Четыре брата – одна судьба
СПОРТ
«Секретные материалы 20 века» №26(308), 2010
Четыре брата – одна судьба
Сергей Волков
журналист
Санкт-Петербург
386
Четыре брата – одна судьба
Братья Старостины

Настоящая команда, как в футболе, так и во всех других видах спорта, должна быть похожа не семью: тренер — как отец, игроки — как братья. Все они должны идти к одной цели, вместе радоваться победам и переживать из-за поражений, поддерживать друг друга на поле и за его пределами. Команд, следовавших таким принципам, было не мало. Но вот команда, основной костяк которой составляли настоящие кровные браться, в истории советского футбола была только одна — это московский «Спартак», в котором одновременно играли четыре брата Старостина: Николай, Александр, Андрей и Петр. И жизни всех четверых были неразрывно связаны не только друг с другом, но и с судьбой команды.

Семья Старостиных была богатой и самодостаточной. Отец, Петр Старостин, до революции служил царским егерем и смог дать четырем своим сыновьям прекрасное начальное образование. Большую часть времени братья были неразлучны. Особенно любили они играть в только набиравший тогда популярность футбол.

После смерти отца, в 1920-м году, главой семейства стал старший брат — Николай, которому тогда едва-едва исполнилось 18 лет. Николай был непререкаемым лидером среди братьев, которые беспрекословно слушались его и во всем стремились быть на него похожими. Именно поэтому, после того, как старший Старостин в 1922 году записался в московскую футбольную команду МКС, братья последовали его примеру и тоже начали заниматься этим прекрасным и полюбившимся им еще в детстве видом спорта.

В конце 1920-х – начале 1930-х годов реалии советского клубного футбола были таковы, что на высшем уровне играли только «ведомственные» и заводские команды — такие, как патронируемый НКВД «Динамо» или подшефный Народному комиссариату Вооруженных сил ЦДКА. Таким образом, получалось, что миллионной армии молодых людей, трудящихся в артелях промкооперации, то есть занимавшихся торговлей и производством продуктов питания и ежедневного потребления, практически невозможно было проявить себя в футболе. Подобное положение вещей вызывало недовольство у многих, но первым, кто попытался это изменить, был трудившийся в этой области Николай Старостин — который, кстати, выступая за не слишком известные команды, смог к тому времени добиться вызова в сборную и стать известным спортсменом. В один прекрасный день футболист пришел к секретарю ЦС ВЛКСМ Александру Косареву с предложением создать клуб, в котором смогут играть спортсмены-комсомольцы, трудящиеся в промкооперации. И клуб этот должен стать не маленькой заштатной командой, занимающейся, в лучшем случае, поставкой молодых спортсменов лидерам советского футбола, а настоящим боеспособным коллективом, который будет ставить перед собой самые высокие задачи. Идея эта Косареву очень понравилась, и волевым решением влиятельного главы комсомола был создан такой клуб, назвать который было решено — «Спартак».

Под патронажем богатой промкооперации и могущественного вождя комсомола, «Спартак» стал не просто футбольной командой, а целым спортивным обществом, объединившим в себе все виды спорта (по аналогии с «Динамо» тех времен). Лучшие спортсмены страны вступали в новую организацию, которая раз за разом покоряла пьедесталы на различных всесоюзных соревнованиях.

Сам Николай Старостин решил сосредоточить свое внимание на футболе. Пригласив в новую команду трех своих братьев и друзей, знакомых ему по игре за другие клубы, Николай, несмотря на то, что продолжал выступать как футболист, выполнял обязанности начальника команды и взял на себя все организационные функции в коллективе. Капитаном команды стал Александр Старостин, который в свободное от занятий спортом время работал бухгалтером на фабрике спортинвентаря. Два других брата — Андрей и Петр — также играли за «Спартак».

Совершенно разные по характеру братья Старостины, как бы дополняя друг друга, выступали на поле в разных амплуа. Напористый, резкий и активный Николай играл на позиции нападающего. Интеллигентный, общительный и тонко чувствующий Андрей занимал позицию в центре поля, выступая в роли связующего звена между линиями защиты и нападения. Исполнительный и дотошный Александр был прекрасным защитником, способным «прижать» любого соперника, не дав ему возможности развернуть свои атакующие действия. И самый мягкий и неконфликтный из братьев Петр был фланговым полузащитником, умеющим на скорости уходить от игроков линии обороны противника и своевременно делать точные передачи своим игрокам.

Только что появившаяся футбольная команда «Спартак» своей искрометной игрой и харизматичными исполнителями моментально завоевала любовь болельщиков и принялась один за другим выигрывать трофеи союзного первенства, бросив вызов доминировавшему до этого «Динамо». Динамовцы приняли этот вызов и проиграли. И выражалось это не в количестве полученных наград или титулов, а в том, что именно московский «Спартак» было решено отправить на важнейшее международное соревнование — рабочую Олимпиаду в Антверпене 1937 года. И хотя старший из братьев, Николай, уже к тому времени закончил играть и сосредоточился исключительно на управленческой деятельности в команде, ради такого знаменательного и великого для его клуба события он возобновил игровую карьеру и принял участие в соревнованиях.

Занявших первое место на рабочей Олимпиаде спартаковцев встречали в Москве, как героев. Братья Старостины, которые и до этой победы пользовались любовью болельщиков, стали просто народными кумирами. Их узнавали на улице, им подражали в манере причесываться и одеваться, их улыбающиеся лица смотрели с обложек газет. Но в те времена такая популярность была просто непозволительной. Лаврентий Павлович Берия, затаивший злость на Старостиных еще за то, что их «сколоченная наспех» команда обошла его любимый «Динамо», в который он вложил столько средств и сил, дал отмашку НКВД осадить «зарвавшихся» спортсменов.

Ненависть Берии к Старостиным и «Спартаку» усугубила история, произошедшая в розыгрыше Кубка СССР в 1939 году. Тогда спартаковцы обыграли в полуфинале тбилисское «Динамо», после чего в финале одолели ленинградскую «Зарю» и завоевали кубок. Но, по решению «сверху», матч было решено переиграть. И не финальную игру, а встречу именно с тбилисским «Динамо». «Спартак» и второй раз одолел «бело-голубых», но это поражение Берия воспринял не как неудачу, а как личное оскорбление. Николай Старостин вспоминал об этом мачте: «Во втором тайме беспрецедентной переигровки нападающий «Спартака» Георгий Глазков забивает гол. Счет становится 3:0. Перевожу взгляд с табло на правительственную ложу. Берия встает, со злостью швыряет стул в угол и уезжает со стадиона».

Санкции со стороны одного из самых влиятельных и опасных людей Советского Союза не заставили себя ждать. Сначала, как вспоминал Николай Старостин, он заметил, что за ним следят. Везде, куда бы он ни поехал, за ним следовала одна и та же бежевая «Волга». Когда Николай Петрович рассказал об этом своему другу и соратнику Павлюченкову, тот был очень удивлен и пообещал разобраться. После этого слежка прекратилась, но через несколько дней братьев арестовали.

Это произошло в ночь с 20 на 21 марта 1942-ого года. Николая, Андрея и Петра, освобожденных от несения воинской службы, забрали прямо из квартир, а Александра привезли из расположения действующей армии. Братьев обвиняли в расхищении народного имущества. Два года они сидели в разных камерах на Лубянке, пока «велось следствие». А потом их отправили еще на 10 лет в разные лагеря. Стоит ли говорить, каким это было психологическим испытанием для братьев, которые всю жизнь провели вместе и вдруг оказались вдали друг от друга, да еще и лишились возможности заниматься делом всей их жизни — футболом.

Несмотря на то, что после «дела Старостиных» фамилии основателей «Спартака» были вычеркнуты из советской футбольной истории, другие спортсмены, в том числе и из общества «Динамо», помогали братьям, отправляя им в лагеря различные передачи, рискуя тем самым навлечь гнев Берии и на себя.

План Лаврентия Павловича по мести «Спартаку» оправдался. Без своих многолетних лидеров «красно-белые» уже не могли претендовать на высокие места в чемпионате и скатились до уровня средней команды.

В 1954 году, после ареста Берии, братья Старостины были амнистированы и вернулись в Москву. Николай Петрович вновь был назначен начальником «Спартака», Алексей, Андрей и Петр также заняли заметные должности в спортивной структуре общества. Все они дожили до глубокой старости. Николаю Старостину было отпущено 94 года, Александру — 78, Андрею — 81, Петру — 83. Судьба как бы вернула братьям долг за вычеркнутые из жизни годы, но… компенсировать не завоеванные медали, недостигнутые высоты и так бесцеремонно оборванную спортивную карьеру было уже не возможно.


30 декабря 2010


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
156294
Сергей Леонов
130557
Сергей Леонов
97103
Виктор Фишман
79188
Борис Ходоровский
70031
Богдан Виноградов
56269
Павел Ганипровский
49691
Дмитрий Митюрин
46250
Татьяна Алексеева
43844
Павел Виноградов
40992
Сергей Леонов
40685
Светлана Белоусова
38821
Роман Данилко
38643
Александр Егоров
38579
Борис Кронер
36798
Наталья Дементьева
36633