Первые бои «Дикой дивизии»
ВОЙНА
Первые бои «Дикой дивизии»
Владислав Фирсов
журналист
Санкт-Петербург
340
Первые бои «Дикой дивизии»
Атака Ингушского полка «Дикой дивизии»

Относительно обстоятельств, при которых за Кавказской дивизией закрепилось название «Дикая», существует следующая история…
После укомплектования штата в Петрограде был назначен строевой смотр, который принимал сам командир дивизии великий князь Михаил Романов. В разгар смотра всадники-ингуши, не разумевшие русского языка, неожиданно пустили своих коней в галоп, имитируя кавалерийскую атаку. Удивленный великий князь поинтересовался, что это за «дикий» полк самовольно изменил установленную процедуру. Адъютанты объяснили случившееся незнанием горцами русского языка и некомпетентностью в ритуале приветствия своего командира. Выдержав паузу, Михаил Александрович заявил, что такая джигитовка – лучшее для него приветствие.

Из воспоминаний прапорщика Ингушского полка Анатолия Львовича Маркова: «Отношения между офицерами и всадниками сильно отличались от таковых в регулярных частях. В горцах не было никакого раболепства перед офицерами, они всегда сохраняли собственное достоинство и отнюдь не считали своих офицеров за господ – тем более за высшую расу».

Аналогичного мнения придерживался бывший корнет Кабардинского конного полка Алексей Алексеевич Арсеньев: «Отношения между офицерами и всадниками носили характер, совершенно отличный от отношений в полках регулярной конницы, о чем молодые офицеры наставлялись старыми. Например, вестовой, едущий за офицером, иногда начинал петь молитвы или заводил с ним разговоры. В общем, уклад был патриархально-семейный, основанный на взаимном уважении, что отнюдь не мешало дисциплине; брани вообще не было места... Офицер, не относящийся с уважением к обычаям и религиозным верованиям всадников, терял в их глазах всякий авторитет. Таковых, впрочем, в дивизии не было».

Во всех кавказских полках соблюдались незыблемые патриархально-семейные ценности. Согласно древним адатам, уважение к старшим было неукоснительным правилом для всех военнослужащих. Следуя этой традиции, на офицерских совещаниях часто присутствовали пожилые унтер-офицеры и даже рядовые всадники, чьи суждения и советы выслушивались с неизменным вниманием.

Гордые джигиты трепетно относились к воинским званиям и боевым наградам. Чтобы не затронуть чувства правоверных мусульман, указом 1844 года были учреждены особые варианты орденов и медалей для иноверцев. Вместо изображения православных святых, в частности Георгия Победоносца, на мусульманских наградах чеканился символ российского самодержавия – двуглавый орел. Эти награды получили свое наименование – «для нехристиан установленные».

Но не всем такая политкорректность понравилась.

На примере Кабардинского конного полка А. А. Арсеньев отмечал: «Боевые награды всадниками очень ценились, но, принимая крест, они настойчиво требовали, чтобы он был не с птицами, а с «джигитом»; кресты для иноверцев Императорской армии чеканились не с двуглавым орлом, а с Георгием Победоносцем». Имелось немало прецедентов, когда всадник наотрез отказывался принять заслуженный Георгиевский крест с изображением российского герба. Чтобы в дальнейшем избежать подобных казусов, российское правительство со временем отменило постановление о разделении наград на христианские и иноверческие. С тех пор все бойцы российской армии мусульманского вероисповедания получали Георгиевские кресты единого образца – с «джигитом».

В сентябре 1914 года, после того как Кавказская дивизия была сформирована, встал закономерный вопрос, на каком участке боевых действий ее эффективнее использовать. Еще на этапе укомплектования от высшего командного состава российских войск поступали различные предложения, где и в каком качестве могли бы пригодиться бесстрашные горцы. В частности, начальник штаба Терского казачьего войска генерал-майор Федор Григорьевич Чернозубов направил в штаб Кавказского округа «Памятную записку» следующего содержания: «Привыкшие к горам кабардинцы, чеченцы, ингуши, дагестанцы и черкесы Кубанской области, конечно, наиболее принесли бы пользу при действиях в предгорьях Карпат, поэтому дивизия, формируемая из горцев Северного Кавказа, должна быть назначена в состав армий Юго-Западного фронта». Его предложение поддержали большинством голосов.

В октябре 1914 года личный состав Кавказской туземной конной дивизии несколькими эшелонами был переброшен в Подольскую губернию, в район Проскурова (современный г. Хмельницкий) и Винницы. В Тифлисе великий князь Михаил Романов произнес напутственную речь перед собравшимися депутациями горцев: «Передайте всем мусульманам мою благодарность. Я тронут и вполне убежден, что мусульмане оправдают мою в них уверенность».

В ноябре 1914 года Николай II в Тифлисе обратился к мусульманской депутации с торжественной речью: «Выражаю мою сердечную благодарность всем представителям мусульманского населения Тифлисской и Елизаветпольской губерний, отнесшегося так искренно в переживаемое трудное время, доказательством чему служит снаряжение мусульманским населением Кавказа шести конных полков в состав дивизии, которая под командою моего брата отправилась для борьбы с общим нашим врагом. Передайте мою сердечную благодарность всему мусульманскому населению за любовь и преданность России».

И именно в ноябре «Дикая дивизия» приняла боевое крещение в составе 2-го кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта Гусейн Хана Нахичеванского 8-й армии генерал-адъютанта Алексея Алексеевича Брусилова.

В конце месяца горцы участвовали в боях на Юго-Восточном (австрийском) фронте под руководством генерала от артиллерии Николая Иудовича Иванова. Дивизия сражалась в районе Карпатских гор юго-западнее Самбора, у Верховины-Быстра, Полянчика и Рыбне.

В декабре отважные джигиты участвовали в особо тяжелых, кровопролитных боях в долине русла реки Сан (приток Вислы). В январе 1915 года в районе Ломна-Лутовиска противник пытался пробить оборону осажденной русскими войсками крепости Перемышль. Бойцы «Дикой дивизии» стоически отражали бесконечные атаки противника, переходя в контратаку и снова возвращаясь к обороне.

5 февраля 1915 года в районе Прикарпатья – Восточной Галиции противник снова перешел в наступление. Для локализации прорыва врага на этом участке фронта была брошена уже проверенная в боях, Кавказская туземная конная дивизия. Для выполнения поставленной задачи соединение во главе с великим князем Михаилом Александровичем выдвинулось из Самбора в район Дрогобыча, оттуда передислоцировалась в Болехов. К востоку и юго-востоку от Днестра дивизия должна была по всему фронту развернуть линию обороны, а после перейти в контрнаступление. В том же месяце в ходе победоносных сражений близ русла реки Ломницы у селений Цу-Бабин и Бринь кавказцы, сломив ожесточенное сопротивление противника, заняли города Станиславов (современный Ивано-Франковск) и Тлумач.

15 февраля 1915 года в бою у деревни Бринь командир чеченцев полковник Александр Сергеевич Святополк-Мирский сам повел свой полк в атаку. Увязая в глубоком снегу, он яростно сопротивлялся натиску превосходящих сил неприятеля. Нанося вокруг себя сокрушительные удары своим булатным клинком, Святополк-Мирский был сражен вражеской пулей.

В контексте последних событий 17 февраля 1915 года из Ставки главнокомандующего в штаб Кавказской дивизии была послана официальная телеграмма, где высокие чины благодарили командиров подразделений за самоотверженную службу и проявленный героизм в боях с врагом. Телеграмма следующего содержания была доставлена великому князю лично в руки: «В Восточной Галиции события развиваются повсюду согласно нашим предположениям. Наши кавказские горцы наводят страх на венгров... Горцы решительно отказываются уступить кому-либо первенство под неприятельским огнем. Никто не должен получить право утверждать, что горец сражается за его спиной. Психология горцев в отношении боевых порядков решительно сближает их с рыцарями, которых можно было заставить сражаться лишь на началах боевого равенства в одношеренговом строю».

Особой благодарности и всевозможных похвал за четкое и квалифицированное руководство вверенными ему войсками удостоился командир «Дикой дивизии». Личным примером Михаил Александрович «воодушевлял и ободрял войска своего отряда, причем выдержал с 14-го по 25-е января натиск превосходящих сил противника на весьма важное направление – на Ломна – Старое Место, а затем при переходе в наступление активным действием содействовал успешному его развитию».

Высочайшим приказом от 3 марта 1915 года по представлению Георгиевской думы Юго-Западного фронта великий князь был награжден орденом Святого Георгия IV степени. В приказе по дивизии № 33 от 3 марта 1915 года комдив уведомил весь личный состав о поощрении своих заслуг перед Отечеством, не забыв упомянуть и ратный труд своих подчиненных: «…этой высокой боевой наградой я всецело обязан самоотверженной работе всех чинов дивизии, от генерала до последнего всадника, которым за их доблестную службу выражаю самую сердечную благодарность».

Между тем горские полки продолжали теснить врага по всем направлениям. 2 марта 1915 года «Дикая дивизия» перешла на новые оборонительные позиции на левом берегу Днестра, заняв фортификационными сооружениями обширный укрепрайон к югу от реки Стрыпи до окраинных земель г. Залещики. 26 апреля кавказские полки форсировали Днестр и перешли в наступление в юго-западном направлении, приближаясь к долине реки Прут.

Военные обозреватели газеты «Новое время» в апрельском номере издания опубликовали очерк «Кавказцы», где с легким оттенком пафоса описали минувшие события на Юго-Западном фронте. «В победном шествии на Станиславов участвовала и Кавказская дивизия. «Природным всадникам» пришлось вместе с пехотными войсками «спешенной конницей» под градом пуль и снарядов постепенно рассыпным строем, перебежками отнимать у неприятеля пядь за пядью землю. Горцы ходили на окопы – в штыки, вернее, в кинжалы, несли сильные потери, но дух их не упал даже в этой совсем необычной для них обстановке».

Военачальники австро-венгерских войск, окопавшиеся в Станиславове, сопоставив силы противника со своими, прекрасно понимали, что шансы у них невелики и город им не удержать. В спешном порядке они вывели бо́льшую часть своих войск, тем не менее оставив в городе внушительный гарнизон. На штурм Станиславова были брошены серьезные силы пехоты и кавалерии. От «Дикой дивизии» в битве участвовали Ингушский и Черкесский полки, входившие в состав 3-й бригады. Издательство «Новое время» не переставая освещало последние сводки о ходе боевых действий под Станиславовым: «Для выяснения количества оставшихся в городе австрийцев посланы два конных разъезда горцев. Видимо, австрийцы заметили их, но ничем не выдали своего присутствия, подпустили эту кучку людей к самому городу. Горцы предположили, что он совсем оставлен неприятелем, спокойно вошли на мост и затем в город. Здесь их встретили залпами с разных сторон. Вместо того чтобы отступить на мост, горячие кавказцы опять прибегли к своему самому необычному оружию, и на улицах закипел кинжальный бой. Плохо ли стреляли австрийцы, или их обуял страх при виде горцев, но и на этот раз последние победили, не потеряв ни одного человека, кроме нескольких раненых. Перестрелку услышали ближайшие четыре сотни и бросились на помощь своим...»

Но после побед пришло еще и время испытаний.


23 ноября 2022


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
1345849
Александр Егоров
268163
Татьяна Алексеева
208630
Яна Титова
197271
Сергей Леонов
194795
Татьяна Минасян
157602
Татьяна Алексеева
128219
Светлана Белоусова
127850
Борис Ходоровский
116721
Сергей Леонов
104559
Виктор Фишман
86674
Павел Ганипровский
84929
Борис Ходоровский
76533
Наталья Матвеева
74120
Павел Виноградов
67503
Валерий Колодяжный
62061
Богдан Виноградов
61924
Наталья Дементьева
61603