Миледи по имени Жанна
ИСТОРИЯ ЛЮБВИ
«Секретные материалы 20 века» №5(521), 2019
Миледи по имени Жанна
Татьяна Алексеева
журналист
Санкт-Петербург
912
Миледи по имени Жанна
Возможно, скандал с ожерельем приблизил страшный конец королевской четы. Казнь Марии-Антуанетты

В этом году исполняется 175 лет знаменитому на весь мир роману Александра Дюма-отца «Три мушкетера». Как известно, у большинства его персонажей есть реальные прототипы. В том числе и у главной злодейки Анны де Бейль, которую в романе чаще всего называют Миледи. Правда, женщина, с которой Дюма списал свою героиню, жила лет на 150 позже и портила жизнь не Анне Австрийской, а другой королеве, Марии-Антуанетте. 

Звали эту женщину Жанна, и родилась она в местечке под названием Фонтет недалеко от Парижа в 1756 году. Семья, в которой она появилась на свет, была очень знатной, но при этом крайне бедной. Фамилия ее отца была Валуа, и он происходил из того же рода, что и династия французских королей, – у него с ними был далекий общий предок. А про ее мать, до замужества носившую фамилию Сен-Реми, ходили слухи, что она была любовницей короля Генриха II и что на самом деле именно он был отцом ее дочери Жанны. Правда, никаких доказательств этого не было, но Жанна еще в детстве узнала о таких слухах, и если даже не поверила в них, то как следует запомнила. 

Несмотря на высокое происхождение, в XVIII веке это семейство обеднело и скатилось на самое дно. В доме часто было нечего есть, отец Жанны не мог найти работу, мать была вынуждена просить милостыню, а иногда и торговать собой, чтобы прокормить себя и троих детей. А когда девочке исполнилось пять или шесть лет, мать научила попрошайничать и ее. Жанна стала ходить по улицам и просить прохожих дать пару монет «сиротке Валуа», и, к удивлению ее родных, желающих подать ей милостыню было очень много. Красивая маленькая девочка привлекала внимание людей, а голос ее звучал так жалобно, что перед ней не могли устоять даже самые черствые. Не все верили, что она принадлежит к роду Валуа, но те, кто считал это неправдой, все равно давали Жанне деньги, чтобы вознаградить ее за оригинальную выдумку. В результате девочка с каждым днем приносила домой все больше денег, совершенствуя на своей «работе» умение манипулировать людьми и актерские способности. 

Не хеппи-энд

Однажды Жанна подошла к остановившейся на перекрестке богатой карете и обратилась с просьбой помочь «сиротке Валуа» к ехавшей в ней знатной даме. Эта дама, маркиза Булевилье, настолько растрогалась при виде маленькой нищей, что не только дала ей несколько монет, но и вышла из кареты и стала расспрашивать девочку о ее жизни. Жанна еще раз подтвердила, что ее фамилия Валуа, а маркиза, хоть сперва и засомневалась в ее словах, решила навести справки о ее семье. И обнаружила, что ребенок не обманул ее – семья и правда была знатной, но попавшей в тяжелое положение. 

Маркиза Булевилье решила помочь этому семейству и нашла работу для отца Жанны, а кроме того, пристроила всех детей учиться: сына – в школу офицеров, а двух дочерей – в пансион при женском монастыре. Казалось бы, история Жанны закончилась хеппи-эндом: она и ее родные больше не голодали, да к тому же у нее появилась возможность получить хорошее по тем временам образование, попасть в высший свет и выгодно выйти замуж. Все были счастливы, что ей никогда больше не придется просить милостыню, вот только сама девочка не выглядела радостной. Для нее «работа» на улице была чем-то вроде увлекательной игры, ей нравилось, когда незнакомые люди, поддавшись ее обаянию, давали ей деньги, и такая жизнь казалась ей очень интересной. И вдруг все изменилось, она оказалась в школе со строгими воспитателями и учителями, где нельзя было гулять по улицам и вообще заниматься чем-то, кроме учебы. Девочка в такой обстановке сразу же заскучала. 

Учеба давалась Жанне легко, но из-за этого ей было еще скучнее на уроках, так что вскоре юная Валуа стала использовать свой ум и способности «не по назначению». Она прогуливала занятия, убегала тайком из школы или пряталась где-нибудь на территории монастыря, а когда ее спрашивали, где она была, придумывала разные правдоподобные истории. Воспитательницы ловили ее на лжи и наказывали, но девочка продолжала нарушать правила пансиона – для нее это было развлечением. 

Перевоспитать непослушную ученицу монахиням так и не удалось. Чем старше становилась Жанна, тем искуснее она становилась в своих проделках. Как за ней ни следили, ей удавалось незаметно сбежать на прогулку, проболтаться весь день по городу, а под вечер незаметно вернуться в свою комнату. Во время одной из таких прогулок у нее появился поклонник – гвардейский офицер по фамилии де Ламотт. Он называл себя графом де Ламоттом, хотя на самом деле графского титула у него не было и зарабатывал на жизнь разными аферами. Поначалу не очень крупными, но в планах у него было переехать в Париж и там развернуться. Познакомившись, этот офицер и Жанна быстро поняли, что они – родственные души. Ей тоже хотелось в столицу, где она смогла бы жить интересной – в ее понимании – жизнью. Где можно было бы, как в детстве, вытягивать у людей деньги, и не мелкие монетки, а серьезные суммы. 

Жанна и ее новый знакомый встретились тайком еще несколько раз, поговорили о своих мечтах и планах и поняли, что вдвоем им будет проще осуществить их, чем поодиночке. 

После этого Жанна окончательно сбежала из монастырского пансиона, и они с де Ламоттом поженились. С тех пор она всегда называла себя графиней де Ламотт, хотя и знала, что этот титул – фальшивый. Впрочем, о своем по-настоящему высоком происхождении Жанна тоже не забывала. 

Ночью все женщины – королевы

Два года молодые супруги прожили в Фонтете, занимаясь разным мелким мошенничеством. Накопив побольше денег, они перебрались в Париж, проникли там в высшее общество и стали заводить разные полезные знакомства с богатыми людьми, чтобы потом освободить их от части денег и ценностей. Жанна рассказывала всем, что у ее семейства было несколько имений, но их незаконно присвоили коммерсанты и что она пытается добиться их возвращения, а пока этого не произошло, помогает деньгами родственникам. Поначалу многие относились к этой истории с сомнением, но молодая женщина сумела убедить в своей правдивости самых больших скептиков. Рассказывая о злоключениях своей семьи, она могла заплакать, а однажды, придя на очередной пышный прием, изобразила обморок, заявив потом, что ей стало нехорошо от голода, так как она отослала все свои деньги родным. 

Разжалобив таким образом многих высокопоставленных лиц, Жанна уговорила их помочь ей получить кредиты в банках. Они с мужем купили большой красивый особняк и стали вести там роскошную жизнь, устраивая приемы и приглашая на них все новых полезных для их махинаций людей. Одним из таких знакомых стал Рето де Вийетт, умевший превосходно подделывать любой почерк и зарабатывавший этим себе на жизнь, другим – знаменитый тогда на всю Европу Джузеппе Бальзамо, более известный как граф Калиостро. Жанна де Ламотт многому научилась у них, да и они благодаря знакомству с ней стали еще виртуознее манипулировать своими жертвами.  

Другими «почетными гостями» в особняке де Ламоттов были те, у кого они выманивали деньги. Самой высокопоставленной их жертвой стал кардинал Луи де Роган. Он был одним из тех, кто помог Жанне и ее мужу получить кредиты, поручившись за них, но на этом де Ламотты не остановились – они видели, что из кардинала можно вытянуть гораздо больше. Что было не так уж сложно, потому что вскоре после знакомства с ним они узнали о его слабом месте. Де Роган был в немилости у королевы Марии-Антуанетты, и его не пускали в Лувр и в Версаль, где она устраивала роскошные приемы, а он очень хотел быть в числе приближенных короля Людовика XVI, чтобы попытаться занять место первого министра Франции. 

Жанна заставила его и других бывавших у нее гостей поверить, что сама она была представлена королеве и присутствовала на балах в Версале. Потом, выждав некоторое время, она рассказала, что они с Марией-Антуанеттой стали приятельницами, а еще чуть позже королева, по словам авантюристки, и вовсе сделалась ее близкой подругой. Де Ламотт придумывала все новые и новые подробности о том, как проходили королевские приемы и что делали на них правители Франции и их ближайшие придворные, и ее рассказы звучали так убедительно, что никто не сомневался в их достоверности. В том числе и Луи де Роган, которому Жанна в один прекрасный день намекнула, что может попробовать уговорить королеву помириться с ним и открыть ему доступ ко двору. Обрадованный кардинал пообещал, что его благодарность за такое посредничество будет очень щедрой, и де Ламотт сказала ему написать письмо Марии-Антуанетте, которое она, в свою очередь, обещала передать ее величеству. 

Де Роган написал письмо, в котором заверял королеву в своей верности и просил простить его, и спустя несколько дней Жанна вручила ему ответ. Кардинал уже видел письма, написанные Марией-Антуанеттой, и сразу же узнал ее почерк. Говорилось же в письме о том, что ее величество сожалеет об испорченных отношениях с ним и была бы рада забыть все прошлые разногласия. Луи в ответном письме рассыпался в благодарностях и тоже отдал его Жанне, которая вскоре вручила ему еще более теплое послание, написанное все тем же королевским почерком. 

Надо ли говорить, что на самом деле Мария-Антуанетта понятия не имела, что переписывается с опальным кардиналом? Сочиняла письма, якобы написанные ею, Жанна де Ламотт, а писал их, подделывая монарший почерк, Рето де Вийетт. 

Так де Роган переписывался с поддельной королевой несколько месяцев, и под конец ответы, которые он получал, были не просто дружелюбными, а весьма фамильярными, кокетливыми, словно их автор была неравнодушна к нему и даже не пыталась это скрыть. Луи был страшно доволен и горд собой – ему удалось влюбить в себя саму королеву, причем общаясь с ней только по переписке! А Жанна, глядя на него, поняла, что он «созрел» для следующего хода, и предложила ему устроить тайную встречу с Марией-Антуанеттой. Сама она уже давно подготовила все для этой встречи – взяла на работу молодую служанку Николь Леге, которая была довольно сильно похожа на ее величество, и научила ее вести себя по-королевски. По всей видимости, эта девушка тоже обладала авантюрным характером, потому что не только не побоялась участвовать в такой опасной афере, а, наоборот, с энтузиазмом стала учиться изображать королеву. 

Жанна велела кардиналу ждать Марию-Антуанетту поздним вечером в одном из дальних уголков версальского парка. Он пришел туда, и вскоре к нему вышла загримированная Николь в богатом платье и со сложной прической. В темноте ее мог бы принять за королеву кто угодно, и де Роган не стал исключением. Они перебросились несколькими фразами, кардинал в очередной раз заверил ее, что является ее преданным слугой, а Леге ответила, что очень ценит его дружбу, после чего вручила ему на память розу и растворилась в сумраке, сказав, что не может надолго оставить своих гостей. Жанна специально велела ей не затягивать свидание – чем меньше времени Николь провела бы с де Роганом, тем меньше была вероятность, что она случайно чем-нибудь выдаст себя. 

После «личной встречи» с королевой Луи окончательно уверился, что нравится ей, и Жанна сделала еще один ход. В очередном письме, написанном от имени Марии-Антуанетты, она попросила кардинала достать для нее довольно большую сумму денег – 40 тысяч ливров, – которые она якобы хотела передать одному обедневшему дворянскому семейству. Де Рагона такая просьба не удивила. Весь Париж знал, что королева очень расточительна и потратила огромные суммы на обустройство дворца и парка в Версале, а также на другие свои прихоти, так что у нее вполне могло не остаться свободных денег. Поэтому кардинал без сомнений взял кредит на 40 тысяч и попросил Жанну передать их ее величеству. Жанна же потратила их на себя и на мужа, а кроме того, щедро вознаградила своих помощников, Рето и Николь. 

После этого «королева» еще несколько раз обращалась к де Рагону с просьбами дать ей денег на разные благотворительные дела, и он никогда не отказывался это сделать. А игравшая роль Марии-Антуанетты Жанна тем временем разрабатывала план намного более крупной авантюры, которая должна была принести ей по-настоящему огромное богатство. 

Дело об алмазном ожерелье

Для того чтобы ее рассказы о дружбе с королевой и о посещении дворцов выглядели достоверно, Жанна де Ламотт старательно собирала все слухи и сплетни о том, что происходило в Лувре и в Версале. Так она узнала, что в одной ювелирной компании хранится бриллиантовое ожерелье, которое предыдущий монарх, Людовик XV, когда-то заказал для своей фаворитки, но не успел выкупить и которое теперешняя королева мечтала приобрести. Эта драгоценность стоила больше полутора миллионов ливров, и Людовик XVI не позволял своей жене тратить такие деньги. 

Жанна придумала, как заполучить это ожерелье, состоящее из шестисот бриллиантов. В очередном письме, подписанном Марией-Антуанеттой, она попросила Луи де Рогана помочь ей заключить с ювелирами договор о покупке этого украшения и о платеже за него в рассрочку. Тут кардинала все-таки взяли сомнения, и перед тем, как устраивать такую крупную сделку, он решил «проконсультироваться» с каким-нибудь ясновидящим. Но самым известным в тот момент предсказателем в Париже был граф Калиостро – друг Жанны, согласившийся подыграть ей то ли за несколько камушков из ожерелья, то ли просто из любви к искусству. Он заверил Луи, что со сделкой не возникнет никаких проблем и что она поможет ему стать министром, и тот сделал все, как просила фальшивая Мария-Антуанетта. 

По договору, заключенному с ювелирами и подписанному вместо королевы Рето де Вийеттом, ее величество должна была каждые полгода платить по 400 тысяч ливров. Ожерелье было передано Жанне, которая якобы отнесла его королеве. На самом же деле супруги де Ламотт и их подельники тут же разобрали украшение на отдельные камни и начали продавать их по одному и вести еще более роскошную жизнь. 

Когда подошел срок первого платежа, де Рагон по просьбе «королевы» стал уговаривать ювелиров дать ей отсрочку. Но те уже почувствовали, что в этом деле что-то не так, поскольку Марию-Антуанетту никто ни разу не видел в новом ожерелье. Так что ювелиры попросили королеву об аудиенции, и, встретившись с ними, она впервые услышала о том, что дружит и переписывается с опальным кардиналом. 

Жизнь с клеймом 

Луи де Рогана арестовали, и он рассказал следователям о «посредничестве» Жанны де Ламотт. В результате она, Николь Леге и Рето де Вийетт тоже были схвачены, а ее мужу удалось сбежать из Франции. Жанну приговорили к публичной порке и пожизненному заключению, а на груди у нее выжгли клеймо в виде буквы V – от французского слова voleuse, то есть «воровка». Меньше всех пострадал кардинал – ему удалось доказать, что Жанна обманула его, так что вскоре он вышел из Бастилии. Но о придворной карьере он мог теперь забыть: его выслали из Парижа в одну из дальних французских провинций. 

А де Ламотт и в Бастилии продолжила плести интриги и сумела разжалобить и расположить к себе одного из надзирателей, который принес ей мужскую одежду и помог сбежать. Переодевшись мужчиной, Жанна уехала в Англию, где написала мемуары о своей бурной жизни. В нем сама она была показана жертвой французской королевы, и эта книга, быстро ставшая популярной и в Англии, и во Франции, еще больше испортила репутацию Марии-Антуанетты и Людовика XVI и, возможно, ускорила приближающуюся революцию 1789 года. 

Несмотря на свою популярность в Англии, де Ламотт жила в постоянном страхе, как бы ее не нашли агенты французского правительства или кредиторы. Через несколько лет в Лондоне стали ходить слухи о том, что она погибла: выбросилась из окна, когда кто-то постучал в дверь ее комнаты, так как решила, что это пришли за ней. Возможно, так и было на самом деле, однако еще позже, в начале XIX века, Жанна, по слухам, объявилась в России под именем графини Гаше. Поговаривали, что ей каким-то образом удалось сохранить часть бриллиантов из ожерелья Людовика XV, а также что у нее есть важные документы, касающиеся французских монархов. 

Эти слухи дошли до императора Александра I, и он назначил графине Гаше аудиенцию. О чем они говорили, неизвестно, но после этого француженка уехала в Крым и прожила там до самой своей смерти в 1826 году. Когда в Санкт-Петербурге стало известно, что она умерла, Николай I отправил в ее дом курьера, которому было приказано забрать из него темно-синюю шкатулку. Курьер долго искал ее среди вещей покойной, а когда наконец нашел, оказалось, что в ней ничего нет. 

Если графиня Гаше была Жанной де Ламотт, то можно сказать, что свою последнюю интригу эта женщина устроила уже после смерти. Вероятно, она намекнула Александру I, что хранит в такой шкатулке что-то важное – может быть, все те же бриллианты, – и в результате заставила его преемника искать то, чего не было. Это было бы вполне в духе Жанны, так любящей разные авантюры. 

Известно также, что со своим мужем Жанна после побега из Бастилии никогда больше не встречалась. Сам он долгое время скрывался в Париже, боясь продавать оставшиеся бриллианты, и в 1831 году умер в больнице для бедных. 

А спустя еще несколько лет об истории с ожерельем последней французской королевы узнал Александр Дюма-старший. И тогда ожерелье превратилось в двенадцать алмазных подвесков, Марию-Антуанетту заменила Анна Австрийская, а Жанна де Ламотт превратилась в интриганку Миледи, тоже имевшую клеймо. Впрочем, подлинную историю де Ламотт великий писатель тоже использовал в другом своем романе – «Ожерелье королевы».


24 Февраля 2019


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84078
Виктор Фишман
67352
Борис Ходоровский
59708
Богдан Виноградов
46816
Дмитрий Митюрин
32255
Сергей Леонов
31341
Роман Данилко
28875
Сергей Леонов
23526
Светлана Белоусова
14987
Дмитрий Митюрин
14753
Александр Путятин
13341
Татьяна Алексеева
13094
Наталья Матвеева
12829
Борис Кронер
12210
Наталья Матвеева
10846
Наталья Матвеева
10649
Алла Ткалич
10256
Светлана Белоусова
9779