Операция «Куба». Возвращенные шедевры
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«Секретные материалы 20 века» №22(304), 2010
Операция «Куба». Возвращенные шедевры
Валерий Нечипоренко
журналист
Санкт-Петербург
743
Операция «Куба». Возвращенные шедевры
Эксперты ищут следы похитителей картин

По некоторым сведениям, годовой оборот купли-продажи краденых культурных ценностей достигает восьми миллиардов евро. Только в архивах Интерпола в качестве разыскиваемых числятся 160 тысяч культурных реликвий!
Нередко вернуть украденные шедевры удается в результате совместных акций, которые проводят спецслужбы разных стран.
Одной из наиболее успешных операций в этой сфере стали скоординированные действия испанской Национальной полиции (SNP) и ФБР по делу об ограблении частной коллекции в августе 2001 года в Мадриде.

НАЛЕТЧИКИ В МАСКАХ

В Чамартине — престижном районе испанской столицы — расположен особняк, принадлежащий Эстер Копловиц, одной из богатейших женщин Европы, чье состояние, по разным оценкам, находится в пределах от трех до пяти миллиардов долларов. Госпожа Копловиц — хозяйка могущественной строительной корпорации, доставшейся ей и ее сестре Алисе от отца, удачливого предпринимателя.

Известна сеньора и как владелица уникальной коллекции произведений живописи, где представлены как старые мастера, так и художники современных школ.

В первой декаде августа 2001 года внутри элегантного особняка царило непривычное затишье. Хозяйка с домочадцами отправилась на отдых, поручив управляющему за время ее отсутствия провести в доме ремонт.

Днем 8 августа в здании находился лишь штатный охранник со звучным именем Луис Мигель дель Мазо Лопес.

Когда раздался звонок в дверь, он без малейших опасений открыл ее, полагая, что пришел представитель подрядчика.

И тут же получил сокрушительный удар по голове чем-то тяжелым.

В дом ворвались двое неизвестных в масках, которые принялись зверски избивать его. Дель Мазо, мужчина цветущего возраста и крепкого телосложения, пытался дать отпор, но налетчики оказались сильнее. Повалив охранника на пол, они били его ногами до тех пор, пока тот не потерял сознания.

Когда Мазо пришел в себя, вокруг стояла звенящая тишина.

Он не имел представления о том, сколько времени прошло с того момента, как он лишился сил. Грабители успели совершить свое черное дело и покинули дом. Через приоткрытую дверь с улицы донеслось завывание мотора: налетчики спешили покинуть место преступления. Судя по звуку, это был автофургон.

Мазо попытался приподняться, однако не смог: сильно кружилась голова, по лицу струилась кровь, застилая глаза.

Превозмогая боль, он дополз до телефона, почти не сомневаясь, что злоумышленники перерезали шнур.

К его удивлению, аппарат работал. Набрав номер полиции, охранник коротко сообщил о происшествии и снова потерял сознание.

ПО НАВОДКЕ

Расследованием дерзкого преступления занялась испанская Национальная полиция (SNP). Осмотр места происшествия показал, что действовали опытные профессионалы.

Они нигде не оставили следов, работали аккуратно, не разбрасывая вещи, не вскрывая ящики столов и бюро в поисках драгоценностей. Налетчики целенаправленно прошли именно в то помещение особняка, куда, по случаю намечавшегося ремонта, были перенесены все картины из коллекции госпожи миллиардерши.

Без труда они вынесли девятнадцать наиболее ценных полотен, в том числе работы Франсиско Гойи, Питера Брейгеля Старшего, Камиля Писсарро, японского художника Фуджимы и других мастеров.

Стоимость похищенных картин хозяйкой не указывалась, однако, по мнению экспертов, речь шла о сумме, как минимум, превышающей пятьдесят миллионов долларов.

Хотя это собрание и считалось частной коллекцией, но одновременно являлось и национальным достоянием Испании, что налагало дополнительную ответственность на сыщиков.

С самого начала не возникало сомнений, что грабители действовали по наводке. Они выбрали идеальный момент для своей акции: хозяева в отъезде, слуги временно отпущены по домам, картины собраны вместе в отдельном зале, за домом присматривает лишь один охранник…

Это не могло быть случайным стечением обстоятельств.

Несомненно, у нападавших имелся информатор из числа обслуживающего персонала либо тех лиц, которые регулярно посещали дом.

Допросы охранника, единственного свидетеля преступления, угодившего на больничную койку, мало прояснили общую картину. Нападение было столь стремительным, а его сбили с ног так резко, что теперь он не мог оценить даже роста бандитов, пустивших в ход не только свои крепкие кулаки, но и увесистую дубинку.

В интервью для прессы представители полиции неустанно подчеркивали, что в сложившихся обстоятельствах Луис продемонстрировал «мужество и самоотверженность», что он «лишь чудом избежал гибели» от рук безжалостных гангстеров, взбешенных оказанным сопротивлением.

Многие испанские газеты поместили сочувственные репортажи об отважном охраннике, превознося его стойкость перед лицом опасности.

ГЛАВАРЬ И ЕГО ПРАВАЯ РУКА

Похоже, Луис Мигель дель Мазо Лопес и вправду поверил после всей этой газетной шумихи, что он — «герой дня».

Между тем, полиция заподозрила его в неискренности после первого же допроса.

Ну, зачем было профессиональным грабителям, явившимся за конкретной добычей по наводке, избивать до полусмерти несчастного парня, уже лежавшего обездвиженным?

Не в том ли причина, что именно он, охранник, и был их информатором, и что его демонстративно жестокое избиение, с пролитием крови, было своего рода акцией прикрытия, суровым средством «отмазать» сообщника от подозрений?

За Луисом дель Мазо установили слежку, начали прослушивать его телефонные переговоры.

И вот тут-то выяснились весьма интересные подробности.

Оказалось, что «скромный и мужественный герой дня» тесно общается с двумя криминальными личностями, отпетыми бандитами, хорошо известными испанской полиции. Речь шла о некоем Анхеле Суаресе Флоресе, главаре преступного сообщества, и его правой руке Хосе Мануэле Канделе.

Эти громилы давно уже находились на учете в полиции и успели «отмотать» не один срок за решеткой.

Их банда не брезговала никакими доходами: грабили ювелирные магазины и бутики, угоняли автомобили, промышляли контрабандой и продажей наркотиков и даже обчищали в темных улочках случайных прохожих.

Вместе с тем, они умудрялись идти в ногу с научно-техническим прогрессом, что не единожды спасало их от неминуемого, казалось бы, ареста: использовали так называемые «разовые» сотовые телефоны, которые непросто отследить, зашифрованные переговоры по электронной почте через Интернет, технические средства скрытого наблюдения и прослушивания.

Однако никогда прежде эта банда не занималась похищением произведений искусства. Но, быть может, на этот раз соблазн оказался столь велик, что гангстеры решили вторгнуться в неведомую для себя сферу?

Надо полагать, столь «продвинутые» злоумышленники были неплохо осведомлены о том, что в Испании ежегодно совершается около двухсот пятидесяти краж произведений искусства из музеев, частных коллекций, монастырей и церквей. По статистике, полиции удавалось найти лишь четвертую часть похищенного.

Вообще же, до 1985 года, когда в Испании был принят закон о культурном наследии, шедевры искусства вывозили из страны все, кому не лень. Известен случай, когда картина испанского живописца, мастера севильской школы семнадцатого века Франсиско Сурбарана «Семья девы» покинула страну под полой сутаны некоего епископа.

В тот же период при проведении ремонтных работ в королевском дворце в Мадриде исчезли две картины Веласкеса, так и не найденные до сих пор.

Вот и Анхель Флорес с сообщниками, судя по всему, решили не упускать подвернувшейся возможности озолотиться. Благо, нашелся надежный наводчик…

Как они могли отказаться от добычи, которая сама плыла в руки?

«КРОТ»

Итак, не оставалось никаких сомнений, что кража полотен знаменитых мастеров совершена бандой Анхеля Флореса, при непосредственном участии главаря, благодаря информации, полученной от охранника особняка миллиардерши. Вместе с тем, никакими конкретными уликами полиция не располагала. И пусть имена преступников были установлены, но их предполагаемый арест отнюдь не означал, что дело будет раскрыто. Ведь даже в разговорах между собой налетчики ни разу не обмолвились о том, где именно хранятся похищенные картины, и каковы дальнейшие планы банды.

Поэтому полиция арестовывать никого не стала, однако внедрила в банду своего человека, который сумел войти в доверие к главарю и значительно расширить объем получаемой из его окружения информации.

Все подробности деятельности «крота» и его имя до сих пор остаются засекреченными. Однако известно, что через какое-то время он начал передавать тревожные вести.

Банда, используя свои прежние связи, вошла в контакт с колумбийской наркомафией и уже получила от нее в обмен на похищенные картины аванс в виде крупной партии наркотиков. Другая важная деталь: о том, где спрятаны картины, по данным «крота», знал только главарь банды, который держал это в секрете даже от своего первого помощника Канделы.

Итак, полотна в любой момент могли уплыть за океан, и теперь уже навсегда, а веских улик против хитроумного главаря по-прежнему не имелось. Требовался какой-то неожиданный ход, причем, без промедления.

Испанская полиция обратилась за содействием в ФБР, в структуре которого имелось специальное подразделение, занимавшееся преступлениями, связанными с культурными ценностями. Через некоторое время обе спецслужбы разработали план операции «Куба», получившей свое название по аналогии с тем, что улица, на которой находился особняк госпожи Копловиц, носила имя кубинской столицы.

КОЛЛЕКЦИОНЕР ИЗ АМЕРИКИ

В скором времени в одном из самых фешенебельных мадридских отелей поселился в номере-люкс некий американский миллионер, мастер сорить деньгами, любитель путешествий и ночной жизни. О нем говорили, что он имеет весьма прибыльный бизнес, но сам делами не занимается, передоверив их своим менеджерам и целиком сосредоточившись на коллекционировании картин выдающихся мастеров прошлого. Поговаривали и о том, будто он не особенно щепетилен по части сделок с владельцами картин. Ему, мол, все равно, из какого источника придет пополнение в его коллекцию. Ибо на его роскошной вилле, то ли в Сан-Франциско, то ли в Сакраменто, есть особый зал без окон, защищенный бронированными дверями, где собраны «экспонаты для души», то, чем любуется только он сам, при электрическом освещении, не приглашая внутрь даже самых близких друзей. О-о, в том зале собрано многое из того, что сыщики из Интерпола ищут по всему миру уже на протяжении десятилетий! Нет, он вовсе не щепетилен, этот самоуверенный миллионер. Лишних вопросов тоже не задает. Правда, за краденые картины платит втрое меньше, чем, скажем, могли бы дать где-нибудь в Кувейте. Зато он рассчитывается наличными и сразу, причем, тайна сделки гарантируется…

Все это «крот» рассказал Анхелю, когда они собрались в очередной раз за столом одного из ресторанов.

— У меня в отеле есть свой человек, который кое-чем мне обязан, — добавил «крот». — Он клянется, что этот американец набит деньгами под самую макушку!

На следующий день никому не доверявший Флорес направился в отель лично, прихватив с собой изрядную стопку банкнот. Щедро раздавая чаевые, он расспрашивал обслугу об экстравагантном постояльце из Америки.

Все сходилось: и швейцар, и дежурные на разных этажах, и официанты, и лифтеры в один голос подтвердили, что этот гость останавливался в их отеле на протяжении ряда лет, как правило, после того, как происходило громкое ограбление какой-нибудь коллекции.

Откуда было знать главарю, что практически вся обслуга отеля, более ста человек, накануне заменена полицейскими, надевшими соответствующую униформу! Кроме того, переодетые сыщики находились в холле или же прогуливались вокруг отеля под видом туристов, уличных торговцев, влюбленных парочек. Роль же богатого американского коллекционера, готового тайно скупить краденые картины, играл опытный агент ФБР, проходивший под кодовым именем «Магнат».

ИСКУШЕНИЕ ГРАБИТЕЛЯ

По цепочке через «крота» Анхель послал «Магнату» сигнал: не интересует ли его некий товар, в частности, картина знаменитого голландца Питера Брейгеля «Искушение Святого Антония»?

«Магнат» ответил без задержки: он готов приобрести и Брейгеля, и других известных мастеров, но лишь после того, как картину осмотрит его друг — специалист академического уровня по части оценки живописи, пользующийся непререкаемым авторитетом среди частных коллекционеров. Между прочим, к его услугам, как эксперта-искусствоведа, прибегают даже судебные власти. Но пусть сеньор продавец не волнуется, это человек надежный и проверенный, умеющий хранить тайну сделки.

Однако, предварительная проверка товара необходима, ибо есть немало любителей поживиться за счет недостаточной опытности коллекционера, подсунув ему подделку вместо оригинала.

Мол, с ним, «Магнатом», подобные фокусы проделывали не раз. Случались сделки, когда он попросту выбрасывал деньги на ветер. Но теперь у него появился кое-какой опыт, и более он не оплачивает счета, если не уверен в подлинности экспоната. Однако если его друг-эксперт скажет «да», то он готов без промедления выложить на стол, ну, скажем, один миллион долларов. Не требуя никаких сертификатов. Учитывая конфиденциальность сделки, это неплохая цена, верно, сеньор? Впрочем, можно и поторговаться в зависимости от состояния полотна и ряда прочих условий.

Но все это возможно обсудить лишь при личной встрече, без посредников, после осмотра товара экспертом, снова повторил американский гость.

Если продавец не возражает, то экспертизу можно провести хоть сегодня, в его, «Магната», номере отеля, благо, много времени она не отнимет.

Главарь подумал еще немного и согласился.

ТАЙНИК НА КОЛЕСАХ

Встреча состоялась тем же вечером.

Основная часть прислуги по-прежнему состояла из переодетых испанских полицейских.

Предложив гостю вино, «Магнат» с азартом коллекционера впился взглядом в полотно, затем передал его приглашенному эксперту, которого отрекомендовал Анхелю как судебного сотрудника. Эксперт тоже был сотрудником ФБР, носившим кодовое имя «Профессор».

Впрочем, его кличку можно было бы и не закавычивать, ибо это был искусствовед с капитальной теоретической и практической подготовкой, отлично знавший свое дело.

Осмотрев полотно, он без малейших сомнений определил, что перед ним оригинал.

Ход дальнейших событий был расписан до мелочей.

«Магнат», продемонстрировав «дипломат» с долларами, предложил отметить сделку бокалом лучшего испанского вина, и тут же вызвал посыльного.

Официант вкатил в номер столик с дорогим заказом.

Расслабившийся Анхель и пикнуть не успел, как был, что называется, повязан по рукам и ногам.

В состоянии прострации главарь признался и в ограблении, и в том, что похищенные картины он прятал на необитаемой вилле под Жироной, в ста километрах от Барселоны. Но сейчас полотна находятся здесь, в Мадриде, в тайнике, устроенном под днищем автофургона, припаркованного на стоянке возле столичного стадиона «Сантъяго Бернабеу».

НАЙДЕНО НЕ ВСЕ…

Да, картины были найдены, но дело еще нельзя считать раскрытым полностью. Из девятнадцати похищенных полотен в тайнике оказались только десять, по счастью, в хорошем состоянии, не поврежденные ни людьми, ни непогодой. Здесь, в частности, находились работы: «Качели» Гойи, «Пейзаж в Эраньи» Писсарро, «Девочка со шляпой» Фуджиты, «Купание в Валенсии» испанского импрессиониста Хоакина Сорольи.

Но где другие девять полотен?

Никто из арестованных преступников так и не смог дать внятного ответа. Главарь продолжает настаивать, что в тайнике находилось все, что они взяли в особняке.

Другим членам банды судьба похищенных картин вообще была неведома. Продана ли часть шедевров, среди которых работа Гойи «Падение осла», за океан, либо же «вор у вора дубинку украл»?

Как бы там ни было, но генеральный директор Национальной полиции Испании Хуан Котино заявил, что «это была самая крупная на международном уровне за последние десятилетия операция, связанная с предметами искусства, учитывая как художественную, так и коммерческую ценности похищенных, а затем найденных картин».

Помощник директора ФБР акцентировал внимание на слаженности действий сотрудников спецслужб двух стран.

Обнаруженные полотна были после реставрации переданы владелице, поиски остальных продолжились.

Через некоторое время операцию по похожему сценарию агенты-искусствоведы ФБР провели во Франции в содружестве с местными спецслужбами.

5 августа 2007 года из музея изобразительных искусств имени Жюля Шере в Ницце были украдены четыре полотна: «Скалы возле Дьеппа» Клода Моне, «Тополиная аллея в Морэ» Альфреда Сислея, а также две работы — «Аллегория воды» и «Аллегория земли» — фламандца Яна Брейгеля. Ограбление было совершено в воскресенье днем. Пятеро налетчиков ворвались в зал, угрожая немногочисленным посетителям оружием, сорвали картины со стен и скрылись с места происшествия, по свидетельству очевидцев — на автомобиле и мотоцикле.

Какой-то период спустя, некий посредник распустил слух в криминальной среде Марселя, что в городе появился американский миллионер, готовый выложить за пропавшие картины три миллиона долларов без предварительных условий. Грабители клюнули на эту приманку, и пошли на контакт. Через десять месяцев после ограбления, в июне 2008 года, все картины были возвращены в музей, а преступники угодили за решетку.

Но подобный сценарий приводит к благоприятному результату, как правило, лишь в тех случаях, когда грабители сами начинают искать покупателя.

Если же кража произведения искусства произошла по конкретному заказу того или иного богатого коллекционера, то выйти на след украденных шедевров не удается годами и десятилетиями.


18 ноября 2010


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
253835
Сергей Леонов
160343
Сергей Леонов
100404
Татьяна Минасян
100152
Александр Егоров
88299
Виктор Фишман
82278
Светлана Белоусова
80090
Борис Ходоровский
72784
Борис Ходоровский
67794
Павел Ганипровский
65609
Татьяна Алексеева
65387
Богдан Виноградов
58983
Татьяна Алексеева
52164
Павел Виноградов
52053
Дмитрий Митюрин
49777
Наталья Дементьева
48462
Наталья Матвеева
43762