Судьба одного из тридцати сребреников
ЯРКИЙ МИР
Судьба одного из тридцати сребреников
Вано Чокорая
журналист
Тбилиси
546
Судьба одного из тридцати сребреников
Так мог выглядеть один из тридцати сребреников

Около 1222 года епископ города Басры сириец Соломон пишет удивительный труд под таинственным названием «Книга пчел». Этот автор был представителем несторианства – христианского течения, признанного ересью. Неудивительно, что некоторые библейские истории, относящиеся к периоду до рождения Христа, в «Книге пчел» отличаются от традиционной трактовки. Есть в ней истории, которые не встречаются ни в каких других источниках, и можно только пожалеть, что этот труд до сих пор не переведен на русский язык. В ней встречаются завораживающие истории. Но я расскажу о том, какой кульбит «Книга пчел» совершила в моих исторических исследованиях.

Епископ Соломон единственный в истории автор, который утверждает, что Эдем расположен… на горе Эдем. Дословно: «В восточной части земли, на горе Эдем, за океаном, Бог насадил Рай…» И далее так же, как в Библии, говорится о четырех реках, вытекающих из Эдема.

Кроме того, сирийский монах утверждает, что ковчег Ноя остановился на горе Кардо. Под таким названием существует горный массив в испанской провинции Каталонии, на котором, кстати, археологи обнаружили несколько пещер, в которых жили не только кроманьонцы, но даже неандертальцы. Однако с моей работой исследователя, переплелись не эти факты, а совсем иные.

На «Книгу пчел» я наткнулся, работая в архивах, и, понятно, был заинтригован названием.

Удивляло, что автором книги был епископ, сириец, несторианин.

Ознакомиться с ней я решил просто ради любопытства. Многие истории в ней удивили, но одна произвела особое впечатление. В ней рассказывалось о судьбе тех тридцати сребреников, за которые Иуда продал Христа: «Фарр передал эти монеты своему сыну Аврааму; Авраам отдал их Исааку; Исаак купил на них деревню; хозяин деревни отнес их фараону; фараон послал их к Соломону, сыну Давида, для строительства своего храма, и Соломон взял их и положил у дверей жертвенника. Когда Навуходоносор пришел, и взял в плен сынов Израилевых, и вошел в храм Соломона, и увидел, что эти монеты прекрасны, он взял их и принес в Вавилон с пленными сынов Израилевых.

Там были некоторые персидские юноши в качестве заложников, и когда Навуходоносор пришел из Иерусалима, они прислали ему все, что было угодно царям и правителям. И поскольку дары были посланы персами, он отпустил их сыновей и дал им подарки, среди которых были и те серебряные монеты, о которых мы говорили; и они отнесли их к своим родителям. Когда Христос родился и они увидели звезду, они встали, взяли эти серебряные монеты, золото, мирру и ладан и отправились в путь; и они пришли в окрестности Эдессы, и эти цари заснули у дороги. Уходя, они забыли некоторые вещи, в том числе и эти монеты. И пришли на то место купцы, и нашли их, и взяли эти монеты, и пришли в окрестности Эдессы, и сели у колодца с водой. В тот же день ангел пришел к пастухам и дал им сотканную одежду без шва на верхнем конце. И он сказал им: возьмите эту одежду, в которой жизнь человечества. Пастухи взяли одежду и пришли к колодцу с водой, возле которого были те купцы. Они сказали им: «У нас одежда без шва на верхнем конце; вы купите ее?» Купцы сказали им: принесите сюда. Увидев эту одежду, они изумились и сказали пастухам: «У нас есть тридцать серебряных монет, достойных царей; возьмите их и дайте нам эту одежду».

Когда купцы взяли одежду и вошли в город Эдесса, царь Авгар послал к ним и сказал: «Есть ли у вас что-нибудь, что подходит царям, чтобы я мог купить это у вас?» Купцы сказали ему: «У нас одежда без шва на верхнем конце». Увидев эту одежду, царь сказал им: «Откуда у вас эта одежда?» Они сказали ему: «Мы подошли к колодцу у ворот твоего города, и мы увидели ее в руках пастухов, и мы купили ее у них за тридцать серебряных монет. Царь послал за пастухами, взял у них монеты и вместе с одеждой послал их Христу за то, что он исцелил его. Когда Христос увидел одежду и ее части, Он оставил одежду у Себя, а монеты отправил в храмовую сокровищницу.

Когда Иуда Искариот пришел к первосвященникам и сказал им: «Что вы дадите мне, чтобы я предал Его вам?», священники встали, принесли эти монеты и отдали Иуде Искариоту; и когда он раскаялся, он вернул их иудеям, пошел и повесился. Когда к священникам пришли римские солдаты, чтобы сообщить им о смерти распятого Христа, среди солдат был наемный солдат лаз, и священники за хорошую для них весть наградили этими монетами солдат».

Такое изложение известных событий показалось мне тогда занимательным, но не более. Интерес вызвало упоминание народности одного из солдат – лаз. Лазы – это одна из грузинских этнических групп, проживающая на черноморском побережье, а ранее занимавшая более широкий ареал на западе страны. В тот раз такое упоминание лазов меня позабавило. Отложив книгу, я тут же забыл о ней и продолжил знакомство с другими темами.

Прошло, наверное, лет шесть. Товарищ сообщил мне, что в соседней с ним деревне в одной семье хранится монета – якобы одна из тех тридцати сребреников. И хранится она тайно уже несколько поколений, хотя один из членов семьи как-то после обильного застолья проговорился соседу.

Я старался вспомнить, откуда я знаю о связи тех сребреников с Грузией. В памяти всплыла какая-то книга, прочитанная в архиве.

Пришлось снова идти в архив, просить сотрудников показать все записи о выписанных мною книгах и документах за последние годы. Наконец книга была найдена, и я снова перечитал ее.

Переплетение истории, случайностей – и такое совпадение! Я попросил друга найти общих знакомых с той семьей и, сблизившись с ними, попытаться подробнее выяснить историю хранящейся у них монеты. На то, чтобы познакомиться с главой семьи, у моего товарища ушло около двух месяцев.

Познакомившись, он не стал вилять, а пошел самым прямым путем, выложив хозяину дома все начистоту: то, что знает про монету, и о моем интересе к ней.

Возможно, обезоруженный его прямотой, хозяин дома согласился принять гостя, то есть меня, рассказать все, что знает о монете, и даже показать ее. Когда мы пришли к нему и остальные домашние по начавшимся разговорам узнали о цели моего визита, хозяин дома с извинениями перед гостями был вызван из комнаты. Затем из дальних комнат послышался шум словесной перепалки. Хозяина укоряли и высказывали опасения насчет раскрытия тайны. Вернувшийся хозяин стал говорить путано, отрывками, то рассказывая о своей семье, то о храме, расположенном на территории деревни, а в конце стал утверждать, что монету во дворе храма нашла его бабушка, еще в детстве. Поскольку монета серебряная, ее еще не выкинули, и не хранится она вовсе, а лежит в простой шкатулке с украшениями супруги хозяина дома. То, что она из тех тридцати сребреников, продолжал утверждать хозяин, просто выдумка.

Этот короткий и путаный пересказ и странное поведение хозяина меня не удовлетворили, и я пытался продолжать разговор. Но и сам хозяин, и члены его семьи, мелькавшие время от времени в приоткрытых дверях, показывали, что наше присутствие их напрягает.

Когда мы уже собирались уходить, нас больше всего удивило, что хозяин, хотя бы ради приличия, не предложил выпить по стаканчику вина на прощание. Такое поведение по отношению гостям в Грузии не то что нонсенс – это нечто из ряда вон выходящее. Но нас, правда, такое поведение хозяина порадовало, поскольку лишний раз подтверждало правоту наших догадок. Если же суммировать, то вот что нам удалось узнать от нашего нового знакомого (или, может, это он сам, подхваченный азартом исследования, попытался донести до нас, опасаясь одновременно разозлить членов своей семьи)…

Деревня, в которую мы приехали в гости, – одна из самых древних не только в западной части страны, но и во всей Грузии. В неменьшую древность уходит и история храма на территории этого поселения. На протяжении веков глава рода, к которому принадлежал наш новый знакомый, являлся старостой этого храма.

В Грузии, в силу постоянных вторжений и набегов, сложилась практика, когда ценности и святыни из деревенских церквей прятались в домах старост и наиболее уважаемых семей. Во многих храмах были тайные подвалы и подземные ходы, но некоторые из них обрушивались, да и враги со временем набирались опыта и знали, где искать подобные подземелья.

Церкви и монастыри разорялись в первую очередь. Но что взять с крестьян? Только живность угнать. Не драгоценности же хозяйки искать в крестьянской халупе? И вот кто-то из предков нашего знакомого во время очередного набега по традиции укрыл у себя часть, а может быть, и все ценности храма. Возможно, дело происходило в XIX веке, а возможно, и после революции. Среди прочих предметов оказалась и эта монета. С тех пор она и, наверное, другие предметы продолжали храниться в этой семье.

Мы намекнули хозяину, что время сейчас другое, набегов нет, церковь никто не притесняет, храм в деревне снова действующий, – почему бы не вернуть монету? Хозяин отвечал нехотя и витиевато, мол, не настало еще время. На вопрос, какое же время подходящее, хозяин налил себе стакан воды, долго пил, а потом долго салфеткой вытирал губы. Но, несмотря на такое суровое негостеприимство, хозяин все же вынес нам ту самую монету, и мы смогли подержать ее в руках.


4 марта 2021


Последние публикации

Выбор читателей

Сергей Леонов
91792
Сергей Леонов
85651
Виктор Фишман
73882
Борис Ходоровский
65508
Богдан Виноградов
52380
Дмитрий Митюрин
40952
Сергей Леонов
36408
Роман Данилко
34438
Александр Егоров
27761
Борис Кронер
27686
Татьяна Алексеева
26937
Светлана Белоусова
26721
Наталья Матвеева
25547
Светлана Белоусова
24173
Наталья Дементьева
24141