Техас. Аннексия по-американски
КРИМИНАЛ
«Секретные материалы 20 века» №9(395), 2014
Техас. Аннексия по-американски
Дмитрий Митюрин
журналист, историк
Санкт-Петербург
721
Техас. Аннексия по-американски
Афро-американские ковбои в Бонхэме, штат Техас, 1913 г. Universal History Archive/Universal Images Group/Getty Images

Техас – один из самых известных американских штатов, подаривший миру образ крутого ковбоя. Однако в состав США он вошел сравнительно поздно, только в середине XIX столетия. И произошло это при обстоятельствах, которые можно определить как сепаратистское выступление, направленное на подрыв территориальной целостности Мексиканской республики.

КРУТЫЕ ПАРНИ

Обретя в 1821 году независимость от Испании, Мексика, как и другие латиноамериканские государства, стала ареной бесконечных схваток между честолюбивыми генералами. Примерно раз в год в стране происходил очередной переворот и еще один президент получал к своему званию приставку «экс-», отправляясь либо в изгнание, либо к стенке.

На этом фоне в западной части мексиканского штата Коауила-и-Техас прибывшие из Соединенных Штатов англоязычные переселенцы начали подумывать о провозглашении независимости. В Техас они прибыли, чтобы даром получить раздававшиеся властями под освоение земельные участки, но затем повели себя как лисичка в сказке про заюшкину избушку. Индейцев эти переселенцы истребляли, мексиканцев – третировали, местные власти – игнорировали.

Попытка мексиканского правительства восстановить конституционный порядок как раз и привела к тому, что в американской истории получило громкое название Техасской революции.

Первое военное столкновение между регулярными войсками и сепаратистами произошло 2 октября 1835 года у города Гонсалес, где отряд из полутора сотен техасцев вничью провел бой примерно с сотней мексиканских кавалеристов.

Более серьезным было так назваемое сражение у Консепсьона (28 октября), когда 90 сепаратистов Стивена Остина отбили впятеро превосходящие силы мексиканцев, потеряв только одного бойца. После этого успеха отряд Остина вырос до 600 человек, и вскоре техасцы овладели крупным и стратегически важным городом Бехаром, пленив вдвое превосходящий гарнизон противника.

Впечатляющие успехи сепаратистов объяснялись не столько их воинским мастерством, сколько печальным состоянием мексиканских частей, укомплектованных в основном либо новобранцами, либо пожилыми ветеранами. Неся службу на окраине страны, солдаты нерегулярно получали свое скудное жалованье, часть которого расхищалась офицерами, и практически не занимались боевой подготовкой.

Техасцы же сражались не за абстрактных президентов, которые постоянно менялись в далеком Мехико, а за возможность увеличить собственные земельные наделы и жить, как им хочется, не считаясь с коррумпированными и чуждыми им по языку властями. К тому же мобильные конные отряды сепаратистов были вооружены в основном дальнобойными охотничьими ружьями, дальность и точность стрельбы которых намного превосходили эти показатели у мушкетов Brown Bess, состоявших на вооружении их противников.

Между тем к власти в Мексике пришел Антонио Лопес де Санта-Анна, пытавшийся установить в стране «вертикаль власти» и усмирить местных сепаратистов. Ему удалось разгромить трехтысячное ополчение штата Сакатекас, отдав одноименный город на разграбление своим солдатам.

Следующей целью стал Техас, куда он явился с 6-тысячным войском. Пока его генералы действовали на второстепенных направлениях, сам Санта-Анна, имея около 2,5 тысячи человек, двинулся к миссии Аламо. Этот пункт представлял собой небольшой комплекс построек, огороженных предназначенной для отражения индейцев стеной длиной по периметру около 400 метров. Санта-Анна характеризовал Аламо как «Временную крепость, вряд ли достойную отдельного названия». Однако в американской истории Аламо стало символом того, что принято называть свободолюбием американцев.

РАЗДОРЫ В АЛАМО

Пытавшийся подготовить эту «крепость» к обороне полковник Джеймс Нейл писал временному техасскому правительству: «Даже если здесь когда-то был хотя бы один доллар, мне об этом было неизвестно».

Пытаясь закупить оружие, боеприпасы и продукты, Нейл покинул стены миссии, зато вместо него в Аламо прибыл назначенный комендантом Джим Боуи. Этот громила прославился тем, что девять лет назад в Луизиане убил в драке шерифа: глотку служителю закона он перерезал ножом необычной формы, причем этот вариант холодного оружия с тех пор так и называется – нож Боуи. Переехав из США в Техас, Боуи успешно воевал с индейцами и женился на дочери мексиканского вице-губернатора, что не промешало ему примкнуть к сепаратистам.

Однако техасское правительство, у которого, видимо, голова шла кругом, назнчило в Аламо и еще одного коменданта – 26-летнего полковника Уильяма Тревиса, незадолго до этого бросившего свою заподозренную в измене беременную жену и сына. Судя по всему, он настроился погибнуть смертью героя, но был сильно разочарован, обнаружив, что в должности коменданта уже пребывает Джим Боуи.

Конфликт между ними попытался разрулить приехавший из Соединенных Штатов 50-летний Дэви Крокетт – следопыт и вояка, сражавшийся с англичанами и индейцами и еще при жизни ставший в США чем-то вроде фольклорного героя. Четыре года он был конгрессменом от Теннеси, а проиграв очередные выборы, решил добавить несколько штрихов к своей героической репутации.

В конце концов по предложению Крокета защитники Аламо (количество которых, по разным данным, варьируется от 183 до 250 человек, включая полтора десятка детей и женщин) провели выборы. Получивший большинство голосов Боуи тут же устроил грандиозную пьянку, после которой оказался сражен приступом некоей неведомой болезни. Таким образом, Тревис благополучно стал комендантом.

Под самый занавес этих местечковых политических баталий у стен Аламо появился Санта-Анна.

Начавшаяся 23 февраля 1836 года осада сопровождалась артиллерийскими дуэлями и несколькими локальными стычками. Оборонявшиеся рассчитывали на подход подкреплений, но те, кто пытался пробиться к ним на помощь, дорого заплатили за свою предприимчивость.

27 февраля мексиканский генерал Хосе де Урреа, внезапно выступив из Матамораса, атаковал и разбил отряды Джеймса Гранта, Фрэнка Джонсона и Роберт Морриса. Потери техасцев составили 20 человек убитыми и 32 пленными, причем в числе пленников оказался и Фрэнк Джонсон, сумевший, впрочем, бежать с четырьмя своими приятелями.

Что касается Гранта и Морриса, то они с остатками своих отрядов были настигнуты мексиканцами 2 марта возле Агуа-Дульсе и разбиты наголову, причем оба командира погибли.

У гарнизона Аламо не оставалось никаких шансов.

ТЕХАССКИЙ АНАЛОГ БРЕСТСКОЙ КРЕПОСТИ

Согласно легенде, ночью накануне решающего штурма Тревис собрал защитников на центральной площади и, проведя на земле черту, призвал тех, кто готов принять смерть, перейти через эту линию. Лежавшего на носилках смертельно больного Боуи через нее перетащили. Перешагнули через нее и все остальные, за исключением француза, ветерана Наполеоновских войн Мозеса Роуза, выпущенного из крепости к мексиканцам и вошедшего в историю как «трус из Аламо».

В эту же ночь с последним курьером Тревис отослал письмо «Народу Техаса и всем американцам мира»: «Сограждане и соотечественники, я осажден тысячей или более мексиканцев под командованием Санта-Анны; я подвергаюсь постоянной бомбардировке и канонаде 24 часа и не потерял ни одного человека. Враг требует сдаться по собственной воле, иначе, если они возьмут форт, гарнизон предадут мечу. Я ответил на это требование выстрелом из пушки, и наш флаг до сих пор гордо реет над стенами. Я никогда не сдамся и не отступлю. Теперь я призываю вас во имя Свободы, патриотизма и всего, что дорого американскому характеру, прийти к нам на помощь как можно быстрее – враг получает подкрепления ежедневно и, без сомнения, достигнет количества трех или четырех тысяч через четыре или пять дней. Если этот призыв будет проигнорирован, я твердо намерен защищаться сам так долго, насколько возможно, и умру как солдат, который не забывает, что есть долг перед его честью и его страной, – Победа или Смерть».

Слова «Я никогда не сдамся и не отступлю» были подчеркнуты два раза, а «Свобода или Смерть» – три раза. Письмо заканчивалось отнюдь не патетичным постскриптумом: «Господь на нашей стороне. Когда враг появился в поле зрения, у нас не было и трех бушелей зерна. С тех пор мы нашли в покинутых домах 80 или 90 бушелей и привели за стены 20 или 30 голов коров».

Штурм Аламо начался утром 6 марта. Оборонявшимся удалось отбить две атаки, но во время третьей мексиканцы сумели забраться на стены, после чего основная масса защитников крепости отошла к двухэтажному каменному зданию казармы. Несколько мелких групп пытались спастись бегством, но были истреблены за стенами мексиканской кавалерией.

Тем временем пехотинцы Санта-Анны методично очищали дом за домом и комнату за комнатой. Тревис погиб от ядра в самом начале штурма. Смертельно больной Боуи, напротив, в самом конце, разрядив пистолеты в ворвавшихся в его комнату мексиканцев. Крокетт, по одной версии, погиб, успев уложить полтора десятка мексиканцев, по другой – попал в плен и был казнен по приказу Санта-Анны. Потери штурмующих составили, по разным подсчетам, от 70 до 200 человек убитыми и от 400 до 600 человек ранеными. Защитники погибли практически все, поскольку взбешенные победители в плен их не брали.

Впрочем, определенное благородство они все же продемонстрировали. Дети и женщины остались в живых, были отпущены и даже получили от Санта-Анны охрану и денег на дорогу. Из мужчин в живых остались только раб Тревиса Джо и дезертир из мексиканской армии Бригидо Герерро, сумевший выдать себя за военнопленного.

Взяв Аламо, мексиканцы потерпели поражение на информационном фронте. 2 марта 1836 года в Вашингтон-на-Бразосе Собрание представителей американских переселенцев провозгласило Декларацию о независимости Техаса от Мексики. В ней говорилось, что мексиканское правительство «перестало защищать жизнь, свободу и собственность людей, от которых получило свои законные полномочия». Далее критиковалось отношение мексиканских властей к вопросам вероисповедания, образования, политическим правам, хранению оружия и т. д.

Сам по себе этот документ вряд ли мог произвести особое впечатление на европейскую публику, слабо представляющую себе, чем Техас отличается, например, от Канзаса. Однако распространявшееся (правда, без постскриптума) по Америке и многим странам Европы письмо Тревиса показывало, что в техасской пустыне живут гордые, свободолюбивые люди, подобные античными героям.

ГОЛИАДСКАЯ РЕЗНЯ

Тем не менее в чисто военном отношении удача по-прежнему сопутствовала мексиканцам.

Крупный отряд техасцев под командованием полковника Джеймса Фэннина, опоздав прийти на помощь защитникам Аламо, наткнулся у Голиада на превосходящие силы генерала Урреа и, опасаясь попасть в окружение, начал отступление к Виктории.

Силы техасцев составляли примерно 300 пехотинцев при девяти пушках, в то время как мексиканцев было около 260 пехотинцев и 80 кавалеристов. При таком соотношении Фэннин не видел особого повода для беспокойства и двигался весьма беспечно, то останавливая отряд для ремонта повозок, то чтобы попасти быков на травке.

Когда возле ручья Колето конница Урреа стала брать их в кольцо, техасцы выстроились в каре, взяв по три-четыре мушкета каждый, но не успев снять с телег достаточное количество зарядов. Высокая трава ограничивала видимость, питьевой воды не хватало.

До вечера мексиканцы произвели три неудачные атаки, а с наступлением темноты дело ограничилось перестрелкой между снайперами. Результат этих дуэлей был в общем ничейный, но дух техасцев оказался подорван отсутствием воды и непогодой. Вдобавок Урреа всю ночь не давал им спать, приказывая трубить ложные сигналы к атаке.

На состоявшемся с утра военном совете все дружно пришли к выводу, что еще день им не продержаться. Теоретически можно было вырваться, бросив раненых, но это значило обречь их на гибель. Оставалось выторговать какие-то условия сдачи.

Согласно договору о капитуляции, мексиканцы должны были признать за техасцами статус военнопленных и обеспечить раненым врагам медицинскую помощь. Урреа честно предупредил, что всех сепаратистов Санта-Анна приказывал казнить на месте, а значит, капитуляцию он может признать недействительной.

Так оно и случилось. Несмотря на просьбы Урреа, мексиканский правитель приказал расстрелять всех пленных техасцев, включая их командира.

Если во время самого боя у ручья Колето отряд Фэннина потерял девять человек убитыми и около 60 ранеными, то во время событий 27 марта, оставшихся в истории под название Голиадской резни, было убито 342 человека.

НЕЖДАННЫЙ ТРИУМФ У САН-ХАСИНТО

Казалось, что переломить ситуацию могло только чудо. Во главе вооруженных сил сепаратистов был поставлен 43-летний Сэм Хьюстон, носивший характерное, хотя в общем и банальное для здешних мест прозвище Большой Пьяница. Бывший губернатор штата Теннеси, он переселился в Техас после серии скандалов, к числу коих относились пьянство, развод, женитьба на индианке, избиение политического противника.

Но именно Большой Пьяница сумел совершить то, что не удавалось его более трезвомыслящим соотечественникам.

21 апреля 1836 года при Сан-Хасинто во главе 900 человек он нанес поражение полуторатысячному корпусу мексиканцев во главе с самим Санта-Анной.

Накануне битвы большинство техасских офицеров высказывались исключительно за оборону, но Хьюстон сумел заручиться поддержкой военного министра Томаса Джеферсона Раска и продавил нужное ему решение.

В предрассветной дымке сепаратисты подошли к мексиканскому лагерю и внезапно атаковали его с криками «Помни Голиад!», «Помни Аламо!». Застигнутые врасплох мексиканцы не успели приготовиться к обороне. Пытавшийся организовать отпор генерал Мануэль Кастрильон погиб одним из первых.

Сражение длилось всего 18 минут. Итог: техасцы потеряли всего девять человек убитыми и 28 ранеными, потери мексиканцев составили 630 убитых и 730 пленных (в том числе 208 раненых).

В числе пленных оказался и Санта-Анна, который бежал с поля битвы, переодевшись простым драгуном, но на следующий день был пойман отрядом техасских разведчиков. Согласно легенде, он прошляпил вражеское нападение из-за того, что предавался любовным утехам с подосланной сепаратистами мулаткой Эмили Морган, вошедшей в историю под романтическим прозвищем Желтой Розы Техаса.

Легенда эта, кстати, выглядит весьма правдоподобно, поскольку мексиканский лидер не раз попадал в неприятные истории из-за своей любвеобильности. Но неприятность при Сан-Хасинто была, вероятно, самой крупной в его насыщенной событиями биографии.

В буквальном смысле с петлей на шее ему пришлось выбирать – смерть или подписание договора с признанием независимости Техаса. Разумеется, он выбрал последнее.

14 мая 1836 года в Веласко все было оформлено официально. Боевые действия прекращались, производился размен пленных, мексиканские войска отводились за Рио-Гранде.

Мексиканское правительство договор не признало, и Санта-Анна лишился своей власти. Но, хотя локальные стычки на границе продолжались, де-факто Техас действительно обрел независимость.

ЧАСТЬ АМЕРИКАНСКОГО МИФА

В конце 1836-го была принята конституция республики и проведены президентские выборы, на которых победу одержал – кто бы сомневался? – Сэм Хьюстон. Чуть раньше в его честь был назван новый город, ставший столицей Техаса.

Молодая республика обзавелась гимном, флагом, конституцией. Соединенные Штаты 5 марта 1837 года первыми признали независимость Техаса. Затем последовало дипломатическое признание со стороны Англии, Франции, Бельгии, Нидерландов.

Мексиканцы возмущались и протестовали. В марте 1842 года в Техас вторгся отряд Рафаэля Васкеса примерно из 500 человек, сумевший дойти до Сан-Антонио, но затем вынужденный отступить обратно за Рио-Гранде. Через полгода полуторатысячный мексиканский корпус, ведомый Адрианом Уоллом, захватил часть Сан-Антонио, но позже отступил, уведя пленных.

Вопрос о том, в какой степени сепаратисты Техаса направлялись из Вашингтона, до сих пор служит предметом дискуссий, но помощь деньгами, оружием и добровольцами им действительно поступала. Хьюстон, судя по всему, изначально хотел включить Техас в состав США и на волне популярности стать общеамериканским президентом. Сменивший его в 1838 году Мирабо Ламар, напротив, настаивал на сохранении независимости. Он мечтал расширить границы республики до Тихого океана, предпринял несколько кровопролитных военных кампаний по вытеснению индейских племен чероки и команчей, а также перенес столицу из Хьюстона в Остин.

Однако в 1841 году Хьюстона снова избрали президентом, столица вернулась в город его имени, а дружба с Белым домом окрепла. Окончательная аннексия произошла уже при его преемнике, президенте Энсоне Джонсе, 29 декабря 1845 года, когда Техас был включен в состав США в качестве нового штата.

Грянула американо-мексиканская война, закончившаяся в 1848 году для Мексики утратой не только Техаса, но и Новой Мексики, Калифорнии. Зато территория Соединенных Штатов увеличилась почти в два раза.

Хьюстон продолжил свою деятельность в американском сенате, но президентом так и не стал. Будучи противником отмены рабства, он во время Гражданской войны все-таки отказался поддерживать южан, хотя мнение отставного политика никого особенно уже не интересовало.

Смерть его прошла почти незамеченной, но впоследствии благодарные земляки возвели в честь Хьюстона 20-метровую статую, считающуюся самой большой статуей, установленной американским политикам.

А вот его соперник, строптивый и не друживший с Белым домом Мирабо Ламар, вообще завершил свою карьеру в качестве посла Соединенных Штатов в «банановой республике» Никарагуа – должность совершено ничтожная для бывшего главы государства.

Бывший противник Хьюстона и Ламара Антонио Лопес де Санта-Анна еще четыре раза становился президентом Мексики и только в 1855 году, после очередной революции, эмигрировал в Соединенные Штаты, где без особого успеха занимался коммерцией.

Именами защитников Аламо названы 13 округов в штате Техас, им посвящены песни и книги, снято несколько фильмов (последний из них в 2004-м).

То, что начиналось как полукриминальное сепаратистское движение, стало частью Большого американского мифа.

Тем не менее техасцы помнят, что их родина является единственным американским штатом, вошедшим в состав США, уже имея статус признанного частью международного сообщества государства.

Сторонники восстановления независимости Техаса указывают на огромные нефтяные богатства и, не желая «кормить» другие штаты, заявляют, что в настоящее время живут на оккупированной территории. Вступая в конфликты с властями, они пытаются создавать собственные административные, судебные и правоохранительные органы.

В 1997 году одна из групп сепаратистов, организованная Ричардом Мак-Лареном (именовавшим себя «послом Республики Техас в США»), захватила заложников, но была окружена полицией на своей базе в Форт-Дэвисе и сдалась после недельной осады.

Тем не менее движение «настоящих техасцев» по-прежнему существует и еще может преподнести сюрпризы.


1 Мая 2014


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
84094
Виктор Фишман
67358
Борис Ходоровский
59740
Богдан Виноградов
46841
Дмитрий Митюрин
32291
Сергей Леонов
31345
Роман Данилко
28886
Сергей Леонов
23618
Светлана Белоусова
15021
Дмитрий Митюрин
14775
Александр Путятин
13347
Татьяна Алексеева
13104
Наталья Матвеева
12864
Борис Кронер
12235
Наталья Матвеева
10877
Наталья Матвеева
10674
Алла Ткалич
10273
Светлана Белоусова
9824