«Морской старт» возвращается
НАУКА
«Секретные материалы 20 века» №18(404), 2014
«Морской старт» возвращается
Александр Железняков
журналист
Санкт-Петербург
410
«Морской старт» возвращается
Стартовая платформа Odyssey и сборочно-командное судно Sea Launch Commander в порту

26 мая 2014 года из экваториальной зоны Тихого океана с морской платформы «Одиссей» стартовыми расчетами компании «Си Лонч» был выполнен успешный пуск ракеты-носителя «Зенит-3SL» с разгонным блоком «ДМ-SL» и европейским телекоммуникационным спутником EUTELSAT-3B.

Космический аппарат успешно отделился от «разгонника» и вышел на расчетную орбиту.

Это событие означает, что после более чем годового перерыва на мировой рынок космических запусков возвратился один из самых амбициозных и перспективных игроков.

Для начала немного истории. Сама по себе идея создания iморского космодрома не нова. Еще в середине 1960-х в Италии при помощи Соединенных Штатов была построена морская стартовая платформа «Сан Марко». Она бросила свой якорь в Индийском океане, в пяти километрах от кенийского побережья, недалеко от города Малинди.

Более десяти лет платформа служила местом старта американских ракет-носителей легкого класса «Скаут». Всего было запущено девять ракет, которые вывели на околоземную орбиту десять научно-исследовательских спутников итальянского и американского производства.

Однако в конце 1970-х от использования «Сан Марко» было решено отказаться – модернизировать платформу для пусков тяжелых носителей оказалось невыгодно, а спрос на запуски спутников с помощью легких ракет тогда практически сошел на нет. Сейчас, когда появилась «мода» на запуски наноспутников, вероятно, решение было бы иным. Но в те годы в космонавтике господствовали иные тенденции, и они-то определили судьбу итальянского космодрома.

В 1988 году «Сан Марко» был законсервирован. Заметьте, не ликвидирован, не утилизирован, не заброшен, а именно законсервирован. При желании его достаточно быстро можно вновь ввести в строй действующих.

Вновь к идее создания морского старта вернулись в начале 1990-х. Любопытно, что родилась она из замысла, не имеющего никакого отношения к коммерческому использованию ракет-носителей. К тому времени уже достаточно остро стоял вопрос о захоронении радиоактивных отходов. Это было актуально не только для нашей, но и для многих других стран.

Сначала предполагалось использовать ракеты типа «Энергия» для доставки отходов на орбиту захоронения или на траекторию полета к Солнцу. Во время одного пуска можно было утилизировать до 40 тонн. Десяток пусков в год… и экологи могли бы спать спокойно.

Однако «Энергию» можно было запускать только с наземных стартовых комплексов, что создавало реальную угрозу жителям тех районов, над которыми проходила трасса выведения. Самым лучшим выходом был бы пуск из акватории Мирового океана. В случае аварии контейнер с отходами отделялся бы от носителя и приводнялся на поверхность океана, откуда его несложно было эвакуировать.

Правда, для пусков с морской поверхности «Энергия» не подходила – слишком велика была. А если все-таки строить стартовую платформу для «звезды советской космонавтики», так еще и непомерно дорога.

Распад Советского Союза поставил крест на первоначальном замысле, но имевшиеся к тому времени наработки было решено использовать в других проектах. Так начала формироваться идея коммерческого использования морской стартовой платформы для запуска спутников связи.

В 1991–1992 годах специалисты РКК «Энергия» (тогда еще НПО «Энергия») совместно с представителями ряда предприятий России провели предварительные исследования по проблеме создания морского стартового комплекса на базе крупнотоннажных средств отечественного морского флота для современных ракет-носителей. В отличие от «Сан Марко», российский проект предусматривал не постоянную дислокацию платформы в месте старта, а ее самостоятельный переход из порта базирования в район пуска. Это позволяло выбирать место старта и производить пуски на орбиты с любым наклонением.

Экономический кризис, захлестнувший в те годы Россию, заставил отказаться от реализации проекта в национальном масштабе. Но идея заинтересовала другие страны, которые были сильны в космонавтике и мореплавании. Так родилась международная кооперация.

В 1993 году проект создания космодрома морского базирования был обсужден на встрече российских специалистов с представителями компании «Боинг», а в ноябре того же года в финском городе Турку будущие партнеры («Боинг», «Энергия» и норвежская компания «Кварнер») подписали рамочное соглашение о совместных работах в этом направлении. В марте 1994-го к работам подключилось украинское НПО «Южное».

Для реализации проекта 4 мая 1995 года был образован международный консорциум «Си Лонч». Его учредителями выступили американская компания «Боинг», вложившая 40 процентов уставного капитала и взявшая на себя проведение работ по маркетингу и интеграции проекта, поставкам обтекателя и адаптеров полезных грузов, организацию и строительство берегового комплекса базирования в порту Лонг-Бич в штате Калифорния; российская РКК «Энергия» с 25 процентами уставного капитала и обязанностями по установке оборудования ракетного сегмента на стартовом комплексе, изготовлению разгонного блока «ДМ-SL» для выведения полезной нагрузки на геостационарную орбиту, управлению полетом блока из подмосковного центра в городе Королеве; норвежская «Кварнер» (20 % уставного капитала) – создание морской стартовой платформы; украинские ГКБ «Южное» («Пiвденне») и ПО «Южмаш» («Пiвденьмаш») (15 % уставного капитала) – поставки первых двух ступеней ракеты-носителя «Зенит-3SL».

Обратите внимание на распределение долей в совместном предприятии. Потом оно будет меняться, что в определенный момент станет камнем преткновения между партнерами.

Ракетно-космический комплекс морского базирования должен был обеспечивать выведение космических аппаратов на геостационарную орбиту (до 2,9 тонны), на переходную к геостационарной орбиту (до 5,7 тонны), на среднюю круговую орбиту высотой 10 000 километров (до 3,75 тонны), на низкую орбиту (11–14 тонн). Правда, на низкую и среднюю круговую орбиту спутники так никогда и не выводились. И такие запуски пока не планируются. Но возможность сохраняется и, может быть, когда-нибудь и пригодится.

В последующие три года участниками проекта был создан комплекс морского базирования, в который вошли стартовая платформа «Одиссей» и сборочно-командное судно «Си Лонч Коммандер», а также береговой комплекс в порту Лонг-Бич.

На платформе «Одиссей» размещено оборудование стартового комплекса, которое обеспечивает хранение ракет-носителей во время перехода из порта базирования, подачу и установку ракеты на пусковом столе, ее заправку, предстартовую подготовку и пуск. Она построена на базе платформы для нефтедобычи на верфи «Розенберг» в норвежском городе Ставангер. Монтаж ракетных систем, пускового и вспомогательного оборудования проводился на верфи «Кварнер-Выборг-Верфь» в городе Выборг в Ленинградской области. На «Одиссее» могут размещаться 68 человек экипажа и обслуживающего персонала. Для них предусмотрены жилые помещения, столовая и медицинский пункт.

Технический комплекс на «Си Лонч Коммандер» предназначен для приема ступеней ракет-носителей, разгонных блоков и космических аппаратов, их сборку, испытания и передачу на стартовую платформу. Судно построено на верфи компании «Кварнер» в шотландском городе Глазго. Монтаж ракетных систем и оборудования проводился на Канонерском судоремонтном заводе в Санкт-Петербурге. На судне можно разместить до 240 человек, в распоряжении которых имеются конференц-зал, кинотеатр, кафетерии, комнаты для отдыха, тренажерный зал, бассейн, пункты питания и медицинского обслуживания.

Базовый порт для кораблей морского космодрома располагается в Лонг-Бич, на западном побережье США, в непосредственной близости от заводов компаний, производящих спутники. Назначение порта – подготовка космических аппаратов, хранение ступеней ракеты-носителя и разгонных блоков, обеспечение швартовки стартовой платформы и сборочно-командного судна, заправки их компонентами топлива и газами, поддержка операций по сборке и испытаниям космической ракеты.

Первый ракетный пуск с морского космодрома «Си Лонч» состоялся 28 марта 1999 года. Ни одна из компаний, занимающихся изготовлением и выведением на орбиту спутников связи, не рискнула разместить свой дорогостоящий груз на ракете во время первого старта. Поэтому на околоземную орбиту был доставлен габаритно-весовой макет, который изготовил один из участников проекта – компания «Боинг». Пуск прошел успешно, что усилило позиции «Си Лонч» и сразу же превратило компанию в одного из активнейших игроков на мировом рынке пусковых услуг.

Немаловажную роль в первоначальном успехе сыграл и тот факт, что низкие внутренние цены в России и на Украине на продукцию ракетно-космических отраслей двух стран обеспечили низкую стоимость пусковых услуг, что позволяло «Си Лонч» активно конкурировать с другими поставщиками.

Коммерческая эксплуатация морского космодрома началась 10 октября 1999 года, когда на орбиту был выведен спутник связи «ДирекТВ 1-R». До конца 2006 года было осуществлено 23 пуска. Большая часть – успешно. Но были и неудачи. Так, 12 марта 2000 года (это был третий по счету старт с морского космодрома) на 471-й секунде полета произошла авария второй ступени ракеты-носителя «Зенит-3SL». В результате ракета вместе с телекоммуникационным спутником ICOF-1 упала в воды Тихого океана. Проблемы возникли и 29 июня 2004 года, когда с морского космодрома был запущен китайский спутник связи «Апстар-5». Из-за нештатной работы разгонного блока «ДМ-SL» (при повторном включении двигатель отработал менее положенного времени) спутник был выведен на нерасчетную орбиту. Потери космического аппарата удалось избежать благодаря тому, что в бортовой двигательной установке имелись солидные запасы топлива. На рабочую орбиту спутник добрался с помощью собственных двигателей. Правда, на орбите он функционировал меньше первоначально рассчитанного срока. Но это уже не те потери, как если бы аппарат вообще не добрался до орбиты.

Высокая надежность, которую показала ракета-носитель «Зенит-3SL», длинная череда успешных пусков с морского космодрома, относительно низкая стоимость пусковых услуг привели к тому, что у «Си Лонч» не было отбоя от заказов. К началу 2007-го в портфеле компании были десятки заявок на запуски телекоммуникационных спутников на геостационарную орбиту. Менеджеры проекта всерьез задумывались об увеличении интенсивности пусков (ежегодно 10–12 ракет), что позволяло бы сделать проект сверхприбыльным (прибыльным он становился уже при шести пусках ежегодно). На «Южмаше» стали готовиться к расширению производства носителей.

Но ситуация изменилась в одночасье, когда очередной «Зенит» с голландским спутником связи на борту взорвался посреди Тихого океана. Об этом событии я хочу рассказать подробнее.

Подготовка к запуску ракеты-носителя «Зенит-3SL» с телекоммуникационным спутником NSS-8, принадлежащим голландской компании «Нью Скайс», шла непросто. Изначально старт был запланирован еще на 2006 год. Однако сделать это до новогодних праздников не удалось. То мешала погода, то возникали непредвиденные технические проблемы, то мучили организационные неурядицы – возникли трения между участниками консорциума. Наконец в середине января 2007-го суда морского космодрома покинули Лонг-Бич и взяли курс к месту старта. Переход занял около недели, после чего специалисты компании «Си Лонч» приступили к непосредственной подготовке пуска, который назначили на 25 января. Но и в тот день запустить ракету не удалось – испортилась погода. Сначала старт отложили на сутки, потом еще на двое, затем еще на 24 часа. В конце концов с учетом всех факторов, как погодных, так и технических, решили, что запуск состоится поздним вечером 30 января (в Москве уже должны были наступить следующие сутки).

За пять часов до запуска последний специалист покинул платформу «Одиссей» и перебрался на командное судно. Все дальнейшие операции по предстартовой подготовке вела автоматика. Это одна из особенностей морского старта, которая была заложена еще на этапе проектирования. Сделано это в целях безопасности персонала, и, как показали дальнейшие события того дня, такая мера позволила избежать трагедии и превратить взрыв носителя лишь в «крайне неприятный инцидент».

Последние предстартовые часы и минуты были спокойными. Телеметрическая информация, поступавшая на борт командного судна, показывала соответствие всех параметров сделанным предварительным расчетам. Не было зафиксировано никаких отклонений, которые могли бы насторожить специалистов и заставили бы их вмешаться в деятельность автоматики.

И вот наступил момент пуска. Еще пара секунд, и ракета должна была покинуть борт судна, устремившись ввысь. Поверьте, это волнующий миг. Сколько бы раз вам ни довелось наблюдать за ракетным пуском, вы никогда не сможете привыкнуть. И каждый раз будете с трепетом следить за полетом ракеты, уходящей к звездам.

Наконец прозвучала долгожданная команда «Пуск», заработали двигатели первой ступени, стартовую платформу окутали клубы дыма. Но взлетающей ракеты зрители, а таковых благодаря Интернету было немало, так и не увидели. Спустя всего мгновение после команды произошел мощный взрыв, и огненный шар скрыл «Одиссей» от взоров находившихся на борту «Си Лонч Коммандер».

Когда пожар потух, а дым рассеялся, стало ясно, что могло быть и хуже. По крайней мере, платформа находилась на плаву и со стороны казалась неповрежденной. Позже, когда аварийные команды поднялись на борт «Одиссея», они смогли оценить последствия аварии. Хотя они были не катастрофические, но достаточно существенные: треснул стартовый стол, разрушилось пусковое устройство, выгорели надстройки. Но, и это самое главное, никто не пострадал.

Рассказывая об аварии, нельзя не обратить внимания на то, как российские средства массовой информации освещали события, связанные с этой аварией. Не секрет, что в последние годы, когда о предстоящих космических стартах известно заранее, многие журналисты, облегчая себе жизнь, загодя готовят сообщения и публикуют их сразу же после «свершения». Так, судя по всему, было и на этот раз. Правда, все заранее подготовленные публикации были рассчитаны на удачный запуск, а не на катастрофу. Иначе невозможно объяснить, почему уже через три минуты после взрыва многие отечественные информационные агентства передали сообщения о том, что из экваториальной зоны Тихого океана успешно запущена ракета-носитель «Зенит-3SL» с голландским спутником связи на борту.

Я следил за запуском через Интернет в прямом эфире и имел возможность видеть и мирно качающуюся на волнах платформу до запуска, и ее же, окутанную дымом, и ее же, охваченную пламенем, и надпись на экране монитора: «Нештатная ситуация при запуске NSS-8. Трансляция прекращается». Однако, когда всем уже было ясно, что произошло нечто необычное, мои коллеги из «Интерфакса» передавали в эфир свое сообщение об очередном успехе.

Не менее интересно и то, как информагентства выходили из того положения, в которое сами себя загнали. Минут через десять после взрыва на их лентах новостей появились сообщения о том, что через 40 секунд после старта с ракетой была потеряна связь. Но, по их словам, в этом нет ничего страшного, так как такое случалось и раньше, и «специалисты надеются на благополучный исход».

Еще минут через двадцать появились сообщения, что пуск закончился аварией, но ракета упала в Тихом океане. Причем вновь фигурировали те же самые 40 секунд полета.

И лишь через час по их каналам стали поступать более или менее истинные картинки происшедшего. Хотя и в них о взрыве на платформе говорилось как о «непроверенной информации».

Только на исходе 31 января информагентства наконец-то рассказали, что случилось на самом деле в водах Тихого океана.

Сразу же после аварии была создана комиссия, которой предстояло выяснить детали катастрофы и определить ее причины. Много времени на это не потребовалось. «Виновником» происшествия стал двигатель РД-171М первой ступени «вследствие его возгорания в результате случайного привнесения металлической посторонней частицы в насос окислителя». Тип металлической частицы установить не удалось, поскольку двигатель полностью сгорел.

Подобные фортели двигатель выкидывал и раньше. Известно как минимум об одном случае возгорания двигателя по аналогичной причине при наземных испытаниях. В свое время это заставило руководство «Южмаша» создать в Днепропетровске площадку по дополнительному промыванию и очистке баков и трубопроводов ракеты-носителя, а российские разработчики усовершенствовали сам двигатель;

Кстати, сразу же после взрыва, когда на платформе еще поiлыхал пожар, от официальных российских представителей прозвучали прямые обвинения в адрес украинской стороны как виновника аварии. А ракета «Зенит-3SL», которая после предыдущих успешных запусков всегда именовалась как российская или российско-украинская, в одночасье стала украинской ракетой. Выглядит все это как-то несолидно. Тем более что украинцы и во время предыдущих аварийных пусков всегда поровну делили с россиянами ответственность за неудачу, даже если и были в ней невиновны. И на этот факт стоит обратить внимание. Особенно сейчас, когда наши отношения с Украиной складываются не лучшим образом.

Эта авария имела долгоиграющие последствия. На ремонт стартовой платформы ушло несколько месяцев. Потом несколько месяцев пришлось утрясать различные организационные неурядицы. И лишь в январе 2008-го, спустя год после аварии, возобновилась эксплуатация «морского старта».

К сожалению, я не могу на этой радостной ноте поставить точку в рассказе о «морском космодроме». В 2008-м – начале 2009-го состоялось шесть успешных запусков носителя из экваториальной части Тихого океана. На околоземную орбиту были выведены шесть телекоммуникационных спутников различных стран. Портфель заказов содержал контракты на запуск еще почти двух десятков космических аппаратов. И вдруг… 22 июня 2009 года компания «Си Лонч» объявила о своем банкротстве и финансовой реорганизации в соответствии с главой 11 Кодекса США о банкротстве. Согласно данным, указанным в заявлении компании, ее активы составляют от 100 до 500 миллионов долларов, а долги – от 500 миллионов до 1 миллиарда долларов. По данным «Коммерсанта», к убыткам привело то, что не удалось обеспечить планируемую интенсивность запусков: первоначально предполагалось осуществлять по 2–3 последовательных запуска за один выход на стартовую позицию.

От краха «Си Лонч» спасла ракетно-космическая корпорация «Энергия», решившая взять на себя главную роль в проекте. Совет директоров консорциума согласился с предложением российской стороны и подтвердил это на своем заседании 1 апреля 2010 года.

На решение организационных вопросов и финансовых проблем «Энергии» потребовалось больше года. Лишь 24 сентября 2011-го старты из Тихого океана возобновились. В следующем году с морского космодрома стартовали еще три ракеты. В руководстве «Си Лонч» все увереннее стали говорить о скором выходе консорциума на самоокупаемость, а затем и на прибыльность.

Однако более или менее спокойная жизнь проекта продлилась около полутора лет. А потом… случилась очередная авария носителя при запуске.

Я хорошо помню тот день, 1 февраля 2013 года. В РКК «Энергия» проходило заседание научно-технического совета предприятия. Так как большинство присутствующих было либо напрямую причастно к происходящему в Тихом океане, либо волновалось за друзей и коллег, в зале на одном из экранов была организована прямая трансляция запуска. В назначенное время ракета окуталась клубами дыма и взмыла в небо. Старт прошел нормально, но уже через несколько секунд присутствующие в зале увидели, как ракета стала как-то странно заваливаться вправо. Еще через мгновение на экране появилась надпись «Трансляция прекращена». Стало ясно, что возникла нештатная ситуация и она вряд ли завершится благополучно. Еще через минуту об этом сообщил председатель НТС академик Виктор Легостаев: ракета действительно упала в море из-за заклинивших рулей.

С аварией разобрались достаточно быстро, выявив ее причины и наметив пути недопущения повторения подобного в будущем. Но никто не мог предположить тогда, что эта неприятность станет спусковым механизмом тех сложностей, которые возникли у консорциума.

Началось все с того, что в средствах массовой информации как будто по взмаху дирижерской палочки (а может быть, и был режиссер?) стали бурно рассуждать на тему: «А нужен ли вообще России морской космодром?» Большинство склонялось к тому, что не нужен. Такое мнение высказывали не только «не причастные» к проекту комментаторы, которых было большинство, но и люди, посвященные во все тонкости космических исследований и, как я считал до этого, хорошо разбирающиеся в «тенденциях и перспективах».

Затем к сонму дискутирующих прибавились те, кто начал выискивать в происходящем чужую выгоду. Я бы понял таких людей, если бы проект «Си Лонч» был суперрентабельным, а его участники получали большие дивиденды. Однако в данном случае речь шла о тех вложениях, которые были призваны сохранить проект «на плаву» в прямом и переносном смысле.

Иначе говоря, «Си Лонч» пытались «потопить». И пытаются до сих пор. Хотя последний удачный старт аргументов у скептиков заметно поубавил.

Кампания против морского космодрома привела к тому, что с клиентами у консорциума сейчас серьезные проблемы. Поиск новых заказов продолжается, но делается это с трудом. И не из-за нежелания менеджеров проекта этим заниматься. Слишком много сейчас игроков, которые могут предоставлять аналогичные услуги.

Но хочется надеяться, что «Си Лонч» и дальше будет успешно функционировать. России нужен «запасной» космодром, если мы хотим реализовать свои, весьма амбициозные, планы в отношении околоземной орбиты, Луны, астероидов, Марса, дальних планет.


15 августа 2014


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
88919
Виктор Фишман
71164
Сергей Леонов
63662
Борис Ходоровский
63276
Богдан Виноградов
50238
Дмитрий Митюрин
37922
Сергей Леонов
34161
Роман Данилко
31935
Борис Кронер
21537
Светлана Белоусова
20211
Наталья Матвеева
19463
Светлана Белоусова
19348
Дмитрий Митюрин
18189
Татьяна Алексеева
17935
Татьяна Алексеева
17435
Наталья Матвеева
16758