Легенда о гениальном безумце
ЖЗЛ
«Секретные материалы 20 века» №24(436), 2015
Легенда о гениальном безумце
Борис Кронер
журналист
Санкт-Петербург
334
Легенда о гениальном безумце
Винсент Ван Гог, автопортрет

Музей Винсента Ван Гога в Амстердаме самый посещаемый в Королевстве Нидерланды и один из самых посещаемых в мире. За год посмотреть крупнейшую коллекцию картин и рисунков одного из культовых художников приходит около двух миллионов человек. Небольшое здание, построенное в 70-х годах прошлого столетия, едва ли не с открытия стало тесным для публики.

В 1999 году знаменитый японский архитектор Кисе Курокава (его последним проектом стал строящийся к чемпионату мира по футболу стадион в Санкт-Петербурге) присоединил к основному зданию музея экспозиционное крыло. К нему всегда выстраивается длинная очередь, в которой преобладают японские туристы.

Открытия Юлиуса Мейер-Грефе

Экспозиция музея знакомит с различными периодами творчества Ван Гога, но его сотрудникам, высококлассным искусствоведам и знатокам творчества художника, не удается развенчать миф о гениальном безумце, созданный еще в начале прошлого столетия немецким галеристом и искусствоведом Юлиусом Мейер-Грефе. В 1893 году он приобрел картину тогда еще малоизвестного художника «Влюбленная пара» и, будучи человеком прагматичным, задумался о рекламе.

Для этого Мейер-Грефе решил написать привлекательную для коллекционеров и любителей живописи биографию художника. Самого Ван Гога уже не было в живых. В Германии голландского живописца, большая часть жизни которого прошла во Франции, практически никто не знал. Биографию можно было писать с чистого листа.

Для начала обладавший бойким пером Мейер-Грефе создал образ безумного гения-одиночки, провозгласив его предвестником входившего в моду модерна. Этот стиль, впрочем, быстро вышел из моды, и усилиями немецкого искусствоведа Ван Гог превратился в бунтаря-авангардиста, творчество которого было направлено против академиков-реалистов. Этот образ привлекал художественную богему, но отпугивал обывателей. Лишь в третьей редакции немецкому искусствоведу удалось создать легенду.

В 1921 году Мейер-Грефе выпустил научную монографию с необычным для такого рода литературы названием «Винсент». Еще более необычным был подзаголовок: «Роман о богоискателе». В изложении немецкого галериста Ван Гог предстал безумцем, рукой которого водил Бог.

Реальный Винсент имел мало общего с «Винсентом» Мейер-Грефе. Окончив престижную частную гимназию, Ван Гог свободно говорил и писал на трех языках, много читал.

В кругу парижских художников, куда он попал в зрелом возрасте, голландец имел прозвище Спиноза. За Винсентом стояла большая семья, никогда не оставлявшая его без материальной поддержки, хотя и не восторгалась его художественными экспериментами.

Дед художника по материнской линии был известным во всей Европе переплетчиком старинных манускриптов, работавшим на несколько королевских дворов. Многочисленные братья отца Винсента также были уважаемыми и состоятельными людьми: один — адмиралом и начальником порта в Антверпене, трое — успешными торговцами живописью.

От религии к живописи

В легенде о богоискательстве Ван Гога его немецкий биограф использовал реальный факт: в 1878 году Винсент стал проповедником в шахтерском районе Бельгии. На его картинах, написанных по воспоминаниям об этом периоде жизни, горняки предстают отнюдь не моделями для академиков. По версии Мейер-Грефе, юный бунтарь отправился в беднейший район из-за стремления разделить страдания с убогими и нищими. В реальности поступок молодого человека объяснялся прагматичным желанием пойти по стопам отца и стать священником.

Для этого необходимо было пять лет проучиться в семинарии или пройти ускоренный курс за три года по упрощенной программе. Что немаловажно, бесплатно в отличие от полноценного теологического образования. Для поступления в школу нужен был обязательный полугодичный стаж работы в глубинке, куда священники и в XIX веке не стремились. Вот и отправился Ван Гог в шахтерский Боринаж. Отработав положенный срок, он отправился подавать документы в евангелическую школу и с удивлением обнаружил, что правила приема изменились. В расположенное на территории Бельгии учебное заведение голландцев бесплатно уже не принимали. После этого Винсент разочаровался в первоначальном выборе и решил стать художником.

В этом ему помогли родственники, торговавшие живописью. За семь лет он сделал неплохую карьеру в семейном антикварном бизнесе. Из амстердамского филиала одной из крупнейших в Европе фирмы «Гупиль», совладельцем которой был его дядя, тоже Винсент Ван Гог, несостоявшийся священник перебрался в штаб-квартиру фирмы в Париже. Естественно, не сразу, а поработав в Гааге и Лондоне. За это время будущий художник прошел серьезную школу, изучил собрания крупнейших европейских музеев и многих частных коллекций, стал подлинным экспертом в области живописи.

«Находясь в окружении картин, я воспылал к ним неистовой, доходящей до исступления любовью», — написал много лет спустя сам Винсент Ван Гог. В молодости его кумиром был французский художник Жан-Франсуа Милле, в творчестве которого преобладали пейзанские мотивы. Картины из сельского быта весьма неплохо продавались в салонах «Гупиля», и уже сделавший неплохую карьеру арт-дилер и начинающий художник вознамерился стать бытописателем низших классов. Благо быт простого люда он знал не понаслышке.

В 27 лет Винсент стал серьезно учиться живописи. Начал с рисования по специальным учебникам, которые ему со всей Европы присылали дяди. Технику будущему гению живописи поставил также его родственник, художник из Гааги Антон Мауве. Поставил настолько хорошо, что Винсент без труда поступил сначала в брюссельскую, а затем в антверпенскую Академию художеств. Задержись он там, возможно, мир получил бы очередного бытописателя пейзан, а не гениального бунтаря, но в 1886 году младший брат Тео уговорил Винсента переехать в Париж.

Сам Тео продолжал семейные традиции и был преуспевающим арт-дилером. Именно он сыграл важнейшую роль в становлении художника Винсента Ван Гога. Для начала посоветовал забыть о пейзанах, которых к тому времени изобразили уже со всех сторон. Затем ввел в круг импрессионистов. Они, конечно, не пользовались такой популярностью, как сейчас, но все равно являлись законодателями моды.

Наследник Рембрандта и Халса

В частной студии Фернана Кормона голландец познакомился с Анри Тулуз-Лотреком, а Тео ввел его в круг своих клиентов. Среди них были не только уже известные во Франции художники Клод Моне, Камиль Писсарро, Огюст Ренуар и Эдгар Дега, но и восходящие звезды — Поль Синьяк и Поль Гоген.

К моменту приезда брата в Париж Тео Ван Гог был руководителем экспериментального, как бы сказали сейчас, отделения «Гупиля», располагавшегося на Монмартре. Полагаясь на свое чутье и жилку бизнесмена, он уговорил консервативное руководство своей фирмы начать продвижение работ импрессионистов. В галерее на Монмартре проводились выставки не только уже признанных мэтров, но и дерзких молодых художников. В центральном выставочном зале «Гупиля» их работы демонстрировать не рисковали.

В 1884 году братья Ван Гоги заключили деловое соглашение, которое напрочь разрушает созданный миф о нищете гениального художника. В обмен на право продавать картины брата Тео обязался ежемесячно выплачивать Винсенту 220 франков и обеспечивать его всем необходимым для работы: кистями, холстами, красками, причем лучшего качества. В ту пору тысячу франков в месяц зарабатывали только самые высокооплачиваемые врачи и юристы Парижа. Когда-то любимым художником пейзанам такие суммы не снились.

Денег Винсенту хватало даже на покупку японских гравюр, которые в Европе стоили весьма недешево. Ну а за высококлассные холсты и краски арт-дилеру Тео Ван Гогу благодарны его нынешние коллеги. Картины Винсента, пользующиеся большим спросом на современном рынке живописи, прекрасно сохранились. В отличие от работ действительно нищих Гогена и Тулуз-Лотрека, часто писавших чем попало и на чем попало.

«Научная» биография Ван Гога, выдуманная Мейер-Грефе, закрепила в сознании поклонников творчества художника множество мифов. Сложилось мнение, что при жизни он был не признан коллегами и критиками. Хотя еще в 1888 году ведущие парижские искусствоведы Густав Кан и Феликс Фенелон в обзорах независимых выставок, где были представлены полотна постимпрессионистов, выделяли яркие работы Ван Гога. Они были в коллекции такого взыскательного ценителя живописи, как Эдгар Дега. Да как можно говорить о не признанности, если еще при жизни Винсента в газете «Меркюр де Франс» он был назван наследником Рембрандта и Халса!

В своем труде Мейер-Грефе расписал «свободный от оков разума» процесс творчества Ван Гога, сделав вывод: рукой художника водил бог. Сам Ван Гог так не считал. Он утверждал, что в искусстве нужно работать, спуская с себя кожу. Он действительно писал быстро и мог закончить полотно за два часа. При этом Винсент любил повторять слова американского художника Джеймса Уистлера: «Я сделал это за два часа, но работал годами, чтобы за эти два часа сделать что-либо стоящее».

Жертва абсента

Краеугольный камень легенды о Ван Гоге — это его безумие, якобы позволившее заглянуть в творчестве в недоступные простым смертным глубины. Периоды депрессии, сопровождавшиеся припадками эпилепсии, начались у Винсента в последние полтора года жизни. Вероятнее всего, под воздействием абсента. Разрушительное действие настойки горькой полыни на нервную систему стали известны только в ХХ веке. Во время обострений болезни художник не мог работать и ни в какие глубины заглянуть не мог.

В качестве примера безумного состояния Ван Гога в момент написания картин приводится полотно «Комната в Арле». Искривленное пространство жилища считали плодом фантазии художника. Уже после его смерти были найдены планы дома, в котором квартировал Винсент. Стены и потолок там были скошены, а картина оказалась на редкость реалистичной.

История с отрезанным ухом, которая нашла отражение в творчестве Ван Гога, то же не так проста, как подают ее исследователи типа Мейер-Грефе. Художник просто не мог отрезать себе ухо под корень. Ведь медицинская помощь была оказана ему только через десять часов, а за это время при такой травме он бы истек кровью. У Винсента, как следует из медицинского заключения, была отрезана только мочка. Существует версия, что это произошло во время ссоры с Гогеном.

Получивший соответствующие навыки в матросских драках коллега полоснул Ван Гога по уху, и у того случился нервный припадок. Чтобы оправдать свое поведение, Гоген сочинил душещипательную историю. Мол, Винсент гонялся за ним с бритвой в руках, а затем покалечил себя.

Самоубийство Ван Гога в июле 1890 года, естественно, вписывается в версию о безумии художника. Между тем незадолго до рокового выстрела Винсент был выписан из психиатрической клиники и признан здоровым. Неслучайно хозяин дома, где он жил, доверил художнику револьвер для отпугивания ворон на этюдах. Современные психиатры сходятся на том, что самоубийство произошло не во время припадка, а стало результатом глубокой депрессии художника.

Незадолго до этого Тео женился, у него родился ребенок. Винсента угнетала мысль, что теперь любимый брат будет заниматься своей семьей, а не помогать ему. После рокового выстрела художник прожил еще два дня и стойко переносил все страдания. Он умер на руках безутешного брата, который так и не смог оправиться от этой потери. Тео умер через полгода. Фирма «Гупиль» тут же закрыла подразделение, занимающееся современными направлениями живописи. Хорошо еще, что картины Ван Гога вдова его брата Иоганна увезла в Нидерланды.

Вскоре к Ван Гогу пришла настоящая слава. Многие искусствоведы сходятся во мнении: если бы не ранняя смерть Винсента и Тео, уже в середине 90-х годов позапрошлого века они бы были богатыми людьми. Судьба распорядилась иначе. Дивиденды с работ великого художника Винсента и прекрасного галериста Тео первым снял Мейер-Грефе.

Афера берлинского стриптизера

Бойкое перо немецкого галериста сделало Ван Гога мучеником от искусства и пророком новой религии богемы. В картинах Винсента стали видеть прозрения юродивого. Ну а сам Мейер-Грефе превратился в главного знатока творчества мистического голландца. Он стал не только торговать картинами Ван Гога, но и выдавал (кстати, за большие деньги) сертификаты подлинности появлявшихся на рынке произведений Винсента.

На этом и погорел. В середине 20-х годов прошлого столетия в офис Мейер-Грефе пришел некий Отто Вакер. К живописи он не имел никакого отношения. Работал под псевдонимом Олинто Ловель сриптизером в одном из берлинских кабаре. Видимо, эта деятельность не слишком вдохновляла Отто-Олинто, и он решил найти для себя более стабильный источник заработка.

В офис главного «вангоговеда» танцовщик пришел не с пустыми руками. Он принес несколько картин с характерной подписью: «Винсент», подлинность которых Мейер-Грефе немедленно подтвердил. Забросив эротические танцы, герр Вакер открыл собственную галерею в богемном районе Берлина и выставил на продажу около тридцати полотен с характерной подписью. Бизнес шел прекрасно, пока не поползли слухи о том, что картины — искусная подделка.

Поскольку речь шла о крупной сумме, в дело вмешалась немецкая полиция, потребовавшая раскрыть источники получения произведений искусства. Новоявленный галерист рассказал историю, которой успешно сопровождал продажи: картины он якобы приобрел у известного российского аристократа, бежавшего от большевиков в Швейцарию. Фамилию Вакер называть категорически отказывался. Мотивировал это тем, что семья князя осталась в большевистской России и будет подвергнута репрессиям, когда Советы узнают о потере национализированных художественных ценностей.

К экспертизе привлекли независимых искусствоведов, и Мейер-Грефе уже предвкушал победу в судебном слушании, а Вакер — новые барыши. Только берлинская полиция сработала на редкость профессионально. Она нагрянула в ателье отца и брата уже ставшего известным галериста. Те были художниками, и на мольбертах обнаружились целых 16 свеженьких полотен «Ван Гога».

Экспертиза показала, что они идентичны уже проданным Вакером. После этого был проведен химический анализ использованных красок. Среди них нашлись появившиеся в продаже уже после смерти Винсента. Хотя и после этого представитель Мейер-Грефе нашел неотразимый аргумент в суде: «Винсент мог после смерти вселиться в другое тело и творит до сих пор!»

Берлинский суд этим аргументам не внял. Вакер получил три года тюрьмы, а репутация Мейер-Грефе оказалась настолько испорченной, что никто из экспертов уже не обращался к нему. Вскоре автор «Винсента» ушел в мир иной, но созданная им легенда продолжает жить своей жизнью.

От Голливуда до «Кристис»

Именно на основе «научной биографии» Мейер-Грефе американский писатель Ирвинг Стоун в 1934 году написал свой бестселлер «Жажда жизни». Через два десятилетия голливудский режиссер Винсенте Минелли, названный так в честь Ван Гога, поставил одноименный фильм. Главную роль в нем сыграл знаменитый актер Кирк Дуглас.

Фильм номинировался на премию «Оскар» за лучшую мужскую роль, лучшую работу художника-оформителя и лучший сценарий, но получил всего одну награду. Ею в номинации «Лучший актер второго плана» был отмечен Энтони Куинн, исполнивший роль Гогена. Голливудский бестселлер окончательно утвердил образ полубезумного гения, взявшего на себя все грехи мира.

Кстати, и история разоблачения Вакера нашла свое отражение в кинематографе. Не менее знаменитый голливудский режиссер Билли Уайлдер использовал ее в сюжете фильма «Как украсть миллион» с Одри Хепбёрн в главной роли. Действие было перенесено из Берлина в Париж и из 20-х годов в 70-е, но отец главной героини подделывал именно Ван Гога. Американский период канонизации Винсента сменился японским.

В Стране восходящего солнца именно он стал самым почитаемым художником. В марте 1987 года японский миллиардер Ясуо Гото заплатил почти сорок миллионов за картину Ван Гога «Ваза с 15 подсолнухами» на аукционе «Кристис» в Лондоне. Этот рекорд продержался недолго. На том же аукционе в 1999 году владелец японской бумажной империи Рюоэи Сайто выложил 85 миллионов долларов за «Портрет доктора Гаше» кисти Ван Гога. Чтобы не мелочиться, приобрел еще и «Муленде ла Галет» Ренуара за 75 миллионов.

С тех пор эти картины никто не видел. Первыми тревогу забили сотрудники нью-йоркского музея Метрополитен, готовившие выставку «От Сезанна до Ван Гога: коллекция доктора Гаше». Французский врач вошел в историю не только как человек, оказывавший медицинскую помощь Винсенту, но и как страстный коллекционер. Ему удалось собрать одну из лучших коллекций импрессионистов.

Один из сотрудников «Метрополитена» раскопал информацию о том, что после нашумевшего аукциона «Кристис» японские власти признали Сайто самым богатым человеком страны и добавили ему в налоговую ведомость 24 миллиона долларов. Современные российские олигархи, многие из которых также скупают картины на «Кристис» и «Сотбис», только улыбнулись бы и не купили бы очередную звезду в свою футбольную команду. Сайто, считавший, что именно в него вселился дух неистового Винсента, тяжело переживал случившееся.

Он запретил когда-либо выставлять купленные картины и даже потребовал положить их с собой в могилу. К тому же бизнес самого богатого человека Японии в середине 90-х стал буксовать. Не выдержав полосу неудач, Сайто умер от инфаркта в 1996 году. Полотен Ван Гога и Ренуара до сих пор никто не видел. Наследники японского олигарха отказываются предоставить искусствоведам какую-либо информацию. «Это частное дело нашей семьи», — заявил сын покойного Киминори Сайто.

Другую версию высказал Хидето Кобаяши, агент, представлявший интересы японского коллекционера на аукционе «Кристис» в 1990-м. «Мне кажется, что идею взять картины в могилу Рюоэи озвучил в порыве гнева, — заявил он. — Скорее всего, он положил их в ячейку одного из банков, должником которого был. Если это так, картины будут храниться там и выставляться не будут. Либо будут проданы без лишней огласки какому-нибудь коллекционеру».

Две сенсации одного года

Два года назад в Японии искусствовед Мартин Бейли, собиравший материал для новой книги о Ван Гоге (хотя, казалось, что нового можно написать о Винсенте?), нашел неизвестную репродукцию «Вазы с пятью подсолнухами». Эти цветы стали героями цикла, написанного Ван Гогом всего за одну неделю в 1888 году. По какой-то причине на сеанс к художнику не пришли модели. На «плэнер» из-за сильного ветра Винсент выйти не решился и стал писать подсолнухи, дожидавшиеся на окне Гогена. Известны четыре картины этого цикла. Две хранятся в музеях Лондона и Мюнхена, одна в 90-е годы прошлого века куплена неизвестным коллекционером и недоступна широкой публике.

Судьба четвертой сложилась трагично. Оригинал купил в 1920 году японский бизнесмен Коята Ямамото. Не за миллионы долларов, а всего за 20 тысяч йен. В ту пору Ван Гог еще не достиг пика популярности и рыночной стоимости. На выставках «Ваза с пятью подсолнухами» появлялась лишь дважды. В годы войны Ямамото, опасаясь бомбежек, хотел спрятать картину в подвале одного из банков в Осаке, но там отказались принять ее на хранение. Мотивировали отказ тем, что высокая влажность может повредить холст и краски.

Ямамото пришлось оставить шедевр Ван Гога в гостиной своего особняка. В ночь с 5 на 6 августа 1945 года район, где жил коллекционер, был подвергнут массированной атаке американской авиации. Дом сгорел дотла вместе с «Подсолнухами». Роковую роль в судьбе картины сыграла тяжелая рама. Ямамото, которому было в ту пору под 60, не смог вынести полотно из горящего дома.

Даже репродукции этой картины считались утерянными. Бейли нашел ее совершенно случайно в одном из небольших японских музеев в папке… с эскизами Сезанна. Так что можно, оказывается, найти не только материал для книг, но и новые экспонаты для залов Ван Гога, которые есть практически во всех музеях мира.

В том же 2013 году на чердаке одного из заброшенных домов в Норвегии было обнаружено и неизвестное доселе полотно кисти Винсента «Закат в Монмажуре». Это стало настоящей сенсацией в мире искусства. Ведь до этого в последний раз неизвестную работу Ван Гога нашли в 1928 году. Любопытна судьба норвежской находки.

Эту картину в 1908 году купил коллекционер Кристиан Мастад по совету искусствоведа и реставратора Йенса Тийса. Роковую роль в судьбе полотна сыграл французский посол в Швеции. Приехав в гости к Мастаду и мельком взглянув на картину, он вынес вердикт: «Скорее всего, подделка». Коллекционер так расстроился, что отнес пейзаж на чердак. Там он пылился много лет вплоть до смерти Мастада в 1970 году.

В первый раз картину отдали на экспертизу в Музей Ван Гога в Амстердаме в 1991 году. Искусствоведы согласились с вердиктом французского посла. На холсте не было характерной подписи Винсента. Почему-то экспертов не насторожил номер 180 на оборотной стороне, под которым картина значилась в коллекции Тео Ван Гога.

Вторичная экспертиза, проделанная уже в XXI веке, признала картину подлинником. Два года эксперты тщательно сравнивали попавшее в их руки полотно с другими работами Винсента, анализировали состав красок и холста, а также письма художника к брату Тео. В одном из них обнаружили упоминание о пейзаже, написанном в июле 1888 года.

Поклонники живописи, попадая в зал Ван Гога, сначала подмечают уникальный стиль его работ, затем уникальные сюжеты, а после непременно стремятся узнать все о жизни художника. И чаще всего встречаются с легендой, которая имеет немного общего с реальным Винсентом. Романтическая история всегда привлекательнее прозы жизни. Хотя жизнь Винсента прозой назвать сложно.


12 ноября 2015


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
87645
Виктор Фишман
70155
Борис Ходоровский
62407
Богдан Виноградов
49660
Сергей Леонов
46642
Дмитрий Митюрин
36520
Сергей Леонов
33369
Роман Данилко
31177
Борис Кронер
18754
Светлана Белоусова
18670
Дмитрий Митюрин
17398
Светлана Белоусова
17220
Татьяна Алексеева
16850
Наталья Матвеева
16103
Наталья Матвеева
15749
Александр Путятин
14776
Татьяна Алексеева
14291