Сто имен дядюшки Хо
ЖЗЛ
«Секретные материалы 20 века» №12(424), 2015
Сто имен дядюшки Хо
Олег Покровский
журналист
Санкт-Петербург
108
Сто имен дядюшки Хо
На полевом командном пункте. 1950 год

Существует вьетнамская поговорка о том, насколько ужасно, выгнав через запасной ход из дома волка, вернувшись, увидеть в передней тигра… В XX веке на карте мира появились десятки новых государств, и у каждого из них был свой отец-основатель. Но фигура Хо Ши Мина приобрела особую известность, поскольку человек этот сумел управиться с «волком» (Францией) и почти одолел «тигра» (Соединенные Штаты).

НГУЕН-ПАТРИОТ

Человек, ставший национальным героем независимого Вьетнама, родился 125 лет назад (19 мая 1890 года) в деревне Кимльен уезда Намдан провинции Нгеан.

Отец его, как человек образованный, носил почетное звание фобанга, дававшее право занимать различные административные должности. Правда, особых успехов на карьерном поприще он не добился, поскольку, будучи слишком совестливым и патриотично настроенным интеллигентом, не устраивал французскую колониальную администрацию.

При рождении мальчик получил имя Нгуен Шинь Кунг, а позже, при поступлении в школу, обрел еще и второе — так называемое официальное имя Нгуен Тат Тхань. Имен и псевдонимов у него будет еще много…

Учился Тхань хорошо, но слишком рано приучился мыслить самостоятельно. Он, например, отказался от привлекательного вроде бы предложения поехать на учебу в Японию. Страна восходящего солнца по-крупному вела геополитическую игру и готовила кадры, чтобы с их помощью выставить европейцев и американцев из Азии. Тхань тогда, возможно, тоже вспомнил поговорку про волка и тигра…

Вьетнамцы хорошо помнили, что еще недавно были независимым государством. В 1883 году французы завоевали южную часть страны (Кохинхину), а также установили протекторат над центральной (Аннам) и северной (Тонкин) частями. Затем последовала череда восстаний и долгая партизанская борьба, продолжавшаяся в некоторых районах до начала 1920-х годов. Отголоски этой борьбы докатывались и до Тханя.

Отказавшись от поездки в Японию, он все же мечтал посмотреть мир и в 1911 году устроился помощником кока на пассажирское судно. Совершив два дальних, почти кругосветных, плавания, юноша побывал в Африке, Европе, Америке. В Нью-Йорке он был разнорабочим и восхищался текстом Декларации независимости. Спустя годы Соединенные Штаты станут главным врагом для вьетнамского революционера.

Из Америки Тхань перебрался в Англию, где устроился в фешенебельный отель «Карлтон» и трудился в качестве помощника повара под началом известного мэтра кулинарии Огюста Эскофье. Возможно, при таком наставнике он и сам стал бы королем ресторанного бизнеса, но у целеустремленного вьетнамского юноши были несколько иные приоритеты…

В 1916 году Тхань поселился во Франции, куда его пригласил один из земляков, пообещавший помочь с работой и квартирой. Зарплаты ретушера в фотоателье ему, человеку неженатому (и семьей так и не обзаведшемуся), хватало на личные нужды, что до свободного времени, то оно тратилось на политику.

В 1919 году в Версале прошла подводившая итоги Первой мировой войны конференция. Тхань в то время примкнул к социалистам, взяв себе псевдоним Нгуен Ай Куок (то есть Нгуен Патриот). Именно под этим именем он и приобретет известность.

Первым шагом на политическом поприще стало создание «Тетради пожеланий вьетнамского народа», которую он распространял среди участников Версальской конференции.

Правда, проблемы Индокитая никого на этом мероприятии особенно не волновали. Крупные мировые игроки делили другие сферы влияния, Франция же, как страна-победительница, крепко держала свои заморские владения. Однако определенного резонанса Нгуен все же добился. За ним даже установили слежку, а будущий шеф французской охранки в Индокитае Луи Арну, ткнув в его фотографию пальцем, бросил пророческие слова: «Поверьте мне, господа, что этот с виду тщедушный, но полный жизненных сил юноша может стать именно тем человеком, который поставит крест на нашем господстве в Индокитае».

В июле 1920 года полный жизненных сил юноша познакомился с тезисами Ленина по национальному и колониальному вопросам, что окончательно определило его политическую биографию. В декабре 1920 года большая часть французских социалистов примкнула к созданному Лениным Третьему Интернационалу, образовав Французскую коммунистическую партию, в которой Нгуен стал кем-то вроде эксперта по индокитайской проблеме. Его даже пригласил на беседу министр по делам колоний Альбер Сарро; мягко поугрожал, а потом показал «пряник», пригласив обращаться, если будут проблемы.

ТРОПЫ КОМИНТЕРНЩИКА

После этой беседы Нгуена, от проблем подальше, отправили в Советский Союз, куда он прибыл в июне 1923 года под чужим именем. Местом его работы стал Восточный отдел Коминтерна, а уже в декабре в журнале «Огонек» появился очерк «Нгуен Ай Куок. В гостях у коминтернщика».

Автором очерка был известный поэт Осип Мандельштам, и вот как он описывает своего собеседника: «Нгуен Ай Куок — единственный аннамит в Москве, представитель древней малайской расы. Он почти мальчик, худой и гибкий, в вязанной шерстяной телогрейке. Говорит по-французски, на языке угнетателей, но французские слова звучат тускло и матово, как приглушенный колокол родной речи.

Нгуен Ай Куок с отвращением произносит слово «цивилизация»; он объехал почти весь колониальный мир, был в Северной и Центральной Африке и достаточно насмотрелся».

Перспектив революции в Индокитае собеседники не касались, но характерно такое суждение «коминтернщика»: «Да, интересно, как французские власти научили наших крестьян словам «большевик» и «Ленин». Они начали преследовать коммунистов среди аннамитов в то время, когда никаких коммунистов и в помине не было, и, таким образом, вели пропаганду».

Через два месяца после интервью Нгуен был буквально сражен вестью о смерти Ленина. Несколько часов он отстоял на морозе, чтобы проститься с вождем большевистской революции, отморозив себе кончики уха и пальцев ног. Оставшиеся от обморожений черные отметины он будет показывать своим товарищам и добавлять что-нибудь вроде: «У нас во Вьетнаме есть легенда о парчовой суме. Столкнувшись с трудностями, раскрывают эту суму, чтобы найти в ней способ их решения. Ленинизм — такой же дивный кладезь мудрости».

Вскоре еще один очерк о Нгуене появился в газете итальянских коммунистов «Унита»: главный герой рассказывал о своей учебе в Коммунистическом университете трудящихся Востока и, разумеется, о борьбе с колониализмом.

Применять полученные там знания Нгуена отправили в китайский город Кантон (Гуанчжоу), где, во-первых, у власти находился расположенный к Советскому Союзу вождь китайской революции Сун Ят Сен, а во-вторых, существовала многочисленная вьетнамская диаспора. Официальной «крышей» Нгуена была должность переводчика при советнике китайского правительства Михаиле Бородине, но при этом он работал под именем китайца Ли Цуя.

В Кантоне Нгуен создал для земляков Комитет особой политической подготовки, причем, разумеется, имелась в виду подготовка по части теории и практики коммунизма.

В июне 1925 года было организовано Товарищество революционной молодежи Вьетнама, ставшее ядром будущей национальной компартии. Имелся у нее и собственный печатный орган, ориентированный в основном на молодежную аудиторию.

Китайские власти этой деятельностью не интересовались до лета 1927 года, когда преемник Сун Ят Сена маршал Чан Кай Ши поссорился с Советским Союзом. В Кантоне коммунистам устроили бойню, а резиденция товарищества подверглась разгрому.

ЛЕСНОЙ ЖИТЕЛЬ

Нгуен срочно отбыл в Москву, где доложил о случившемся и получил от своих коминтерновских кураторов новые установки. Затем в декабре 1927 года он побывал в Брюсселе на заседании Генерального совета Антиимпериалистической лиги, познакомившись с левыми интеллектуалами Европы — Эйнштейном, Ролланом, Барбюсом. Далее он отбыл в Сиам, чтобы заняться объединением в компартию рассеянных по Юго-Восточной Азии вьетнамских эмигрантов.

В какой-то момент показалось, что лучше всего такую работу вести из Гонконга, где 3 февраля 1930 года и прошла объединительная конференция по созданию коммунистической партии. Помимо Нгуена в ней участвовали всего шесть человек, а общее количество коммунистов, которых они представляли, едва превышало две сотни.

Чуть позже в октябре прошел пленум, на котором компартия была переименована из вьетнамской в индокитайскую, то есть предполагалось, что она будет охватывать в своей деятельности и такие французские колонии, как Лаос и Камбоджа. Но Нгуен Ай Куок в пленуме уже не участвовал.

6 июня 1931 года британская полиция арестовала его в Гонконге по запросу французских властей с очевидным намерением выдворить на родину, где ничего, кроме гильотины, ему не светило.

К счастью, в дело вмешался британский адвокат Фрэнсис Лозби, который умело обыграл процедурные нарушения, допущенные при аресте. Суд поначалу постановил снять с вьетнамца все обвинения, но при этом депортировать-таки его на родину. Пришлось подавать апелляцию, и Нгуен получил право уехать куда хочет. Отправился он, разумеется, в Москву, но в Сингапуре снова оказался арестован британской полицией как лицо, незаконно находящееся на территории Британской империи. На крючкотворство сингапурских властей Лозби вполне успешно ответил собственным крючкотворством.

В результате в конце 1935 года Нгуен все же оказался в Москве, где принял участие в VII конгрессе Коминтерна, а затем возобновил свою работу в аппарате этой организации.

Но штабная деятельность, надо понимать, его тяготила, тем более что события надвигались грандиозные. В середине 1938 года он оставил Москву и через территорию охваченного войной Китая начал пробираться на родину.

Путь оказался длинным и долгим. Только в начале февраля 1941 года, продравшись с пятью спутниками через джунгли, он оказался на родине и обосновался в деревне Пакбо, ставшей «столицей» партизанского района. Вскоре Советский Союз подвергнется фашистской агрессии, Коминтерн будет распущен (чтобы не нервировать союзников по антигитлеровской коалиции), так что Нгуену не особенно приходилось рассчитывать на помощь советских товарищей. Оставалось вести борьбу самостоятельно. Самое время снова сменить имя.

Теперь крестьяне и товарищи по борьбе знали его как Тху Шона — Лесного Жителя. Всегда энергичный и неприхотливый, он умел не подчинять, а скорее увлекать за собой окружающих, которые обычно обращались к нему «Бак», что-то среднее между «дядюшка», «уважаемый», «почтенный».

В ОЖИДАНИИ СВОЕГО ЧАСА

Если без всякой иронии, Баку в те годы действительно пригодилась «волшебная сума ленинизма», точнее, та часть ее содержимого, которая касалась тактики прихода к власти.

Воспользовавшись разгромом Франции, японцы ввели в Индокитай свои войска, но сохранили прежнюю администрацию. И Бак в этой обстановке решил накапливать силы, выжидая момента, когда можно будет сразу прыгнуть в дамки.

Для начала в мае 1941 года была создана Лига борьбы за независимость Вьетнама (Вьетминь), в которую могли войти любые организации, ратовавшие за обретение независимости. Коммунисты играли в ней ведущую роль, но свою деятельность специально не афишировали, чтобы не отпугнуть буржуазные партии, а также потенциальных внешних союзников.

Наиболее близким и естественным союзником в этой ситуации выглядел ведущий борьбу с японской агрессией Китай. И в конце августа 1942 года Бак решил отправиться на переговоры с представителями генералиссимуса Чан Кай Ши. Выполнить эту деликатную дипломатическую миссию он решил под именем Хо Ши Мина, что можно было перевести на русский язык как «Умудренный».

Однако по дороге он был арестован и за последующие 400 с лишним дней сменил 13 тюрем. Формально Хо Ши Мина обвиняли с связях с японцами, но, вероятно, его арестовали, так сказать, для «профилактики». Ведь он представлял силу, относительно союза с которой чанкайшисты еще не определились. К тому же до китайского лидера могла дойти информация, что вьетнамец в 1939–1940 годах провел несколько месяцев в горах Яньани, в резиденции его главного недруга Мао Цзедуна. Тут было над чем подумать.

Думал и узник. Через тюремщиков он передавал весточки товарищам: мол, держитесь, работайте как раньше. И как положено политику, воспитанному на конфуцианской философии, писал стихи, не столько о политике, сколько о природе и любви к Родине.

Между тем чанкайшисты, подумывавшие о походе в Китай и даже создавшие из уроженцев этой страны несколько «карманных» организаций, пришли к выводу, что имеет смысл наладить диалог с Вьетминем.

В общем, на родину в августе 1944 году Бак Хо вернулся, уже договорившись в китайцами, и теперь стал подумывать о создании собственных вооруженных сил. 22 декабря он подписал директиву о формировании «Вооруженного агитационного отряда Армии освобождения Вьетнама» под командованием Во Нгуен Зиапа. Отряд насчитывал 34 бойца, вооруженных двумя пистолетами, 12 винтовками и 17 кремневыми ружьями. Впереди у этой армии и ее командующего будут войны с французами, американцами, китайцами…

События нарастали как снежный ком. 9 марта 1945 года японцы разоружили французские гарнизоны и объявили о создании независимого Вьетнама во главе с представителем некогда правившей в стране династии императором Бао Даем.

Руководители Страны восходящего солнца рассчитывали создать на подконтрольных им территориях национальные армии с тем, чтобы использовать их против союзников. Посыл был нехитрым — желтой расе следует объединиться против белой.

Командующий японской армии в Тонкине отправил «Почтенному Хо Ши Мину, нашему дорогому другу» письмо: «Мы искренне считаем, что Вы — подлинный патриот, Ваши бойцы — храбрые люди. В свою очередь, Вы должны признать, что мы, японцы, оказали помощь Вьетнаму, изгнав французов и предоставив независимость Вашей Родине. Более того, разве мы не соседи? Разве мы не братья одной желтой расы? Почему мы не можем сотрудничать во имя славы наших народов?»

И снова Хо Ши Мин вспомнил пословицу про волка и тигра, приказав подчиненным «отвечать японцам не словами, а только огнем оружия».

К июню партизанский район объединял уже шесть провинций со столицей в местечке Тянчао, а численность бойцов выросла до 10 тысяч.

Однако южную и центральную часть страны достаточно прочно контролировали японцы и подконтрольное им марионеточное правительство, да и помимо Вьетминя там существовали другие националистические группировки.

Но Хо Ши Мин чувствовал, что решающий час приближается, и, в очередной раз открыв «волшебную суму», дал сигнал готовить всеобще восстание. Для осуществления его следовало выбрать момент, когда японцы окажутся уже не способны к сопротивлению, а войска союзников (англичан, американцев, китайцев, французов) еще не успеют установить контроль над Вьетнамом.

В общем, по крайней мере на севере страны все прошло как по нотам. 15 августа 1945 года Страна восходящего солнца объявила о капитуляции, после чего отряды Вьетминя начали разоружать японские гарнизоны и создавать собственные органы власти.

По городам прокатились демонстрации, а 19 августа на Театральной площади Ханоя состоялся 100-тысячный митинг сторонников Вьетминя. 23-го под контроль восставших перешла бывшая императорская столица Хюэ, а 30-го, поняв, что спорить с судьбой бессмысленно, Бао Дай зачитал свое отречение, завершив его эффектным: «Я предпочитаю стать гражданином свободной страны, чем оставаться императором страны рабов». После таких слов у него был шанс войти в национальную историю героем, но он им не воспользовался.

ШЛЕМ, ТРОПА И ГОРОД ХО ШИ МИНА

Национальным героем стал именно Хо Ши Мин, который 2 сентября, выступая на полумиллионном митинге на площади Бадинь в Ханое, торжественно провозгласил Декларацию независимости, знаменовавшую рождение Демократической Республики Вьетнам (ДРВ). Но борьба, как выяснилось, только начиналась…

Сначала пришлось выдавливать из Северного Вьетнама китайцев, которые тоже вошли в Ханой и попытались поставить у власти кого-нибудь более им послушного. Чтобы не дразнить гусей, 11 ноября компартия даже объявила о самороспуске, но при этом всерьез занялась выборами в Национальное собрание. Вьетминь одержал на них более чем убедительную победу, проведя в депутаты 105 коммунистов, фигурировавших как «независимые». Еще около 70 мест оказались автоматически забронированными за представителями буржуазных партий и прокитайских группировок.

Так или иначе, Вьетминь получил абсолютный мандат доверия, а Хо Ши Мин 2 марта 1946 года стал главой государства, совместив посты премьер-министра и президента. Чанкайшистам вскоре пришлось заняться собственными проблемами, поскольку в Китае начался финальный (и проигранный ими) этап гражданской войны с коммунистами. Зато снова появились французы, которые соглашались в лучшем случае на предоставление своим бывшим колониям очень широкой автономии и даже создали марионеточное правительство, опять-таки во главе с Бао Даем.

Война против них продолжалась до 1954 года и, вполне естественно, за это время вьетнамская армия превратилась в грозную силу. Закончилась она битвой при Дьен Бьен Фу, когда крупная французская группировка оказалась блокированной в долине. Как-то Хо Ши Мин объяснял соратникам, что шансов выбраться из этой ловушки у противника нет никаких, используя для наглядности свой перевернутый пробковый шлем. Поэтому долину так и прозвали «Шлем Хо Ши Мина».

В конце концов французы признали поражение, вывели войска, однако оставили скверное наследство в виде контролировавшего южную часть страны правительства Нго Дин Зьема.

Так Вьетнам оказался расколот на две части. На юге в так называемой Республике Вьетнам один за другим менялись диктаторы, а на севере в Демократической Республикие Вьетнам (ДРВ) Бак Хо занимался построением социализма.

Такое относительно мирное соседство не могло продолжаться долго, поскольку южане ориентировались на США, а северяне — на СССР.

В общем же подавляющее большинство вьетнамцев явно предпочитали иметь единую страну во главе с Хо Ши Мином.

Бывшая компартия Индокитая с 1951 года разделилась на Партию трудящихся Вьетнама, Лаосскую народную партию и Кхмерскую народно-революционную партию, которые, соответственно, боролись за независимость и установление социализма во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже. Еще одним широко известным названием стал Вьетконг — так сокращенно именовался Национальный фронт освобождения Южного Вьетнама, ведущий партизанскую борьбу против Нго Дин Зьема и его преемников. Оружие и подкрепление вьетконговцы получали с севера по «Тропе Хо Ши Мина», проложенной через джунгли Лаоса и Камбоджи.

В конце концов в 1965 году американцы попытались решить вьетнамскую проблему, задействовав «ограниченный контингент», численность которого постепенно перевалила за полмиллиона.

Так началась Вьетнамская война, стоившая жизни 58 тысячам американских военнослужащих и примерно 6 тысячам их союзников (южнокорейцев, австралийцев, тайцев, новозеландцев). Подорван оказался и авторитет Соединенных Штатов как светоча демократии.

Хо Ши Мин умер 3 сентября 1969 года, когда боевые действия были в самом разгаре. Американская авиация регулярно осуществляла бомбардировки Ханоя, натыкаясь при этом на советские ракетные комплексы, за пультами управления которых зачастую сидели советские же специалисты.

В общем, до исполнения своей мечты — объединения Вьетнама — Хо Ши Мин так и не дожил. Оно произошло позже. В 1973 году американцы вывели свои войска, а 30 апреля 1975-го северовьетнамские танки, сбив ограду, въехали на территорию президентского дворца в Сайгоне.

Крупнейший порт страны и главный город Южного Вьетнама сменил свое прежнее имя и стал называться Хошимином — по самому известному из ста с лишним имен и псевдонимов общевьетнамского дядюшки.


23 Июня 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
86015
Виктор Фишман
69284
Борис Ходоровский
61614
Богдан Виноградов
48844
Сергей Леонов
35968
Дмитрий Митюрин
35152
Сергей Леонов
32596
Роман Данилко
30503
Светлана Белоусова
17025
Борис Кронер
16680
Дмитрий Митюрин
16612
Татьяна Алексеева
15305
Наталья Матвеева
14989
Александр Путятин
14199
Светлана Белоусова
13686
Наталья Матвеева
13563
Алла Ткалич
12606