Миссии в Москве и Лондоне
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«Секретные материалы 20 века» №19(379), 2013
Миссии в Москве и Лондоне
Валерий Нечипоренко
журналист
Санкт-Петербург
328
Миссии в Москве и Лондоне
Василий Зарубин и Иван Чичаев

В жаркий августовский день 1941 года, когда в западных районах СССР шли тяжелейшие бои с агрессором, первый заместитель наркома внутренних дел генерал Всеволод Николаевич Меркулов вызвал в свой кабинет двух опытнейших разведчиков, полковников госбезопасности, прошедших нелегкую школу нелегальной работы за рубежом. Одним из них был Василий Михайлович Зарубин, вторым – Иван Андреевич Чичаев, который только что вернулся из Новосибирска, где по заданию руководства обустраивал эвакуированные семьи сотрудников центрального аппарата. То, о чем сообщил своим подчиненным Меркулов, звучало непривычно даже в условиях мировой войны…

ПЕРЕГОВОРЫ БЕЗ ПЕРЕВОДЧИКА

Некоторое время назад посол Великобритании в СССР Криппс от имени своего правительства предложил Кремлю наладить сотрудничество британской и советской разведок в их борьбе против фашистских спецслужб. Идея получила одобрение Сталина. Для ведения переговоров и выработки основных позиций соглашения в Москву уже прибыл полковник британской разведки Гиннес. Зарубину и Чичаеву поручалось вести эти переговоры от советской стороны, благо оба владели английским языком.

Первая встреча состоялась в британском посольстве 14 августа. Зарубин был представлен англичанам как генерал Николаев, Чичаев – под своей фамилией. Переговоры велись в сверхсекретной обстановке, без переводчика и секретаря. Кроме уже названных лиц, об истинном содержании достигнутых договоренностей знали только Сталин, Молотов и Берия.

В итоге было подписано соглашение, согласно которому обе стороны обязывались оказывать помощь друг другу в обмене информацией по Германии и ее сателлитам, координировать проведение диверсий, заброску агентов на оккупированные территории и организацию радиосвязи с ними. Для координации действий в Москве и Лондоне учреждались особые миссии.

Уже в сентябре в Москву прибыла британская миссия во главе с ветераном «тайной войны» Джорджем Хиллом. К этому колоритному персонажу мы еще вернемся. Пока же лишь отметим, что в Москве его партнером по оперативной работе стал «полковник Осипов» – генерал-майор госбезопасности Гайк Овакимян.

В сентябре же в Лондон прибыла советская миссия, руководителем которой был назначен Чичаев.

Официально он являлся поверенным в делах при находившихся в Лондоне эмигрантских правительствах европейских стран, оккупированных Германией и Италией. Англичане, естественно, не афишировали его истинной роли. Для оперативных контактов с «московскими гостями» англичане создали особую группу во главе с полковником Гейскеллом.

Встречи проходили на конспиративной квартире британских спецслужб либо в здании советского представительства. Насколько успешно развивалось сотрудничество двух разведок, сама идея которого еще недавно казалась невозможной? Прежде чем коснуться этой малоизвестной темы, расскажем вкратце о руководителях миссий – Чичаеве и Хилле.

РАЗВЕДЧИК ПОД ДИПЛОМАТИЧЕСКОЙ «КРЫШЕЙ»

Крестьянский сын Чичаев был родом из мордовской глубинки. Его молодость пришлась на период Первой мировой войны, весть о которой он встретил в Москве. Вскоре Ивана призвали в армию. Служил он в городе Инсар, в запасном батальоне, а боевое крещение принял на Юго-Западном фронте. Однополчане избрали его членом солдатского комитета. После октябрьских событий 1917 года Чичаев вернулся в родные края «для установления Советской власти в Мордовии».

В мае 1919-го 22-летний молодой человек стал чекистом, возглавив ревкомиссию, а также транспортную ЧК станции Рузаевка. Весной 1923 года его перевели в Москву, где назначили начальником Московского отделения транспортной ЧК Октябрьской железной дороги. Его давний знакомый, большевик с дореволюционным стажем Васильев, получил назначение полпредом СССР в Монголии. Васильев предложил толковому, сообразительному молодому человеку поехать с ним в эту далекую степную страну, испытать себя на поприще дипломатии. Правда, для окончательного согласования вопроса Васильеву пришлось лично обратиться к Дзержинскому.

Тот дал добро, и Чичаева перевели в наркомат иностранных дел.

1927 год. Чичаев снова едет на Дальний Восток, теперь уже как генеральный консул СССР в Сеуле и одновременно резидент ОГПУ в Корее. В тот период страна была фактически оккупирована Японией. В Сеуле Чичаев завербовал сотрудника японских спецслужб, который, мечтая открыть свою торговую лавочку, влез в крупные долги. От этого источника поступала ценная информация о японской агентуре на советском Дальнем Востоке, о сотрудничестве с японцами окопавшихся в местных краях белогвардейцев, об осведомителях японской разведки из числа обслуживающего персонала посольства.

Но, пожалуй, особый интерес представлял добытый источником так называемый «Меморандум Танаки» – сверхсекретное письмо генерала, барона, премьер-министра Японии Танаки японскому императору Хирохито. В меморандуме излагались основные направления внешней политики возглавляемого Танакой кабинета министров на длительный период. В частности, генерал планировал «вновь скрестить мечи с Россией». В этом документе также говорилось: «Япония не сможет устранить свои затруднения в Восточной Азии, если не будет проводить политику «крови и железа». Поэтому мы должны установить контроль над Китаем и Соединенными Штатами Америки. Имея в своем распоряжении все ресурсы Китая, мы перейдем к завоеванию Индии, стран бассейна Тихого океана, Малой и Центральной Азии и, наконец, Европы. Продвижение нашей страны в ближайшем будущем в район Северной Маньчжурии приведет к неминуемому конфликту с красной Россией».

Наша разведка через подставных лиц опубликовала этот документ в американской печати. Разразился грандиозный международный скандал.

С 1932-го по 1935 год Чичаев работает под дипломатическим прикрытием в Выборге (тогда он принадлежал Финляндии) и Таллине. Затем возвращается в Москву, в центральный аппарат. Это был период большой чистки. Из-за рубежа вызывали лучших резидентов, а затем многие из них исчезали неведомо куда. Да и среди штатного состава самой Лубянки оставалось все меньше знакомых лиц. «Я был почти единственным из старых работников, кто не был репрессирован», – вспоминал позднее Иван Андреевич.

В августе 38-го он выехал в Ригу с заданием «разобраться в обстановке». Президент, он же премьер-министр Латвии Ульманис, проводил политику сближения с фашистской Германией. Поклонники Гитлера открыто маршировали по улицам Риги. Но были в Латвии и другие политические силы, не желавшие держать равнение на Берлин. После нападения Гитлера на Польшу Ульманису пришлось заключить с СССР договор о взаимопомощи. Советский Союз получил право создавать на территории Латвии военные базы. В конечном итоге эта прибалтийская республика, как и две ее соседки, вскоре вошла в состав СССР. Надо полагать, одним из тех, кто скрытно влиял на развитие событий, был советский резидент Иван Чичаев.

В октябре 1940-го последовало новое назначение: резидентом в Стокгольме. Летом 41-го его снова отозвали в Центр. В Москву он прибыл в субботу 21 июня…

ВЕТЕРАН «ТАЙНОЙ ВОЙНЫ»

По поводу назначения Джорджа Хилла руководителем британской миссии Ким Филби заметил: «Русские приняли это назначение с восторгом. Они знали о Хилле все». Надо полагать, Хилл и сам отлично осознавал это, а потому ничего не скрывал в своих анкетах, необходимых для получения визы. Кроме анкет, британский разведчик представил две свои книги под названием «Моя шпионская жизнь». Одна из них была издана в 1926 году в Великобритании, вторая – дополненный вариант первой – вышла в Париже в 1931-м.

Отец британского разведчика – Фредерик Уильям Хилл родился в Петербурге, вел торговлю с Востоком, имел свой бизнес. Жил бы себе в России и дальше, но тут случился незабываемый 1917 год…

Отец много путешествовал по торговым делам, и, надо полагать, по этой причине Джордж появился на свет не в Петербурге, а на берегах Темзы, в Лондоне. Произошло это в 1893 году.

Когда разразилась Первая мировая война, 20-летний Джордж находился в Канаде. Пройдя курс спецподготовки, он оказался во Франции в качестве военного разведчика. Участвовал в вылазках за «языками», допрашивал пленных, ловил шпионов. После полученного ранения его произвели в офицеры и откомандировали в штаб-квартиру СИС.

Затем Греция, Египет, Ближний Восток, среди песков которого он познакомился с Лоуренсом Аравийским. Июнь 1917-го, новое назначение – Россия, цель задания – не допустить выхода союзника из войны.

Капитан Хилл не был агентом-одиночкой. В России Керенского он действовал под началом резидента СИС полковника Джо Бойла, совместно с известным разведчиком Полом Дьюксом, а также целой командой помощников.

Хилл был свидетелем развала русской армии и октябрьских событий 1917-го. Вплоть до того дня, когда большевики подписали Брестский мир, Хилл и его помощники активно общались с представителями советской власти. Как следует из мемуаров, и в Петрограде, и в Москве у СИС имелась разветвленная сеть агентуры, осведомители британцев находились даже в ЧК и в Кремле. В своих воспоминаниях Хилл откровенно признается, что находился в гуще событий в период мятежа левых эсеров 6 июля 1918 года, участвовал в «заговоре послов», после провала которого перешел на нелегальное положение.

Оставаясь убежденным антикоммунистом, Хилл называет версию о «золоте кайзера» фальшивкой, подчеркивая, что не Ленин, а его противники получали деньги от немцев. Миссия Хилла в России не закончилась даже после капитуляции Германии. Через некоторое время разведчик оказался в ставке Деникина. На его глазах Белое движение стремительно катилось к катастрофе. В начале 1920-го, перед освобождением большевиками Одессы, Хилла назначили британским политическим комиссаром. Но пора уже было паковать вещи.

Из Одессы Хилл бежал в Константинополь, оттуда в Грецию. Этим эпизодом завершаются мемуары, но отнюдь не шпионская карьера героя. В анкете Хилл указал, что в последующие годы он посещал Варшаву, Ригу, Хельсинки и другие столицы стран, пограничных с СССР, и только в 1926 году официально уволился из СИС.

Однако в апреле 1939-го, когда горизонт уже заволокло пороховыми тучами, его вновь призвали под знамена секретной службы, не без содействия его старинного друга, премьера Уинстона Черчилля.

И вот он, Джордж Хилл, снова на родине своего отца, после более чем 20-летнего перерыва…

СКУДНЫЕ ПЛОДЫ

В «Очерках истории российской внешней разведки» скупо говорится том, что в начале 42-го года в Англию начали прибывать наши агенты-диверсанты, подготовленные Центром для работы в Германии и оккупированных ею странах. Их доставляли на самолетах и судах группами по два-четыре человека. «Гостей» англичане размещали на конспиративных квартирах, снабжали их продуктами, необходимой экипировкой. Наши разведчики проходили дополнительную подготовку: прыгали с парашютом, учились ориентироваться по немецким картам.

Вместе с тем англичане словно бы испытывали посланцев Лубянки на прочность: вели прослушку, сводили якобы случайно с женщинами легкого поведения, склоняли к отказу от выполнения задания.

Чичаеву то и дело приходилось выступать с протестами. Уже в апреле 42-го он сообщал в Москву: «Затягивание заброски, отказ снабжать нас немецкой документацией, нежелание производить переброску в отдаленные районы, наконец, повторение несчастных случаев – все это выглядит подозрительно и свидетельствует о саботаже». Были случаи, когда англичане пытались завербовать наших агентов, специально портили документы.

За весь период действия соглашения в Англию было отправлено 36 советских агентов. Из них 29 были заброшены с помощью британской разведки во вражеский тыл, в том числе: девять во Францию, трое в Австрию, по два в Германию, Бельгию и Голландию, один в Северную Италию. Трое диверсантов погибли во время полета, четверо – возвращены в СССР (по другим данным, дезертировали).

Какой же урон удалось нанести врагу? Вот что говорится об этом в тех же «Очерках…»: «Каких-либо сведений о судьбе выведенных в европейские страны агентов в архивах Службы внешней разведки не имеется. Лишь в отношении некоторых в документах есть пометки типа: «Высажен, но связи нет».

Что касается высадки британских агентов при содействии Москвы, то в официальной истории УСО (Управление специальных операций) на этот счет приводится лишь одно имя. Это Рональд Сет, сброшенный с парашютом на территорию Эстонии.

Словом, сотрудничество двух союзных разведок явно не задалось. Не удивительно, что появился документ за подписью Берия и Меркулова, где констатировалось: «За период совместной работы каких-либо существенных результатов это соглашение не дало, а наоборот, в ряде случаев англичане нелояльно относились к проведению намеченных мероприятий… Полагает целесообразным предложение генерала Хилла о заключении нового соглашения отклонить». Резолюция Молотова: «Не имею возражений». Дата – 22 марта 1945 года.

Однако не будем торопиться с окончательными выводами. Ибо в тот же период, в рамках того же соглашения разведки двух держав-союзниц сотрудничали также в Афганистане, и вот здесь-то их совместные действия носили совершенно иной характер.

ДУЭЛЬ В КАБУЛЕ

Подобно горной Швейцарии в Европе, Афганистан, через который издревле проходили главные караванные пути с Востока на Запад и с Юга на Север, веками был центром шпионажа в своем регионе. В 1941 году в Кабуле действовали пять немецких резидентур. Главную из них в посольстве Германии возглавлял матерый мастер шпионажа, тонкий знаток восточных традиций Расмус. Кроме Абвера, в Афганистане обосновались агенты других германских спецслужб – внешней разведки и гестапо, а также итальянские и японские асы «тайной войны».

Немцы легко входили в доверие к аборигенам, ненавидевшим англичан, «на корню» покупали местных чиновников. На Абвер шпионили многие немецкие специалисты и инструкторы, работавшие на стройках, предприятиях, в сельском хозяйстве, в афганской армии и учебных заведениях.

В Афганистане немцы преследовали двойную цель. С одной стороны, они будоражили мятежные пуштунские племена, кочевавшие между Афганистаном и северными районами Британской Индии. Англичане вынуждены были держать на границе 40-тысячный воинский контингент, танки и авиацию и все равно не могли подавить восстание горцев. После того как пуштуны начали получать финансовую помощь из Германии и Италии, трудности англичан еще более возросли.

Лондон понимал, что нужно положить конец деятельности германских спецслужб в Афганистане, но в одиночку справиться с этой задачей уже не мог.

Второй целью германских шпионов в Кабуле был СССР. Абвер установил связи с главарями среднеазиатской эмиграции, басмаческого движения и с их помощью создавал вооруженные банды, которые совершали вылазки на советско-афганскую границу, убивали советских пограничников и даже вторгались на нашу территорию.

Великобритания и СССР, совсем еще недавно являвшиеся заклятыми врагами в центрально-азиатском регионе, поневоле оказались вовлеченными в тайную схватку с общим сильным врагом, для победы над которым целесообразно было объединить усилия. Решение этой задачи стало реальным после подписания соглашения в Москве. Обменявшись секретной информацией, каждая из разведок представила своему правительству сводные данные. В результате Москва и Лондон смогли оказать мощное давление на Кабул и вынудить афганское правительство выслать из страны всех подданных Германии и Италии, не имевших дипломатического статуса. В результате у Германии из пяти резидентур в строю осталась только одна, руководимая Расмусом.

В скором времени советская разведка сумела перевербовать резидента Абвера в Индии Бхагат Рама Тальзара, а также резидента германских спецслужб в басмаческих кругах Махмуд-бека. Эти источники предоставили списки осведомителей Абвера из числа местных жителей.

У англичан имелся собственный «джокер в рукаве», который предоставил аналогичный список по своим каналам. В результате Москва и Лондон снова выступили с совместным демаршем, вынудив афганские власти произвести массовые аресты лиц, сотрудничавших с разведками Германии и Италии.

Фактически к январю 1943 года агентурные сети спецслужб держав «оси» в Афганистане были разгромлены. А через несколько месяцев наступил финал. Афганские власти, опять же под давлением СССР и Великобритании, выслали из страны ряд германских шпионов-дипломатов, в том числе главного радиста посольства Витцеля, за деятельность, несовместимую с их статусом. Расмусу пришлось спасаться бегством.

Как видим, в Афганистане советская и британская разведки эффективно сотрудничали в течение практически всего военного периода. Благодаря их согласованным, слаженным действиям, германские, а также итальянские и японские спецслужбы потерпели в древней стране сокрушительное фиаско.

БОЛЬШАЯ ШПИОНСКАЯ ИГРА

Но если англичане саботировали проведение совместных акций в Западной Европе, то зачем же они сами предложили Москве заключить соглашение о сотрудничестве в сфере «тайной войны»? Ведь это была их инициатива. Рассекреченные документы не дают прямого ответа на этот вопрос.

Однако существует версия, которая, несмотря на свою, скажем так, парадоксальность, расставляет в этой истории все точки над «и». Если проследить за хронологией зарождения идеи о сотрудничестве спецслужб, то нетрудно убедиться, что ее истоки берут начало в Афганистане, который, в свою очередь, является воротами в Британскую Индию.

Именно желание сохранить эти ворота в неприкосновенности, отвести от них нацистскую угрозу, равно как и осознание фактора нехватки собственных сил для защиты этого рубежа, побудило Лондон искать помощи советских спецслужб. Слишком уж ценный приз стоял на кону – Индия, «жемчужина британской короны». Почему же англичане прямо не сказали русским о своих афганских тревогах?

Скорее всего, Лондон опасался, что Сталин, почуяв слабинку, потребует от союзника слишком высокой платы за оказанные услуги. По этой причине британцы решили «спрятать лист в лесу», замаскировать свой афганский интерес в ряду многочисленных вопросов, вытекавших из широкомасштабного сотрудничества. Такая большая, многоходовая шпионская игра…

Англичане по возможности честно выполняли соглашение, но только в Афганистане, где без содействия Москвы им было не обойтись. Что же касается Западной Европы, то Лондон ни в коей мере не собирался укреплять позиции советских спецслужб на европейском континенте и почти открыто демонстрировал это.

Скрытый подтекст заключался и в предложении генерала Хилла, сделанном им от имени британского правительства весной 1945 года, о продлении срока действия соглашения.

Казалось бы, зачем? Ведь Третий рейх был уже обречен.

Но в том-то и дело, что у англичан голова болела совсем по другому поводу. Спавший индийский гигант определенно пробуждался. В Лондоне знали, что у советской разведки есть надежные источники как среди пуштунских племен, так и в рядах индийских националистов. В случае продления соглашения англичане могли рассчитывать на то, что русские поделятся с ними информацией по этой части. Но Кремль, видимо, раскусив игру, ответил отказом.

В мае 1945 года Чичаев получил назначение в Прагу, в качестве резидента и советника НКГБ под прикрытием должности Чрезвычайного и Полномочного посланника СССР в Чехословацкой Республике. Это назначение вытекало из логики событий, ведь Чичаев хорошо знал членов чехословацкого эмигрантского правительства, которые после войны вернулись на родину. В Чехословакии назревала схватка за власть между левыми и прозападными силами. Страну наводнили американские граждане чехословацкого происхождения, которые назначались на важные государственные посты. Активно действовали американская и британская разведки, вербовавшие агентуру среди местных политиков.

В мае 46-го в Праге объявился наш старый знакомый Джордж Хилл в качестве представителя британской гражданской авиакомпании. После 1948 года, когда в Чехословакии победили коммунисты, его следы затерялись где-то в Европе…

Что касается Чичаева, то он вернулся в Москву в 1947 году, занимал ответственные должности в Комитете информации (внешняя разведка). В 1952-м после перенесенного инфаркта вышел на пенсию. Выступал с лекциями, занимался литературным трудом, написал три книги, множество очерков и статей. Кавалер целого ряда орденов СССР, Иван Андреевич Чичаев скончался в ноябре 1984 года в Москве.


6 сентября 2013


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
90841
Сергей Леонов
77971
Виктор Фишман
72926
Борис Ходоровский
64746
Богдан Виноградов
51694
Дмитрий Митюрин
39956
Сергей Леонов
35608
Роман Данилко
33584
Борис Кронер
25347
Александр Егоров
24803
Светлана Белоусова
23574
Наталья Матвеева
23477
Татьяна Алексеева
23219
Светлана Белоусова
23129
Борис Ходоровский
20236