Абвер в стране кактусов
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«СМ-Украина»
Абвер в стране кактусов
Игорь Ландер
журналист
Одесса
238
Абвер в стране кактусов
Многие нефтяные мексиканские промыслы располагались на побережье

Мексика являлась самым удобным плацдармом для проникновения как в Соединенные Штаты, так и в Латинскую Америку. Уже в период Первой мировой войны в стране кактусов сосредоточились резидентуры ведущих европейских государств, стремившихся развернуть свои операции в Западном полушарии.

Значительный интерес представляла мексиканская нефть, наряду с танками и самолетами справедливо именовавшаяся новым оружием мировой войны, и другие полезные ископаемые полуострова Юкатан. Именно нефть и стала ключом, при помощи которого Германия проникла в эту соседнюю с Соединенными Штатами страну и завоевала там весьма прочные позиции. Случилось это вопреки воле могущественного северного соседа Мексики и из-за его недальновидности.

ЛАКОМЫЙ КУСОЧЕК ДЛЯ «ГРИНГО»

История взаимоотношений двух соседних государств в межвоенный период изобиловала драматическими периодами. В 1920-е годы в Мексике процветала настолько дикая коррупция, что американцы были вынуждены практически свернуть экономические связи. Новый президент Альваро Обрегон несколько исправил ситуацию, насколько это было возможно в условиях исторически сложившейся и вошедшей в национальный характер системы воровства и подкупа, и немного улучшил отношения с Вашингтоном. В 1923 году США даже предоставили Мексике кредит на закупку вооружений из арсеналов своей армии, но при преемнике Обрегона Плутарко Кальесе отношения испортились вновь. Новый президент отменил все права иностранцев на покупку земли в Мексике и до крайности ограничил возможности частных лиц, особенно иностранцев, на использование нефтяных ресурсов страны. Как известно, ничего не раздражает американцев в иностранных режимах сильнее, чем ограничение их возможностей обогащаться за счет чужого государства. Так произошло и в данном случае. Ряд крупных корпораций, в особенности нефтяных, немедленно начали лоббировать решение об интервенции в Мексику под благовидным предлогом противодействия распространению большевизма в Америке, который предлагалось выкорчевывать вооруженной силой. Однако умелое маневрирование Каллеса и здравая позиция посла США в Мехико Дуайта Морроу в 1927 году помогли несколько нормализовать двусторонние отношения. Все это время Соединенные Штаты прекрасно обходились в Мексике без вмешательства разведки, однако позднее ситуация несколько изменилась.

Взаимоотношения Мексики и Соединенных Штатов и ранее были омрачены давней чередой конфликтов. США вторгались в страну в 1846, 1914 и 1916–1917 годах. Но в 1933 году государственный секретарь США Кордел Хелл провозгласил принципы политики невмешательства во внутренние дела иностранных государств, в связи с чем инструмент интервенции потерял былое значение. Отныне Вашингтон уже не угрожал открыто неугодным режимам, ему приходилось действовать более тонкими методами.

БОЙКОТ ДЛЯ МЕКСИКАНСКОЙ ЭКОНОМИКИ

В 1936 году антимексиканские настроения в США, вызванные национализацией президентом Карденасом иностранной собственности и грядущей национализацией нефтяных месторождений в Мексике, потребовали от Вашингтона адекватной реакции. Соединенные Штаты с удовольствием свергли бы режим, но к середине 1930-х годов они еще не располагали соответствующими организациями для осуществления этой задачи. Тогда Хелл и министр финансов Генри Моргентау решили преподать Мексике урок и атаковали ее финансовую систему, а также попытались понизить мировые цены на серебро для удара по экспорту страны. В ответ Карденас объявил о реализации положений конституции от 1917 года, объявлявшей недра Мексики ее национальной собственностью, и предупредил о предстоящей национализации нефтепромыслов начиная с 18 марта 1938 года.

Вооруженное вторжение исключалось, поэтому пострадавшие в результате этого акта компании «Роял Датч — Шелл» и «Стандард Ойл оф Нью-Джерси» официально заявили о незаконном отъеме правительством Мексики их собственности и призвали мировое сообщество бойкотировать мексиканскую нефть. В результате мексиканцы вскоре оказались в крайне сложной ситуации. Они владели скважинами и промысловым оборудованием, но не располагали ни танкерами для вывоза нефти, ни позициями на рынке нефтепродуктов. В Вашингтоне уже были готовы торжествовать, но внезапно в ситуацию вмешался совершенно новый фактор. На сцену вышли немцы. Прибывшие в Мехико представители Имперского совета по импорту нефти договорились о бартерных поставках в обмен на строительство электростанций. Одновременно в мексиканской столице появился и владелец гамбургского нефтеперерабатывающего концерна «Евроком» американец Уильям Родес Дэвис. Он предложил вывозить из страны закупаемую им же нефть на своих танкерах в Гамбург, вся нефть предназначалась для нужд кригсмарине. Сделка была столь удачной, что «Евроком» получил эксклюзивное право на закупки мексиканской нефти. Экономическая блокада Мексики провалилась, а немцы надолго стали в стране желанными гостями.

НЕФТЬ — ОСОБЫЙ ИНТЕРЕС ГЕРМАНИИ

Естественно, это немедленно отразилось и на внеэкономических сферах. Операции абвера в стране активизировались вскоре после назначения его начальником капитана 1-го ранга Вильгельма Канариса. Активно действовала и разведка МИД Германии, поэтому действия обеих организаций требовалось тщательно координировать. В 1936 году за это отвечал канцлер посольства Германии в Мехико и одновременно руководитель операций абвера в Мексике и на юге США доктор Генрих Норте, полномочия которого заключались исключительно в постановке задач и разграничении полномочий резидентур абвера и дипломатической разведки. Их основными задачами в стране являлись обеспечение поставок нефти и размещение нелегальных передатчиков для связи с агентурой на территории США. До 1939 года все попытки в этом направлении не выходили за рамки проработок перспективных возможностей. В реальности немцы пока не предпринимали серьезных попыток насадить агентурную сеть в Мексике, хотя еще в 1936 году обсуждали такую возможность с японскими союзниками. Однако реализация достигнутых договоренностей была отложена. Тесные взаимоотношения, установившиеся между Мехико и Берлином в результате нефтяной сделки, сняли необходимость агентурного проникновения в регион. Лишь после отказа Великобритании и Франции в октябре 1939 года заключить мир с Германией Канарис принял решение о создание в Мексике разведаппарата.

АБВЕР ВЕРБУЕТ БОЛЬШОЙ ШТАТ

Резидентом абвера в Мехико с 1938 года являлся барон Карл Фридрих фон Шлеебрюгге («Моррис»), близкий друг рейхсмаршала Геринга и двоюродный брат бывшего вице-канцлера и посла рейха в Анкаре фон Папена. Он установил хорошие связи в военных кругах, что существенно облегчило ему работу. В сентябре 1939 года фон Шлеебрюгге возвратился в Германию и был призван на службу в люфтваффе, где сначала командовал эскадрильей пикирующих бомбардировщиков, а в октябре стал комендантом берлинского гарнизона. Однако на этом посту он пробыл недолго, вскоре барона забрал к себе абвер, и после двухмесячного обучения он снова отбыл в Мексику, на этот раз в спецкомандировку по экономической линии (I-Ви), по сложному маршруту через Владивосток, Йокогаму, Гонолулу и Сан-Франциско.

Это решение было довольно нетривиальным, поскольку фон Шлеебрюгге отправился на загранработу по линии берлинского отдела абвера (АСТ-Берлин), преимущественно отвечавшего за контрразведывательное обеспечение расквартированных в столице рейха воинских объектов. Мексика стала объектом заинтересованности именно этого абверштелле вследствие случайного попадания в его орбиту нескольких пригодных для направления в нее офицеров. Абвер располагал в стране обширной вербовочной базой среди 600 тысяч рейхсдойче и бюджетом в 10 тысяч долларов, которые обидно было бы не использовать. Первым агентом АСТ-Берлин в Мексике стал фанатичный нацист Вернер Барке («Банко»). Он собирал разведывательную информацию о перевозках грузов Великобритании и США через порты Тампико и Веракрус. Руководство этим агентом и принял на себя добравшийся до места назначения барон. Вскоре фон Шлеебрюгге обнаружил, что обстановка в мексиканской резидентуре была не слишком боевой. Задачей точки являлось всего лишь изучение потенциальных противников Германии в Западном полушарии, при этом из политических соображений ведение разведки в США запрещалось прямо и категорически. Хорошие связи резидента в военных кругах гарантировали фон Шлеебрюгге свободное перемещение по стране. Однако его поглощенность личным бизнесом хотя и способствовала установлению многочисленных полезных связей, но практически не оставляла резиденту времени на выполнение прямых обязанностей.

Начальник АСТ-Берлин полковник Людвиг Дишлер был достаточно опытным разведчиком и понимал, что фон Шлеебрюгге нуждается в хорошем заместителе по оперативной работе. На эту роль предназначался офицер времен Первой мировой войны Вернер Георг Николаус. Во второй половине 1930-х годов он работал в отделении «Дойче банк» в Колумбии, затем перебрал еще несколько отделений различных банков в Латинской Америке, но особого успеха не добился и в ноябре 1938 года был уволен. Банковское дело оказалось для Николауса неподходящим занятием, и в январе 1939 года он вернулся в армию в прежнем и уже не соответствующем его 41-летнем возрасту лейтенантском звании. Знание испанского языка и обстановки в Латинской Америке привели Николауса в абвер, он был зачислен в штат I-Ви АСТ-Берлин, прошел базовый курс подготовки и совершил несколько служебных поездок в Нидерланды, Бельгию и Францию. К октябрю 1939 года разведчик уже носил погоны капитана, а в январе 1941 года после прохождения дополнительного обучения радиоделу и технике диверсий Николауса под псевдонимом «Макс» забросили на нелегальную работу в Мексику.

АГЕНТ «МАКС»

Первым делом «Макс» перевел Барке из Тампико в столицу, где фактически возложил на него обязанности начальника штаба нелегальной резидентуры и ответственность за обеспечение связи, сбор донесений, работу с финансами и шифры. В качестве стимулирования капитан организовал зачисление агента в кадры абвера, что активно практиковалось в 1941 году. Место «Банко» занял Йозеф Риппер, добывавший информацию от капитана порта Тампико и служащего портовой администрации в Веракрусе.

Весьма ценным агентом резидентуры был родившийся в Мексике немец Карлос Ретельсдорф («Гленн», «Франко»). Он унаследовал от родителей высокодоходную плантацию кофе, поэтому после прохождения обучения в качестве радиста мог позволить себе не брать денег за работу на абвер.

Еще одним агентом резидентуры являлся находившийся в Мексике доктор литературы Берлинского университета Пауль Макс Вебер. В 1933–1934 годах он учился в Денвере по линии обмена студентами и благодаря своему знанию обстановки в Соединенных Штатах Америки представлял для разведки немалую ценность. С абвером Вебер сотрудничал с апреля 1940 года и специализировался, естественно, по США.

Следующий работник резидентуры, немец Йозеф Хермкес был натурализованным мексиканским гражданином и владел фирмой по торговле недвижимостью, которую в 1930-х годах закрыли, а самого Хермкеса отправили в тюрьму на пятилетний срок. Криминальное прошлое не помешало ему вступить в НСДАП и со временем стать ортсгруппенляйтером Заграничной организации (АО) партии в Веракрусе. В 1940 году Хермкесу пришлось ненадолго вернуться в Германию, но связей с Мексикой он не прервал и стал ее почетным консулом в Бреслау. После вербовки, зачисления в списки агентуры отделения абвера в Бремене (АНСТ-Бремен) и прохождения трехмесячного специального обучения он под псевдонимом «Джо» вернулся в Мексику. Добирался Хермкес туда по Транссибирской магистрали одним поездом с Николаусом и в пути настолько сильно рассорился с ним, что из Владивостока в Японию они принципиально отправились на разных судах. На месте Николаусу все же пришлось общаться с Хермкесом, и его самолюбие получило чувствительный удар, когда он получил указание о вручении «Джо» 2 тысяч долларов из имевшихся у него оперативных сумм. В отместку заместитель резидента не привлекал ставленника конкурирующего АНСТ ни к одной из операций, то есть фактически законсервировал его, причем не по указанию руководства и не из оперативных соображений, а из-за собственных амбиций.

Довольно широкую, хотя и несколько искаженную известность получил впоследствии работник резидентуры в Мексике Карл Франц Иоахим Рюге (Y-2863). В августе 1939 года он отбыл по служебным делам в Германию, был застигнут там войной и призван в вермахт. После восьмимесячного разведывательного обучения в июле 1940 года он вернулся в Мексику с конкретной задачей обслуживания процесса изготовления микроточек для агентурной группы фон Шлеебрюгге — Николауса. Сразу же по возвращении из командировки в Германию он получил от «Макса» 5 тысяч долларов США. Сумма по тем временам была довольно значительной, однако для Рюге с женой оказалась совершенно недостаточной. Супруги мгновенно истратили деньги на приобретение нового дома и роскошного «Кадиллака». Подобное расточительство не предусматривалось никакими сметами абвера и грозило истощить оперативные фонды резидентуры, однако в отсутствие другого специалиста «Макс» был вынужден мириться с сибаритством своего подчиненного. Настоящая работа наконец-то появилась у Рюге в апреле 1941 года, после того, как абвер сумел доставить на место первое оборудование для изготовления микроточек.

На резидентуру абвера в Мексике работали еще семеро установленных в настоящее время агентов, из них двое — непосредственно в США. Николаус поддерживал устойчивую горизонтальную связь с нелегальным резидентом абвера в Бразилии, с резидентурой в Чили и с миссией Германии в Мехико. «Макс» упоминал о наличии у него еще четырех агентов, имена которых остаются неизвестными и по сей день. Для оценки масштабов работы можно указать, что только в столичном округе Мехико резидентура пользовалась 11 конспиративными адресами. Она добывалась, оценивала и направляла в Германию разведывательную информацию об армейской и морской авиации США, о производстве алюминия, стали и продуктов нефтепереработки. До осени 1940 года сведения передавались под видом зашифрованных коммерческих телеграмм, но позднее «Макс» стал серьезно сомневаться в стойкости своей криптосистемы. Выход из этой ситуации он видел в установлении магистральной радиосвязи с Берлином, для чего в январе 1941 года посадил за передатчик Карлоса Ретельсдорфа. Кроме того, первоочередная задача — добывание разведывательной информации о военном производстве США — решалась не только агентурно-оперативным, но и информационно-аналитическим методом. В Мексике «Макс» подписался на 30 издававшихся в Соединенных Штатах и Канаде технических и экономических журналов и газет, работники резидентуры обрабатывали их и готовили обзоры по интересующим темам.

Первые и достаточно серьезные проблемы у мексиканской точки АСТ-Берлин возникли в результате безответственного поведения заместителя резидента. Николаус сожительствовал с дочерью одного из самых уважаемых мексиканских семейств Терезой Кинтанилья, но в апреле 1941 года сменил любовницу. Это оказалось роковой ошибкой. Брошенная женщина заявила властям о том, что ее бывший сожитель является германским шпионом и дала наводку на его радиста Ретельсдорфа и чиновника МВД, поставлявшего резидентуре чистые бланки паспортов. ФБР и его подразделение внешней контрразведки СИС (не путать с британской разведкой!) убедили мексиканцев арестовать нескольких агентов-немцев и выслать их в рейх через США и нейтральные государства Европы. Вопреки обещанию госдепартамента Соединенных Штатов обращаться с высылаемыми из Мексики немцами, как с беженцами, Николауса обыскали и обнаружили у него микрофильмированные материалы о военном производстве в США. После этого контрразведка ходатайствовала перед госдепартаментом о его аресте и допросе, однако такая практика нарушила бы взятые Вашингтоном обязательства, и все агенты спокойно отбыли на родину.

Помимо АСТ-Берлин, в Мексику активно старалось внедриться и АСТ-Гамбург. Хотя его офицеры работали в стране через фон Шлеебрюгге, впоследствии соперничество этих двух разведорганов вызвало множество проблем во взаимоотношении между их агентами. Гамбург сосредоточивался преимущественно на морских вопросах и поэтому полагал своей вотчиной всю Латинскую Америку. За военную и военно-морскую разведку в Мексике отвечал Эдгар Хильгерт, с октября 1940 года использовавший в качестве прикрытия должность руководителя мексиканского отделения немецкого Южноамериканского банка. Общая численность агентуры АСТ-Гамбург в Мексике к 1940 году достигла 40 человек, наиболее результативным являлся доктор Иоахим Хертслет, друг президента Ласаро Карденаса-и-дель-Рио. Это позволило ему организовать систему секретных бункеровочных баз для германских подводных лодок, крейсировавших в Мексиканском заливе и вдоль всего побережья США. В Мексике находился и руководитель одной из двух действовавших в США диверсионных сетей Абт-II австриец Карл Бертрам Франц Рековски («Рекс», «Ричард II»).


Читать далее   >

20 Апреля 2020


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85914
Виктор Фишман
69216
Борис Ходоровский
61506
Богдан Виноградов
48794
Сергей Леонов
35344
Дмитрий Митюрин
34999
Сергей Леонов
32533
Роман Данилко
30421
Светлана Белоусова
16892
Борис Кронер
16556
Дмитрий Митюрин
16517
Татьяна Алексеева
15266
Наталья Матвеева
14913
Александр Путятин
14177
Светлана Белоусова
13560
Наталья Матвеева
13428
Алла Ткалич
12550