Предала ли Церковь царя?
РОССIЯ
«Секретные материалы 20 века» №9(525), 2019
Предала ли Церковь царя?
Павел Ганипровский
журналист
Санкт-Петербург
1110
Предала ли Церковь царя?
Участники Поместного собора 1917 года

В результате свержения монархии Русская православная церковь оказалась обезглавлена, но обрела независимость от государства, которой не имела больше двухсот лет.  

29 апреля 1917 года Святейший правительствующий синод Российской православной церкви одобрил проект обращения к архипастырям и пастырям и всем верным чадам Церкви о созыве Поместного собора. Там было сказано: «Давно уже в умах православных русских людей жила мысль о необходимости созыва Всероссийского поместного собора для коренных изменений в порядке управления Российской православной церкви и вообще для устроения нашей церковной жизни на незыблемых началах, данных Божественным Основателем и Главою Церкви в Священном Писании и в правилах св. Апостолов, св. Вселенских и Поместных Соборов и св. Отец. Происшедший у нас государственный переворот, в корне изменивший нашу общественную и государственную жизнь, обеспечил и Церкви возможность и право свободного устроения. Заветная мечта русских православных людей теперь стала осуществимой, и созыв Поместного собора в возможно ближайшее время сделался настоятельно необходимым».

Этому предшествовала коренная перестройка церковной жизни, произошедшая после Февральской революции. Дело в том, что с Петра I Церковь лишилась своей самостоятельности. С 1700 по 1917 год продолжался так называемый синодальный период – Церковь фактически стала государственным департаментом. Патриаршество было упразднено, а высшим органом церковного управления являлся Святейший правительствующий синод.

– Церковь была редуцирована до уровня министерства по духовным делам, – говорит Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Главой Церкви тогда являлся царь – «внешний епископ, хранитель догматов веры, блюститель правоверия и церковного благочиния». Поэтому отречение последнего российского императора Николая II от власти в пользу великого князя Михаила и последующий отказ того воспринять власть в буквальном смысле обезглавили РПЦ.

9 (22) марта 1917 года Священный синод издал обращение по поводу отречения императора Николая II и великого князя Михаила. Этот документ уже многие современники называли «декларацией поддержки Временного правительства». В частности, Антон Деникин говорил, что обращение санкционировало государственный переворот. Но на самом деле оно содержало лишь констатацию сложившейся политической ситуации и призыв сплотиться вокруг Временного правительства перед лицом внешнего врага.

«Ради миллионов лучших жизней, сложенных на поле брани, ради бесчисленных денежных средств, затраченных Родиною на защиту от врага, ради многих жертв, принесенных для завоевания гражданской свободы, ради спасения ваших собственных семейств, ради счастья Родины оставьте в это великое историческое время всякие распри и несогласия, объединитесь в братской любви на благо России, доверьтесь Временному правительству; все вместе и каждый в отдельности приложите усилия, чтобы трудами и подвигами, молитвою и повиновением облегчить ему великое дело водворения новых начал государственной жизни и общим разумом вывести Россию на путь истинной свободы, счастья и славы», – было сказано в обращении.

В той ситуации другого документа от Церкви ожидать было невозможно. Ведь царь отрекся от власти в пользу наследника, а наследник – в пользу Учредительного собрания, которое должно было решать вопрос о государственном устройстве. То есть речь шла не о «междуцарствии», когда меняется династия или есть неясность с законным наследником, – такие ситуации в стране уже бывали раньше. Но теперь речь шла о перемене государственного строя, при наличии назначенного последним царем Временного правительства, из презумпции законности которого Синод и исходил.

– Учредительное собрание должно было принять принципиальное решение, быть ли монархии вообще, – говорит современный российский историк Федор Гайда. – Воля народа была объявлена суверенной, то есть фактически уже провозглашалась демократия, республика. В любом случае старого порядка – монархии – уже не было.

Еще 4 марта, на первом после революции официальном заседании Синода, назначенный Временным правительством обер-прокурор (глава Синода) Владимир Львов провозгласил «свободу Церкви» и велел вынести из зала кресло императора. Вскоре была отменена молитва за царствующий дом.

– Оба царя от управления Россией отказались сами, а насильно их невозможно именовать тем наименованием, которое они с себя сложили, – говорил тогда архиепископ Харьковский и Ахтырский Антоний (Храповицкий). – Если бы царь наш не отказался от власти и хотя бы томился в темнице, то я бы увещевал стоять за него и умирать за него, но теперь ради послушания ему и его брату мы уже не можем возносить имя его как всероссийского государя. От вас зависит, если желаете, устроить снова царскую власть в России, но законным порядком, чрез разумные выборы представителей своих в Учредительное собрание. 

Это высказывание хорошо характеризует преобладающие тогда среди духовенства мнения, хотя, конечно, были и иные настроения. При этом отношения Церкви и Временного правительства безоблачными назвать невозможно. Начались чистки церковной верхушки от архиереев, имевших репутацию «распутиницев» – ставленников покойного Григория Распутина. Убирались и священники, считавшиеся монархистами. А таковые были: например, симпатии к монархии открыто выразил епископ Екатеринбургский и Ирбитский Серафим (Голубятников), за что и был арестован. Еще раньше революционными солдатами был арестован митрополит Петроградский Питирим. Арестовали и саратовского архиерея Палладия (Добронравова). А 14 (27) апреля Временное правительство вообще «обновило», а фактически распустило старый состав Синода – чего в принципе не имело права делать. Хотя арестованные архиереи вскоре были отпущены, все это вполне можно считать началом революционных гонений на Церковь.

Как видим, говорить о том, что «Церковь в 1917 году отреклась от царя», невозможно – первый официальный церковный документ был принят уже после того, как царской власти не стало как факта. Причем, насколько было известно тогда, последний император и его наследник отказались от власти добровольно. Так же некорректно сравнивать тогдашнюю ситуацию и современную и говорить, что сейчас в случае переворота РПЦ так же отречется от нынешней власти. В отличие от ситуации в Российской империи, Церковь сейчас никоим образом к государству не привязана и никаких обязательств по отношению к нему не несет. То есть, случись сейчас, не дай бог, некий переворот, Церковь, надо думать, констатирует это, чем и ограничится. 

Конечно, надо понимать, что люди, служащие в Церкви, могут быть и революционерами, и консерваторами, и вообще аполитичными. Но в целом у Церкви есть совершенно четкая, изложенная в Священном Писании инструкция, как вести себя со светскими властями: от «воздайте кесарю кесарево, а Богу Богово» до описания жизни Церкви в последние времена, когда власти будут, безусловно, ей враждебны. Слова апостола Павла «нет власти не от Бога» часто понимают превратно. А ведь они означают не то, что всякая власть – благо, а то, что мы всегда имеем ту власть, которую заслужили сами. 

Возвращаясь к революционным событиям начала XX века, вскоре после обозначения отношения РПЦ к произошедшему перевороту началась подготовка к Поместному собору, сделавшему Церковь независимой от государства. Однако было уже поздно – приход к власти большевиков, открыто провозгласивших богоборчество, надолго сделал невозможным нормальное существование Церкви в России.

Поместный собор открылся 15 (28) августа 1917 год в Успенском соборе Московского Кремля и заседал до 7 (20) сентября 1918 года. Следует заметить, что собор проигнорировал факт уже официального к тому времени установления республиканской формы правления, ограничившись осуждением начинавшейся Гражданской войны. 

Важнейшим же решением собора было восстановление 28 октября 1917 года патриаршества в РПЦ, положившее конец синодальному периоду. Первым предстоятелем Русской православной церкви после восстановления патриаршества стал Тихон (Беллавин), позже предавший анафеме гонителей Церкви, главными из которых выступали большевики. Он умер весной 1925 года, причем есть версия о его отравлении. В 80-х годах Тихон был канонизирован в лике святителя. 

Начинался страшный период церковной истории – время гонений и мученичества. Кроме того, революция вызвала несколько серьезных церковных расколов. И между прочим, вызывает до сего дня, поскольку церковная смута на Украине имеет корни именно в социальной катастрофе начала XX века.

Однако с тех пор РПЦ юридически отделена от государства, и это считается церковными деятелями благом. 

– В синодальный период Церковь была жестко встроена в государственную систему и называлась «ведомством православного вероисповедания». Мы не хотим повторения истории, потому что убеждены, что кровавые события начала ХХ века и последовавшие за ними гонения на Церковь явились во многом результатом ее порабощения государством, – говорит по этому поводу святейший патриарх Кирилл.


15 Апреля 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84226
Виктор Фишман
67398
Борис Ходоровский
59851
Богдан Виноградов
46959
Дмитрий Митюрин
32411
Сергей Леонов
31388
Роман Данилко
28925
Сергей Леонов
24098
Светлана Белоусова
15147
Дмитрий Митюрин
14897
Александр Путятин
13383
Татьяна Алексеева
13146
Наталья Матвеева
12996
Борис Кронер
12405
Наталья Матвеева
11044
Наталья Матвеева
10741
Алла Ткалич
10327
Светлана Белоусова
10003