Как Мельник «рулил» Францией. Часть 1
СЕКРЕТЫ СПЕЦСЛУЖБ
«Секретные материалы 20 века» №10(370), 2013
Как Мельник «рулил» Францией. Часть 1
Валерий Нечипоренко
журналист
Санкт-Петербург
506
Как Мельник «рулил» Францией. Часть 1
Констанин Мельник стал «серым кардиналом» эпохи де Голля

Как же могло произойти, что в период с 1959-го по 1962 год деятельность всех французских спецслужб координировал в правительстве Пятой республики сын русских эмигрантов Константин Константинович Мельник-Боткин, молодой еще человек, гордившийся своими русскими корнями и своим русским именем? А время было тревожное: в Париже гремели взрывы, одно за другим следовали покушения на главу республики генерала де Голля…

СЕМЬЯ ЭМИГРАНТОВ

Эту историю придется начать издалека. В годы Первой мировой войны в Петербурге, на Садовой улице, действовал санаторий для выздоравливавших после ранений офицеров. Дом принадлежал доктору Евгению Сергеевичу Боткину, лейб-медику царской семьи, сыну знаменитого терапевта Сергея Петровича Боткина – основателя русской школы клиницистов.

В свое время Евгений Сергеевич руководил полевым лазаретом в Русско-японской войне. Позднее он издал книгу, составленную из его писем к жене с фронта. Неисповедимыми путями книга эта оказалась у императрицы Александры Федоровны, которая, прочитав ее, заявила, что хотела бы видеть автора личным врачом императорской семьи. Так доктор Боткин стал лейб-медиком Романовых.

Когда началась мировая война и счет нашим раненым пошел на многие тысячи, Боткин обустроил в своем доме за собственный счет тот самый санаторий. Его 19-летняя дочь, красавица Татьяна, помогала персоналу ухаживать за ранеными. Однажды в санаторий поступил лейтенант Константин Мельник. Казалось бы, что могло быть общего между утонченной столичной барышней и выходцем из семьи волынских крестьян? Но молодые люди полюбили друг друга.

Между тем произошла Февральская революция, пала монархия. Императорскую семью отправили в ссылку. Среди лиц, которые добровольно последовали за Романовыми, был и доктор Боткин. Через какое-то время Татьяна тоже оказалась в Тобольске. Константин, инициативный и решительный по натуре, словно предчувствуя трагическую развязку, буквально силой увез невесту из города. По пути их догнала весть о расстреле царской семьи. Большевики не пощадили и домочадцев, включая доктора Боткина.

В годы Гражданской войны Мельник служил у Колчака офицером контрразведки. Затем было бегство с молодой женой в товарном вагоне на Дальний Восток. Во Владивостоке им сказочно повезло. Капитан югославского судна, шедшего в Дубровник, согласился, из уважения к памяти доктора Боткина, взять их на борт.

Какое-то время Константин и Татьяна провели в Югославии, в пересыльном лагере, откуда перебрались во Францию, в небольшой городок под Греноблем, где глава семейства устроился на фабрику. Здесь, под Греноблем, в 1927 году у супругов родился сын Константин.

Но вскоре семья распалась. Татьяна Евгеньевна с тремя детьми уехала в Ниццу, где в ту пору обосновалось немало русских эмигрантов из аристократических кругов. Единственным источником доходов семьи были пожертвования.

Дочь лейб-медика Боткина любила рассказывать о своей дружбе (во многом вымышленной) с царевной Анастасией, как и о том, что той удалось бежать из Тобольска. Однажды Татьяну Евгеньевну навестила известная мошенница-самозванка, выдававшая себя за чудом спасшуюся Анастасию. Боткина неожиданно заявила, что узнала царевну, и на этой почве рассорилась почти со всей русской эмиграцией. В такой обстановке подрастал Константин-младший, в котором с детских лет проявилась мощная тяга к образованию.

ЛУЧШИЙ НА КУРСЕ

После войны Константин Мельник-Боткин устроился переводчиком в одну из частей американской армии. Свой первый заработок он истратил на уплату различных пошлин, необходимых для получения французского паспорта, ведь он все еще числился беженцем, хотя и родился во Франции. В этот же период Константин, как лучший выпускник школы, получил от французского правительства стипендию для обучения в Парижском Институте политических наук. Однако проезд, а затем жилье и стол требовалось оплачивать из собственного кармана. Финансовая проблема снова выдвинулась на первый план. Константин решил ее чисто по-русски: начал приторговывать углем, который тайком выносил с американской базы. И вот он в Париже!

Правда, денег на комнату в городской черте не хватило, и он обосновался в Медоне – ближнем пригороде столицы, получив здесь в самом скором времени уроки «шпионской науки». Дело в том, что в Медоне обитала община Святого Георгия. Ее возглавлял отец-иезуит князь Сергей Оболенский, сын племянницы Льва Толстого. Свою молодость он провел в Ясной Поляне, эмигрировав из СССР в 1930-х годах.

По воспоминаниям Мельника, Оболенский не питал ненависти к Советскому Союзу, советский гимн считал гимном освободителей, а в коммунистическом учении видел не идеологию, а новую гражданскую религию. Когда Ватикан учредил организацию «Руссикум» по изучению СССР, Оболенский привлек к работе в ней Константина. Мельник готовил аналитические обзоры, а кроме того, совершал поездки в Ватикан, куда доставлял документы и деньги. Кроме дополнительного заработка, столь необходимого малоимущему студенту, он приобрел контакты с людьми, имевшими непосредственное отношение к ватиканской разведке, которую позднее назвал одной из лучших в мире.

За всей этой суетой Константин не забывал об учебе, держа марку лучшего на курсе. В этом качестве он получил после завершения учебы право первым выбрать для себя место из списка имевшихся вакансий. Мельник предпочел должность секретаря группы партии радикалов-социалистов в Сенате, которую возглавлял известный французский политик Шарль Брюн. Со временем Брюн, покровительствуя способному молодому сотруднику, ввел его в круг набиравших силу политических деятелей, в числе которых были Мишель Дебре и Франсуа Миттеран…

«Старшие товарищи» настойчиво советовали Константину переиначить его фамилию на французский лад, намекая, что в противном случае это может негативно отразиться на его карьере. Но молодой человек так и не польстился на уговоры, продолжая называть себя именем, унаследованным от родителей.

Вскоре его шеф Шарль Брюн получил портфель министра внутренних дел и без колебаний пригласил Константина в свою команду. В течение последующих двух лет Мельник «занимался коммунизмом». Представители спецслужб приносили ему пачки донесений с информацией о деятельности французских коммунистов и их связях с Москвой. Константин перелопачивал всю эту бумажную массу, готовя аналитические обзоры для министра. Но вот в один прекрасный день молодого человека призвали на службу в армию.

«ПРОВИДЕЦ» ИЗ ГЕНШТАБА

Новобранцу не пришлось маршировать в одной из далеких французских колоний. Военных он заинтересовал прежде всего как уже сложившийся профессиональный советолог. Константину отвели место в одном из отделов Генштаба, поручив заниматься привычным делом, с той лишь разницей, что теперь он получал закрытую информацию еще и по линии военной разведки. А затем произошел случай, принесший Мельнику широкую известность в узких кругах.

Пришла весть о смерти Сталина. В Москве началась борьба за власть. Французские военные весьма смутно представляли себе реалии советской жизни, ничего не знали об истинном раскладе сил в Кремле. Однажды начальник Генштаба маршал Жуэн вызвал Мельника к себе и спросил: «Наши аналитики могут предсказать, кто станет преемником Сталина?»

Мельнику предстояло найти ответ на этот вопрос. Он взялся за чтение советских газет, обращая внимание на то, кого из членов политбюро чаще других упоминают в различных статьях. Все указывало на Хрущева. (Имя этого советского функционера, до его возвышения, на Западе было совершенно неизвестно.)

После того как в сентябре 1953 года Хрущев был избран Первым секретарем ЦК КПСС, стало ясно, что прогноз Мельника полностью подтвердился. Маршал Жуэн, восхищенный «пророческим» талантом своего сотрудника, поведал об этой истории членам французского правительства. А поскольку маршал возглавил вскоре сухопутные войска НАТО в Центральной Европе, то о феноменальном успехе Мельника-Боткина стало известно по обе стороны океана.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что накануне своего увольнения в запас Константин получил приглашение о сотрудничестве от американской компании «Рэнд корпорейшн», которую одна часть экспертов называла «интеллектуальным филиалом ЦРУ», а другая часть – «полуофициальной аналитической структурой ЦРУ».

Теперь уже вместе с американскими коллегами Константин участвовал, в частности, в составлении толстенного тома под названием «Оперативный кодекс Политбюро». Его 150-страничная «выжимка» была настольной книгой американских дипломатов и разведчиков вплоть до рубежа 1970-х.

Работа Мельника-Боткина в корпорации была признана столь эффективной, что ему предложили более высокооплачиваемую должность и ускоренное оформление американского гражданства.

При этом никто не говорил, что его фамилия звучит как-то «не по-американски». Сам Константин не видел причин для отказа, но все же попросил небольшой тайм-аут для раздумий.

И тут раздался телефонный звонок. На проводе был Мишель Дебре – политик, с которым Мельник сблизился еще во времена своей работы в Сенате. Во Франции начинались большие перемены. К власти вернулся де Голль, который успешно провел референдум по конституции. Франция стала президентской Пятой республикой. Ее первым премьер-министром де Голль назначил Мишеля Дебре.

Дебре сообщил Мельнику о намерении Генерала ввести в правительственный аппарат как можно больше практиков, профессионалов, знатоков своего дела. В русле этой линии Дебре предложил собеседнику занять должность своего «стратегического советника» в сфере отношений новой Франции с Советским Союзом и США. Мельник понимал, что работа, которую ему предлагают во Франции, – хлопотная, притом неблагодарная. Но он чувствовал, что ему доверяют, что его знания и опыт востребованы, и не мог не откликнуться на этот призыв. Словом, Америке он сказал: прощай!


Читать далее   >


17 мая 2013


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
256642
Сергей Леонов
166524
Светлана Белоусова
112290
Татьяна Минасян
102678
Сергей Леонов
101128
Борис Ходоровский
98648
Александр Егоров
89598
Виктор Фишман
83052
Борис Ходоровский
73336
Татьяна Алексеева
67439
Павел Ганипровский
67140
Богдан Виноградов
59448
Павел Виноградов
57458
Татьяна Алексеева
53026
Дмитрий Митюрин
50505
Наталья Дементьева
50154
Наталья Матвеева
45274