На следующий год — в Умани!
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №20(432), 2015
На следующий год — в Умани!
Борис Кронер
журналист
Санкт-Петербург
855
На следующий год — в Умани!
Хасиды в Умани

Вплоть до реформ Петра I Новый год в России отмечали в сентябре. Такая традиция идет от постулатов Ветхого Завета, и до сих пор последователи иудаизма отмечают смену лет осенью. В 2015 году по григорианскому календарю праздник Рош-ха-Шана начинался 13 сентября и завершался 15-го. Согласно ритуалу за праздничным столом звучал тост: «На будущий год — в Иерусалиме!» Правда, последователи сравнительно молодого течения в древней религии, хасидизма, предпочитают не древнюю и нынешнюю столицу Израиля, а украинский город Умань, районный центр в Черкасской области.

ЗАВЕТЫ РАББИ НАХМАНА

Хасидизм возник в XVIII веке на территории нынешней Украины, входившей в состав Речи Посполитой. За короткое время это течение завоевало популярность в Восточной Европе. Главной особенностью учения является постулат о том, что молитва должна быть связана с радостью и весельем и ее следует перемежать песнями и танцами. Изучать Тору, по заветам отцов-основателей хасидизма, должны все. И делать это не по принуждению, а по велению души. Один из основоположников учения, рабби Нахман, предпочитал общаться со своей паствой в форме сказочных притч.

Классический иудаизм долгое время принимал в штыки хасидизм, и рабби Нахман, который совершил паломничество на Святую землю и даже побывал в турецком плену, постоянно полемизировал с коллегами по профессии. Свои мысли он предпочитал излагать коротко и емко. Их и сегодня можно включать в любой словарь афоризмов. Вот всего несколько примеров.

— Позаботься о том, чтобы твои мысли находились там, где ты хочешь быть.

— Все, что происходит в мире, — это испытание, предназначение которого — дать свободу выбора. Выбирай с умом.

— Весь мир — это очень узкий мост. Не бойся ступить на него.

Умер Нахман сравнительно молодым, в 38 лет. Местом своего погребения он избрал не родной городок Брацлав, а Умань. Здесь за четыре года до его рождения во время религиозной смуты отряды под командованием украинских казаков Ивана Гонты и Максима Железняка перебили до 20 тысяч иноверцев: поляков-католиков, русских-униатов, но больше всего иудеев, скрывавшихся в местной крепости. Основатель хасидизма считал, что его могила поможет душам невинно убиенных единоверцев обрести покой. К этой теме он не раз возвращался в своих беседах. Дом, в котором прожил последние месяцы жизни рабби Нахман, выходил окнами на еврейское кладбище, где находилась братская могила жертв Уманской резни.

Ныне на Украине Гонту и Железняка считают героями, а в Умани им даже памятник поставлен. Приезжающие на могилу Нахмана хасиды его не видят. Они предпочитают селиться в другой части города, а если и выходят за «свою» территорию, то лишь на рынок да на экскурсию в Софиевку, один из самых красивых ландшафтных парков Европы. Его некогда обустроил граф Потоцкий для своей красавицы-жены.

Традиция встречать Новый год (в сентябре, естественно) в Умани установилась среди хасидов практически сразу после смерти Нахмана. Последователи его учения верили и верят до сих пор, что за несколько новогодних дней можно добиться в духовном росте большего, чем за целый год.

«Все мое — в Рош-ха-Шана», — гласил один из афоризмов Нахмана.

ЗАБВЕНИЕ СОВЕТСКОГО ПЕРИОДА

На протяжении почти семидесяти лет осуществлять традиционную встречу Нового года в Умани хасидам было весьма проблематично. Большинство последователей этого учения перекочевали в США или Палестину еще задолго до образования государства Израиль. Территория же старого еврейского кладбища в Умани в двадцатые годы прошлого века была отдана под застройку и огороды.

Могила рабби Нахмана чудом уцелела. Участок земли, на котором она находилась, при разделе кладбища выкупил местный еврей. Погребение оказалось за забором перед выстроенным им домом. Уже в тридцатые годы мало кто рисковал посещать это захоронение в соответствии с традицией в новогодние сентябрьские дни. Нарушение негласного запрета могло обернуться реальным тюремным сроком.

В годы «оттепели» некоторые богатые хасиды из Америки, на свой страх и риск прилетев в Киев, нанимали частную машину и отправлялись в Умань. Сотрудники, как принято говорить, компетентных органов были весьма компетентны по части еврейских праздников. На какие бы числа сентября ни выпадал Рош-ха-Шана, на подъезде к Умани машины с зарубежными гостями встречали милицейские кордоны.

Лишь перестройка и гласность открыли хасидам дорогу к их культовому месту. В 1988 году в Умань смогли свободно приехать несколько сотен паломников-хасидов. Традиция празднования Нового года у могилы рабби Нахмана возродилась, и с каждым годом в сентябре Умань, население которой в обычные дни составляет около 80 тысяч человек, встречает все больше гостей. Удивительно, но районный центр в Черкасской области принимает на несколько дней до 30 тысяч хасидов.

После обретения Украиной независимости первый президент «незалежной державы» Леонид Кравчук предоставил месту захоронения рабби Нахмана официальный статус историко-культурного центра. Хасиды выкупили землю, на которой расположена могила, и приступили к освоению Умани. Увидев такую активность, Кравчук дал добро на перезахоронение останков Нахмана в Израиле.

Правда, проект осуществить не удалось. Возмутилась местная еврейская община. Мол, сам Нахман завещал похоронить себя в Умани и никак не предполагал, что через несколько веков после его кончины возникнет государство Израиль. Многие хасиды сегодня считают, что лучшее место для могилы все-таки в Иерусалиме. Несколько лет назад двое отчаянных молодых парней попытались выкрасть останки. Помешала украинская милиция.

Для правоохранительных органов «незалежной державы» празднование Рош-ха-Шана превращается в серьезное испытание. Среди черкасских милиционеров популярна такая шутка: «Зэки отсчитывают срок своей отсидки по количеству встреченных на зоне праздников Пасхи, а мы срок службы — по еврейским Новым годам». Действительно, на период праздника на компактной территории в несколько кварталов собираются несколько десятков тысяч граждан других государств, которых очень трудно вписать в сегодняшние реалии и законы украинского государства.

Отдельного внимания удостаиваются местные хасиды, которые приехали в Умань на праздник и осели навсегда. Чаще всего по причинам, далеким от желания быть постоянно рядом с могилой рабби Нахмана. Многие скрываются от кредиторов, а кто-то и вовсе находится в Израиле или США в розыске. В общем, в сентябре для украинских милиционеров в Умани начинается горячая пора.

В лучших советских традициях накануне еврейского Нового года производится зачистка города от бомжей и наркоманов. Нужно же позаботиться об имидже культурного центра Украины в глазах зарубежных гостей! После этого сводный отряд правоохранительных органов численностью около двух тысяч человек перекрывает территорию компактного проживания хасидов на время праздников. Из числа местных жителей проникнуть на нее могут только те, кто предъявит штамп о прописке в паспорте либо выпишет в городском отделе милиции специальный пропуск. Проще на военную базу попасть.

ЗАРАБАТЫВАЮТ ВСЕ

Паломничество хасидов в Умань стало для украинцев разных вероисповеданий весьма прибыльным бизнесом. Первыми зарабатывают авиакомпании. В сентябре резко возрастает количество рейсов в Киев и Одессу из Израиля и США. Руководство аэропорта в Черкассах все последние годы пытается получить статус международного и принимать чартерные рейсы. Не тут-то было! Киевские чиновники, имеющие свои доходы от аэропорта Борисполь, не позволяют осуществить подобный проект.

После прилета в Борисполь (реже в аэропорт Одессы) хасиды попадают в руки перевозчиков, которые берутся доставить их в Умань. Те, кто побогаче, нанимают такси, кто победнее довольствуются специально выделенными автобусами. Одно время уманские таксисты хотели вторгнуться на этот золотой участок, но им популярно объяснили, кто в Борисполе хозяин. Тем, кто не понял, прокололи колеса. В лучшем случае представителям частного извоза с места погребения рабби Нахмана удается лишь отвезти гостей к обратному рейсу.

Такси или автобус довозят паломников до КПП, который ограничивает доступ на закрытую территорию. Украинская милиция предоставляет хасидам право выбора: либо тащить привезенные неподъемные баулы самим, либо нанимать грузчика, имеющего пропуск на закрытую территорию. Наличие такового предполагает наценку за работу. Багаж паломника действительно тяжелый. Не доверяя украинскому общепиту как в плане наличия продуктов, так в плане их кошерности, паломники везут с собой еду из Израиля или США.

Пройдя КПП, хасиды начинают искать жилье. Местные жители прекрасно это знают и на несколько новогодних дней охотно сдают свои дома и квартиры приезжим. Двухкомнатная квартира на 10 дней стоит 3–3,5 тысячи долларов. Многие уманцы выносят из своего жилья мебель и устанавливают двухъярусные кровати. Прибыль достигает десяти тысяч долларов. Цена на жилье зависит от близости к могиле рабби Нахмана и этажа. Ведь в шабат (это время с захода солнца в пятницу до его захода в субботу) хасиды не могут нажимать кнопку лифта.

Не могут они, согласно религиозным канонам, и зажигать огонь. Посему газовые конфорки в арендованных квартирах горят сутки напролет. Тем не менее желающих сдать свое жилье в хасидских районах Умани хоть отбавляй. Самое интересное, что построенный специально для паломников отель «Шаарей Цион» с кошерным рестораном внизу пустует. То ли цены на номера владельцы загнули, то ли какие-то внутренние разборки мешают, но факт остается фактом.

Требования же к арендуемому жилью у хасидов весьма высокие.

В доме или квартире не должно быть телевизора, радио, картин, портретов и женщин. Свет должен гореть круглосуточно, а в холодильнике не должна включаться и выключаться лампочка. С учетом повышения тарифов на ЖКХ в соответствии с политикой нового украинского руководства ответственным квартиросъемщикам и собственникам жилья в Умани нужно либо смириться с сокращением доходов, либо повышать цены. Предпочтение отдается второму варианту.

Стремятся заработать на празднике и торговцы. На рынке хасидам втюхивают стандартный набор «а-ля рус»: матрешки, балалайки, значки «Ударник коммунистического труда». Командированные для охраны общественного порядка черкасские милиционеры несколько лет подряд успешно сбывали паломникам свои фуражки, нашивки и фурнитуру.

В последние годы этот бизнес пришел в упадок. Видимо, в доме любого израильского или американского хасида уже есть фуражка украинского милиционера.

Пытаются что-то заработать и студенты факультета иностранных языков местного педагогического университета. Они готовы провести экскурсию по второй достопримечательности Умани — парку Софиевка. Как и во всех педагогических вузах, большинство студентов — девушки. Для них работа экскурсовода является достаточно рискованной. Хасиды почему-то считают, что все украинские женщины являются представительницами древнейшей в мире профессии.

ПРАЗДНИК К НАМ ПРИХОДИТ

Как и любое торжество, Рош-ха-Шана имеет тысячелетиями отработанный сценарий. В первый день праздника после полудня нужно обязательно прийти к какому-нибудь водоему: пруду, озеру, реке, морю.

В Умани действо происходит на берегу пруда у речки Каменка. Там произносится особая молитва. После слов «И ты бросишь в пучину морскую все грехи» участники ритуала вытряхивают содержимое карманов в воду, символически избавляясь от грехов прошлого года.

Перед совершением ритуала отнюдь не символически из карманов удаляют ценные вещи. Во всяком случае, после завершения праздника еще никому из уманцев не удавалось выудить из пруда доллары или шекели. Само ритуальное моление в водоеме, который местные жители называют «Пруд под пьяным селом», сопровождается пением и танцами. С большим удовольствием к действу присоединились бы и представители других конфессий, но подступы к пруду тщательно охраняются.

Обязательным условием для соблюдения обряда омовения является наличие в водоеме рыб. Считается, что они защищены от влияния дурного глаза, надежно укрыты толщей воды и благодаря этому пережили Всемирный потоп. В новогоднем меню обязательно должны присутствовать рыбные блюда.

На столе в дни Рош-ха-Шана должны быть и другие продукты, которые якобы приносят удачу. Это сладкое яблоко, которое едят, макая в мед, а также гранат. Его предназначение напомнить, что заслуги человека должны быть так же многочисленны, как гранатовые зерна. Еще один новогодний обычай — подавать на стол хлеб круглой формы. Она обозначает годовой цикл и круговой ход времени.

Местному общепиту религиозные гости не доверяют и на период праздника устраивают общественную столовую, способную принять одновременно несколько тысяч человек. С собой привозят не только раввинов, следящих за кошерностью пищи, но и лабораторию, способную проверить качество воды, продуктов и уже готовых блюд.

На деньги спонсоров в палаточном лагере паломников сооружается настоящая поликлиника, оборудованная по последнему слову техники. Бывали случаи, когда во время празднеств кому-то становилось плохо, но местную «скорую помощь» в хасидский квартал не пропускали. Сейчас обзавелись собственной машиной с немецкими номерами.

В хасидских кварталах открываются и специальные парикмахерские, причем посреди улицы. Хасиды в соответствии с заповедями Торы оставляют нетронутыми волосы на висках. Те самые пейсы, которые служат неизменным атрибутом карикатурных изображений. Перед Новым годом волосы они стригут, но пейсы — это святое.

Те, кому удается в Рош-ха-Шана проникнуть в хасидские кварталы Умани, удивляются практически полному отсутствию женщин. В иудаизме принято разделять представителей разных полов на время молитв, совершения обрядов и ритуальных трапез. В многотысячной толпе в чужом, в общем-то, месте сделать это не так-то просто. Хасиды решили эту проблему кардинально: просто не берут в паломнический тур женщин. Несколько десятков отважных представительниц прекрасного пола (в основном из эмансипированной Америки) все же проникают на праздник, но все ограничения стараются соблюдать.

В новогодний вечер хасиды меняют традиционные черные лапсердаки (еще один карикатурный атрибут) на белые одежды. Черкасские милиционеры тоже было обратились с просьбой выдавать им парадную форму, но их послали за финансированием к рабби Нахману. Когда поток празднично одетых людей устремляется к синагоге, знакомые и незнакомые люди поздравляют друг друга, обнимаются и целуются. С учетом того, что в толпе только мужчины, местные ревнители нравов сравнивают Рош-ха-Шану с гей-парадом и требуют запретить его празднование в Умани.

УМАНЬ — ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ

Регулярно выступают с заявлениями о недопустимости существования Израиля на украинской земле представители националистической партии «Свобода». В качестве аргументов приводятся наглость хасидов, которые могут выгнать с рынка торгующую там женщину и даже избить появившуюся в их владениях украинскую дивчину в мини-юбке. После отъезда паломников в Умани остаются горы мусора и десятки заявлений местных жителей в милицию. Хода им, как правило, не дают, ведь город фактически 11 месяцев живет с доходов, которые приносит еврейский Новый год.

В это время гривна в Умани просто не в ходу. В хасидских кварталах расчеты идут только в долларах, да и между собой местные жители предпочитают совершать сделки в «зеленых». Давно бы перезахоронили рабби Нахмана в Израиле, но коммерческие интересы берут свое. Рош-ха-Шана ждут с нетерпением и готовы смириться с некоторыми неудобствами.

Да и с самой могилой все не так просто. Надгробный камень был найден во дворе дома, который после Второй мировой войны перешел во владение украинской семьи. Предприимчивая старушка, дожившая до эпохи паломничества в Умань хасидов, пускала их за деньги во двор, но категорически отказывалась продавать дом. Лишь после ее смерти внук согласился на два миллиона условных единиц. После этого парень исчез, и заговорили даже о коварном убийстве. Только спустя некоторое время он объявился живой, здоровый и богатый.

Рядом с могилой Нахмана хотели построить огромную синагогу, способную вместить до шести тысяч паломников. Были начаты работы, но хасиды не расплатились с подрядчиком. Суд постановил продать землю с аукциона. Это вызвало волну протестов со стороны еврейских организаций. В конце концов дело замяли, но синагогу так и не построили. Теперь строят паломнический центр.

Нельзя сказать, что в самом Израиле хасидов очень любят. Они выделяются на общем фоне, настаивая на соблюдении своих религиозных канонов. В частности, не служат в армии. Многие жители Хайфы и Иерусалима возмущаются: мол, наши сыновья и дочери рискуют жизнью, чтобы люди в лапсердаках и с пейсами могли молиться.

Сами хасиды относятся к таким разговорам философски. В случае нападения арабских армий на Израиль они готовы переехать в Умань. Благо там им создан режим наибольшего благоприятствования.


5 сентября 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
107357
Сергей Леонов
94649
Виктор Фишман
76387
Владислав Фирсов
71762
Борис Ходоровский
67847
Богдан Виноградов
54495
Дмитрий Митюрин
43706
Сергей Леонов
38604
Татьяна Алексеева
37633
Роман Данилко
36695
Александр Егоров
33830
Светлана Белоусова
32938
Борис Кронер
32871
Наталья Матвеева
30867
Наталья Дементьева
30377
Феликс Зинько
29823