Короткая телеграмма
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №19(457), 2016
Короткая телеграмма
Валерий Нечипоренко
журналист
Санкт-Петербург
239
Короткая телеграмма
Остров Суматра

История о том, как далекий экваториальный остров Суматра просился частью своей территории в состав Российской империи, и что из этого вышло.

Писатель Всеволод Крестовский (1840-1895) известен, прежде всего, как автор эпопеи «Петербургские трущобы», по мотивам которой был снят популярный телесериал. Между тем, жизнь самого Крестовского могла бы стать сюжетом для увлекательного приключенческого романа.

В 1880 году он совершил длительное морское путешествие из Одессы в Японию и Китай через Босфор, Средиземное море и Суэцкий канал, сопровождая в качестве секретаря начальника русских морских сил в Тихом океане адмирала Лесовского и офицеров его штаба. Одновременно Крестовский ехал в качестве корреспондента «Правительственного вестника» и «Морского сборника».

Еще в Петербурге, перед отъездом в Одессу, Крестовский познакомился с одним из своих будущих спутников, капитаном первого ранга Андреем Павловичем Новосильским, получившим назначение в Тихоокеанскую эскадру на должность флаг-капитана (по-сухопутному – начальника штаба).

В ходе совместного многомесячного плавания, между офицерами сложились приязненные, доверительные отношения. Много времени они проводили в откровенных, дружеских беседах. Оказалось, что Новосильский немало поплавал по Индийскому и Тихому океанам, командуя быстроходным клипером «Всадник», побывал в портах многих стран, хорошо знает местные обычаи.

Маршрут парохода «Пей-Хо», на котором они плыли в Японию, пролегал через Малаккский пролив. Погода стояла изумительная, пароход сопровождали то дельфины, то стадо кашалотов, то стаи летучих рыб.

По правому борту тянулись берега индонезийского острова Суматра, в северной части которого в тот период велась так называемая ачехская война – партизаны султаната Ачех отчаянно сражались против голландского экспедиционного корпуса.

И вот тут-то, стоя у борта и задумчиво глядя на проплывающий берег, покрытый буйной тропической растительностью, Новосильский поведал своему спутнику историю двухлетней давности, которая буквально потрясла видавшего виды писателя.

В конце ноября 1878 года клипер «Всадник» вынужден был войти для неотложного ремонта в бухту острова Пинанг, расположенного у западного побережья Малаккского полуострова и являвшегося колониальным владением Великобритании.

Утром четвертого декабря вахтенный офицер доложил Новосильскому, что к судну причалил бот, в котором находятся несколько азиатов в живописных парадных костюмах. Судя по манерам, это люди сановитые, облеченные у себя на родине властью. На хорошем английском они сообщили, что имеют важный разговор к командиру русского военного корабля.

Новосильский принял нежданных гостей в своей капитанской каюте.

После вежливого обмена любезностями один из них заявил, что является полномочным представителем султана Ачех на Пинанге, а его спутники занимают высокие посты при дворе. Народ ачехский и соседние с ним племена, продолжал гость, доведены до отчаяния и истощили свои силы в неравной борьбе с голландскими захватчиками. Голландские крейсера установили тесную блокаду побережья, вследствие чего невозможен подвоз оружия и боеприпасов. Но борьба всё равно не прекратится. Если нужно, они будут сражаться холодным оружием и умрут в бою.

Вместе с тем, его величество султан и соседние влиятельные князья, продолжал после красноречивой паузы важный гость, решили, пользуясь пребыванием на Пинанге русского судна, привести в исполнение план, давно ими задуманный и поддерживаемый абсолютным большинством населения. Они ходатайствуют перед престолом великого Белого царя о принятии народа ачех под покровительство всемогущей Русской державы! И если Белый царь отнесется к этой просьбе благосклонно, добавил посол, то вслед за Ачехом вся Суматра с радостью отдастся «под сень его высокой руки»!

Предвосхищая вопрос Новосильского, полномочный представитель разъяснил, что в нынешних трудных условиях султан и князья не могут снарядить подобающее случаю чрезвычайное посольство в Петербург, и потому просят его, капитана, взять на себя труд передачи их ходатайства к подножию русского трона.

Новосильский призадумался. Как капитану русского судна, подолгу плававшего вдали от родных берегов, ему нередко приходилось выступать в роли дипломата. Но чтобы такое! Трехмиллионное население значительной части большого южного острова, находящегося на пересечении оживленных морских путей, просит принять его в состав российской империи…

А с другой стороны, уж не провокация ли это? Но зачем? Какой в ней смысл?

– Почему вы обратились к русским, а не к англичанам? – спросил он. – Они ближе, рядом, вы даже знаете их язык.

– Англичане! – в голос вскричали гости, как ужаленные. – Да ведь они еще опаснее голландцев! Мы убедились на собственном опыте! Избави бог и от тех, и от других! Нет, мы пойдем под руку только русского императора!

Осмотрительный Новосильский предложил послам дополнить их петицию английским переводом текста, скрепить оба документа печатями султана и всех князей и переслать пакет на его имя в Неаполь не позднее марта следующего, 1879 года.

Как раз к этому времени Новосильский рассчитывал быть со своим клипером на неаполитанском рейде.

Он обещал отправить пакет из Неаполя с дипломатической почтой по назначению. Обещал также, что едва ему сообщат о результате, как он отправит условленную телеграмму на адрес уполномоченного представителя ачехского султана.

На том и расстались.

Приближенные султана оказались людьми слова.

К назначенному сроку пакет с требуемыми документами был доставлен в Неаполь.

Новосильский приложил полученную петицию к своему рапорту по начальству для последующей передачи в министерство иностранных дел.

Через какое-то время пришел ответ, из которого следовало, что прошение султана не может быть принято во внимание, поскольку Россия находится с Голландией в дружественных отношениях и не может ущемлять интересов последней.

«Какие у голландцев могут быть интересы на Суматре? Разве это их страна?» – мог бы спросить Новосильский, но кому было адресовать этот риторический вопрос?

Верный своему обещанию, он в тот же день отправил на остров Пинанг телеграмму из двух слов: «No chance»…

Никто из начальства не требовал от Новосильского хранить этот эпизод в тайне. Он сам, будучи человеком ответственным и дисциплинированным, ни с кем и никогда не заговаривал на эту тему. Крестовский стал первым, кому открылся бывший капитан «Всадника». Позднее писатель отразил беседу с Новосильским в своей книге «В дальних водах и странах», снабдив рассказ своего спутника примечанием: «Записан со слов А.П.Новосильского, тогда же ему прочтен и одобрен им относительно верности».

Ачехская война – одна из самых длительных в истории Азии. Она продолжалась без перерыва в течение 40 лет, с 1873 по 1913 год.

В апреле 1873 года первая голландская военная экспедиция потерпела на острове сокрушительное поражение. В январе 1874-го вторая экспедиция всё же овладела столицей султаната Ачех – городом Банда-Ачех. Начался второй, партизанский, этап войны местного населения против оккупантов, продолжавшийся до 1880 года.

Именно в этот период к капитану русского клипера, оказавшегося каким-то образом в далеких водах, и обратились представители султана.

Понятно, что повстанцы искали сильного покровителя, который гарантировал бы их права. Но Петербург посчитал нецелесообразным вмешиваться в этот конфликт, вспыхнувший в далеких южных широтах.


18 сентября 2016


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
156294
Сергей Леонов
130557
Сергей Леонов
97103
Виктор Фишман
79188
Борис Ходоровский
70031
Богдан Виноградов
56269
Павел Ганипровский
49691
Дмитрий Митюрин
46250
Татьяна Алексеева
43844
Павел Виноградов
40992
Сергей Леонов
40685
Светлана Белоусова
38821
Роман Данилко
38643
Александр Егоров
38579
Борис Кронер
36798
Наталья Дементьева
36633