрингам с просьбой о предоставлении ссуды. Они согласились, но лишь на условиях своего посредничества между властями Франции и другими банкирами и получили за это большие комиссионные.

В 1817 году Бэринги помогли французскому правительству собрать триста пятнадцать миллионов франков облигациями, причем стоимость ценных бумаг возрастала с каждой эмиссией. В сложившейся ситуации Бэринги заявили о своей готовности передать ведение сделки любым французским банкирам, кроме Ротшильдов. В итоге им пришлось самим довести сделку до конца. Это принесло банкирскому дому колоссальную прибыль – семьсот двадцать тысяч фунтов (150 миллионов долларов в современном исчислении). Ротшильды стали их заклятыми врагами.

Впрочем, уже в 1820-е годы Бэринги уступают пальму первенства Ротшильдам. Тем не менее банк сохранял ведущие позиции на европейском рынке. В 1830-е под руководством Томаса Бэринга, внука Фрэнсиса, и его нового партнера Джошуа Бейтса начинается возвращение утраченных позиций. Бейтс был сторонником смещения главных интересов из Европы в США, предвидя колоссальные перспективы развивающегося Дикого Запада. В 1832 году Бэринги открыли новый офис в Ливерпуле, специализировавшийся на североамериканских операциях. Спустя еще одиннадцать лет банк становится эксклюзивным агентом для правительства США, удерживаясь на этой позиции до 1871 года.

В период массового голода в Ирландии (1845–1849), вызванного неурожаем картофеля, Бэринги были задействованы британским премьером Робертом Пилем в обеспечении «индейским зерном» (кукурузой) ирландских граждан. Примечательно, что Бэринги отказались брать комиссионные от сделок, выполненных в рамках помощи голодающим.

В 1851 году у банка появляется новый перспективный партнер – американец Рассел Стургис. Деятельность Бэрингов еще больше ориентируется на США. Особенно успешным оказывается финансирование банком проектов в сфере железнодорожного строительства.

С начала 1870-х ведущая роль в операциях компании переходит к Эдварду Бэрингу, сыну Генри. Банк уверенно выходит на международный уровень, работая с ценными бумагами США, Канады, Бразилии и Аргентины. В 1885 году Эдвард вместе с Натаном Ротшильдом получает почетный титул пэра, став бароном Ревельстоком. В течение многих лет Эдвард Бэринг по праву считается лучшим банкиром Лондона, однако всему когда-нибудь приходит конец.

В 1890 году барон Ревельсток предоставил аргентинскому правительству крупную ссуду, но эта сделка завершилась полным провалом. Страну охватила волна революционных выступлений. Дополнительной проблемой для банкира становится истребование крупной суммы с текущего счета правительством России. В результате этих событий банкирский дом оказался на грани банкротства. Спасти ситуацию удалось только благодаря вмешательству консорциума, учрежденного Банком Англии.

Бэринги были спасены, но с этого момента они навсегда потеряли свою доминирующую роль в финансовой жизни страны. Было сформировано общество ограниченной ответственности, к которому перешла жизнеспособная часть старого партнерства. Активы старого банкирского дома и нескольких партнеров передали консорциуму в счет уплаты долга. Прошло еще десять лет, прежде чем банк смог окончательно расплатиться по своим обязательствам. Восстановившись после потрясений, Бэринги сконцентрировались исключительно на международных облигациях США и Аргентины. Сдержанная политика руководства банка во главе с сыном Эдварда Джоном Бэрингом принесла положительные результаты. Банк смог восстановить доверие британского политического истеблишмента, особенно монархии во главе с Георгом V. Конечно, осторожничая, Бэринги потеряли немало преимуществ, но в то же время получили право на финансирование восстановления Германии после Первой мировой войны, в то время как другие британские банки несли тяжелые потери в условиях мирового кризиса. Во время Второй мировой войны британское правительство использовало Бэрингов при ликвидации своих активов в США и других странах.

В послевоенный период в Великобритании появляется немало банкирских домов, обошедших Бэрингов по своим размерам и влиянию. В новых условиях компания раскололась на несколько фирм. Ее организация усложнилась, а специализация стала еще более узкой. Угроза введения лейбористским правительством в 1960-е годы разорительного налога на состояние вынудила Бэрингов преобразовать значительную часть собственности в благотворительный фонд.

В течение нескольких послевоенных десятилетий в руководстве компании поочередно меняют друг друга представители семейства и наемные управляющие. Однако все это время настоящим хозяином банка был Эндрю Такки, занимавший пост председателя правления принадлежавшей банку торговой компании «Братья Бэринги и К0».

Судьба этого человека удивительна. Такки родился в Родезии в семье фермера, занимавшегося выращиванием табака. После прихода к власти в стране черного большинства он бежал в Великобританию. В Лондоне Такки смог достаточно быстро адаптироваться, став крупным землевладельцем и директором Королевского оперного театра, обеспечив себе этим заметное положение в высшем обществе страны. Благодаря ему банк Бэрингов возвращается на ведушие финансовые рынки страны. В 1981 году выигрывает эмиссию Всемирного банка на сумму 100 миллионов фунтов стерлингов и начинает заново работать с британским правительством.

Бэринги выходят на быстро развивающиеся рынки Японии и других азиатских стран. У компании были неплохие перспективы для роста, и она начинает заниматься торговлей ценными бумагами, игрой на фондовых биржах, скупая акции сторонних предприятий. Для того чтобы объединить вновь приобретенные фирмы, банк создает специальный филиал Baring Securities под руководством опытного брокера Кристофера Хита. Не имея возможности контролировать топ-менеджмент новой структуры, Бэринги отделили вновь созданное подразделение от основной компании. В течение целого десятилетия дела организации идут вполне успешно. Кристофер Хит берет на работу лучших сотрудников, предлагая им сногсшибательные условия труда.

Однако аппетит приходит во время еды. В 1994 году глава сингапурского отдела деривативных продаж Ник Лисон решил воспользоваться репутацией банка для личного обогащения. Обязанности Лисона заключались в арбитраже (несколько связанных сделок) в целях получения дохода на разнице цен на фьючерсные контракты между Осакской биржей ценных бумаг в Японии и биржей Simex в Сингапуре. Он включал в себя скупку фьючерсов на одном рынке с одновременной продажей на другом по более высокой цене. Как правило, прибыль от таких сделок была крайне мала. Вместо того чтобы придерживаться одобренной руководством стратегии, Лисон покупал фьючерсы и придерживал их, продавая по наиболее выгодному курсу. В этой ситуации даже небольшой процент изменения цен мог обернуться крупной прибылью или убытком.

В отсутствие внешнего надзора Лисону оказались доступны спекулятивные игры на рынке фьючерсного арбитража в сингапурском офисе с прикрытием недосдач в отчетности центральному офису в Лондоне. Он создал специальный ошибочный счет в банке для того, чтобы воспрепятствовать отправке ежедневных отчетов в центральный офис. Используя этот счет, Лисон начал агрессивные торги фьючерсами и опционами на бирже Сингапура. Неудачные действия трейдера привели к потере значительных сумм, но для погашения задолженностей он использует деньги, имевшиеся на счетах дочерних подразделений, фальсифицируя записи торгов в компьютерной базе банка. Со стороны это выглядело так, будто Лисон приносит банку солидный доход.

17 января 1995 года японский город Кобе был разрушен сильнейшим землетрясением, за которым последовало падение азиатского фондового рынка. Лисон сделал ставку на быстрое восстановление японского рынка, но прогадал. Не в силах исправить ситуацию, трейдер написал покаянную записку на имя своего руководства, но было уже поздно: Бэринги потеряли 1,3 миллиарда долларов, что вдвое превышало их собственный капитал. Попытка Банка Англии спасти ситуацию не увенчалась успехом. 26 февраля банкирский дом Бэрингов признал себя банкротом. В том же году нидерландская финансовая группа ING купила банк за… 1 фунт стерлингов.

Так завершилась 250-летняя история легендарной династии.

Ну а виновник банкротства Ник Лисон вскоре после раскрытия аферы бежал в Германию, где был задержан и экстрадирован обратно в Сингапур. Здесь его осудили на шесть с половиной лет, из которых четыре года он отсидел в местной тюрьме. Во время заключения у него развился рак, но власти Сингапура приложили все усилия, чтобы всемирно известный заключенный был прооперирован лучшими хирургами и выздоровел.

Сегодня Ник Лисон проживает в Ирландии, где работает генеральным директором футбольного клуба «Голуэй Юнайтед». Он автор двух автобиографических книг, продажи которых приносят вполне приличный доход.


18 Октября 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85166
Виктор Фишман
68591
Борис Ходоровский
60974
Богдан Виноградов
48007
Дмитрий Митюрин
34114
Сергей Леонов
32059
Сергей Леонов
31626
Роман Данилко
29919
Светлана Белоусова
16313
Дмитрий Митюрин
16009
Борис Кронер
15313
Татьяна Алексеева
14474
Наталья Матвеева
14178
Александр Путятин
13936
Наталья Матвеева
12385
Светлана Белоусова
11867
Алла Ткалич
11655