«Пятые колеса» великолепной четверки
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №2(336), 2012
«Пятые колеса» великолепной четверки
Евгений Владимиров
журналист
Москва
152
«Пятые колеса» великолепной четверки
Великолепные «битлы»

Беспрецедентная популярность «Битлз» была не только результатом «химиче-ской реакции», умножившей и подчеркнувшей природный дар и способности Джона, Пола, Джорджа и Ринго. Феномен «битломании» обязан своим существо-ванием многим людям, чьи имена не обязательно оставались в официальных хрониках и антологиях. Не только фанаты «Битлз» знают, что супергруппа не всегда выступала в том составе, который известен нам сейчас, и что ее фанта-стическим успехам способствовали менеджеры, аранжировщики, приглашен-ные исполнители и многие другие известные и забытые сегодня люди.

«ПЯТЫЙ БИТЛ» СЭР ДЖОРДЖ ГЕНРИ МАРТИН

Если вклад кого-либо иного в триумф «Битлз» можно было бы и впрямь считать слу-чайностью, то к праведным трудам сэра Джорджа, это никак не относится – хотя про-звище, упомянутое в заголовке, он воспринимал скорее скептически. И это несмотря на то, что он стал продюсером всех альбомов группы, вышедших до 1969 года, за ис-ключением «Let It Be». Его способности превращать ничем не выдающиеся на первый взгляд песенки или даже их черновики в хиты с мировой славой непревзойденны: на его счету (как продюсера) 30 первых мест в Британии и 23 в США – это если считать на хиты по отдельности, а если на диски (как говаривали раньше), то 16 и 19 альбо-мов, оказавшихся на верхних строчках чартов в Англии и Америке. Его участие в запи-сях «Битлз» - это недвусмысленный ответ на заявления всех бывших и нынешних рев-нителей «чистоты жанров» о том, что популярная культура суть развлечение для ни-зов, не совместимая с классическим, и вообще с «серьезным» искусством. 

Блестяще образованный музыкант, композитор, дирижер, продюсер, знаток музыки и аранжировщик, в молодости боготворивший Сергея Рахманинова, на практике про-демонстрировал всем, что «низких» жанров не бывает. Бывает мало способностей, чувства юмора и критического отношения к себе; но все это не о сэре Джордже, кото-рый, к слову, во время войны прошел соответствующее армейское обучение и полу-чил служебное удостоверение военного летчика! А познакомились участники группы с будущим сэром Мартином благодаря их менеджеру, Брайану Эпстайну, в третьей сту-дии грамзаписи на Эбби Роуд, что в северном Лондоне, в июне 1962 года. Прослушав только что сведенные записи четырех песен, Мартин, к тому времени уже продюсер с именем, составил о них весьма скептическое впечатление и решил спросить самих музыкантов о том, что именно шло не так и что не нравилось им лично. На что полу-чил немедленный ответ Харрисона: «Для начала – ваш галстук»! Малопочтительный и несерьезный тон, заданный Джорджем, был подхвачен остальными, лед растаял, а Мартин – если и был недоволен музыкой – решил продолжить сотрудничество уже хотя бы потому, что чувство юмора своих будущих звездных подопечных оказалось ему более чем близким. В общем, вслед за продюсером группы Брайаном Эпстайном, Мартин почувствовал некий совсем нестандартный и масштабный потенциал будущих звезд! 

Впоследствии именно благодаря Джорджу Мартину песни четверки обрели неповто-римое, нередко странное и непривычное для своего времени звучание.

Впрочем, отношения «полировщика» песен с музыкантами далеко не всегда были безоблачными; особенно едко по инициативам мэтра проходился Маккартни, считав-ший себя недурным аранжировщиком (в общем, так оно и есть). Кроме того, «хирурги-ческая операция» по удалению из группы Пита Беста и замена его на Ринго также ле-жит на совести Джорджа Мартина. Для Беста, много сделавшего, чтобы сохранить коллектив в ранние ливерпульские годы (он великодушно предоставлял, среди проче-го, место для репетиций), это, конечно, стало ударом. А что до альбома «Let It Be», двенадцатого и последнего (по времени выхода) для «Битлз», то Мартин и сам отка-зался работать над ним, сочтя его аморфным и упадочным; честно говоря, таким он и был, учитывая, в какой тупик зашли отношения внутри четверки. «Девичьей фамили-ей» альбома «Let It Be», кстати, было название «Get Back» («возвращайся») – согла-ситесь, никчемный призыв для уже де-факто развалившейся, к великому огорчению всех фанатов,  великой группы. 

Сэр Джордж сохраняет завидную активность по сей день, и круг его интересов по-прежнему широк – от классики до поп-культуры.

СТЮАРТ ФЕРГЮССОН ВИКТОР САТКЛИФФ, УТЕРЯННЫЙ БИТЛ

Стюарт (Стю) Сатклифф, уроженец Эдинбурга в Шотландии, возможно, один из самых трагических персонажей, вошедших в историю знаменитой четверки, был ее первым бас-гитаристом. Именно ему и Леннону, его близкому другу, принадлежала идея при-своить команде то название, которое нам известно по сей день. Повод предложить его лежал скорее в области энтомологии: друзья были поклонниками группы «Сверч-ки» («The Crickets»), с которой выступал знаменитый американец Бадди Холли, звезда раннего рок-н-ролла, трагически погибший в авиакатастрофе в 1959 году.

Разрываясь между двумя страстями – абстрактной живописью и сценой, Сатклифф, похоже, подсознательно ощущал, что судьбой ему отведен более чем короткий срок, и очень спешил жить. Он оставил своих коллег по сцене в Гамбурге с тем, чтобы про-должить свое художественное образование в местном колледже искусств. На одном из занятий его головные боли, которыми он жестоко страдал, стали невыносимыми, и он потерял сознание. Врачи так и не смогли тогда поставить ему диагноз (впослед-ствии выяснилось, что это была аневризма сосудов мозга – следствие то ли травмы головы, полученной в уличной драке в январе 1961 года, то ли падения на лестнице в доме его немецкой невесты Астрид Кирхерр). 10 апреля 1962 года Стю умер на пути в больницу на руках Астрид. Ему было всего 22 года. На концертных фотографиях тех лет вы можете увидеть его в характерной позе стоя со скрещенными ногами (тогда активное передвижение музыкантов по сцене еще не стало обычным атрибутом шоу) и в темных очках: он их носил и раньше, но последние два года жизни – вынужденно, поскольку яркий свет добавлял мучений к его головным болям. Кстати, вышеупомяну-тая Астрид Кирхерр была автором культовых фотографий «Битлз» ранних лет и стиля их сценической одежды (в частности, знаменитых пиджаков без воротника).

По признанию Леннона, учившегося вместе с ним, Сатклифф, один из лучших студен-тов художественного колледжа в Ливерпуле, не чуждый и стихотворчества, суще-ственно повлиял на формирование его вкусов.  В мае 1960 года Леннон и Маккартни, уже тогда участники «Серебряных жуков» («The Silver Beеtles», затем «The Silver Beat-les» – когда кому-то пришло в голову объединить слово «жук» со словом «бит»), уло-мали Сатклиффа купить бас-гитару Höfner President в порядке зачисления в группу и, хотя Стю был не совсем чтобы новичок по части музыки (он пел в церковном хоре, иг-рал на горне и немного на пианино и гитаре), часто сбивал себе пальцы в кровь тол-стыми басовыми струнами; он так и не натер себе настоящих мозолей басиста. В об-щем, положа руку на сердце, можно сказать, что успешным музыкантом Сатклифф не был, хотя его сольный номер «Love Me Tender» и пользовался некоторым успехом у зрителей, а точнее – у зрительниц. Стю, и сам неплохо понимавший, что его музы-кальные способности не могут сравниться с талантами его коллег по группе, решил окончательно покинуть своих партнеров в июле 1961 года и подарил свою гитару По-лу, попросив до времени не переставлять на ней струны (Пол, как вы помните, левша).

Стю Сатклиффа можно видеть на обложке «Оркестра одиноких сердец сержанта Пеппера», альбома, вышедшего в 1967 году. Хотя Леннон так и не пришел на похоро-ны своего друга и даже не послал цветов, он всегда – по свидетельству Йоко Оно –  называл его своим «вторым я»; а Маккартни позже признавался, что отчаянно ревно-вал в свое время Леннона к Стю.   

РЭНДОЛФ ПИТЕР БЕСТ 

В 1945 году он, в возрасте четырех лет, был вывезен родителями из Мадраса в Ин-дии, где англичанам становилось уже не очень уютно, в Ливерпуль, где его мать Мона открыла кофейню, которая вскоре приобрела известность. Именно там «Куорримен» играли свои первые концерты.  

«Куорримен» не были первой группой Беста; в кофейне своей матери он играл с «Блэк Джекс», а с «Битлз» начал свое сотрудничество 12 августа 1960 года по при-глашению Пола – ровно за день до отъезда Джона, Пола и Ринго в Гамбург, организо-ванного горе-импресарио Алланом Вильямсом. Но уже через два года Пит получил отставку и был заменен Ричардом Старки (Ринго).

Первое путешествие «Битлз» в Гамбург с Бестом было примечательным во многих отношениях: так, гостиницы для них не нашлось (благодарить надо было жадного им-пресарио!), и музыканты жили прямо за экраном кинотеатра «Бамби» в крохотных грязнущих комнатенках. Роль Беста в этой истории была не так уж мала, поскольку он, единственный из всех прилично знавший немецкий, мог общаться с владельцем за-трапезного клуба «Индра», где они выступали. Впрочем, этот талант Беста не поме-шал владельцу «Индры» упечь его и Маккартни на 3 часа в полицию якобы за попытку поджога, и помочь полиции выслать в Британию Джорджа, которому не исполнилось тогда 18 лет и, следовательно, он не мог работать в Германии на легальной основе.

После высылки инструменты и аппаратура группы остались в Гамбурге на произвол судьбы, и Бест с его матерью были единственными, кто переживал по этому поводу, беспрестанно названивая в Гамбург. Дело в том, что после вынужденного расставания с Вильямсом Мона Бест добровольно приняла на себя на некоторое время роль ме-неджера группы, пока ее не заменил Эпстайн.

Как мы уже знаем, отставка Беста в 1962 году, последовавшая в Лондоне на Эбби Ро-уд, была инициирована Джорджем Мартином, которому не понравилась его игра; правда, несчастье сообщить об этом решении выпало на долю Эпстайна. Конечно, это оказалось жестоким ударом для Пита, да и для его матери тоже; мало того, в Ли-верпуле многочисленные фанаты «Битлз» шумно протестовали против несправедли-вой, по их мнению, замены. Так, один из сторонников Пита взял да и подбил глаз Хар-рисону прямо в ливерпульской «Пещере», клубе, где давали концерты «Битлз»! 

Но для удаления Беста из коллектива, помимо чисто профессиональной стороны, все же были некоторые иные причины. Бест всегда держался немного особняком; одна-жды он – без видимого повода – отклонил приглашение Астрид прийти всем вместе в дом ее матери в Альтоне, кроме того, отказывался привести свою прическу в соответ-ствие с предложенным ею же стилем (у Беста оказались жесткие курчавые волосы, не слишком пригодные для насилия над ними). В Гамбурге музыканты начали экспери-ментировать с некими «медикаментами» (опять же не без помощи Астрид), якобы прогоняющими усталость (уж чего-чего, а ее хватало в избытке, концерты шли в ре-жиме «нон-стоп»!); так вот, Бест всегда отстранялся и от них. И то ли стерильная «правильность» Беста всех основательно достала, то ли чрезмерная опека его мате-ри показалась слишком навязчивой, то ли его успех у зрительниц (действительно больший, чем у остальных) раздражал Джона, Пола и Джорджа, но открыто против его ухода никто не возразил. Эпстайн выразился еще проще в том духе, что «ребята не хотят больше с тобой работать». А одним из формальных поводов его отставки стало его неумение улыбаться «как Ринго»… Позднее все (кроме Старра) признали, что способ избавиться от Пита, выбранный ими, был трусливым, если не сказать хуже.

Времена для Беста настали не самые легкие: ему пришлось работать даже грузчиком в хлебопекарне, а пик «битломании», происходивший на его глазах, и связанная с этим депрессия едва не довели его до самоубийства. Некоторое время, пытаясь вос-становить свои позиции в шоу-бизнесе, он выступал в США, но не сказать, чтобы удачно. Однако со временем все наладилось, и неплохие природные способности Беста обеспечили ему вполне сносную карьеру чиновника в Ливерпуле. 

В родном городе о Бесте помнят добром, иногда не без оригинальности: так, в 1995 году в местном театре была поставлена пьеса вполне фантастического содержания о том, что Пит достиг мировой славы, тогда как отделавшиеся от него так несправедли-во в свое время коллеги, если и остались известны, то лишь благодаря одной из своих песенок; можно было бы назвать это откровенной глупостью, однако в июле 2011 года в честь семидесятилетия Беста, давно уже не держащего обиды на своих бывших звездных коллег, были названы две улицы в Ливерпуле: одна собственно его именем, другая – именем кофейни «Казба» его матери, где Бест начинал свою карьеру с Джо-ном, Полом и Джорджем. Похоже, ливерпульцы испытывают смешанные чувства в от-ношении звездных музыкантов – кроме Беста… Сам же экс-битл не чужд сцене и по сей день; так, в составе своей группы «Пит Бест Бэнд» он побывал и в Петербурге в 2010 году.   

ЭНТОНИ ЭСМОНД О’ШЕРИДАН МАК ГИННИТИ, ВОВСЕ НЕ БИТЛ

Широкой публике этот человек известен как Тони Шеридан, выступавший в начале 1960-х в Гамбурге в качестве «фронтмена» сразу нескольких групп, включая нашу знаменитую четверку. Встретились они в Германии в 1960 году в ходе первых органи-зованных там концертов британских исполнителей, занятых заработками на чужбине. Увидев их на сцене порознь, агент студии грамзаписи «Полидор» Берт Кемпферт (а заодно руководитель оркестра, композитор; многие вспомнят его «Strangers in the Night», а если нет, то пусть попробуют восстановить в памяти, как именно эту песню пытался спеть Скрипач Гедеван Александрович, сидя в клетке для пацаков, в небезы-звестном фильме «Кин-дза-дза»!) предложил им сделать пару записей в сотрудниче-стве. Так на свет появилась пластинка с двумя, можно сказать, народными песнями «My Bonnie» и «The Saints» (у нас – «Когда святые маршируют», вспомните Луи Арм-стронга или, к примеру, Пресли с этой веселой песенкой с апокалиптическим содер-жанием!), почти что покорившая сердца и уши немецких слушателей. Вот только наши аккомпаниаторы – Джон, Пол, Джордж и Пит Бест на ударных – не имели счастья уви-деть название своей группы на обложке; там они были обозначены как «The Beat Brothers». А все лишь потому, что «Битлз» звучало немного похоже на немецкое «Pidels», что означает «мужское достоинство» в той непечатной версии этого терми-на, которую у нас можно прочитать на заборах, в его множественном числе. Так что уступка была сделана из соображений нравственности, а уж позже немцы – ввиду ми-ровой славы четверки – были вынуждены принять оригинальное название. В Брита-нии эта пластинка появилась уже как «Тони Шеридан и «Битлз»». 

«ЧЕРНЫЙ БИТЛ» ВИЛЬЯМ ЭВЕРЕТТ ПРЕСТОН…

…или просто Билли Престон, чернокожий музыкант из США, умерший в 2006 году в возрасте неполных 60 лет, встретил музыкантов в 1962 году в Гамбурге, куда, как и они, приехал подзаработать вместе с группой бешено знаменитого в ту пору Литтл Ричарда, в которой он заведовал электроорганом.  Будучи виртуозным клавишником, он был позднее приглашен в ансамбль Рея Чарлза, и именно тогда им стали интере-соваться сразу многие; впоследствии он поучаствовал в записи альбомов «Abbey Road» и «Let It Be». Одна из легенд рассказывает о том, как во время записи альбома «Let It Be» в 1969 году, все на той же студии Эбби Роуд, когда распри между четвер-кой стали совсем уже непереносимыми, Джордж ушел – а когда вернулся, то оказался в компании Билли Престона, который – единственно благодаря своему легкому нраву – снял висевшее в воздухе напряжение и помог довести запись до конца.  

Престон участвовал в записи «My Sweet Lord» Харрисона, когда этот экс-битл опере-дил своих бывших коллег в негласном соревновании на первенство в хит-парадах. Хо-тя Престон работал позднее и с Джоном, и с Ринго, а еще и с «Роллинг Стоунз», Джо Кокером и многими иными известными исполнителями, их сотрудничество с Харрисо-ном было, похоже, самым искренним и плодотворным.  Как и многие музыканты его поколения, он воздал немного больше должного, чем надо бы, наркотикам, по причине чего имел неприятности с законом в 1991 году; водились за ним и другие грешки, из-рядно помешавшие работе на сцене. Престон страдал почками – в 2002 году ему бы-ла сделана пересадка, однако алкоголь и прочие «стимуляторы» сделали свое черное дело: после нескольких месяцев, проведенных в коме, он скончался в Аризоне, но был похоронен в Калифорнии.

…И ИЖЕ С НИМИ

Других кандидатов на титул «пятого» довольно много: так, по мнению Джорджа Хар-рисона, которое он высказал в 1988 году, пятыми были Дерек Тейлор и Нил Эспинелл. Первый из названных был бессменным пресс-секретарем группы (умер в 1997 году в возрасте 65 лет), а второй дослужился от водителя до руководителя компании «Эппл», организованной и принадлежавшей «Битлз»; умер в возрасте неполных 67 лет в 2008 году. Эспинелл был абсолютно незаменимым: помимо любых услуг, какие только можно себе представить, оказанных им четверке, он иногда подпевал и подыг-рывал своим подопечным! На все руки…

Маккартни в одном из своих интервью в 1997 году сообщил, что «…если кого и счи-тать пятым «битлом», то это был Брайан (Эпстайн – Е.В)». Такое же мнение высказы-вал не раз и Джордж Мартин. В данном сжатом очерке мы не сможем, к сожалению, уделить Эпстайну того места, которое он заслуживает – возможно, это получится сде-лать позднее в отдельной публикации.  

К «пятым колесам» историки причисляют еще изрядное количество музыкантов ран-него периода: Пита Шоттона, Колина Хантона, Лена Гэрри, Эрика Гриффитса и Рода Дэвиса из состава «Куорримен», менявшихся весьма часто временных ударников группы (Джимми Никол, Энди Уайт, Норман Чэпмен, Томми Мур). Кроме того, после ухода Сатклиффа и перед тем, как роль басиста перешла к Полу, некоторое время с группой выступал Чес Ньюби; кстати, на ударных приходилось порой сидеть и Полу, но это занятие его обычно не прельщало – делал он это исключительно по необходимо-сти. 

Перечисление можно было бы и продолжать, но оно заняло бы довольно много места. Однако трудно удержаться от пары курьезных примеров. Так, «пятым битлом» иногда называют некого Вильяма Стюарта Кемпбелла, якобы заменившего погибшего вслед-ствие ДТП Маккартни в конце 1966 года. Кемпбелл, шотландец по рождению и поли-цейский по роду деятельности, работавший в Канаде, согласно легенде, был участни-ком некого конкурса двойников Пола, и, когда он уже едва не победил (то есть, оказал-ся похожим до самой невозможности...), вдруг исчез. Если учесть, что сами слухи о смерти Пола распространились лишь в сентябре-октябре 1969 года, сведения о неком «пропавшем победителе» конкурса окажутся малосостоятельными, и тогда придется признать, что Кемпбелл – всего лишь выдумка поклонников группы, искавших двойной смысл в песнях, изображениях и фотографиях своих идолов.

Другая занятная история случилась в 1964 году с временным ударником группы Джимми Николом, уже упомянутым нами выше. Гастроли в Голландии и Дании оказа-лись под угрозой из-за свалившегося от внезапной болезни Ринго; однако Брайан Эпстайн и Джордж Мартин приняли решение о временной замене, которой и оказался этот Никол. Воодушевленный своим участием в турне в составе суперпопулярного коллектива, остриженный как надо и в костюме с плеч Ринго (брюки, увы, оказались коротковаты!), Никол принялся раздавать автографы и давать интервью направо и налево. Слава, как известно, портит человека… Ничего удивительного в том, что в результате поползли слухи о постоянной замене Ринго на Никола, не было, и сам Рин-го уже не без дрожи прислушивался к неприятным новостям. Однако спаянный (в ту пору) коллектив не допустил к себе чужака. В первую очередь, это заслуга Харрисона, старого приятеля Ринго, не скрывавшего своего отрицательного отношения к не слишком скромному временщику. Уже в Австралии, куда «Битлз» направились после европейских гастролей, выздоровевший Ринго наконец-то влился обратно в свой кол-лектив, а Никол добирался до мельбурнского аэропорта под эскортом Эпстайна (по-лагаем, для верности, чтобы случайно не остался и не путался под ногами). Позднее, как говорят, Джимми получил дополнительный бонус в 500 фунтов и золотые часы с дарственной гравировкой – видимо, чтобы больше молчал, потому как молчанье – тоже золото. Он, кстати, это и делал, категорически отметая все потуги журналистов раскрутить его на рассказ о совместной работе со знаменитостями. Отыгравший всего восемь концертов на подмене Старра, Никол – скажем прямо – не выдержал своего короткого испытания популярностью, сладким ядом отравившей ему впоследствии всю жизнь. 

Мы упомянули лишь несколько имен – на наш взгляд, самых ярких, и с предельной краткостью изложили связанные с ними факты и наиболее стойкие мифы. Однако, без сомнения, каждая из личностей вполне заслуживала бы и отдельного рассказа! Такого рода истории кажутся интересными уже хотя бы потому, что музыка тех времен звуча-ла куда как интереснее и свежее, чем хиты из фондов нынешней популярной культу-ры. И дело здесь не только в том, что мир переживает кризис – хотя и он, вне сомне-ния, сыграл свою роль. На наш взгляд, родная сестра глобализации - политкоррект-ность – здесь постаралась не меньше; количество и характер предписываемых ею ограничений задушат кого угодно, где и когда угодно. В том числе и музыку. Именно поэтому сейчас Интернет, где воздвигаемых властями препон пока что меньше (толь-ко вот надолго ли?), продолжает набирать очки. Да еще смартфоны и разные другие электрические прибамбасы – вспомните, какой трогательный роман пассажиров об-щественного транспорта со своими мобильными телефонами вы наблюдаете, скорее всего, каждые утро и вечер - разумеется, если вас не встречает у подъезда личный шофер лимузина… Да еще – свят-свят! – с мигалкой!


19 января 2012


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
256642
Сергей Леонов
166524
Светлана Белоусова
112290
Татьяна Минасян
102678
Сергей Леонов
101128
Борис Ходоровский
98648
Александр Егоров
89598
Виктор Фишман
83052
Борис Ходоровский
73336
Татьяна Алексеева
67439
Павел Ганипровский
67140
Богдан Виноградов
59448
Павел Виноградов
57458
Татьяна Алексеева
53026
Дмитрий Митюрин
50505
Наталья Дементьева
50154
Наталья Матвеева
45274