Тайный путь поэта
ЖЗЛ
«Секретные материалы 20 века» №20(484), 2017
Тайный путь поэта
Сергей Кривенков
журналист
Санкт-Петербург
241
Тайный путь поэта
Гао Ци стал одним из участников восстания «красных повязок»

Сегодня Сучжоу — один из городов-спутников Шанхая. Но в древности (когда являлся столицей царства У), и в Средние века он играл немаловажную роль. Здесь была протяженная крепостная стена, сотни ажурных мостов, прекрасные сады и парки. А по размеру город превосходил многие европейские столицы.

Воспел Сучжоу знаменитый китайский поэт Гао Ци (1336–1374 годы). С его жизнью связана одна из тайн времен восстания «красных повязок» (1351–1368), освободившего страну от монгольской династии Юань.

Историко-психологических загадок много, но у каждой из них свой особый привкус, очень сильно зависящий от места действия и времени, в которое происходили события. Китайское Средневековье для нас обладает терпким ароматом восточной тайны. Менталитет иной, но судьбы интересных людей поучительны не меньше, чем в более известных нам примерах из жизни Европы.

Классическая китайская поэзия — одна из вершин мировой литературы. Великие поэты, такие как Ли Бо, известны теперь не меньше, чем Гомер и Шекспир. Причем биографии классиков Поднебесной более достоверны ввиду традиционного для страны культа предков и тщательно организованного летописания. Поэт Гао Ци входит в число самых известных из них. На русский язык его стихи многие годы переводит московский востоковед Илья Смирнов. Переводы хороши, но что-то неуловимое остается в них «за кадром».

Гао Ци рано остался сиротой, воспитывался в семье старшего брата. Рос он во времена, когда возможности китайцев пользоваться оружием были ограничены монгольскими властями. Да и карьера коренных жителей была затруднена завоевателями — чтобы стать чиновником, им надо было сдать на один экзамен больше. Гао Ци в знак протеста вообще отказался сдавать экзамены.

Когда тайная буддийская секта «Белый лотос» подняла антимонгольский мятеж, позже названный «восстанием красных повязок», район Сучжоу поначалу не был им затронут. Гао Ци женился на дочери владельца небольшого поместья, где и жил. Но в 1356 году город захватило войско под предводительством старшины контрабандистов Чжан Шичэна. Он провозгласил себя «Великим князем У» и правил десять лет. Это был здоровяк, силач, опытный боец, а также весьма грамотный человек и ценитель поэзии. Он снизил налоги, приспособил календарь к нуждам сельского хозяйства и даже учредил «Дом радения о литературе», где проводил поэтические турниры. Жао Цзе, один из друзей Гао Ци и, возможно, ключевая фигура во всей этой истории, заведовал у Чжан Шичэна канцелярией. Он и познакомил Гао Ци с правителем города. А вскоре поэт совершил немотивированную двухлетнюю поездку по всему Юго-Восточному Китаю, охваченному гражданской войной и находившемуся под властью соперничавших группировок восставших.

Тем временем на севере укрепились отряды под командованием бывшего монаха Чжу Юаньчжана. Он и стал в 1368 году первым императором новой династии Мин. Одно из главных препятствий на пути к трону он преодолел в 1366 году, взяв после десятимесячной осады Сучжоу. Чжан Шичэн храбро сражался в рукопашной на улицах, но был взят в плен, и будущий император лично забил его до смерти железной палкой.

Формально Гао Ци никак не был связан с убитым. Новые власти даже пригласили его в Нанкин, провозглашенный вместо Ханбалыка (Пекина) новой столицей страны. В составе группы из 16 ученых он в течение года писал по горячим следам историю свергнутой династии Юань. По итогам работы был награжден, но попросил отставку и удалился в поместье тестя. А еще через шесть лет его обвинили в заговоре в пользу Японии и казнили. Заговор сомнителен, скорее речь идет о зачистке новым императором всех, в верности кого он сомневался. Зато теперь японские авторы также подробно пишут о творчестве Гао Ци.

Однако неужто поэт два года ездил по охваченной междоусобицей стране просто так, без всяких охранных грамот, полагаясь исключительно на удачу и боевые искусства?.. Есть гипотеза, что Гао Ци был лазутчиком Чжан Шичэна, чем объясняются и его путешествие, и дальнейшая судьба. А в его письмах домой и ему из дома были условные сигналы. Вот как он сам писал: «Смотрю на просвет. Вязь прямых и кривых. Иероглифы «все в порядке» видны». Конечно, это о том, что дома все хорошо, но только ли об этом? В стихах множество метафор, даже тростник на закате предстает как особое блюдо — «злато нарублено с фаршем из яшмы зеленой». Поэтому возможны разные прочтения подстрочных переводов.

Более чем 30 лет назад автор этой статьи заинтересовался неясными местами в биографии Гао Ци. Он посетил нескольких ученых-востоковедов, рассказав им об этой загадке. Гипотезой о поэте-лазутчике заинтересовался выдающийся ученый Александр Кабанов из питерского отделения академического Института востоковедения. Его помнят как блестящего специалиста по дзен-буддизму, но в жизни это был настоящий эксперт, с широким кругом интересов. Он согласился помочь с подстрочным переводом, причем выбрал стихотворение, раскрывающее характер поэта, — «Баллада о корейских девушках» (кстати, переведенное и в Японии).

Гао Ци писал о том, как во время пирушки поразился мастерству юных корейских танцовщиц.

Впервые обрезан ваш волос короче — бровей он едва ли достанет.
Пирушка богата, выходят из ночи танцоры и музыканты.
Одежды из хлопковой ткани мелькают, и медные кольца видны.
Легко закружились фигуры, и очень звучанья напевов нежны.
Язык мне чужой, но зачем переводчик — без помощи я обойдусь.
Понятно, насколько глубоки их чувства, — о доме родимом грусть.
Поют средь деревьев здесь птицы над нами, в светильниках с воском — горенье.
Вот смолкла мелодия, перед гостями у девушек гнутся колени.
А я удивляюсь — как с севера ветер пронес их сквозь облачные моря.
Как эти девчушки — в сущности, дети — заброшены в наши края?
Спросил у хозяина — тот и ответил: «Послом был я в дальних краях.
Весь долгий свой путь за три дня одолел — был ветер попутным тогда.
Олени бегут средь развалин дворцов, разрушены там города.
Раз в ветхой лачуге, где пел мне петух, решил остановку сделать.
Столица близка, весна уж к концу, но не много зерна созрело.
Детей увидал двух голодных, они брели по дороге, рыдая.
Достал золотой, золотой бросил им, жалея и сострадая.
Их белым рисом своим накормил, на наш корабль посадил».
И тут вспомнил я, как когда-то служил и сам на восточной границе.
И я кореянкам одежды дарил, вводил их в покои к императрице.
Играл и играл им придворный оркестр, мелодии их переняв.
И утром, и вечером пение окрест — свой слух государь ублажал.
Но много уж лет, как в Китае война, и смуте не видно конца.
Послы не подносят подарки и дань, стран дальних не встретишь гонца.
Доныне скитается, по преданью, наследник времен Ань Лушаня,
Уж тысячу лет, как умеют гаданьем вопрос о столице решать.
У реки Золотая вода столько ив — не счесть их по двум берегам.
Вот ветер весенний был миролюбив — с добром ли пришел ныне к нам?
Теперь мне так грустно бывает порой о мирных годах вспоминать.
Вот чашка стоит на столе предо мной — с вином иль слезами, уже не понять.

Мятеж полководца Ань Лушаня потряс Поднебесную в конце эпохи Тан, речь о легенде про наследника престола того времени. Что касается Гао Ци, про его службу на границе документальных данных нет, однако она вполне реальна для молодого человека, отказавшегося сдавать экзамен на чиновника. Интересно редкое для тех времен понимание того, что за нестабильностью у соседей часто следует смута и в своей стране.

Что касается гипотезы о том, что поэт был лазутчиком во время антимонгольского восстания, то аргументы в ее пользу больше психологические. Но, между прочим, ездили в опасные места и друзья Гао Ци, что отражено в его стихах. Однако некоторые из них были сосланы сразу же после взятия Сучжоу в 1366 году, а ведавший тайной перепиской атамана контрабандистов Жао Цзе и вовсе казнен. Похоже, Гао Ци просто никто не выдал…

Но нам-то, в XXI веке, что до всей этой истории?.. А как понять чужую культуру, не понимая до конца ее творцов? Но понять человека можно, лишь узнав мотивы его поступков. Одно дело — поэт в «башне из слоновой кости», другое — путник, смело идущий по опасным дорогам...


1 октября 2017


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
86732
Виктор Фишман
69671
Борис Ходоровский
61938
Богдан Виноградов
49158
Сергей Леонов
40365
Дмитрий Митюрин
35732
Сергей Леонов
32918
Роман Данилко
30837
Светлана Белоусова
17713
Борис Кронер
17548
Дмитрий Митюрин
16988
Татьяна Алексеева
15886
Наталья Матвеева
15395
Светлана Белоусова
15237
Наталья Матвеева
14490
Александр Путятин
14397
Алла Ткалич
13066