Праздник для мира и войны
АНЕКДОТЪ
«Секретные материалы 20 века» №1(543), 2020
Праздник для мира и войны
Богдан Виноградов
журналист
Санкт-Петербург
408
Праздник для мира и войны
Рождественское перемирие на фронте Первой мировой

Новый год — праздник, любимый большинством из нас с детства. А Европа и США со сравнимым размахом отмечают Рождество. Которое, впрочем, в последние годы вновь становится значительным праздником и у нас. Традиционно эти праздники наполнены радостью и надеждой. Тем интереснее наблюдать, как привычные смыслы преломляются сквозь другие эпохи и необыкновенные обстоятельства.

Что бывает в Рождество

Множество знаковых событий произошло на Рождество или Новый год. Иногда это было простым совпадением — вряд ли, например, астроном Эдвин Хаббл специально ждал 1 января, чтобы объявить о существовании галактик, помимо Млечного Пути. Однако чаще всего речь шла о человеческом стремлении к символизму. Так, на Рождество 800 года Карл Великий объявил себя императором — впервые со времен Римской империи. Спустя более чем три с половиной сотни лет его примеру последовал Вильгельм Завоеватель, который стал королем Англии в Рождество 1066 года.

Нет ничего удивительного в том, что монархи стремились отождествить свое восхождение к власти с рождением Спасителя. А вот Советский Союз, согласно одной из версий, начал вторжение в Афганистан в католическое Рождество, руководствуясь более практическими соображениями — дескать, реакция западных стран должна была быть заторможена идущими праздниками…

Новогодние развлечения писателей

Впрочем, для большинства обывателей праздник оставался праздником: «Что сказать о прошлом 1853 годе? Мог бы он быть гораздо лучше, а мог бы пройти и несравненно хуже. Ешь, пей, спи, веселись, будь порядочным человеком и не рассчитывай на что-нибудь великолепное впереди. А придет оно само — тем приятнее. Опускаю руку и беру свой билет на жизненную loterie-tombola (лотерею)» — такую запись сделал русский писатель и литературный критик Александр Васильевич Дружинин 1 января 1854 года.

За полвека до этого его коллега, писатель и драматург Степан Петрович Жихарев встречал зимние праздники повеселее: «Благодаря некоторым знакомым повесам вчерашнюю ночь напролет я прогулял в маскараде, ходя об руку с разными масками двусмысленного поведения, которые все так хорошо замаскированы были, что их можно было бы узнать за четверть версты». К счастью, писатель избежал излишеств: «Слава богу, что посреди этих соблазнов удержался я еще от пьянственного окаянства! И так сегодня не поспел никуда, и визиты справлять придется завтра».

Солдатский праздник

Но встретить праздник за столом получалось далеко не всегда и не у всех. И конечно, в первую очередь речь идет о солдатах. Те, кто нес службу в мирное время, обычно получали небольшие послабления и расширение рациона. Так, в русской императорской армии на Рождество проводили смотр войск и праздничный молебен. С 1812 года на это время выпадало отмечание победы над Наполеоном, и поэтому молебен официально назывался так: «Благодарственное и молебное пение ко Господу Богу, певаемое в день Рождества, еже во плоти, Спасителя нашего Иисуса Христа, в воспоминание избавления Церкви и Державы Российския от нашествия галлов и с ними двадесяти языков». Аналогичные традиции существовали в армиях многих других стран.

А вот во время военных действий времени на празднества могло просто не быть, что иногда не могло не раздражать их участников.

Однажды генерал-лейтенант Элмер Хантер-Вестон решил поздравить солдат, отправляющихся на фронт. Шла зима 1917 года, особенно холодная и жестокая — и, в принципе, сама идея была хорошей. Проблема заключалась в том, что генерал любил представляться полностью: «Я, генерал-лейтенант сэр Элмер Хантер-Вестон, член парламента от Северного Эршира, ваш корпусной командир, желаю вам счастливого Рождества!» — и все это время внутрь поезда проникал мороз. И в какой-то момент в ответ на очередное приветствие из темных глубин вагона раздался грубый прокуренный голос: «А я принц Уэльский и желаю, чтобы ты закрыл эту проклятую дверь!» История умалчивает, подчинился ли Вестон приказу «принца», но на самом деле выбор у него был небольшой.

Радость посреди ада

Но в любом правиле присутствуют исключения. И пожалуй, самое известное из них — знаменитое рождественское перемирие 1914 года.

Первая мировая война оказалась гораздо ужаснее, чем ожидали европейцы. А зимой к летящим снарядам и пулям добавилась новая опасность — холод. В воюющих странах стали раздаваться призывы к официальному объявлению перемирия. Естественно, командиры их проигнорировали, — казалось, что в гигантской мясорубке было не до праздников.

Но сидящие по окопам солдаты оставались людьми, которым хотелось чего-то доброго и светлого даже посреди крови и грязи. И вот в окопах тут и там стали появляться елки, проводились коротенькие рождественские богослужения — зачастую на свежих развалинах.

«После нескольких месяцев карательного снайперского огня и обстрелов этот короткий эпизод был словно бальзам на душу и принес долгожданное облегчение в повседневной монотонности противоборства, — вспоминал в своих мемуарах художник Брюс Бэйрнсфазер, во время войны служивший британским пулеметчиком. — Рождественским утром я проснулся очень рано. Это был прекрасный день. Красивый, безоблачный день».

Кроме того, сражавшимся отчаянно хотелось увидеть людей в своих противниках. Они стали перекрикиваться, поздравляя друг друга с праздником. Сделать это было несложно — иногда линии окопов разделяло менее сотни метров. Чувствовавшие настроение офицеры по собственной инициативе заключали локальные перемирия на сутки-двое. Осмелевшие немцы и британцы общались друг с другом, обменивались мелкими вещами, иногда даже играли в футбол.

«Последнее, что я увидел во время той встречи, — это то, как один из моих пулеметчиков, который на гражданке был чем-то вроде парикмахера-любителя, подстригал неестественно длинные волосы послушно сидевшего немца», — писал Бэйрнсфазер.

Брали неверный прицел

К сожалению, не все разделяли праздничное настроение. Британский писатель Луэллин Вин Гриффит в своих воспоминаниях рассказал о том, как на его участке фронта перемирие чуть было не сорвалось: «Некоторые наши не вышли, злобно огрызаясь на остальных. Офицеры приказали солдатам вернуться, так что через несколько минут ничья земля заметно опустела, а потом и вовсе обезлюдела. Но в эти немногие минуты успел пройти лихорадочный обмен «сувенирами» и обещаниями — о мирном дне, о футбольном матче в полдень, о том, что ночью не выстрелит ни одна винтовка. Взбешенный бригадир, спешно прибывший на передовую, бессвязно орал, поминая через слово о «полевом суде»; он приказал действовать следующей ночью сверх обыкновенного и бегал повсюду с яростью. Мы, судя по всему, стали угрозой всему союзническому делу. Подозреваю, что по другую сторону ничьей земли сыграли подобную сценку, так как позже, днем, стали бить пушки. Артиллеристы призывали пехотинцев к решимости. Но генеральское неистовство не подняло наступательного духа пехоты — все видели, как на обеих сторонах винтовки и пулеметы нарочно брали слишком высокий прицел».

Война продолжалась еще годы, и прежде, чем она закончилась, погибли миллионы. Штабы враждующих войск приложили все усилия, чтобы больше ничего подобного не происходило. Разрушить чудо оказалось просто — достаточно было просто усилить обстрелы за несколько дней до праздника и довести до сведения офицеров декреты, сулившие суровые наказания за «измену».

Но рождественское перемирие навсегда осталось в истории последним приветом из безвозвратно ушедшей «прекрасной эпохи», трогательной и трагичной зимней историей.


1 Января 2020


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85196
Виктор Фишман
68635
Борис Ходоровский
61017
Богдан Виноградов
48070
Дмитрий Митюрин
34226
Сергей Леонов
32101
Сергей Леонов
31996
Роман Данилко
29980
Светлана Белоусова
16352
Дмитрий Митюрин
16147
Борис Кронер
15443
Татьяна Алексеева
14558
Наталья Матвеева
14236
Александр Путятин
13945
Наталья Матвеева
12471
Светлана Белоусова
12009
Алла Ткалич
11742