В погоне за счастьем
ИСТОРИЯ ЛЮБВИ
«Секретные материалы 20 века» №10(396), 2014
В погоне за счастьем
Наталья Дементьева
журналист
Санкт-Петербург
428
В погоне за счастьем
«Одалиска». Тарас Григорьевич Шевченко. 1840 г.

Как все-таки несправедлива бывает судьба к человеку. Вроде и хочет он от жизни самую малость: добрую жену, хорошую хату и здоровых детей. Но нет! Обычное человеческое счастье не дается в руки, словно сказочная Жар-птица. А может быть, не стоит винить во всем судьбу?..

АМАЛИЯ

«В воскресенье Тарас явился ко мне в таком виде: на нем был замасленный тиковый халат и штаны из толстого деревенского холста, запачканные краской. Он был босой, расхристанный и без шапки, – вспоминал о своей первой встрече с Шевченко художник Иван Сошенко. – Тарас смотрел понуро и стыдливо».

Встретились земляки-украинцы в Петербурге в 1836 году. Тарасу Шевченко шел двадцать второй год. Он был крепостным полковника Павла Энгельгардта. Хозяин захотел сделать из талантливого парнишки домашнего художника и отправил его на учебу в Петербург. Сошенко познакомил украинского парубка с людьми, составлявшими цвет петербургской интеллигенции. Сразу родилась идея выкупить Шевченко из неволи. Художники Брюллов и Венецианов лично просили Энгельгардта освободить Шевченко. Однако крепостник заломил непомерную цену – две с половиной тысячи рублей. И все-таки выход был найден. «Сговорившись предварительно с моим помещиком, Жуковский просил Брюллова написать с него портрет с целью разыграть его в частной лотерее, – вспоминал Шевченко. – Великий Брюллов тотчас согласился. Жуковский с помощью графа Виельгорского устроил лотерею в 2500 рублей, и этой ценой была куплена моя свобода 22 апреля 1838 года». Тут следует добавить, что лотерея проходила в Аничковом дворце, резиденции императора Николая I. Члены царской фамилии внесли тысячу рублей. Портрет Жуковского стал собственностью жены Николая I императрицы Александры Федоровны.

Тарас Шевченко начал заниматься живописью в классе Карла Брюллова. «Самому теперь не верится, – записал он в дневнике, – а действительно так было. Я из грязного чердака, я – ничтожный замарашка – на крыльях перелетел в волшебные залы Академии художеств!»

Тарас приискал себе дешевую комнатенку. Жилище было таким убогим, что Иван Сошенко предложил другу поселиться вместе в квартире, которую он снимал у немки Марии Ивановны Клоберг. А дальше разыгралась любовная драма, о которой Сошенко рассказал так: «У Марьи Ивановны жила племянница, сирота, дочь выборгского бургомистра, Амалия, прехорошенькая немочка. Нашему брату художнику влюбиться нетрудно, и я полюбил ее от души и даже, грешный человек, подумывал было на ней жениться. Но Тарас расстроил все мои планы. Он быстро повел атаку против Амалии и отбил ее у меня. Долго я скрывал свое неудовольствие на их близкие отношения, наконец не выдержал. Разбранив Тараса, я выгнал его из квартиры. Но тем не помог своему горю: Амалия стала уходить к нему на квартиру».

Тарас и Амалия встречались еще довольно долго, но Шевченко на немочке так и не женился. Как сложилась судьба Амалии – неизвестно, а Тарас Шевченко и Иван Сошенко в конце концов помирились.

ВАРВАРА И АННА

Тарас покинул Украину четырнадцатилетним пареньком, а вернулся в родные края, когда ему было уже под тридцать. Он известен как художник и поэт, его с радостью встречали и в родной хате, и в богатых поместьях. 29 июня 1843 года Шевченко был приглашен на бал в имение Мосевка, которое называли украинским Версалем. Среди двухсот гостей внимание Шевченко привлекли две женщины – Варвара Репнина и Анна Закревская...

Князья Репнины пригласили Шевченко пожить в их усадьбе, чтобы сделать копии с семейных портретов. Княжна Варвара Репнина целыми днями следила за работой художника и смотрела на него влюбленными глазами. Варвара даже начала писать о Шевченко роман: «Он был поэт. Поэт во всей обширности этого слова: он стихами своими побеждал всех... Он настраивал души на высокий диапазон своей восторженной лире... Он одарен был больше чем талантом, ему дан был гений...»

Таким же высоким стилем написаны и письма княжны Варвары к Шевченко. Она взяла на себя роль наставницы и воспитательницы, хотя далеко не всем мужчинам нравится, когда их опекают и поучают. В своих истинных чувствах Варвара призналась только своему старому другу французу Эйнару: «Я подлым образом целыми часами отдаюсь во власть своего воображения, рисующего мне пылкие картины страсти, а иногда и похоти». Любовь 35-летней старой девы не тронула сердце Шевченко.

Тарас Григорьевич стал частым гостем в имении Березовая Рудка, которое принадлежало помещикам Закревским. Шевченко работал над портретом хозяйки дома Анны Ивановны, с которой его связало сильное и взаимное чувство. По словам биографов: «Шевченко и Анна Закревская тайно встречались и в Петербурге, куда Закревские переезжали на зиму. Летом 1845 года Анна родила дочь Софию. Это была дочка Тараса, но он ее так никогда и не увидел. Не хотел видеть дочь и ее «формальный» отец – Платон Закревский». Анна Закревская умерла молодой: муж извел ее ревностью.

ФЕОДОСИЯ И ИМПЕРАТРИЦА АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВНА

Бурный роман с прекрасной Анной не помешал Шевченко задуматься о женитьбе. В своем родном селе Кирилловке ему приглянулась дочь местного священника Феодосия Кошиц. Молоденькая девушка была не против брака. Шевченко посватался по всей форме, но, как говорят украинцы, «получил гарбуза», то есть полный и бесповоротный отказ. Отец Феодосии заявил, что никогда не отдаст свою дочь за бывшего крепостного, который когда-то пас его овец. Феодосия замуж не вышла и закончила свои дни в психиатрической больнице. «Если бы я стала женой Шевченко, вы бы со мной так не обращались», – кричала она врачам...

5 апреля 1847 года Шевченко был арестован по делу о Кирилло-Мефодиевском братстве. Его члены – молодые романтики мечтали о создании единого славянского государства и уничтожении «рабства и всякого унижения низших классов». Из всех арестованных Шевченко получил самое суровое наказание. Дело в том, что у членов братства были обнаружены списки его сатирической поэмы «Сон». Шевченко высмеивал крепостническую Россию, а заодно обрушил свой гнев на императрицу Александру Федоровну. Шевченко писал, что императрица, которую считают богиней, тощая и длинноногая, как сушеный опенок. Николай I, прочитав эти строчки, сказал: «Положим, он имел причины быть мною недовольным и ненавидеть меня, но ее-то за что?» Вопрос этот до сих пор висит в воздухе, особенно если вспомнить, что жена Николая I принимала участие в освобождении Шевченко...

АГАТА

Государь лично определил наказание. 30 мая 1847 года поэт по рекрутской повинности был определен рядовым в Оренбургский батальон. Солдату Шевченко было строжайше запрещено писать (кроме писем) и рисовать. Жизнь его превратилась в мрачную, монотонную драму, и вдруг в казарменное прозябание, как солнечный лучик, ворвалась очаровательная женщина...

Красавица Агата, как и Шевченко, познала горький вкус сиротства. Бесприданнице не приходилось быть слишком разборчивой при выборе жениха, и, когда к ней посватался капитан Ираклий Александрович Усков, который был на 17 лет ее старше, девушке пришлось согласиться. Началась кочевая жизнь, которая летом 1853 года привела супругов в Новопетровское укрепление, комендантом которого был назначен Усков.

Сближение семьи коменданта и поднадзорного солдата произошло очень быстро. Ираклий Александрович Усков был потомком коренных запорожцев и стал помогать земляку. Шевченко каждый день бывал в доме коменданта, который кормил и поил его в течение пяти лет. Тарас Григорьевич не ходил в караул, а нанимал вместо себя солдата. Усков фактически разрешил ему писать и рисовать, хотя это грозило ему большими неприятностями по службе. Шевченко частенько блаженствовал в тени любимой вербы в обществе медного чайника, который был его самым большим достоянием. При этом он не только наслаждался относительной свободой, но и ждал, когда из дома выйдет молодая жена коменданта Агата. «Эта прекраснейшая женщина для меня есть истинная благодать Божия. Это одно-единственное существо, с которым я увлекаюсь иногда даже до поэзии. Следовательно, я более или менее счастлив; можно сказать, что я совершенно счастлив; да и можно ли быть иначе в присутствии высоконравственной и физически прекрасной женщины?»

Тарас и Агата совершали длительные прогулки по живописным окрестностям. Шевченко был прекрасным собеседником, он увлеченно рассказывал и читал стихи. Однако в военном гарнизоне такие прогулки, конечно же, стали предметом для сплетен. Чтобы прекратить толки, Агата перестала встречаться с Шевченко наедине. Тарас Григорьевич был возмущен внезапной переменой: «Агата, моя нравственная, моя единственная опора, и та в настоящее время пошатнулась и вдруг сделалась пустой и безжизненной: картежница, ничего больше!» Как несправедливы бывают мужчины! Да, Агата была нравственной женщиной, поэтому и прекратила прогулки с влюбленным в нее мужчиной и развлекалась игрой в карты с полковыми дамами.

2 марта 1855 года умер Николай I. На престол вступил его сын Александр II. Он амнистировал многих политических заключенных, но имя Шевченко собственноручно вычеркнул из списка, сказав: «Он оскорбил мою мать». Однако вице-президент Академии художеств граф Федор Петрович Толстой и его жена графиня Анастасия Ивановна, которых Шевченко называл своими святыми заступниками, неустанно хлопотали об освобождении поэта. В 1857 году Тарас Григорьевич был уволен с воинской службы.

КАТРУСЯ

Свободен! Почитатель таланта поэта купец-миллионер Сапожников предложил Тарасу Григорьевичу отдельную каюту на теплоходе «Князь Пожарский», и в конце августа 1857 года Шевченко направился в Нижний Новгород, где ему предстояло дожидаться разрешения на въезд в столичные центры. Свобода, вид волжских берегов и добрая стопка горилки опьянили поэта. Однако пребывание в Нижнем Новгороде принесло и страшное разочарование – в городе нет ни одной симпатичной дамы. «Я зашел в сад, встретил много гуляющей публики обоих полов и всех возрастов. Между женщинами, как на подбор, ни одной не только красавицы или хорошенькой, даже сносной не встретил. Уроды и, как кажется, большею частью старые девы. Бедные старые девы!»

Единственное светлое пятно на этом мрачном фоне – восемнадцатилетняя актриса Екатерина Пиуновa. 13 октября 1857 года Шевченко заносит в дневник первую благожелательную запись: «Пиунова была естественна и грациозна. Легкая, игривая роль ей к лицу и по летам». Чем больше спектаклей с участием Пиуновой видел Тарас Григорьевич, тем сильнее влюблялся. «Пиунова сегодня в роли Простушки была такая милочка, что не только московским, петербургским и парижским бы зрителям в нос бросилась».

Красота молоденькой девушки поразила мужчину, которому было уже немного за сорок. Чтобы завоевать руку и сердце актрисы, Шевченко разрабатывает хитроумный план. Он приглашает в гости своего старого друга, великого актера Михаила Семеновича Щепкина, и уговаривает патриарха русской сцены сыграть несколько спектаклей в Нижнем Новгороде. Конечно, партнершей маститого актера будет Катенька Пиунова. Решили поставить водевиль Ивана Котляревского «Москаль-чаривнык», что переводится как «Солдат-колдун». Главная героиня пьесы должна говорить по-украински. Шевченко вызвался помочь очаровательной Катрусе: «Тарас Григорьевич спокойно прочитывал каждое слово и терпеливо ждал, когда я правильно произнесу его. Он работал со мной долго, свеча нагорала, коптела, приходилось срезать фитиль. Наклонившись над пьесой, Тарас Григорьевич исподлобья поглядывал на меня и одобрительно кивал головой, когда я постепенно начинала правильно выговаривать украинские слова».

Представление прошло с ошеломительным успехом. По словам влюбленного Шевченко, «публика ревела от восторга». Тарас Григорьевич уверял Пиунову, что петербургские актрисы ей в подметки не годятся, а знаменитая Самойлова по сравнению с Катенькой просто солдатка. Шевченко написал хвалебную рецензию об игре Пиуновой для местной газеты. Щепкин договорился, чтобы актрису приняли в труппу Харьковского театра, который считался одним из лучших в империи. После такой основательной подготовки Тарас Григорьевич пошел свататься.

Родители Екатерины были категорически против этого брака. Отдать дочь за отставного солдата с крутым нравом, который за деньги рисует портреты горожан? Нет! Не такого жениха они хотели для своей дочери. Да и сама Екатерина Пиунова не представляла себя рядом с этим вспыльчивым и пристрастившимся к крепким напиткам человеком. «Мне казалось, что в Тарасе Григорьевиче жениховского ничего не было. Сапоги смазные, дегтярные, тулуп чуть не нагольный, шапка барашковая самая простая и в патетические минуты Тараса Григорьевича хлопающаяся на пол в день по сотне раз, так что если бы она была стеклянная, то часто бы разбивалась».

Катенька отказала Шевченко. Она не поехала в Харьковский театр, нарушив договоренность, с трудом достигнутую Щепкиным. Это особенно возмутило Тараса Григорьевича: «У меня все как рукой сняло. Я скорее простил бы бойкое кокетство, нежели мелкую несамостоятельность, которая меня, а главное, моего старого знаменитого Друга поставила в самое неприличное положение. Дрянь госпожа Пиунова! От ноготка до волоска дрянь!»

Екатерина Пиунова вышла замуж за актера Максимилиана Шмидтгофа. На склоне лет она написала воспоминания о сватовстве Шевченко. Екатерина Борисовна с милой простотой признается, что не вышла за него замуж, поскольку никто не сказал ей, что он великий поэт, а у самой «разуму не хватило».

МАРУСЯ

Тарас Григорьевич без сожаления покинул Нижний Новгород и в марте 1858 года по дороге в Петербург ненадолго заехал в Москву, чтобы повидаться со старыми друзьями и прежде всего с Михаилом Алексеевичем Максимовичем. Шевченко в шутку называл известного историка и ботаника «старым антикварием». И действительно, с портрета на нас смотрит типичный ученый-«сухарь»: профессору за пятьдесят, у него изможденное лицо, высокий лоб, бородка клинышком и круглые очки. Максимович познакомил Шевченко со своей женой Марией Васильевной. Она была на четверть века моложе мужа. Поэт взглянул на Марию, и у него дух перехватило: «Какое милое, прекрасное создание. Но что в ней очаровательней всего – это чистый, непосредственный тип моей землячки. И где он, старый антикварий, выкопал такое свежее и чистое добро? И грустно и завидно...»

В течение двух недель пребывания в Москве Шевченко часто приезжал в гости к Максимовичам, потом они начали переписываться. Тарас Григорьевич то ли в шутку, то ли в всерьез просил Марию подыскать ему невесту: «Жените, пожалуйста, а то как вы не жените, то и сам Бог не женит. Так и пропаду бурлаком на чужбине. Сделайте же так, мое сердце единственное».

Мария и Тарас увиделись снова весной 1859 года. Шевченко приехал на Украину, чтобы найти подходящий участок для строительства первого в жизни собственного дома. Он хотел обзавестись хозяйством и обязательно жениться. Как-то Тарас Григорьевич отправился погостить в имение Максимовичей в селе Прохоровка. Здесь он написал великолепный портрет Марии Максимович, который не оставляет никаких сомнений в том, что руку художника направляла любовь. Через девять месяцев после пребывания Шевченко в Прохоровке Мария родила сына Андрея, а профессор Максимович поссорился с Шевченко...

ХАРИТА И ЛУКЕРЬЯ

Когда Тарас Григорьевич вдохнул родной украинский воздух, он словно прозрел и понял причину своих любовных неудач: «Я по плоти и духу сын и родной брат нашего бесталанного народа, да и как же соединиться с собачьей панской кровью. И кроме того, что эта панночка воспитанная будет делать в моей мужицкой хате?»

Шевченко решил подыскать невесту среди деревенских девушек. Он жил у своих родственников в селе Кирилловке. Однажды старый холостяк залюбовался служанкой Харитой Довгополенко и тут же решил жениться. Правда, Шевченко не успел не только близко познакомиться с Харитой, но даже хорошенько ее рассмотреть. Вернувшись в Петербург, он просит сестру Ирину приглядеться к невесте получше, а «еще вот что: может, Харита скажет, что она бедная, сирота, наймичка, а я богатый и гордый, то ты скажи ей, что у меня много чего нет, а временами и чистой сорочки, а гордости я еще у моей матери одолжил, у мужички, у крепостной».

Поиски земельного участка для будущего семейного дома не увенчались успехом: Шевченко отвергал одно предложение за другим. Вроде все хорошо, но «только не у Днепра, вот беда! Днепр виден, но издали, а мне – чтобы он у самого порога был». Сватовство к Харите тоже окончилось безрезультатно: девушка отвергла предложение пожилого паныча, который живет в далеком Петербурге и пишет непонятные ей вирши, и вышла замуж за молодого писаря. Шевченко переживал недолго: «Мне теперь не жаль, что Харита малость с придурью».

Летом 1860 года Тарас Григорьевич нашел подходящую претендентку на роль жены в доме своих петербургских знакомых Карташевских. Служанка Лукерья Полусмак носила украинскую одежду, вплетала в косы ленты, а на ее белоснежной шейке позвякивало монисто. Когда Лукерья прислуживала Тарасу Григорьевичу за столом или приносила записочку от господ, он давал ей «на чай» серебряный рубль и любил поболтать с гарной дивчиной на украинской мове. Иван Сергеевич Тургенев наблюдал за развитием романа своего друга Тараса Шевченко и девятнадцатилетней Лукерьи: «Девушка-малороссиянка – существо молодое, свежее, несколько грубое, не слишком красивое, но по-своему привлекательное, с чудесными белокурыми волосами и той, не то горделивой, не то спокойной, осанкой, которая свойственна ее племени. Шевченко влюбился в эту Лукерью и решил жениться на ней; Карташевские сначала диву дались, но кончили тем, что признали ее невестой поэта и даже начали делать ей подарки и шить приданое; со своей стороны Шевченко усердно готовился к свадьбе, к новой жизни...»

Родные и друзья убеждали Шевченко, что Лукерья ему не пара, намекали на ее легкомысленный нрав, но Тарас Григорьевич был неумолим: «Даже если мой родной отец из могилы встанет, то и его не послушаю!»

Шевченко буквально засыпал невесту подарками, приискал для нее достойную квартирку и все вечера просиживал в сладких беседах со своею «любою дивчиною». Лукерья не говорила «по-московски», и Тарас Григорьевич нанял репетитора. Однажды Шевченко вернулся домой раньше обычного и нашел дверь в комнату Лукерьи запертой. Он открыл ее своим ключом и увидел невесту в объятиях учителя русского языка. Шевченко сильно запил. Немного успокоившись и поразмыслив, он решил простить неверную возлюбленную, но Лукерья прислала записочку, которая показывает, как мало она продвинулась в изучении русского языка: «Послушай Тара твоеими записками издесь неихто не нужаеца...», а на словах велела добавить, что согласилась на брак только из-за денег. Шевченко уничтожил все, что напоминало об изменнице. «А то, что осталось у Лукерьи, кроме вещей, которые я вас просил сжечь у нее на глазах, нужно, чтобы она заплатила за квартиру 14 руб., за ключ, ею потерянный, – 1 руб.», – писал он знакомым.

Шевченко страстно хотел вырваться из Петербурга. Он чувствовал, что успокоение найдет только на родной стороне. Наконец Тарас Григорьевич получил от родных радостную весть: они нашли подходящий участок земли около города Канева. Все так, как мечталось поэту: воды Днепра будут расстилаться прямо у порога его хаты. Но увидеть милую Украину Шевченко уже не довелось. 10 марта 1861 года, через три месяца после разрыва с Лукерьей, поэта не стало…


10 Мая 2014


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
85095
Виктор Фишман
68465
Борис Ходоровский
60838
Богдан Виноградов
47762
Дмитрий Митюрин
33808
Сергей Леонов
31940
Роман Данилко
29778
Сергей Леонов
29620
Светлана Белоусова
16237
Дмитрий Митюрин
15883
Борис Кронер
15050
Татьяна Алексеева
14272
Наталья Матвеева
14003
Александр Путятин
13906
Наталья Матвеева
12151
Алла Ткалич
11443
Светлана Белоусова
11439