Кто вы, подпоручик Шванвич?
РОССIЯ
«Секретные материалы 20 века» №3(337), 2012
Кто вы, подпоручик Шванвич?
Александр Обухов
журналист
Луга
329
Кто вы, подпоручик Шванвич?
Вячеслав Шалевич в роли Швабрина в фильме «Капитанская дочка», 1958 год

История Пугачевского бунта еще ждет своего непредвзятого исследователя. Участие в восстании ссыльных польских конфедератов, сношения пугачевцев со старообрядцами, обосновавшимися в слободе Ветка близ Гомеля, а также переход на сторону повстанцев немцев-колонистов, прибывших по приглашению Екатерины II в Россию, - все это требует самого пристального изучения. Прибавьте ко всему этому заявление небезызвестной «княжны Таракановой», претендовавшей на российский престол, о том, что объявившийся на просторах южного Урала «Петр III», коим именовал себя Пугачев, - ее родной брат. А еще существуют письма французских просветителей императрице, в которых Пугачев именуется «маркизом». Что это – стремление досадить «северной Семирамиде», подчеркнуть легитимность действий самозванца?

Александр Сергеевич Пушкин в своей «Истории Пугачева» упомянул об одной из самых загадочных личностей среди повстанцев – подпоручике Михаиле Александровиче Шванвиче, именовавшемся автором далее, в повести «Капитанская дочка», гвардейским офицером Швабриным, сосланным за дуэль в степную крепость и перешедшим во время ее штурма на сторону Пугачева.

Известно, что гений русской литературы при написании своих произведений всегда использовал факты из жизни известных ему людей, как и то, что ему приходилось о них слышать. Так, прообразом Сильвио в повести «Выстрел» стал кишиневский знакомец Иван Липранди, а старая графиня из «Пиковой дамы» - это Наталья Голицына. Из рассказа своего друга Павла Нащокина Пушкин узнал о тяжбе дворянина Островского со своим богатым соседом, что послужило основой сюжета повести «Дубровский».

Когда же речь заходит о теме пугачевского бунта, то многие исследователи считают, что  Пушкин осуществлял оба своих замысла (написание «Истории Пугачева» и повести о пугачевщине) почти одновременно. Вот почему сведения, которые им были получены о Шванвиче, плавно перетекли в образ злодея Швабрина в «Капитанской дочке». Так что же историкам известно об этом загадочном Шванвиче-Швабрине, знавшем тайные помыслы Пугачева и участвовавшем во всех его делах?

Михаил Шванвич вел свою родословную от немецкого офицера Мартина Шванвича (точнее Шванвица), приехавшего в Россию в последний год царствования Петра Великого. Мартин Шванвич, сын переводчика латинских текстов, всю свою жизнь прослужил в небольших чинах, так и не получив дворянства. А вот его сын Александр Шванвич был фигурой колоритной. Неизвестно, что побудило Мартина Шванвича обратиться в 1727 году к дочери Петра I восемнадцатилетней Елизавете Петровне с просьбой стать крестной матерью его сына, но факт остается фактом: будущая императрица не отказала ему в просьбе. Так Александр Шванвич по прозорливости своего отца стал близок к Елизавете Петровне, что сыграло свою роль в его дальнейшем зачислении в лейб-компанию (привилегированную 1-ую роту Преображенского полка). Здесь отец будущего пугачевца столкнулся с известными братьями Орловыми, бывшими такими же гуляками, задирами и повесами, как и он сам. О братьях Орловых, их богатырской удали и телесной мощи, а также их участии в восхождении на престол Екатерины II, написано немало. Однако не всем известно, что Александр Шванвич был сильнее даже знаменитого Алехана Орлова, которого лейб-компанеец побеждал в кулачных боях. Все это, как описывал Пушкин, привело в конечном итоге к договору между Шванвичем и Орловыми. По договору следовало, что если этот гигант встретит в трактире одного из Орловых, то последний беспрекословно покидает заведение, оставляя Шванвичу все: вино, закуски и «трактирных девок». А если же в трактир, где пирует Шванвич, заходят двое Орловых, то все получается наоборот. Правда в скором времени с этим договором случилась осечка.

Однажды Шванвич пожаловал в трактир, где веселился Федор Орлов, который сразу же был вынужден «с кислой миной» покинуть заведение, оставив пришедшему ломившийся от закусок и вина стол, а также «трактирную зазнобу». Но не успел Федор переступить порог, как в трактир ввалился Алехан. Вот тут-то уже пришлось «не солоно хлебавши» убираться Шванвичу. Правда, он начал вполне резонно доказывать, что появился в трактире, когда Федор был один и все по договору переходит к нему – Шванвичу. На эти замечания братья Орловы отреагировали в свойственной им манере. Противник был скручен и вышвырнут в сени. Ну а далее последовало непредвиденное. Несколько часов Шванвич протомился за дверями, ожидая выхода братьев, чтобы зарубить их саблей. То ли Шванвич замерз в сенях, толи там было темно, но клинок вскользь прошел по щеке Алехана, разрубив ее от левого уха до уголка рта. Шрам этот «украшал» Алехана всю оставшуюся жизнь, дав его недоброжелателям повод приклеить кличку «Le balafre (ле Балафре), - «меченый». 

Этот эпизод относится к 1750 году, когда Александру Шванвичу едва исполнилось двадцать три года. Крестнику императрицы Елизаветы многое сходило с рук. Но в конце концов и у императрицы лопнуло терпение. В 1760 году за дуэль со смертельным исходом удалого Шванвича сослали в Оренбургский гарнизон. (Кстати, этот факт из биографии отца пугачевца Пушкин использовал в «Капитанской дочке» применительно к Швабрину). Правда, на задворках империи лейб-компанеец пробыл совсем недолго и в 1761-м был возвращен Петром III в столицу, где оказался ротмистром в голштинском гвардейском полку. Таким образом, отец нашего «героя» был обязан новому государю «возрождением из небытия». Вот почему в духе преклонения перед Петром III он воспитал и своего сына, родившегося в 1755 году, еще до опалы. По старой семейной традиции крестной матерью Михаила Шванвича стала императрица Елизавета Петровна.

Что же касается дальнейшей карьеры «Геркулеса» Шванвича, то после 1762-го – года восшествия на престол Екатерины II – ему, как «голштинцу», ждать было нечего. Вся его последующая жизнь протекала в провинциальных гарнизонах. Правда, в 1765 году о бравом лейб-компанейце вспомнили и произвели его в секунд-майоры. Умер же крестник Елизаветы Петровны в 1782-м, находясь в должности командира батальона в Кронштадте. Однако я сильно забежал вперед. Ведь до этого он еще узнал о взлете и падении своего сына Михаила Шванвича при новом «Петре III» - Емельяне Пугачеве.

Вот тут-то и пришло время рассказать о Михаиле Александровиче Шванвиче, ставшем прототипом пушкинского Швабрина из «Капитанской дочки». В отличие от своего отца, вращавшегося в молодости в среде столичного офицерства, отпрыск Александра Шванвича вряд ли мог претендовать на большее. Его детство прошло в гарнизонах заштатных городков, что повлекло за собой наличие только домашнего образования. Вместе с тем отец приложил все усилия для того, чтобы зачислить Михаила в Ингерманландский карабинерный полк, в составе которого он участвовал во второй турецкой кампании, будучи ординарцем при Григории Александровиче Потемкине, в лице которого Екатерина II нашла замену Григорию Орлову. В 1773 году будущий сподвижник Пугачева был направлен с отрядом в 170 гренадер под Оренбург, на помощь генералу Кару, действовавшему против повстанцев. Вот с этого момента и началась непонятная перемена в действиях Михаила Шванвича. Рота поручика Карташова, в которой находился подпоручик Шванвич, без боя сдалась восставшим. Солдаты были приведены к Пугачеву, целовали ему руку, а их командиры поручик Волженский и поручик Шванвич были произведены в есаулы (поручика Карташова, как не согласившегося принять присягу Пугачеву, повесили). Превращение Шванвича в приближенного Пугачева произошло так стремительно, что впору думать о заранее спланированной встрече. Кто мог стоять за Шванвичем и предопределить его действия? Конечно же, «голштинцы», то есть та политическая сила, которая не ушла в небытие с устранением Петра III, но стала законспирировано помогать человеку, взявшему его имя и титул. Об этом свидетельствует не до конца понятная история с отъездом в столицу генерала Кара, который столкнулся под Оренбургом не с толпой восставших, а с сильной воинской группировкой. Некоторые историки считают, что отъезд генерала в Петербург был не банальным бегством, а попыткой донести до императрицы всю правду о возможностях восставших и их контактах, однако допущен до императрицы он не был. Его остановили в Москве и отправили в калужское имение, в котором он прожил до самой смерти.

Что же касается Шванвича-Швабрина, то его карьера при новоявленном императоре Петре III развивалась бурными темпами. В феврале 1774 года он был произведен в атаманы и назначен командовать полком. Пугачев ввел Шванвича в состав Военной коллегии, которая занималась комплектованием полков, снабжением войск продовольствием, обмундированием и вооружением, ведала административными делами на всей территории, охваченной восстанием, разбирала жалобы на действиях «неорганизованных бунтовщиков», а проще говоря, мародеров. От имени «Петра III» Шванвич подготовил «императорские указы» на немецком и французском языках. Видимо, все это было необходимо как знак внешнеполитическим силам для признания легитимности «разом воскресшего» Петра III. Ведь не мужики же сочиняют манифесты на немецком и французском языках! Все это дополнялось и сообщениями о том, что претендент на императорский престол ведет свои войска под подлинным голштинским знаменем, когда-то принадлежавшем гвардии Петра III. Откуда оно взялось у Пугачева? Уж не Шванвич ли передал восставшим это знамя, которое в свою очередь получил от отца, сохранившего не только верность свергнутому императору, но и его реликвию? Вопросов больше, чем ответов.

Шванвич-Швабрин прошел с Пугачевым весь его путь от побед до поражений. Дослужившись до звания секретаря Военной коллегии, он после разгрома основных сил пугачевцев под крепостью Татищевой бежал в Оренбург, где явился к генералу Рейсдорпу. Рейсдорп направил его в тот самый гренадерский полк, в котором Шванвич ранее и служил. Какое-то время ему удавалось вводить окружающих в заблуждение и ходить в жертвах Пугачева, но через месяц все же последовал арест. 31 декабря 1774 года следствие по делу Михаила Шванвича закончилось решением суда, которое гласило: «Лишив чинов и дворянства, ошельмовать, преломя над ним шпагу». Если вспомнить, что сам Емельян Пугачев «со товарищи» был подвергнут жестокой казни, то на этом фоне Шванвича только слегка пожурили. Восемнадцатый век вообще не располагал к каким-то сентиментам. А здесь, вот-те на! Чем можно такое объяснить? Ну, во-первых, за Шванвича могли вступиться могущественные покровители, с которыми даже Екатерине II приходилось считаться. Во-вторых, не надо забывать, что он был крестником императрицы Елизаветы Петровны и слух о казни такого дворянина мог скомпрометировать Екатерину II в глазах общественного мнения европейских стран, в котором она давно и небезуспешно заявляла о себе, как о «философе на троне». В-третьих, мягкость приговора объясняется заступничеством перед Екатериной братьев Орловых, которые, не помня зла, сумели устроить встречу своего друга-противника Александра Шванвича, отца Михаила Шванвича, с «матушкой императрицей».

Ну а что же было со Шванвичем-Швабриным после вынесения столь мягкого решения суда? Из некоторых источников, скупо повествующих о судьбе этого загадочного человека, известно, что он был сослан на вечное поселение в Туруханск, расположенный в 1474 километров к северу от Красноярска, при впадении реки Нижняя Тунгуска в Енисей. В этой Новой Мангазее (так Туруханск назывался во время своего основания в 1607 году) Михаилу Шванвичу пришлось прожить еще целых двадцать семь лет, добывая средства к существованию таежной охотой и рыбной ловлей. Скончался же самый загадочный сподвижник Пугачева в ноябре 1802 года, уже в царствование внука Екатерины II, не оставив после себя никаких письменных свидетельств о своей роли в пугачевском восстании.

Император Николай I, назвавший себя «личным цензором» Пушкина, в целом благосклонно отнесся к его изысканиям. Правда, «История Пугачева» при издании была переименована в «Историю Пугачевского бунта».


25 февраля 2012


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
258042
Сергей Леонов
175622
Светлана Белоусова
119128
Борис Ходоровский
106161
Татьяна Минасян
106055
Сергей Леонов
102218
Александр Егоров
90786
Виктор Фишман
84211
Борис Ходоровский
74376
Татьяна Алексеева
70692
Павел Ганипровский
69665
Богдан Виноградов
60283
Павел Виноградов
59943
Татьяна Алексеева
54054
Наталья Дементьева
52623
Дмитрий Митюрин
51784
Наталья Матвеева
47694