Так начиналась российская контрразведка
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«СМ-Украина»
Так начиналась российская контрразведка
Дмитрий Веденеев
историк
Киев
211
Так начиналась российская контрразведка
Допрос арестованного

Талантливый дипломат и разведчик, генерал царской и советской армий граф Алексей Игнатьев в своих мемуарах «Пятьдесят лет в строю» вспоминает, что в Академии Генерального штаба, в которой он обучался незадолго до Русско-японской войны 1904–1905 годов, очень немного времени отводилось на изучение разведки. Данный вид деятельности считался занятием недостойным господ офицеров и более присущим разного рода «темным личностям». Столь пренебрежительное отношение к специальным мероприятиям впоследствии дорого обошлось нашим вооруженным силам…

ГАБСБУРГИ ПРОТИВ РОМАНОВЫХ

Как признавали историки российских силовых структур, среди действовавших в начале ХХ века в России спецслужб именно японские шпионы добились наибольших успехов.

Выходцы из Страны восходящего солнца широко использовали открытые источники, анализировали опубликованные военно-статистические материалы, изучали настроения различных категорий военнослужащих.

Но после войны 1904–1905 годов гораздо большую угрозу начали представлять соседи по Европе.

В России всем было очевидно, что главными противниками империи Романовых будут Германия и Австро-Венгрия. Любой призванный из деревни солдатик на занятиях по «словесности» бойко называл «врагов внешних — немцев, австрияков и германцев». И это соответствовало действительности. Упомянутые державы давно проявляли повышенный разведывательный интерес к России и особенно украинским губерниям.

Как писал один из руководителей австрийской разведки Максимилиан Ронге, толчком к активизации деятельности немецких спецслужб стал Боснийский кризис 1878 года. Тогда Австро-Венгрия аннексировала Боснию, вызвав резкое недовольство Петербурга. В 1882 году действовавшие в России австрийские консульства получили указание приступить к целенаправленному сбору разведданных.

В начале ХХ века общее руководство работой дипломатической резидентуры осуществлял советник австрийского посольства граф А. Чернин. Немало важных сведений собрали военный атташе в Петербурге 1875–1900 годах Клепш, а его преемник штабс-капитан Мюллер добыл планы мобилизации российской армии и ряд секретных топографических карт.

В 1885 году в структуре австрийской военной разведки Кундшафтсштелле (КС, или Разведывательное бюро Генерального штаба) появилась специальная группа по организации разведки против России. Приоритетность российского направления была закреплена в 1893 году «Инструкцией по ведению разведки в мирное время».

Разведка КС опиралась на агентуру и сведения, собранные дипломатами в вояжах по зарубежным странам.

К концу XIX века в России имелось до сотни тайных агентов КС, на содержание которых ежегодно выделялось 60 тысяч гульденов.

Создавались разветвленные резидентуры, одна из которых (28 участников) была разоблачена в 1890 году на Правобережной Украине. Офицеры Генштаба прикомандировывались к консульствам (позднее, 10 марта 1911 года, была утверждена подготовленная Матиасом Ронге новая «Инструкция разведывательной службы мирного времени», обеспечившая юридическую основу взаимодействия между спецслужбами и гражданскими ведомствами).

ПЕРВЫЙ РУБЕЖ — УКРАИНА

Периферийными органами КС выступали разведывательные пункты в приграничных городах. Наиболее активные из них функционировали в Кракове, Львове, Черновцах, Перемышле.

Кроме того, изучением потенциального противника занимались уполномоченные разведывательных отделений штабов армий, функционировавшие при штабах корпусов и дивизий. Непосредственно против России работали в штабах 1, 10 и 11-го корпусов, расположенных в Кракове, Перемышле, Львове.

Один лишь 11-й корпус направил в Россию до 30 тайных осведомителей, а годовые ассигнования на корпусную разведку в Галиции, как отмечали российские специалисты, составляли 50–60 тысяч рублей. Вывод звучал не слишком оптимистично — подобные траты «неизмеримо превосходят наши расходы», в целом же Австрия «достигла на этом поприще высокой степени искусства, приближаясь к японцам».

В 1911 году, по данным Департамента полиции МВД России, австрийская разведка направила в Россию до 150 тайных агентов, поддерживавших контакты с различными антиправительственными организациями. Среди их контрагентов был и будущий лидер польских социалистов Юзеф Пилсудский.

Немецкие агенты «раскручивали» и коррумпированных царских чиновников.

Так, опытный австрийский разведчик и предприниматель Альтшуллер (Папаша) вошел в окружение командующего Киевским военным округом и генерал-губернатора Юго-Западного края генерала Сухомлинова, ставшего в 1908 году военным министром империи.

Завербовал он и подполковника Иванова, снабжавшего противника документами о новых видах вооружения (в 1915 году арестован и расстрелян). Да что там Иванов — великая княжна Мария Павловна-старшая оказалась причастна к организации немцами взрыва крупнейшего на Черноморском флоте дредноута «Императрица Мария» (7 октября 1916 года)!

В кайзеровской Германии разведку организовывал отдел III-Б управления генерал-квартирмейстера Большого Генерального штаба, в структуре которого функционировал специализированный орган — «Центральное бюро по высшему управлению разведкой против России». Практически самостоятельно действовали Морской Генеральный штаб, разведорганы штабов приграничных корпусных округов, отдельные разведывательные пункты.

Деятельностью дипломатической резидентуры руководил советник посольства в Петербурге Гельмут фон Люциус. Широко привлекались к разведке и немецкие торгово-промышленные фирмы, благо их сотрудники буквально обязывались к этому специальным постановлением рейхстага. Особенно интересовали шпионов кайзера крупные промышленные центры в Донбассе и Приднепровье, николаевские судоверфи. Всего же к 1905 году на территории Российской империи действовало до 15 крупных тайных разведывательных организаций Австрии и Германии.

«ОСОБОЕ СОВЕЩАНИЕ»

Было бы неправильно утверждать, что российская сторона никак не боролась со шпионами.

В 1892 году при Генштабе было создано «Особое совещание» из представителей военного ведомства, МВД, МИД, Корпуса жандармов и Министерства финансов (в ведении которого находилась пограничная служба). В компетенцию нового органа входили выявление иностранных шпионов при пересечении ими границы, наблюдение за подозрительными лицами, пресечение разведывательной деятельности путем изъятия добытой информации и высылки виновных за пределы России.

Для противодействия шпионажу предлагалась следующая система. Российские консулы сообщают о намечающемся приезде подозрительных иностранцев. При регистрации паспортов их фамилии помечались особым образом, что служило для таможенников сигналом к более тщательному досмотру багажа.

В случае получения дополнительных подтверждений шпионских намерений полиция устанавливала за ними негласный контроль. В поездах за приезжими присматривали обер-кондукторы, на станциях — станционные жандармы. К наиболее подозрительным лицам прикреплялся жандармский унтер-офицер.

По прибытии таких иностранцев на место о них сообщалось губернскому жандармскому управлению, штабу военного округа и полиции. В случае уличения иностранца в топографической съемке местности или изучении военных объектов его немедленно брали под стражу, конфисковывали оборудование и собранные материалы.

Практиковался и еще один «самобытный» способ. Офицеров-генштабистов иностранных армий, прибывших для стажировки или языковой практики в единственный открытый для них город Казань, попросту спаивали и по возможности пытались перевербовать.

В 1903 году появился первый специальный контрразведывательный орган — разведочное отделение для борьбы с иностранным шпионажем. Правда, работало оно только в столице и ее окрестностях и решить проблему пресечения шпионажа вряд ли могло…

СЕКРЕТНО ПОСОВЕЩАВШИСЬ, РЕШИЛИ…

Потрясение от поражения в войне с Японией и угроза глобального столкновения с другими великими державами, лишний раз подтвердили необходимость реформ в армии и на флоте. Начали разрабатываться программы модернизации. Возникли неформальные организации патриотов, ищущие пути возрождения имперской мощи (к примеру, «Лига обновления флота» во главе с будущим адмиралом и «правителем России», известным полярным исследователем лейтенантом Александром Колчаком).

В декабре 1908 года руководители МВД и военного ведомства пришли к соглашению об образовании межведомственной комиссии «по вопросу об организации контрразведочной службы» под председательством директора Департамента полиции МВД Максимилиана Трусевича.

В нее вошли представители самого Департамента полиции и его Особого отдела, разведывательного отделения Главного управления Генштаба (сокращенно — ГУ ГШ) полковник Николай Монкевиц (запомним эту фамилию), иностранной части Морского Генштаба, разведывательного отделения штаба КВО в лице старшего адъютанта полковника Самойло.

Поработали члены комиссии основательно и уже к мартовскому (1909 года) ее заседанию подготовили обширный аналитический документ, констатировавший, что «широкая военная разведка иностранных государств» ставит на повестку дня необходимость создания «особого контрразведочного органа».

Ранее подобные функции отчасти выполнялись Корпусом жандармов, Генштабом, Морским Генштабом и разведками штабов военных округов, причем почти отсутствовало специальное финансирование, не было ни подготовленных кадров, ни инструктивных документов, ни агентуры по линии контрразведки.

Тщательному анализу подвергли сам механизм шпионской деятельности. Было дано определение «военному шпионству» как целенаправленному сбору различных сведений о сухопутных войсках и военно-морском флоте, укрепленных пунктах, географических, статистических, топографических данных, информации о путях сообщения для передачи их иностранной державе.

Содержался детальный перечень сведений о вооруженных силах, транспорте, промышленности, ресурсах, средствах связи, природно-географических условиях, сбор которых может вызвать подозрение в шпионаже. Очерчивался круг объектов, приоритетных для иностранных разведок: центральные и окружные штабы, Адмиралтейство, интендантские, артиллерийские, инженерные управления, портовые учреждения, персонал которых тщательно изучался «с целью путем подкупа или опутывания добывать нужные сведения».

«СЛЕДИТЬ И ПРЕСЕКАТЬ»

Типовая система иностранных разведорганов включала в себя специальные подразделения военных ведомств или Генштабов, штабы пограничных округов и частей, а в самой России — военных и военно-морских атташе, консульства. Все они опирались на агентурные сети, членами которых были содержатели кафе и ресторанов, поставщики флота, кондукторы, капитаны пароходов, женщины.

Комиссия определила контрразведку как «своевременное обнаружение лиц, занимающихся разведкой для иностранных государств, и в принятии вообще мер для воспрепятствования разведывательной работе этих государств в России». В правовом отношении целью контрразведывательных усилий служило привлечение виновных в шпионаже к уголовной ответственности по ст. 108, 109 Уголовного уложения 1903 года или пресечение его в административном порядке.

Основными объектами оперативного интереса контрразведки предлагалось считать:
* военных атташе Германии, Австрии, Англии, Турции, Японии, Швеции, Америки, Италии, а также германского офицера, состоявшего при императоре. Предлагалось обеспечить за ними периодическое наружное наблюдение;
* офицеров, прикомандированных к иностранным посольствам (в случае поступления на них соответствующих агентурных данных);
* руководителей и сотрудников иностранных консульств, расположенных в Санкт-Петербурге, Варшаве, Киеве, Вильно (Вильнюсе), Либаве (современная Лиепая), Одессе, Севастополе, Кронштадте, Иркутске, Владивостоке, а также членов их семей (в случае поступления на них соответствующих агентурных данных);
* руководителей разведывательных органов Австрии и Германии (агентурное наблюдение за ними рекомендовалось вести и за границей, в том числе по месту их работы);
* приехавших в Россию иностранных военных чинов, членов их семей (в случае поступления на них соответствующих агентурных данных);
* различные категории иностранцев: живущих в приграничной полосе, владельцев торгово-промышленных учреждений, публичных домов, врачей, фотографов, а также тех, кто неоднократно посещает страну без видимых причин;
* российских военнослужащих, допущенных к важным секретам и живущих не по средствам, военные подрядчики;
* из гражданских лиц: железнодорожных служащих, «втирающихся в военную среду», путешествующих с фотоаппаратами, общающихся с иностранцами, наблюдающих за российскими разведорганами, родственников осужденных за шпионаж.

Основным средством контрразведывательной защиты комиссия назвала организацию «правильно и широко поставленной секретной агентурной службы». «Внутренняя агентура», в частности, должна была вербоваться в государственных учреждениях, а также внедряться непосредственно в среду агентуры иностранных спецслужб в России.

Акцентируя внимание на крайней необходимости создания специализированного контрразведывательного органа, комиссия предложила следующие организационные схемы:
* Контрразведывательное отделение (КРО) в подчинении военного ведомства, работающее при содействии полиции;
* КРО в составе Охранного отделения Департамента полиции;
* КРО, одновременно подчиненные штабам военных округов и охранке;
* КРО с подчинением Департаменту полиции и связанное с районным охранным отделением.

В результате обсуждения остановились на схеме № 4. Большинством голосов рекомендовали ставить во главе КРО жандармских офицеров. В помощь им направлялись строевые обер-офицеры (по распоряжению штабов округов). При необходимости в соответствующие КРО могли командироваться и офицеры Морского Генштаба.

Штат КРО должны были составлять, помимо жандармских и армейских офицеров, чиновники для особых поручений, старшие и младшие наблюдательные агенты, переводчики. В зависимости от важности региона определялась штатная численность. Сочли целесообразным учредить «военно-розыскные учреждения» в Варшаве (19 штатных единиц), Киеве (17), Вильно (11), Одессе (11), Петербурге (23), Иркутске (12), Владивостоке (13).

АГЕНТЫ И ФИЛЕРЫ

Следует отдать должное профессионализму членов комиссии, разработавших такой толковый документ, как «Правила для словесного наставления лицам, руководящим контрразведкой». В нем также приводились рассмотренные выше материалы о системе организации шпионажа, устремлениях иностранных разведок в России, категориях «клиентов» контрразведки. Но особое внимание уделялось постановке агентурной разработки и наружного наблюдения. Предлагалась оригинальная классификация агентуры по объектам ее пребывания:

«Консульская» агентура. Поскольку дипломатические и консульские учреждения превратились в рассадники шпионажа, рекомендовалось вербовать в них собственные оперативные источники из числа прислуги иностранных дипломатов или членов их семей, имея таковых не менее двух на учреждение. Агентура должна была выяснять, кто посещает учреждение (особенно во внеурочное время), где и с кем проводятся конспиративные беседы, кто из дипломатов прибегает к маскировке, как движется почта, добывать слепки ключей.

«Штабная» агентура. Должна приобретаться для «освещения» военных и гражданских сотрудников российских штабов и других органов военного управления. Особое внимание рекомендовалось обращать на «слабохарактерных» лиц, живущих не по средствам.

Считалось, что подвигнуть конкретное лицо на вербовку лучше всего на основе зависимости, пользуясь его материальной заинтересованностью или политическими убеждениями. Агента надлежало ознакомить с организацией работы иностранных разведок, обучить определенным приемам добычи информации, конспиративности, развивать его навыки путем постепенного усложнения поручений. Предписывалось тщательно перепроверять сведения агентуры, а для ведения учета полученных сообщений использовать принятую в Департаменте полиции карточную систему.

Высокие требования предъявлялись к сотрудникам наружного наблюдения, подготовка которых должна была осуществляться на основании инструкций Департамента полиции. При этом указывалось, что «роль филеров в контрразведке не ограничивается наружным наблюдением, но зачастую вызывается необходимостью в сыскных приемах, даже в беседах с подозреваемыми лицами и в проникновении в общественные места разнообразного характера». Доведя подозреваемого до «общественного места высшего разряда, для него недоступного», младший наблюдательный агент должен был незамедлительно передать его старшему наблюдательному агенту.

Последней категории филеров поручалось выполнение гораздо более квалифицированных задач: оперативная установка и слежение за лицами, обоснованно подозревавшимися в шпионаже, сбор сведений об их привычках и материальном положении; в случае необходимости создание агентурных позиций в «домашней» среде иностранных представителей, поддержание связи и инструктаж агентуры. Соответственно, старшим филерам приличествовал респектабельный внешний вид и «умение держать себя». Отсюда и существенная разница в материальном обеспечении по сравнению с младшими коллегами: согласно «Нормальной смете для окружных военно-разведывательных отделений» 1911 года, старшему агенту полагалось жалованье в 1200 рублей в год и 600 на служебные расходы, а младшему — соответственно 780 и 240 рублей (месячный оклад министра составлял 500 рублей).

Материалы упомянутой комиссии были рассмотрены летом 1910 года новой комиссией под председательством командира Отдельного корпуса жандармов товарища (заместителя) министра внутренних дел генерал-лейтенанта Павла Курлова. На заседании 29 июля он отверг рассмотренную выше схему. Решение аргументировалось тем, что контрразведка должна была действовать в тесной связи с военной разведкой, а сотрудники органов внутренних дел не обладают необходимыми познаниями в военном деле, об иностранных армиях. Курлов остановился на первой схеме, учитывая и то, что в случае войны КРО можно легко передать в соединения действующей армии. Наряду с этим комиссия согласилась с необходимостью прикомандирования для руководства КРО жандармских офицеров.

На заседаниях 5 и 10 августа решили учредить Контрразведывательное отделение при Главном управлении Генштаба, а также при штабах Виленского, Варшавского, Киевского, Одесского, Иркутского и Приамурского военных округов. В масштабах страны общие годовые расходы на контрразведку определялись в 843 720 рублей.


Читать далее   >

11 Марта 2020


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84305
Виктор Фишман
67414
Борис Ходоровский
59888
Богдан Виноградов
46983
Дмитрий Митюрин
32445
Сергей Леонов
31420
Роман Данилко
28933
Сергей Леонов
24284
Светлана Белоусова
15236
Дмитрий Митюрин
14930
Александр Путятин
13395
Татьяна Алексеева
13159
Наталья Матвеева
13043
Борис Кронер
12570
Наталья Матвеева
11079
Наталья Матвеева
10756
Алла Ткалич
10339
Светлана Белоусова
10027