СССР
«Секретные материалы 20 века» №16(402), 2014
Военные игры после войны
Аркадий Сушанский
журналист
Санкт-Петербург
637
Военные игры после войны
Уинстон Черчилль и его жена Клементина Хозьер. 30 ноября 1954 г. / WinstonChurchill.org

К апрелю 1945 года Красная армия полностью контролировала территории Польши, Венгрии, Румынии, Болгарии, частично – Чехословакии. Как советские, так и англо-американские войска вели стремительное наступление вглубь территории агонизирующего нацистского рейха. 13 апреля наша армия заняла столицу Австрии – Вену и 16 апреля приступила к операции по взятию Берлина. 25 апреля произошла историческая встреча американских и советских войск на Эльбе, в районе города Торгау.

Установление СССР своего контроля над странами Восточной Европы в конце Второй мировой войны, в особенности создание просоветского правительства в Польше в противовес правительству, находящемуся в изгнании в Лондоне, привели к тому, что правящие круги Великобритании и США стали воспринимать СССР как угрозу. Трудно сыскать в истекшем веке политика, равного Черчиллю по способности сбивать с толку чужих и своих. Но особенно преуспел будущий сэр Уинстон по части интриг в отношении Советского Союза. В посланиях на имя Сталина он «молился, чтобы англо-советский союз был источником многих благ для обеих стран, для Объединенных Наций и для всего мира», желал «полной удачи благородному предприятию». Имелось в виду широкое наступление Красной армии по всему Восточному фронту в январе 1945 года, спешно готовившееся в ответ на мольбу Вашингтона и Лондона оказать помощь союзникам, попавшим в кризисное положение в Арденнах и Эльзасе.

Но это на словах. А на деле Черчилль считал себя свободным от каких-либо обязательств перед Советским Союзом. Именно тогда он отдал приказы складировать трофейное немецкое оружие с прицелом на возможное его использование против СССР, размещая сдававшихся в плен солдат и офицеров вермахта подивизионно на земле Шлезвиг-Гольштейн и в Южной Дании. Позже прояснится общий смысл затевавшейся британским лидером коварной затеи. Англичане брали под свое покровительство немецкие части, которые сдавались без сопротивления, отправляли их в Южную Данию и Шлезвиг-Гольштейн. Всего там было размещено порядка 15 немецких дивизий. Оружие складировали, а личный состав тренировали для будущих боев.

В мемуарах Черчилль следующим образом сформулировал свой взгляд на сложившуюся весной 1945 года ситуацию: «Уничтожение военной мощи Германии повлекло за собой коренное изменение отношений между коммунистической Россией и западными демократиями. Они потеряли своего общего врага, война против которого была почти единственным звеном, связывавшим их союз. Отныне русский империализм и коммунистическая доктрина не видели и не ставили предела своему продвижению и стремлению к окончательному господству». Из этого, по оценке Черчилля, проистекали следующие практические выводы для западной стратегии и политики. Во-первых, советская Россия стала смертельной угрозой для свободного мира. Во-вторых, надо немедленно создать новый фронт против ее стремительного продвижения. В-третьих, этот фронт в Европе должен уходить как можно дальше на восток. Главная и подлинная цель англо-американских армий – Берлин. Освобождение Чехословакии и вступление американских войск в Прагу имеет важнейшее значение. Вся Австрия должна управляться западными державами, по крайней мере на равной основе с русскими Советами. И наконец, необходимо обуздать агрессивные притязания маршала Тито в отношении Италии…

Общеполитическая цель планируемой операции заключалась в навязывании русским воли Соединенных Штатов и Британской империи. При этом отмечалось, что «хотя «воля» двух стран и может рассматриваться как дело, напрямую касающееся лишь Польши, из этого вовсе не следует, что степень нашего вовлечения (в конфликт) непременно будет ограниченной. Быстрый (военный) успех может побудить русских хотя бы временно подчиниться нашей воле, но может и не побудить. Если они хотят тотальной войны, то они ее получат». Военная кампания должна была первоначально носить сухопутный характер и разворачиваться в Северо-Восточной Европе. Наилучшей зоной для наступления рассматривалась территория к северу от линии Цвиккау – Хемниц – Дрезден – Герлиц. При этом предполагалось, что остальная часть фронта будет удерживать оборону.

Весной 1945 года объединенным штабом планирования военного кабинета Великобритании был подготовлен план операции под кодовым названием «Немыслимое». В нем формулировались цели, определялись привлекаемые силы и направления ударов войск западных союзников. В приложениях к плану содержались сведения о дислокации частей Красной армии на территории Северо-Восточной Европы. Внезапное нападение на СССР предполагалось осуществить 1 июля 1945 года силами 47 английских и американских дивизий без объявления войны. Помочь в нанесении удара должны были 10–12 немецких дивизий, которые «союзники» держали нерасформированными в Шлезвиг-Гольштейне и в Южной Дании, их ежедневно тренировали британские инструкторы: готовили к войне против СССР. По идее, это была бы война объединенных сил западной цивилизации против России – впоследствии в «крестовом походе» должны были участвовать и другие страны, например Польша, затем Венгрия...

Война должна была привести к полному разгрому и капитуляции СССР. Закончить ее намечалось примерно там же, где хотел это сделать Гитлер по плану «Барбаросса», – на рубеже Архангельск – Сталинград. В англо-американском плане было четко прописано: советские войска на этот момент будут истощены, техника, участвовавшая в боевых действиях в Европе, – изношена, продуктовые запасы и медикаменты подойдут к концу. Поэтому не составит труда отбросить их к довоенным границам и заставить Сталина уйти в отставку.

Нас ждали смена государственного строя и раскол СССР. В качестве меры запугивания – бомбежка городов, в частности Москвы. Ее, по планам англичан, ждала судьба Дрездена, который союзническая авиация, как известно, сравняла с землей. Американский генерал Паттон – командующий танковыми армиями – прямо заявлял, что не планирует останавливаться на демаркационной линии вдоль Эльбы, согласованной в Ялте, а идти дальше: на Польшу, оттуда на Украину и Белоруссию, и так до Сталинграда. По всей видимости, лавры экс-командующего 6-й армией генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса не давали Паттону покоя. Нас он называл не иначе как «наследники Чингисхана, которых нужно изгнать из Европы». После окончания войны Паттона назначили губернатором Баварии, а вскоре сняли с поста за симпатии к нацистам.

Военно-морские силы Великобритании и США тогда имели абсолютное превосходство над ВМФ СССР. Свыше сотни авианесущих кораблей и несколько тысяч единиц самолетов палубной авиации против нуля (!) со стороны СССР. «Вероятный союзник» располагал четырьмя воздушными армиями тяжелых бомбардировщиков, которые могли наносить сокрушительные удары. Советская дальняя бомбардировочная авиация была несравненно слабее. В апреле 1945-го союзники представляли наши войска измотанными и истощенными, а боевую технику – до предела изношенной. Их военные специалисты оказались сильно удивлены мощью Советской армии, которую она продемонстрировала при взятии Берлина, считавшегося ими неприступным. Не вызывает сомнений вывод крупного историка Фалина: решение Сталина о штурме Берлина в начале мая 1945-го предотвратило третью мировую войну. Это подтверждается недавно рассекреченными документами. В противном случае Берлин был бы без боя сдан «союзникам», а объединенные силы всей Европы и Северной Америки обрушились бы на СССР.

На титульном листе рассекреченного английского документа «Операция «Немыслимое» значится дополнительное название-пометка: «Россия: угроза западной цивилизации». Видимо, под «западной цивилизацией» военный штаб Великобритании подразумевал англоязычные страны, в первую очередь США и Великобританию. Интересно и применение исторического названия государства «Россия» вместо официального названия «СССР» с враждебной Великобритании и США на тот момент советской и социалистическо-коммунистической идеологией. Не СССР, а просто географическое понятие «Россия».

Лондон долго отрицал существование такого плана, но несколько лет назад англичане рассекретили часть своих архивов, и среди документов оказались бумаги, касающиеся плана «Немыслимое». Тут уж деваться некуда…

Сейчас на Западе пытаются представить план Черчилля «ответом» на «советскую угрозу», на попытку Сталина захватить всю Европу. «Имелись ли в то время у советского руководства планы наступления до берегов Атлантики и захвата Британских островов? На этот вопрос следует ответить отрицательно, – утверждает историк Ржешевский. – Подтверждением тому является принятый СССР 23 июня 1945 г. закон о демобилизации армии и флота, последовательный перевод их на штаты мирного времени. Демобилизация началась 5 июля 1945 г. и завершилась в 1948 г. Армия и флот были сокращены с 11 млн до менее 3 млн чел., упразднен Государственный комитет обороны, Ставка Верховного главнокомандования. Количество военных округов в 1945–1946 гг. уменьшилось с 33 до 21. Значительно сократилось количество войск в Восточной Германии, Польше и Румынии. В сентябре 1945 г. советские войска были выведены из Северной Норвегии, в ноябре из Чехословакии, в апреле 1946 г. с острова Борнхольм (Дания), в декабре 1947 г. – из Болгарии...»

12 апреля посольство США, государственные и военные учреждения получили инструкцию Трумэна: все документы, подписанные Рузвельтом, исполнению не подлежат. Затем последовала команда ужесточить позицию по отношению к Советскому Союзу. 23 апреля Трумэн проводит в Белом доме заседание, где заявляет: «Хватит, мы не заинтересованы больше в союзе с русскими, а стало быть, можем и не выполнять договоренностей с ними. Проблему Японии решим и без помощи русских». Он задался целью «сделать ялтинские соглашения как бы не существовавшими». Трумэн был близок к тому, чтобы не медля объявить о разрыве сотрудничества с Москвой во всеуслышание. Против Трумэна буквально восстали военные, за исключением генерала Паттона, командовавшего бронетанковыми войсками США. Кстати, военные сорвали и план «Немыслимое». Они были заинтересованы во вступлении Советского Союза в войну с Японией. Их аргументы Трумэну: если СССР не выступит на стороне США, то японцы перебросят на острова миллионную Квантунскую армию и будут сражаться с таким же фанатизмом, как это было на Окинаве. В итоге американцы потеряют только убитыми от одного до двух миллионов человек. К тому же американцы на тот момент еще не испытали ядерную бомбу. Да и общественное мнение в Штатах не поняло бы такого предательства. Граждане Америки тогда в основном сочувствовали Советскому Союзу. Они видели, какие мы несем потери ради общей победы над Гитлером. В итоге, по свидетельству очевидцев, Трумэн немного поломался и согласился с доводами своих военспецов. «Хорошо, раз вы так считаете, что они должны нам помочь с Японией, пусть помогают, но мы с ними на этом кончаем дружбу», – заключает Трумэн.

18 мая 1945 года советский военный атташе в Лондоне генерал Иван Скляров сообщил в Москву о разработке этой операции, ее целях и привлекаемых силах. Скляров получил эту информацию от агента, до сих пор так и не разоблаченного английской контрразведкой. В мае – июне 1945 года этот ценный источник передал еще несколько сообщений об операции «Немыслимое». В июне того же года маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков, узнав все детали этого плана, немедленно перегруппировал силы Красной армии на территории Германии. Он приказал усилить оборону и детально изучить дислокацию войск западных союзников.

Черчилль и его подельники так и не решились на реализацию этой операции. К тому же американские военные, как, впрочем, и их британские коллеги, полагали, что развязать войну с Советским Союзом проще, чем успешно закончить ее. Риск казался им слишком большим – штурм Берлина произвел отрезвляющее впечатление на англичан. Заключение начальников штабов британских войск было однозначным: блицкрига против русских не выйдет, а втягиваться в затяжную войну они не рискнули. Воистину, с такими «друзьями» никаких врагов не нужно.

В середине июля 1945 года Черчилль, потерпев поражение на выборах, ушел в отставку. К власти в Великобритании пришло лейбористское правительство во главе с Клементом Эттли. Однако и новое правительство продолжило разработку планов войны с СССР, привлекая к этому США и Канаду. Ведение переговоров было поручено руководителю британской военной миссии в Вашингтоне, участнику Ялтинской и Потсдамской конференций фельдмаршалу Вильсону, который обсуждал английские военные проекты с президентом Трумэном, генералом Эйзенхауэром, в то время главнокомандующим союзными силами в Европе, и канадским премьером Кингом. В сентябре произошла встреча на яхте вблизи побережья США генерала Эйзенхауэра с британским фельдмаршалом Монтгомери. Стороны пришли к выводу, что, если Красная армия предпримет в Европе наступление, западные союзники не в силах будут его остановить. План операции «Немыслимое», точнее, то, что от него осталось, был отправлен в архив, последующие планы войны против СССР разрабатывались уже на уровне НАТО.

В директиве от 18 сентября 1945 года содержатся основы формулирования военной политики. А в документе, который был принят через три недели – 9 октября, – обозначалась стратегическая концепция и план использования вооруженных сил США. В первой директиве разработана концепция превентивного ядерного удара по СССР: «На это следует обратить оcобое внимание с тем, чтобы было ясно, что отныне это новая политическая концепция, отличная от американского отношения к войне в прошлом». Во второй сказано: «Цель в войне против СССР не загнать его за свои границы, а уничтожить его военный потенциал, в противном случае последует длительная война».

Координационный комитет, объединявший представителей госдепартамента, военного и военно-морского министерств, разработал документ, в котором записано: «Мы не можем допустить, чтобы возобладала ложная и опасная идея; дабы избежать занятия агрессивной позиции, мы позволили первому удару обрушиться на нас. В таких обстоятельствах наше правительство должно добиваться быстрого политического решения, одновременно проводя все приготовления, чтобы в случае необходимости самому нанести первый удар».

14 декабря 1945 года Объединенным комитетом военного планирования принята директива, в которой намечена атомная бомбардировка двадцати советских городов: «На карте к приложению «А» (документу Объединенного разведывательного комитета от 03.11.1945 г.) указаны 20 основных промышленных центров Советского Союза и трасса Транссибирской магистрали – главной советской линии коммуникаций. Карта также указывает базы, с которых сверхтяжелые бомбардировщики могут достать семнадцать из двадцати указанных городов и Транссибирскую магистраль. Согласно нашей оценке, действуя с указанных баз и используя все 196 атомных бомб (100% резерва), Соединенные Штаты смогли бы нанести такой разрушительный удар по промышленным источникам военной силы СССР, что он в конечном счете может стать решающим».

«Документ Объединенного разведывательного комитета США J 329 от 03 ноября 1945 года»: «Одной из главных особенностей атомного оружия является его способность уничтожить скопления людей, и эту его особенность следует использовать в сочетании с иными его качествами.

1.В приложении «А» приведены 20 городских территорий, рекомендованных как наиболее подходящие стратегические цели для ударов с применением атомного оружия. Города отобраны по принципу их общего значения с учетом:

1) производственных мощностей, особенно производства самолетов и другого вооружения;

2) наличия государственных и административных учреждений;

3) наличия научно-исследовательских учреждений...

Мы имеем лишь неполную информацию о расположении и функциях ведущих научно-исследовательских учреждений, находящихся в ведении Академии наук СССР (ее штаб-квартира в Москве). Эти институты, возможно работающие в контакте с ведущими университетами, представляют собой главные исследовательские центры. Следует полагать, что значительная часть этих учреждений расположена в отобранных для бомбежки районах».

Для атомной бомбардировки были отобраны: Москва, Горький, Куйбышев, Свердловск, Новосибирск, Омск, Саратов, Казань, Ленинград, Баку, Ташкент, Челябинск, Нижний Тагил ,Магнитогорск, Пермь, Тбилиси, Новокузнецк, Грозный, Иркутск, Ярославль.

Разработка первого плана нападения на Советский Союз была начата еще в период Второй мировой войны и завершена к концу 1945 года. Автор плана – Дуайт Эйзенхауэр. Наименование плана – «Тоталити». Немного позднее он был обновлен и по приказанию комитета начальников штабов к середине 1948 года в действие вступил план «Чариотир». По нему, война должна была начаться «…с концентрированных налетов с использованием атомных бомб против промышленных, правительственных, политических и административных центров, избранных предприятий нефтеочистительной промышленности с баз в Западном полушарии и Англии».

В первый период войны – 30 дней – намечалось сбросить 133 атомные бомбы на 70 советских городов. Из них восемь на Москву, семь – на Ленинград. В последующие за этим два года войны предполагалось сбросить еще 200 атомных и 250 тысяч тонн обычных бомб.

К 1 сентября 1948 года по штабам соединений вооруженных сил был разослан план «Флитвуд» – руководство по составлению соответствующих оперативных планов. В планах «Чариотир» и «Флитвуд» отмечалось: «К исходу 6-го месяца боевых действий Советы могут оккупировать и укрепиться на всем северном побережье Средиземного моря, от Пиренеев до Сирии, и подвергнуть линии коммуникаций в море сосредоточенным ударам с воздуха. Кроме того, СССР через 6 месяцев после начала войны сможет оккупировать Испанию и подвергнуть артиллерийскому обстрелу коммуникации через Гибралтарский пролив; СССР в борьбе с вероятными противниками: США, Англией и союзными с ними странами – сможет овладеть ключевыми районами Европы и Азии».

Согласно плану «Флитвуд» основой советской мощи являлось: прирожденное мужество, выдержка и патриотизм русского населения (народа); отлаженный и четкий механизм централизованного контроля Кремля; идеологическая привлекательность теоретического коммунизма; доказанная способность советского режима мобилизовать прирожденный русский патриотизм в поддержку советских военных усилий; способность русского народа и правительства вести войну в условиях крайней дезорганизации, как случилось в первые годы Второй мировой войны.

21 декабря 1948 года главнокомандующий ВВС США доложил комитету начальников штабов составленный оперативный план: «Война начнется до 1 апреля 1949 года. Атомные бомбы будут использоваться в масштабах, которые будут сочтены целесообразными. С учетом количества имеющихся атомных бомб, радиуса действия союзных бомбардировщиков, точности бомбометания, мощности бомбардировок первостепенными объектами для ударов с воздуха являются главные города Советского Союза. Уничтожение их настолько подорвет центры промышленности и управления СССР, что наступательная и оборонительная мощь советских вооруженных сил резко снизится... Планы объектов и навигационные карты для операции против первых 70 городов будут розданы по частям к 01 февраля 1949 года. Имеющиеся навигационные карты в масштабе 1:1 000 000 достаточно точны, чтобы обеспечить полет к любому нужному пункту на территории СССР... Для первых атомных бомбардировок в целях планирования принимаются возможные потери в 25% от числа участвующих бомбардировщиков, что совсем не воспрепятствует использованию всего запаса атомных бомб. По мере воздействия атомного наступления на советскую ПВО потери бомбардировщиков снизятся. Из всего изложенного следует вывод: мощное стратегическое воздушное наступление против ключевых элементов советского военного потенциала может быть проведено по плану».

А с 1949 года началась разработка плана «Дропшот». iВ нем указывалась точная дата начала войны – 1 января 1957 года. К этому времени планировалось иметь преимущество над СССР в числе атомных бомб в соотношении 10 к 1. В этот день планировалось напасть на СССР, сбросить на первом этапе 300 атомных бомб на 100 советских городов, из них 25 – на Москву, 22 – на Ленинград, 10 – на Свердловск, 8 – на Киев, 5 – на Днепропетровск, 2 – на Львов...

Стоит обратить внимание, что у СССР никогда не было ни одного плана с конкретно запланированными датами начала атомного нападения на США или Западную Европу. Да, были планы ответных ударов, но конкретных планов военного нападения такого-то числа такого-то месяца такого-то года никогда не было. США скрупулезно подсчитали, что в результате этой атомной бомбардировки, а также применения сначала 250 тысяч тонн обычных бомб, а впоследствии – 6 миллионов тонн обычных бомб, погибнет около 60 000 000 граждан СССР. Всего же с учетом дальнейших боевых действий погибнет свыше 100 000 000 человек. Кстати, обычно такие расчеты возможных жертв дают заниженные цифры.

В плане «Дропшот» не сказано, что война начнется только в том случае, если СССР нападет на кого-то. Нет. Единственным условием было накопление Соединенными Штатами определенного количества ядерных бомб и другого вооружения, а также наступление намеченной даты. Какие-либо комментарии тут излишни.

Этот план не был осуществлен только потому, что к 1957 году у СССР уже имелся серьезный ядерный потенциал.


15 Июля 2014


Последние публикации


1 000 руб.
200 руб.



Выбор читателей

Сергей Леонов
83488
Виктор Фишман
67054
Борис Ходоровский
59019
Богдан Виноградов
46294
Дмитрий Митюрин
31287
Сергей Леонов
30802
Роман Данилко
28309
Сергей Леонов
15371
Дмитрий Митюрин
14111
Светлана Белоусова
13853
Александр Путятин
13007
Татьяна Алексеева
12758
Наталья Матвеева
12292